Глава 36

Закрыв глаза, я вижу перед собой события той ночи. Не только вижу, но и слышу, стоит остаться в глухой тишине. Чувствую запахи...

Влажный осенний лес. Оглушающие выстрелы. Ужас, пронизывающий до костей. Кровь. Агония. Смерть...

Серому удалось выжать из минивэна жалких три или четыре метра, а потом он заглох. Никто из парней не ожидал такого поворота, а в моей памяти всплыл момент, когда Серый караулил меня и своего брата за дверью туалета. Он сказал что-то про капот, мол, Стрела его захлопнул и идёт к дому. Мог он знать, что планируют парни, и повредить машину?

Знать не мог. Мог лишь догадываться, поэтому не стал говорить в лоб, а сделал всё исподтишка. В машине началась суматоха, Клим был на взводе, выбежал из машины, утащив за собой Серого, оба, подсвечивая фонариком, лихорадочно пытались что-то найти под капотом автомобиля, но так и не нашли. А потом из дома вышел Стрела. Дождь закончился ещё вечером, и ночь была светлой, а поскольку я сидела скраю, возле окна, то четко видела мужчину, и пистолет, который он крепко сжимал в правой руке. Через небольшую щель в автомобильной форточке было слышно каждое его слово, произнесённое низким, холодным и уверенным голосом.

— Ты быстро сел назад, ты стой пока.

Он не подходил близко, пока Егор не отправился к двери со стороны пассажирского сидения. Зная этого парня, я могла предположить, что выберет нападение в качестве защиты, однако в этот раз он присмирел. Даже оправдываться не собирался. Молча забрался на сидение, подвинув Киру, которая тут же потеснила меня и Дину. Никто не хотел сидеть рядом с Климом. На его жёлтое от заживающих синяков лицо была брошена тень, и оно, чрезвычайно уродливое, выдавало всё его состояние.

Стрела оставил Серого стоять возле минивэна, сам же обошёл машину и, открыв багажник, усмехнулся.

— Основательно ребята подготовились... Ну ничего, кому-нибудь пригодится.

Съедаемая любопытством, что немного уступало страху, я обернулась, и только моя сестра поступила так же, мне пришлось повернуть её голову обратно. На дне багажника лежал моток крепкой верёвки, прямо в него была воткнула парочка обычных кухонных ножей и рядом покоилась металлическая лопата с коротким пластиковым черенком. Захлопнув багажник, Вадим открыл дверь и подозвал мою сестру. Он наклонился, задевая меня плечом, и что-то прошептал ей на ухо. Меня лишь удостоил коротким взглядом.

— Что он сказал? — спросила я сестру, так тихо, как могла — Клим смотрел на нас в упор, и мог всё услышать. Дина будто вернулась с небес на землю и, окинув меня достаточно спокойным взглядом, шёпотом ответила:

— Говорит, всё нормально будет.

— И ты веришь?

— Хотелось бы, если честно.

Вадим вернулся к капоту и парой ловких движений воткнул что-то на своё место, после чего велел Диме сесть за руль. Сам устроился рядом с ним и, обернувшись, подмигнул. Но не мне, а Кире.

— Ну что, готова?

— К чему? — бесцветным голосом спросила подруга, а он только цокнул языком и произнёс:

— Скоро узнаешь.

Я не понимала, почему они молчат. Ножи, верёвка... Клим не хотел никого отпускать? Зачем он это сделал, если знал, что Стрела и так собирался исполнить свою месть? Или всё это предназначалось только мне и Дине, а Киру они планировали забрать с собой? Меня снова обманули? Если так, то у парней намечались серьёзные проблемы.

Прошедший вечером дождь превратил грунтовую дорогу смешанного леса в скользкую кашу, но минивэн отлично справлялся со своей задачей.. Воздух был тяжёлым, насыщенным запахом влажной земли и хвои. В салоне царила напряженная тишина, прерываемая лишь монотонным шуршанием шин и глухим стуком подвески.

