***

Когда все перебрались в дом Лебедева — роскошный коттедж в дорогом загородном районе — мама Юли окончательно преобразилась. И Юля поняла, что это её раздражает. Последнее, о чём она сейчас могла думать — комфорт. Но если уж хоть кто-то из них воодушевился вынужденным заточением в золотой клетке — значит, так тому и быть.

— Дэн приедет сегодня? — Рядом с ней устроилась Женя, которую Юля не сразу заметила. Она сидела на диване у окна и смотрела на сад невидящим взглядом.

— Да. Обещал. Сейчас у него какие-то дела, — встрепенулась Юля. — Может, к вечеру новости будут.

— Может.

Женя замолчала, молчала и Юля. Просто сидели друг рядом с другом, впрочем, и слова сейчас казались излишними.

— Как папа?

— Добрался до бара, — Женя вздохнула. — А мама — в библиотеке. Уже заявила, что когда-нибудь и у неё будет такая.

— Видимо рассчитывает породниться с Лебедевыми. — Юля фыркнула, сложила руки на груди и снова воззрилась на сад.

Хоть Анна Петровна была маме свекровью, можно было хоть с каким-то уважением отнестись к тому, что сейчас о бабушке не было никаких вестей.

— Ладно, Жень. Я пойду к себе. Устала, хоть ничего толком не делала. Через час в сад выйдем, окей?

— Окей. Отдыхай.

Юля поднялась на второй этаж, заглянула в библиотеку, где и обнаружилась мама, с упоением читающая книгу и даже не поднявшая взгляда на дочь. Наверное, зря она так. Это по вине её, Юлиной, невезучести с их семьёй случилось всё это. И мама, привыкшая к совсем иной жизни, попросту оказалась не готовой потерять привычную обстановку. А сейчас вернулась в неё, хоть и ненадолго, и радовалась как ребёнок.

Притворив за собой дверь, Юля отправилась к себе, понимая, что начинает сходить от безвестности, с которой, увы, ничего не могла поделать.

«Как ты?» — похоже, она начала привыкать к тому, что их переписка с Дэном начиналась именно с этого вопроса.

«Нормально. Отдыхаю. Ты приедешь?»

«Нет».

У Юли даже сердце ухнуло куда-то вниз. Предстоящий приезд Лебедева был тем, чего она желала словно глотка свежего воздуха. И вот…

Но не успела она написать ответ, как от Дэна пришло ещё одно смс:

«Через полчаса Макар отвезёт тебя к спецам. Тебя хотят видеть».

Теперь сердце не просто ухнуло, но и, кажется, вообще перестало стучать, а кровь хлынула к щекам, так что Юля даже почувствовала, как запылало лицо.

«Тебе что-то сказали?» — набила она дрожащими пальцами, не сразу попадая в буквы на дисплее.

«Только то, что тебя хотят видеть. Новости скажут на месте. Я бы сам тебя отвёз, но пару часов ещё буду занят. Решил, что ты захочешь ехать сразу, как узнаешь».

Ещё бы! Юля вскочила с кровати и заходила по спальне. У неё было какое-то странное предчувствие. Вроде бы, хорошее, но в то же время с нотками подступающей истерики. Главное сейчас было верить в хорошее, и Юля не собиралась мысли допускать, что эти самые «спецы» приготовили для неё порцию плохих известий. По крайней мере, бабушка часто повторяла, что вера творит чудеса.

«Макар твой в курсе, что меня надо куда-то отвезти?» — снова уточнила она, когда вытащила из комода одежду.

«В курсе. Платон ему дал все инструкции. А оттуда я тебя уже заберу. Окей?»

«Окей… И точно ты ничего не знаешь?»

Снова возникла пауза, за время которой Юля успела одеться и сотню раз покоситься на молчавший телефон. Ей было бы проще, если бы какие бы то ни было новости сначала озвучил Дэн, а не равнодушные сотрудники тех самых спецслужб.

«Нет, ничего. Со мной только связались по этому поводу. Всё. Я наберу тебя, когда закончу. Целую».

«Хорошо. И я тебя».

Она сделала глубокий вдох и посмотрелась в зеркало. Вид тот ещё — краше в гроб кладут. Бледная, без косметики, с небрежно завязанными в хвост волосами. И одежда под стать — чёрная водолазка и тёмные же джинсы. Но на то, чтобы наряжаться, ни времени, ни желания не было.

— Жень, я скатаюсь в город, — расплывчато сообщила она сестре, спустившись на первый этаж. И тут же поняла, что не вдаваться в подробности не получится.

— Что случилось? — Женя поднялась навстречу, испуганно глядя на Юлю.

— Ничего. Дэн написал, что меня вызывают куда-то. Думаю, по поводу взрыва.

— А бабушка?

— Там всё и узнаю.

— Я с тобой! Подожди меня, я быстро.

Женя уже заковыляла к выходу из гостиной, но Юля остановила её на полпути.

— Нет. Я поеду одна.

— Почему?

— Потому что не нужно тебе перенапрягаться.

— Я в порядке.

— Нет. Я сразу же тебе позвоню, как только что-то узнаю. Идёт?

Женя тяжело вздохнула и посмотрела на сестру. Во взгляде её всего на мгновение промелькнуло что-то вроде укора, но в противовес этому она проговорила:

— Хорошо. Идёт. Не буду тебе обузой.

