Глава 10

По правде говоря, идея у нее была ужасная.

Просто кошмарная.

Или… чертовски гениальная?

Таллула и так была навеселе с самого начала их встречи, и то, что случилось после… Ох, то, что случилось после… Поцелуй Берджеса перевернул ее сознание с ног на голову и отправил его в полет, словно футбольный мяч. Кто бы мог подумать, что в этом громиле скрывается такая… страсть? Ее еще никогда в жизни не целовали так искусно, учитывая, что они еще и не были раздеты. У этого мужчины явно был серьезный опыт. И тяжелее всего ей было отпустить ощущение, что он, казалось, хорошо понимал, что такое настоящая чувственность.

Хотя ее воспоминания о мужчинах с каждым днем становились все более туманными, она все еще отлично помнила, что во время поцелуев парни чаще всего сразу же тянулись к заднице. Их руки устремлялись к женским ягодицам с энтузиазмом почтовых голубей, возвращающихся в родную голубятню. В итоге бедным девушкам доставались лишь щекочущие их миндалины языки и жадные облапывания исследующих их «ложбинку» без спроса парней.

Но вот поцелуй Берджеса…

Изначально Таллула планировала с его помощью отвадить от себя Финна, но в итоге извлекла из него куда больше, чем рассчитывала. Она тут же вспомнила, как страстно Берджес сжимал ее бедра своими огромными ладонями, как трепетно он водил костяшками пальцев вдоль изгиба ее талии, как нежно облизывал ее кончиком языка. Она могла бы подколоть его за то, что он вот-вот «надавит на газ», но этот здоровяк явно знал, что делал. Быть может, потому что он когда-то уже был женат? И почему от этой мысли она чувствовала во рту привкус прокисшего молока?

Скорее всего, дело было в алкоголе.

О чем точно нельзя было забывать, так это о том, что Берджес был ее работодателем. Произошедшее не должно было повториться.

Однако, даже несмотря на лимонный амаретто, затуманивающий ее сознание, в голове Таллулы уже складывался план. Она ведь все еще могла помочь ему вернуться к полной жизни, разве нет? А он взамен поддерживал бы ее, пока она сама не встанет на ноги?

Берджес закинул руку за спинку ее сиденья и наклонился поближе.

Таллула было подумала, что он снова собирается ее поцеловать, и уже приоткрыла рот, чтобы отчитать его. Шутка. Вместо этого она облизнула губы и приготовилась к тому, что ее мир перевернется вновь. К сожалению Таллулы, хотя Берджес и заметил, как ее язык скользнул по линии губ, он лишь развернул свое массивное тело в сторону, держа руль одной рукой, – и она тут же осознала, что он просто пытается припарковаться перед домом. Судя по всему, они приехали.

Отлично. Таллуле срочно нужно было протрезветь.

– И какая же у тебя есть идея? – спросил Берджес, выравнивая внедорожник по тротуару.

Сейчас самое время сказать ему «забудь об этом» и оставить все как есть. Быть может, проводить с ним больше времени – плохая идея, учитывая, как угрожающе он ее привлекает. Сейчас она точно не искала серьезных отношений, так к чему ей тогда подобное увлечение? Как она представляла себе жизнь в одном доме со своим любовником? Ну уж нет. Это было бы катастрофой. Особенно если бы этим любовником был Берджес, оказавшийся крайне старомодным мужчиной. Он явно ожидал бы от нее того, что она будет сидеть дома и стоять у плиты даже в выходные. Ловушка, подготовленная ей этим угрюмым хоккеистом, живущим по своим устоявшимся правилам, захлопнулась бы вокруг Таллулы прежде, чем она успела бы моргнуть, – и это была не та жизнь, полная свободы и новых впечатлений, о которой она мечтала.

Однако же… Она все еще могла стать для этой семьи той самой «Прекрасной няней» и сделать их жизнь чуть светлее. Таллула все еще могла бы помочь Берджесу вернуться в социум, открыться счастью и стать лучшим отцом для Лиссы. А взамен на это она спокойно погружалась бы в собственные приключения, забыв о страхе.

Говори, пока не передумала.

– Ладно. – Таллула отстегнула ремень безопасности и повернулась к нему. – Во-первых, спасибо за предложение составить мне компанию в моих безумных авантюрах. Во-вторых, я с радостью его принимаю.

Берджес бросил на нее взгляд через плечо.

– Ты это серьезно?

– Еще как.

После этих слов он явно еле сдерживался от того, чтобы расплыться в улыбке.

– Так и знала, что тебе эта идея понравится, а! – рассмеялась Таллула. – Ты сможешь и со мной время проводить, и людей запугивать. Это ведь прямо твоя стихия. Такой простор для самовыражения!

– Что правда, то правда.

– Только ты как-то странно выглядишь.

Он поправился в кресле.

– Просто… чувствую облегчение. Теперь мне не придется лежать без сна, гадая, где ты и в безопасности ли ты…

– Давай-ка полегче, а то станешь больше похож на отца, чем на папочку. Между первым и вторым большая разница.

– Да господи… Я смогу позаботиться о тебе… как мужчина, а не отцовская фигура.

– Ты бы за любую свою няню так же переживал?

– Конечно, нет.

Ничего себе. Ну, тут уж Таллула сама напросилась. Сама влезла в липкую паутину лишних познаний. В машине повисло напряженное молчание, хотя, если прислушаться, можно было услышать, как у Берджеса напрягаются мышцы лица. Срочно смени тему. Притворись, что он просто пошутил.

– Так, это еще не вся моя идея. Ты не слышал остального. – В голосе Таллулы отразилась легкая дрожь. – Ты ведь сам сказал, что давно не выходил в свет. Все хоккей да дом. Дом да хоккей. Но что, если это твой шанс вновь открыться миру?

