Глава 23

Миккаэль аккуратно положил на пол, прямо перед раскрытой дверью в комнату куклы Нагаррнаата, полотняный мешочек с женскими золотыми украшениями, где было гораздо больше, чем те три колечка, что попросила девчонка, и стопку новой сложенной одежды для человеческой прислуги и осторожно отступил на шаг назад.

— Подальше отойди! — девочка смотрела настороженно и протягивать ручки за защитный периметр, чтобы взять то, что попросила, явно, не спешила.

Миккаэль, нервничая, сделал ещё один шаг от двери. Ничего-ничего, он легко успеет схватить её даже с такого расстояния. Пусть только хоть один свой крохотный розовый пальчик высунет…

Но маленькая вредина так и не подошла к границе защитной зоны. Юлька, раздумывая над чем-то, неподвижно стояла в глубине комнаты. Пока Миккаэль бегал за вещами, она успела умыться, причесаться и переодеть нескромный ночной наряд, сменив его на нелепый кукольный.

— Отойди ещё дальше, — потребовала она.

— Нет уж! Ты тоже можешь меня обмануть. Возьмёшь вещи и золото, кстати, посмотри, там много больше, чем ты хотела, а артефакт с кровью мне не отдашь. Еще только один шаг, — согласился на небольшую уступку, притворно возмутившись Миккаэль.

В его голове молоточками стучало заклинание: «Выйди! Выйди! Выйди!». Зачем ему удовлетворяться одной колбой, если можно забрать всё? Это он вдруг понял, пока за вещами для обмена с ней бегал. Правда, Микки ещё не решил: выпьет сразу, немедленно, всю кровь куклы, едва поймает её, или будет держать девчонку у себя и пить понемногу.

Последнее было весьма заманчиво, ведь она прехорошенькая! Если бы не Нагаррнаат, который, конечно, будет искать любимую игрушку, Миккаэль точно предпочёл бы второй вариант, так как, со временем, действие крови слабеет и отчаянно хочется ещё. Держать девчонку при себе, пользоваться ею, и регулярно пить её кровь было бы идеальным решением, пока он не разберётся в особенностях её крови и, вообще, со всех сторон изучит этот феномен. В его голове крутились идеи, как перепроверить кровь всех людей. Кроме того, если есть эта кукла, с такими необыкновенными свойствами крови, значит могут быть и другие. Он гений, что додумался лизнуть её! Девчонка была такой аппетитной и недоступной для него, что он решил хоть так стать ближе к ней. И обнаружил такое!

Однако, вариант оставить девочку при себе будет плохим в случае, если лорд Нагаррнаат найдёт свою куклу и отнимет обратно. Тогда он, скорее всего, убьёт Миккаэля, не поможет даже та сила сопротивления магии, что придаёт небольшая доза крови малышки. Возможно, лучшим решением будет всё же выпить всю её кровь сразу, а тело выбросить в море. Вдруг большая доза крови этой девушки сделает его невероятно могущественным магом, непобедимым, и эффект её воздействия останется с ним навсегда?

Пока Юлька медленно подходила к границе защищённого периметра Миккаэль всё ещё отчаянно решал, как ему лучше будет поступить. У него даже скальпель и пластырь были с собой, чтобы аккуратно надрезать артерию на горле или вену на запястье, и потом, при необходимости, тщательно заклеить рану. В любом случае, важно не потерять ни капли драгоценного эликсира!

Вдруг Миккаэль заметил, как в дверной проём высунулась деревянная ножка от старого сломанного стула. Кукла ловко подтолкнула ею одежду и мешочек с золотом к себе в комнату, а подскочившему Миккаэлю высунула язык.

— Что вампирюга, обломался, — тихо, но очень чётко произнесла Юлька прямо в лицо взбешённому магу.

— С..с..стерва! — просипел Микки. — Маленькая сладкая стервочка. Артефакт по забору крови отдашь? Или мне прямо сейчас к лорду идти?

— Отдам. Только, где гарантия, что ты после этого к лорду всё равно не пойдёшь?

— Не пойду. Мне через неделю новая доза твоей крови нужна будет. Дашь?

— Дам… Наверное… Через неделю поговорим…

Миккаэль ушёл, а Юлька быстро переоделась и сунула мешочек с золотом в карман фартука. Теперь — бежать.

Девушка осторожно пошла по пустому коридору, опасаясь, что Микки недалеко ушёл. Каждый раз, поворачивая за угол или спускаясь по лестнице, девушка смотрела, чтобы вокруг никого не было. Когда ей по пути попадались слуги, горничные, маги, да кто бы ни встретился — она немедленно искала куда бы спрятаться: за шторой, в нише, под лестницей.