Никто, кроме Стрелы, судя по тому, что он подсказывал Серому дорогу, не знал, куда именно мы едем.

Я украдкой посматривала на остальных. Дима, за рулем, сжимал руль белыми костяшками пальцев. Его обычно беззаботное лицо было напряжено, тонкие губы плотно сжаты. Взгляд Клима был устремлён в лесной мрак за окном.

Кира беспокойно теребила край своего джемпера, Дина молча кусала губы, держа руку на чуть округлившемся животе. А я… Я чувствовала, как нарастает тревога, как холодеют руки. Здесь всё было не так. Это чувство, необъяснимое, но упорно сидящее где-то глубоко внутри, сжимало внутренности.

Наконец, грунтовка закончилась, и минивэн выехал на разбитую асфальтированную дорогу. Дима хотел набрать скорость, но Стрела его осадил, и мы, проехав еще несколько сотен метров, остановились на обочине около леса. Вновь воцарилась тишина, ещё более гнетущая, чем прежде. Никто не решался нарушить её, и в этом молчании я чувствовала не просто напряжение, а что-то гораздо более зловещее, что-то, что заставляло волосы на моей голове вставать дыбом.

Стрела снова обернулся и скомандовал всем выйти из машины. На дороге было светло, но совсем безлюдно, дорожное покрытие было неровным, всё в выбоинах, один единственный неработающий фонарь разбит — полнейшее запустение, словно жизнь здесь кипела ещё до войны, а после люди исчезли из этих мест.

— И че мы сюда притащились? — наконец, подал голос Клим. Он нервно осмотрелся и обратил взгляд на своего брата. Серый только пожал плечами. В отличие от Киры, которая, выскочив из машины, тут же прижалась к нему, он был относительно спокоен. Стрела, слегка задрав рукав джинсовой куртки, посмотрел на часы.

— Ну, думаю, немного осталось. Дорогу, по моим расчётам, уже должны были сделать, — дал невнятный ответ. На улице было прохладно, даже слишком, и пронизывающий ветер быстро забрался под мою тонкую кофту. Дина была одета чуть теплее, но почти сразу начала стучать зубами.

— Ты чего несёшь, блядь? До чего немного осталось? — негодовал Клим. Вадим не ответил. Он развернулся и сделал несколько шагов подальше от машины. Наши взгляды встретились, и он кивнул в сторону леса. Однако смотрел он скорее на Дину, чем на меня. Сестра, не говоря ни слова, отошла подальше, потянув меня за собой.

— Кира, — строго скомандовал мужчина. — Отойди-ка к девушкам. Быстро.

Мы оказались разделены. На широкой покрытой мелким гравием обочине братья стояли чуть поодаль друг от друга, мы с противоположной стороны, застыли на месте. Кира была бледнее мела, она виновато смотрела то на меня, то на Дину, и чуть не упала в ноги Стреле, когда он подошел ближе. Он подхватил её одной рукой и, поставив на ноги, собрался что-то сказать, но Серый перебил его.

— Может, всё обсудим, а? В лес подальше отойдем хотя бы. Я вообще не понимаю, за каким хреном мы сюда притащились.

— Ага, — поддакнул Клим, не прекращая озираться по сторонам.

Я пыталась поймать взгляд Вадима, но он всё время ускользал от меня. И когда Кира, наконец, вмешалась, всё встало на свои места...

— Отпусти Диану. И Дину тоже. Пожалуйста, я просила тебя! Я всё поняла! Всё поняла! Прости меня, прости! — ей так трудно было произносить эти слова, что даже у меня в горле встрял ком. — Прости, пожалуйста!

Он хотел что-то сказать, но моя взъерошенная подруга продолжала умолять:

— Клянусь тебе, я не врала! Отпусти хотя бы девочек, они же не виноваты ни в чём!

