Глава 27. Встреча с прошлым

– А я всё думал, показалось мне, или нет... Ты изменилась... – шёпот Эйрика сочился мягким, обманчиво бархатистым ядом. – Интересно, знает ли лорд, какую женщину приютил рядом с собой? Ты ему рассказала? В каждом слове моего сводного брата плескалась скрытая угроза, которая могла стать явной, если сделаю или скажу что-нибудь не так. Не было сомнений, что для эслейра и владельца собственного замка я была крайне неудобным свидетелем, который своим появлением мог сильно испортить их с Октавией репутацию. – Так рассказала или нет? – жёсткие пальцы на плече сжались сильнее. – Нет! Не рассказала и не собираюсь! – Это хорошо. А то ведь... – мужчина снял с головы капюшон и наклонился ближе – так, что его губы почти коснулись моего виска, – моя мать может и закончить начатое. Я резко дёрнулась, не сумев скрыть страх. Кто мешает ему придушить меня в этом тёмном закутке прямо сейчас? – Оставь меня в покое, Эйрик. Я давно забыла о прошлом, теперь у меня совсем другая жизнь. – Забыла, говоришь? А вот я тебя не забыл... Знаешь, ещё в детстве понял, что ты особенная. Слишком добрая, слишком правильная. Как ангелочек... которому хотелось оторвать крылья и втоптать в грязь, чтобы ничем не отличалась от нас. Неужели ты ничего не помнишь о своей семье? Помнишь, как хорошо нам было? Хорошо? Тяжёлые воспоминания, от которых я старательно баррикадировалась все эти годы, прямо сейчас прорывались изнутри наружу. Слишком болезненные, острые. Те, в которых новая жена отца и её сын меня не приняли, как бы не старалась им понравиться. В которых особенно остро ощущала своё одиночество в родном, бывшем когда-то счастливом доме. – Хватит... Перестань... Но Эйрик меня будто не слышал. – Однажды ночью я пришёл к тебе в спальню c ножом. Хотел обрезать твои белокурые волосы, чтобы утром увидела себя в зеркало и разрыдалась. Чтобы не смела быть лучше меня и перестала улыбаться. Боги! Он правда собирался это сделать? – А ты спала в обнимку с этой своей книжкой. Окно было не занавешено, лунный свет падал прямо тебе на лицо. И знаешь, что? Мне показалось... – мужчина шумно вдохнул, – что твоя кожа и волосы сияют. Я стоял как дурак, с ножом в руке, и вдруг понял, что просто не смогу тебя тронуть. Развернулся и убежал. Нёсся по спящему замку так, будто за мной гнались бешеные варги. – Эйрик, я... – Зато теперь, – жёстко перебил он меня, – ты уже не ангелочек с нимбом над головой, а всего лишь шлюха дракона. Его слова хлестнули по лицу, как пощёчина. Сводный брат всегда знал, куда меня бить побольнее. Но сейчас злость в его голосе смешивалась с чем-то ещё, гораздо более опасным: – Интересно, что он в тебе такого нашёл? Может, стоит проверить это... на правах старшего брата? – мужская рука недвусмысленно сжала моё бедро и начала подниматься выше, задирая юбку. – Ты с ума сошёл? Отпусти меня немедленно! – Тшш... Не дёргайся так. Хочу попробовать тебя. Паника накрыла ледяной лавиной, но я загнала её обратно усилием воли. Глубокий вдох. Выдох. Только не плакать и не умолять о пощаде – это раззадорит его ещё больше. Он не посмеет, если правильно себя повести. Эйрик как был, так и остался обиженным, избалованным и трусливым мальчишкой, несмотря на то что возмужал. Разница лишь в том, что статус и смазливая внешность окончательно убедили его в безнаказанности. – Лорд Шторм казнит тебя, если тронешь меня хотя бы пальцем. Рука на моём бедре прекратила движение и замерла. – Не переживай, он сейчас занят с племянницей короля. Я сам видел, как она входила в его покои после ужина. Разве тебе не обидно, Дейра? Разве ты не хочешь отплатить ему тем же? Мы можем прекрасно провести время вместе, пока я здесь, – мужская рука вновь начала движение вверх. Он сошёл с ума? Решил, что я настолько приревную лорда-дракона и разозлюсь, что брошусь в объятия первого встречного? Судя по безмерной уверенности в каждом слове – да. – Тебя не касаются мои отношения с лордом Штормом. И советую тебе немедленно меня отпустить, пока он не вышвырнул тебя из замка с отрубленными руками, – мой голос звенел от напряжения, и сейчас я ненавидела себя за эту дрожь. С такими, как Эйрик, нельзя показывать слабость и уязвимость, иначе загрызут. – Ну что ты, сестрёнка, – я скорее почувствовала, чем увидела, что мужчина усмехнулся. – Я могу и подождать, у тебя всё равно не так много вариантов. Ты же не думаешь, что драконица потерпит твоё присутствие здесь после свадьбы? Что, ты не знала? Они собираются пожениться после того, как пройдёт траур. Ложь... Или нет? Реальность прямо сейчас вонзалась в меня ледяными отрезвляющими иглами. Астер и Ильда действительно идеальная пара, хотя бы потому, что оба драконы. Просто мне почему-то хотелось верить, что она заинтересована в отношениях гораздо больше, чем он, и я смогу прожить здесь подольше. С чего вообще решила, что мои услуги кому-нибудь будут нужны после смерти лорда Зорана? – А я мог бы обеспечить тебе достойное будущее, например, в Глейсвуде, – продолжал нашёптывать Эйрик. – Помнишь, как нас возили туда на ярмарку? Тебе же понравилось? Глейсвуд был маленьким закрытым городком у подножия гор, и попасть туда зимой было не так-то просто – для этого нужно было особое разрешение. Даже аристократам нелегко было его достать – слишком много желающих было. Но зато счастливчиков ждала потрясающая праздничная атмосфера: двухэтажные аккуратные домики с покатыми крышами из заснеженного дёрна, уютные кафе, украшенные леденцовыми витражами, ярмарки, лотки со всевозможными сладостями, ледовые горки и множество того, что повергает любого ребёнка в искренний восторг. – Всё это в прошлом, Эйрик. Мы давно выросли, – глухо откликнулась я. – Что тебе на самом деле от меня нужно? – Убеди лорда признать моё окончательное право на замок Норвиль. Зоран Шторм в своё время отказался даже обсуждать это с матерью. Как только все деньги будут у меня, я выделю тебе часть наследства. Тайно, естественно. Для всех остальных ты давно умерла и покоишься в семейном склепе. Вот как... Значит, Эйрику нужны деньги... В своей иерархии ценностей мой сводный брат, вероятно, считал, что сделал мне выгодное предложение. Но я так не считала, и сейчас с трудом удерживала на лице маску спокойствия. Сердце болело и кровоточило, потому что он по новой вскрыл незаживающие раны. То, что Эйрик до сих пор не вступил в права наследования, означало только одно: таких прав у него попросту нет. Отец составил завещание на моё имя.