Наконец, никем не замеченная, Юлька вышла за дверь и тут же спряталась в зелени, плетущейся по стенам замка. Двор был выложен крупной плиткой. В центре радовала глаз большая круглая чаша-фонтан на невысокой толстой ножке, на бортике которой сидели и ворковали голуби. Под ней была устроена клумба с душистыми цветами, аромат которых девушка почувствовала сразу, едва оказалась на улице. То тут, то там, в каждом удобном уголочке, повсюду, стояли горшки с цветущими растениями, напомнившими Юльке пионы, розы и петунии из её родного мира.

Оглядевшись, она подумала, что этот двор похож на огромный балкон или террасу, потому, что замок лорда находился выше остальных строений огромного города магов, который раскинулся на берегу лазурного моря. Сам город магов внизу открывался взгляду, как на ладони, и казался невероятно уютным и радостным в этот ясный день. Пахло морем, солнцем и цветами. Было очень тепло, но не жарко и не душно, настоящий бархатный сезон.

Изнутри неровное, скорее живописное, каменное ограждение двора было совсем невысоким, девушке немногим выше пояса, но снаружи к этой высоте добавлялся естественный обрыв, что делало преграду не такой уж и преодолимой. Пока Юлька нерешительно стояла у входной двери, одновременно страшась, и двигаться дальше, и оставаться на месте, на верх каменного ограждения села жирная чайка. Она внимательно оглядела двор и, не обнаружив ничего съедобного, быстро улетела, недовольно крикнув на прощание.

Напротив парадной двери в замок, через двор, виднелись красивые каменные ступени, которые вели куда-то вниз. К ним-то девушка и направилась. Украдкой, обходя двор по периметру, готовая в любую минуту замереть неподвижно и юркнуть за очередной горшок с цветами, Юлька быстро добиралась до ступенек, восхищённо погладывая вниз, на город.

Голос Нагаррнаата с той стороны ограждения заставил Юльку сжаться в комочек у огромной вазы с цветами почти возле самых ступенек и, буквально, не дышать. Лорд-хозяин, разговаривая с кем-то, поднимался снизу.

— Я рад, дружище, что ты смог приехать, — искренне прозвучали слова лорда.

— Я не мог не поддержать тебя в такой важный момент, Наат, — тепло произнёс его собеседник.

— Это не важно, что ты не успел к балу. Не переживай. Я знаю, что мы оба далеко не любители подобных мероприятий. Для меня вчерашний вечер был, скорее, мучительной данью обществу. Так что, то, что ты появился сегодня, даже лучше. Мы с тобой сможем нормально провести время и спокойно поговорить.

— Наат, я, действительно рад, что ты решился жениться ещё раз. Кстати, ты отлично выглядишь. Я уже и не помню тебя таким полным сил и энергии. Ты даже помолодел! Словно, добрую сотню лет с плеч сбросил! Твоя Галисия оказалась настолько хороша, а?

— Не она. Потом расскажу и даже покажу. Поделись-ка, лучше, сначала ты своими новостями. Я вижу, что ты какой-то, сам не свой. Хороший набор свежей рабочей силы? Слышал, вчера прибыла первая поставка кристаллов с твоего рудника. Она случилась на день раньше срока! Рудник заработал лучше после последней доставки людей? Расходы на содержание окупаются?

— Набор? Набор неплохой… я бы даже сказал необыкновенно хороший… Знаешь, почему я вчера не смог приехать?

— Если ты ещё не заметил, как раз терпеливо жду пока ты, наконец, расскажешь.

— Некоторые кристаллы, из тех, что вчера доставили, оказались заряжены.

— Что?!

— Совсем немного, слегка, будто, сильный маг, владеющий удивительной магической энергией, просто коснулся их. Этот заряд обладал пока не до конца понятными нам свойствами. Вот это и есть то самое потрясающее событие, из-за которого я не смог вчера приехать.

Юлька изнемогала от страха, потому, что маги не спешили идти к парадному входу. Поднявшись по ступеням и войдя во двор, они продолжили беседу, вальяжно устроившись на лавке с изогнутой спинкой в ажурной тени раскидистого южного дерева, боком к ней и достаточно близко. Собственное дыхание и стук колотящегося в груди сердца казались ей настолько оглушительными, что она удивлялась, как её до сих пор не обнаружили.

— Обладал непонятными свойствами? Что ты имеешь в виду?

— Что имею в виду… Ты же знаешь, что мой единственный сын полностью выгорел в последней битве с Заморскими магами? Он долго восстанавливался после той трагедии. Так и не женился, отказался от помолвки, считая себя инвалидом.