— Я знаю, — кивнул Вадим, и, наконец, обратил своё внимание на меня. — Сейчас приедет наряд, вас троих отсюда заберут. Можете в машине пока подождать, если замёрзли.

Я не могла поверить своим ушам. Он отпустил нас. Всех троих, даже виновную в аварии Киру, взял и просто отпустил. Это он имел в виду, когда просил довериться ему? Это он прошептал на ухо Дине? Всё, что меня интересовало на тот момент — причина, по которой он держал нас взаперти, пугал, запутывал. Это была его месть?

Когда среди гулкой лесной тишины раздался разъярённый рык Егора, туман в моей голове начал рассеиваться. Дина отпустила мою руку и отошла чуть назад, Кира в полуобморочном состоянии держалась за машину одной рукой.

— Я что-то не понял... Какой, блядь, наряд... Ты че творишь, Стрела?! Кого ты там отпускать собрался, а?

— Не собрался, а уже отпустил, — спокойно ответил Вадим. — А ты как думал? Что я их всех тут расстреляю? Извини, парень, я не такой ебнутый, как ты. Кто тебе вообще давал право в неё стрелять? Я знаю, что ты мазила, ты же в Диану целился, козёл.

— Я говорил тебе, в кого целился, — процедил Клим сквозь зубы. — Нахера мы это все затеяли тогда? Ты ментам сдаться хочешь? Ну, блядь, без нас тогда, окей? Серый, садись, — он кивнул брату, но оба застыли на месте, когда Стрела направил на них дуло пистолета.

— Стоять. Помнишь, что я говорил про патроны? Один для тебя, другой для Серого, третий — для меня. И их сейчас как раз хватает.

— Ты чего...

— Ну, я не шутил, если ты об этом, — усмехнулся Стрела. В этот самый момент до меня начал доходить смысл его плана. Он хотел убить двух зайцев одним выстрелом. Уничтожить тех, кто сломал его жену, и сломать тех, кто её убил...

Как всё просто...

— Изначально я задумывал всё немного иначе, — продолжил Стрела, — девчонок убить, а вас заложить. Но планы немного изменились, — вздохнув, снова удостоил меня своим вниманием. Я услышала, как Дина тихо открывает дверь минивэна, и, наверное, должна была проследовать за ней, но я не могла отвести от него взгляда, что-то заставляло меня неподвижно стоять на месте. Неужели он и правда прощался со мной?

— Нас за что, ты объясни? — Клим бесстрашно сделал шаг в сторону Вадима, но ближе подходить не рискнул, хоть дуло было уже опущено. — У тебя, блядь, все в порядке с башкой?

— Может, и не всё в порядке. Но речь не обо мне, — сказал Стрела. — Я бы тебя вообще на куски порвал. Так и хотел, когда она умерла, а потом сел и хорошенько всё обдумал, а почему бы не сделать всё за один раз? Но ты и здесь мне чуть всё не испортил. Так трудно держать свой хер в штанах, а?

— Ты про кого сейчас говоришь вообще?

— Про обеих, Егор. Марину и Диану. Ты думал, я не знаю об этом? О том, что ты делал с ней. И о том, что Серый тебя покрывал?

— Ты чего несёшь, она ж чокнутая была!

— Предположим, — вздохнул Вадим. — Я и сам ей не сразу поверил. А потом подумал, а в чем может быть причина? Не из-за тебя ли у неё проблемы начались?

— Да она с детства поехавшая была, ты кому веришь-то... — он думал, что таким образом спасает себя, но закапывал ещё глубже.

Стрела разочарованно покачал головой.

— А что ты скажешь про Диану? Она тоже чокнутая? Или это тебе, сука, снова крови захотелось? Сейчас захлебнёшься, — он резко поднял руку, стискивая пистолет в слегка дрожащей ладони.

— Да я не делал ничего с ней! Серый, скажи ему! — Клим взревел белугой, а потом...