— Ты не обуза. — Юля приобняла сестру и, быстро чмокнув её в щёку, повторила: — Я сразу позвоню.

И быстрым шагом направилась к выходу из дома.

Макар уже ждал её возле машины. Курил, глядя куда-то вдаль, туда, где чернел на фоне светлого горизонта лес. Когда увидел, что Юля готова, отбросил сигарету и распахнул перед ней дверцу по правой стороне от водительского места. Улыбнулся и пошутил:

— Карета подана.

И когда она устроилась в машине, добавил:

— Пристегнитесь, пожалуйста.

— Вы знаете, куда ехать? — уточнила она, бросая сумку на заднее сидение. Только оставила телефон в руках на случай, если Дэну с ней снова понадобится связаться.

— Конечно. Платон мне всё обрисовал.

Он навевал на неё странные ощущения. Хмурый какой-то, даже мрачный. И стало тревожно. А может, виной тому было понимание, что её сегодня могут ждать совсем не те новости, на которые она рассчитывала?

Машина мягко выехала из посёлка, свернула влево и помчалась по безлюдной трассе. Странно. Ей казалось, что город в другой стороне.

— Я музыку включу, вы не против, Юлия Николаевна? — снова с улыбкой повернулся к ней Макар, покосившись на телефон в её руках.

— Нет. Я не против, — пожала она плечами, испытывая подспудное желание немедленно написать Дэну и поделиться тем, что её тревожило.

— Хорошо. А вы какую любите? Я могу попсовое радио поймать. Или что-то другое?

— Мне всё равно.

Она отвернулась в сторону окна, давая понять, что не настроена на беседы ни о музыке, ни о поэзии, ни о чём-либо ещё. А вообще странный он, этот Макар. Хотя, может, такое впечатление и должен производить безопасник?

По обеим сторонам пробегал унылый пейзаж. Лес и больше ничего. Мелькание деревьев убаюкивало, в противовес внутреннему голосу, который буквально вопил о чём-то, только Юля не могла понять, о чём именно.

Подгорье — возвестил указатель, когда они свернули налево, и вот тогда ей стало нехорошо. Если ей не изменяла память — этот населённый пункт был в совершенно ином направлении, чем город.

— Макар… а вы уверены, что мы едем туда, куда нужно? — выдохнула она, снимая блокировку экрана на телефоне. И тут же громко вскрикнула, когда Макар ловко выхватил мобильник из её рук и, открыв окно… выкинул его из машины. — Вы что творите?! — закричала она, в ужасе оборачиваясь, но поняла, что разглядеть что-то в затонированном наглухо заднем стекле, попросту невозможно.

— Ничего, Юлия Николаевна, — раздался в ответ спокойный голос Макара, после чего безопасник увеличил громкость радио и добавил: — Мы едем туда, куда нужно мне.

— Это шутка такая, да? — истерично выдохнула Юля, прекрасно зная ответ на свой вопрос.

— Похоже, что кто-то здесь шутит?

— Чьё это указание? — Голос звучал неестественно и высоко. — Это распоряжение Лебедева?

— Нет. Вы всё узнаете на месте. И пока не советую что-то пытаться сделать, — поймав её взгляд, метнувшийся на ручку дверцы, покачал головой Макар. — Замки заблокированы, да и на такой скорости если вы решите покинуть машину — разобьётесь. На меня тоже бросаться не советую — у меня тяжёлая рука.

Он повернулся к Юле и одарил её полубезумной улыбкой, от которой ей окончательно стало нехорошо. Руки похолодели, по телу прокатывались волны дрожи. Макар — тот самый человек, который желал Дэну смерти? Возможно. Или они едут туда, где она будет играть роль приманки для Лебедева?

В любом случае, то, что случилось, навевало на неё такой ужас, что стало тошнить. Надо было быть с собой честной — её никто не примчится спасать. Никто не станет рисковать жизнью Дэна, чтобы освободить какую-то там Юлю. И, скорее всего, всё окончится более чем плачевно. Для неё.

Но сейчас она уже ничего не могла поделать. Ловушка для неё захлопнулась, и она оказалась в её душной тесноте.

Они приехали минут через двадцать. Машина Макара едва ли не ткнулась капотом в высокие металлические ворота, которые тут же стали медленно открываться.

— Где мы? — выдавила из себя Юля, испуганно озираясь по сторонам.

— У человека, который не желает вам зла.

— Тогда зачем я здесь?

— Вы всё узнаете позже.

Макар припарковался возле трёхэтажного особняка и Юля не выдержала — стала дёргать ручку на двери с такой силой, что едва ли её не оторвала. А когда Макар всё же разблокировал замки, и дверь поддалась, Юлю тут же подхватил под локоть какой-то незнакомец, появившийся возле машины словно из ниоткуда.

— Отпустите! — закричала она, пытаясь выпростать руку из железной хватки. — Не смейте так со мной обращаться!

Она дёрнулась, но сразу же ойкнула от боли, когда пальцы мужчины впились в её локоть сильнее. Её волоком потащили к дому, и всё, на что у Юли хватило сил — переставлять ноги и бояться.

И боялась она так, что едва понимала, что с ней делают.