— Конечно, Джумаан, знаю. Знаю, сочувствую…

— Спасибо, но вспомнил я сейчас об этом не для того, чтобы вызвать сочувствие. После случившегося мой Тафари стал мрачным и нелюдимым. Он порвал не только с невестой, но и со всеми своими друзьями, выгнал из дома всех слуг-магов, оставив лишь парочку-другую людей. В общем, мой мальчик сейчас живёт совсем один. Мы с женой измучились, пытаясь вывести его из состояния чёрной тоски. Сын всегда молчалив и хмур. Я ему, кстати, в этот раз, куклу заказал, свеженькую, молоденькую, из новой поставки. Такая красотка! Привёз ему, хотел порадовать, а он её вышвырнул. Тафари так бросил бедняжку о камни на мостовой у дома, что она сломала ребро и ножку. Свою первую ночь в нашем городе девочка провела у целителей, а не в постели сына, как мне бы хотелось.

«Не известно ещё, что лучше», — подумала Юлька.

— Ты даже не представляешь, Наат, какие человеческие девочки хрупкие.

— Как раз, очень хорошо представляю…

— Прости… Я дурак. Забыл, сколько ты этих кукол на удобрение своего сада пустил.

На этих словах, Юлька решила, вообще, дышать через раз.

— Не только поэтому… Но об этом позже. Ты ушёл немного в сторону от своего рассказа о заряженных кристаллах.

— Да… Так вот, Тафари сейчас работает у меня в артефактной мастерской управляющим. Он вчера утром вместе со мной принимал поставку, следил за разгрузкой. Потом, сын организовал предварительную сортировку и просто взял в руки один из кристаллов.

Юлька заметила, как тот, которого лорд-хозяин назвал Джумааном, глубоко вздохнул и помолчал, словно, не решаясь продолжить, и, наконец, заговорил.

— После этого, Тафари, будто, сошёл с ума. Приказал всем рабочим, которые занимались сортировкой немедленно убираться вон. А сам, потом, весь день и всю прошедшую ночь лично сортировал кристаллы.

— Джумаан…

— Погоди, я ещё не закончил рассказывать. Я не стал мешать сыну, решив, что его странное поведение — одно из проявлений чёрной тоски. Он был так агрессивно настроен, что я подумал, ничего страшного, возможно, однообразная работа вернёт ему душевное спокойствие. Но бросить его одного в таком состоянии не смог. Вместо того, чтобы поехать с женой к тебе на бал в честь помолвки, я остался в мастерской, всё время находился рядом с сыном, в своём кабинете, и приглядывал за ним исподтишка.

— И как? Вернулось к нему душевное спокойствие?

— Вернулось… Душевное спокойствие вернулось… и не только оно.

Маг взволновано привстал, снова сел, меняя позу, ненадолго закрывая в этот момент своим телом обзор в сторону Юльки, чем она немедленно воспользовалась и на четвереньках выползла в открытый проход со двора. Прислонилась спиной к каменной стене ограждения с другой стороны и, наконец, вздохнула свободнее: теперь маги её точно не увидят, случайно повернув голову. Отсюда их разговор звучал глуше, но всё же был хорошо слышен.

— Нагаррнаат, послушай! Мой сын, мой Тафари, сортировал кристаллы, что были в этой поставке, и среди них были такие, касаясь которых, он постепенно восстановил свои пересохшие магические нити и, даже получил в них мизерное количество резерва. Он, конечно, не сможет ничего сделать с таким малым наполнением, но то, что его магические нити снова стали живыми — это вернуло мне прежнего сына, таким, каким он был до трагедии!

— Ты изучил эти кристаллы?

— Тафари отложил их отдельно. После его касания, они разрядились и стали обычными, по крайней мере, на первый взгляд. Но я сразу же отправил все материалы в нашу лабораторию.

— А сам осмотрел?

— Само собой! Прежде всего, лично несколько из них просканировал. Обычные кристаллы, точнее, стали такими, после того, как Тафари забрал то, чем их зарядили.

— То есть, ты предполагаешь, что на руднике несколько кристаллов были кем-то заряжены так, что смогли вернуть к жизни магические нити выгоревшего мага и даже наполнить его каким-то минимумом энергии?

— Именно это я и предполагаю. Смотрящие и надзиратели там не менялись. Это кто-то из нового человеческого набора!

Юлька почему-то сразу подумала об Алёне. Если её, Юлькина кровь, оказалась такой необыкновенной, то, тогда, может так быть, что этот волшебный маг — её сестра по несчастью, Алёна?

— До сына, в мастерской этих кристаллов никто не касался. Значит, их точно зарядили на руднике. Нагаррнаат! Там есть маг, единственный, который в силах вернуть моего сына к нормальной жизни. Сейчас я больше всего боюсь, чтобы с ним, кем бы он ни оказался, ничего не случилось. Там не самые хорошие условия для людей. Завтра на рассвете мы с Тафари вылетаем на рудник искать этого мага. Не сделали это сегодня только потому, что к вечеру ждём подтверждения моих предположений, а, возможно, каких-то новых результатов, из лаборатории.

— Это отличные новости! Я готов лететь с вами и помочь в поисках.

— Спасибо.

— А пока пойдём, пообедаем и я тебе кое-что покажу.