Стрела крикнул остальным заткнуть уши, но это не помогло, когда раздался выстрел. В ушах звенело, а перед глазами мелькали мелкие мушки, когда я распахнула веки и увидела, как Егор валяется на земле, хватаясь за ногу. Из его рта рвались нечеловеческие звуки, маты, и крики, даже рыдания. Серый застыл на одном месте, а Стрела невозмутимо перезаряжал пистолет.

— Это тебе за Диану, если что, — сказал он.

Он не учёл одну важную вещь — как Кира жила под опекой Оксаны, так и Серый всю жизнь слушал то, что говорит ему старший брат. Он не мог стоять спокойно и смотреть, как убивают родного человека, каким бы он ни был. А я не увидела, как он делает совсем незаметные шаги в сторону Вадима.

Смелый парень буквально вцепился в Стрелу. Силы были не равны, и ему не удалось повалить мужчину на землю, но получилось выбить пистолет из его рук. Который тут же отскочил в сторону, и был подобран Климом.

Казалось, в первые секунды, он совсем не понимал, что ему делать, он не мог встать на ноги, корчился от боли и дышал громко, прерывисто. Дина уже сидела в машине, Кира спряталась за неё, я дернулась, но, увидев, как парень направил дуло пистолета в мою сторону, не смогла двинуться с места. Тело окаменело под его наполненным яростью и болью безумным взглядом. Словно всё вокруг растворилось во тьме, остались только я, он и смерть, что надвигалась на меня тяжёлым черным облаком. Никто не кричал. Даже я не издала ни звука, когда снова прогремел выстрел, и земля начала уходить у меня из-под ног.

— Чёрт... — голос Вадима вырвал меня из мрака. Стоя под огнём, я не заметила, как он оказался рядом.

— Клим, хватит! Перестань, твою мать! — стоя за спиной Стрелы, я не видела, что делают парни, но сквозь белый шум слышала звуки борьбы, глухой удар, и снова выстрел, одновременно с которым Вадим дёрнулся и как-то странно ахнул.

Щелчок...

— Да, блядь, ты издеваешься, Стрела? Не три патрона, а четыре?! — Клим орал как резаный, рёв сменился наигранным смехом и оборвался, когда прозвучал очередной выстрел, но откуда-то издалека. На мгновение всё стихло. Тишину нарушали только доносящийся откуда-то топот, хриплые стоны Вадима и тихий вой Серого.

Но в себя я пришла только когда Стрела, сделав два шага, упал на колени и протянул руку к пистолету. Клима застрелили. К нам приближался наряд полиции, я уже видела мужчин в чёрной форме издалека. А Вадим зачем-то взял незаряженный пистолет, и...

Я бросилась к нему. Не обращая внимания на лужу крови под лежащим в неестественной позе на обочине Егором, не слушая крики и стоны девушек, метнулась к сидящему на земле мужчине и опустилась рядом с ним, невзирая на боль, когда мелкие камни впились в кожу на коленях. С силой вцепилась в его сжимающую пистолет ладонь.

— Не надо, Вадим, пожалуйста, брось его, они убьют тебя! — я не могла не смотреть на его окрашенную в темно-алый цвет футболку, на искажённое болью лицо, на вымученную улыбку, которую он с таким усилием выдавил из себя, глядя в мои глаза. Сотню раз я представляла себе эту картину, и всё думала, что буду чувствовать, когда увижу его смерть. Но так и не получила ответ на свой вопрос.

— Клим уже убил меня, малыш, — прохрипел он, выпуская пистолет из руки. — Я не выберусь. Прости... За всё прости. Я рад, что смог тебя защитить хоть где-то...

Он обнял меня. В тот момент мне показалось, что обнял и положил голову на плечо. Но спустя мгновение мне стало тяжело, когда его тело обмякло и начало придавливать меня своим весом.

— Вадим! Очнись, слышишь?! Вадик!

Надрывая горло, я пыталась привести его в чувство, но в этом не было никакого смысла. Он уже ничего не слышал...