– Что ты имеешь в виду?

– Я о том, что у тебя хоть и характер ворчливого старика, на деле тебе всего тридцать семь. У меня на магистратуре числятся студенты, друг мой. И вместо того чтобы сопровождать меня с одной лишь целью вселять в окружающих мужчин страх божий, мы могли бы воспользоваться этим, чтобы заново интегрировать тебя в социум.

– Господи, Таллула. Ты так выражаешься, будто я живу в лесу среди волков. Не выходить в свет – мой собственный выбор. Люди меня чертовски раздражают.

– Может, ты пока просто не встретил ту самую.

Его взгляд стал острее.

– Так в чем суть твоего плана? Собираешься помочь мне найти пару?

– Опять ты по-волчьи заговорил. Ты там точно не скучаешь по своей стае?

– Смешно, ха-ха. – Он стукнул кулаком по рулю. – Послушай, я богатый профессиональный спортсмен. Если бы я хотел отношений, я бы их нашел. Мне не нужна помощь.

Таллула вновь ощутила во рту привкус прокисшего молока.

– Выходить в свет и учиться хорошо проводить время – не только про отношения. Это про то, чтобы… было что предложить, когда ты все-таки встретишь ту самую.

Берджес, казалось, задумался над ее словами, продолжая изучать Таллулу взглядом.

– Другими словами, ты утверждаешь, что у меня скучная жизнь. И что никто не захочет с таким связываться, так?

– Я бы выразилась помягче, но суть ты уловил.

– Хм.

Он убрал руку с руля, чтобы погладить бороду. Таллула непроизвольно впилась пальцами в колени, вспоминая, как совсем недавно его щетина терлась о ее челюсть. Интересно, каково это – слегка потянуть за нее рукой…

– Так что думаешь о моем плане, босс? – выдавила она из себя, силой удерживая себя от того, чтобы продолжить размышления о чувствительности его щетины. – Составишь компанию в моих приключениях. А я научу тебя знакомиться с новыми людьми. Веселиться. Чем черт не шутит, заставлю тебя вспомнить, каково это – быть веселым. Если ты вообще когда-то таким был.

– Еще как был, – хрипло ответил Берджес, слегка смутившись. – Если считать весельем бунтарские выходки. В юности я был тем самым парнем, который никогда не отказывался от спора. Только вот потом я повзрослел. Оброс ответственностью – и мне это нравится. Но, быть может, я и впрямь зашел слишком далеко. Я согласен на твое предложение. Хотя бы ради того… Чтобы стать тем, с кем было бы весело Лиссе.

Сердце Таллулы екнуло, вслед за этим по ее мозгу прокатилась целая волна электрических импульсов.

Мужчина, признающий свои недостатки. Стремящийся стать лучше.

Таллула и не догадывалась, как безумно такое заводит.

В это же мгновение она наказала себе быть осторожнее. Думать о Берджесе только как о работодателе. Друге. Но не больше. Иначе ее отношения с ним угрожали бы стать куда запутаннее.

И каких-либо пут ей очень хотелось бы избежать. Она ведь только начала заново учиться летать.

– Если ты еще не понял, Лисса тебя просто боготворит.

В ответ он только фыркнул, отвернув лицо.

– Это чистая правда. Хотя это и приправлено плотным слоем подросткового бунтарства, но все же… – Таллула мысленно улыбнулась. – Когда Лисса говорит что-то за ужином, она всегда сначала смотрит на тебя, чтобы первым делом увидеть твою реакцию на ее слова. Замечал это?

Берджес, хоть и с хмурым лицом, повернулся к Таллуле вновь.

– Она и правда так делает?

– Еще как.

За ее ответом повисла долгая пауза.

– Хм.

– Держу пари, новички в твоей команде ведут себя точно так же.

– Братья – Доноры Оргазмов? – Берджес закатил глаза. – Их вообще не волнует ничего, кроме их собственного мнения.

– Уверен? Попробуй за ними проследить в следующий раз.

– Ну уж нет.

Таллула рассмеялась.

– Ты уже вынудила меня согласиться на слишком многое сегодня. Лимит исчерпан.

– Справедливо. Спасибо, что заехал за мной. Я правда очень ценю это. – Прежде чем она осознала, что делает, ее рука потянулась к его бицепсу. По правде говоря, Таллула планировала лишь дружески по нему похлопать, но, наткнувшись на бетонное укрепление в форме руки, она нахмурила брови: может, она ошиблась и ухватилась за что-то другое? Потому что эта рука не казалась ей человеческой.

Нахмурившись еще сильнее, она сжала этот бугор мышц размером с грейпфрут, лишь краем сознания заметив, как дрогнули губы Берджеса.

– Кажется, это еще одна вещь, о которой я пожалею утром, – пробормотала она.

– Вполне вероятно.

Она не могла перестать трогать его бицепс. И почему она все еще этим занималась? Она скользила пальцами по его изгибам. Вверх-вниз. Словно изображая ребенка, спускающегося с горки. Уи-и-и.

– Так вот они… плоды высокобелковой диеты. Полезно знать. Полезно. Знать.

– Таллула?

– Да?

Он медленно наклонился ближе. И совершенно невзначай напряг руку.

– Я такой везде.

– Оу.

Их взгляды встретились, дыхание участилось в унисон.

– Хочешь таскать меня за собой по Бостону по своим приключениям? Хорошо. Я только рад. – Его лицо уже было настолько близко, что она ощущала его горячее дыхание на своих губах. – Дай знать, если захочешь, чтобы одно из этих приключений привело тебя в мою кровать.

Берджес не преувеличивал.

Он и правда знал, как завести женщину.

Таллула достаточно легко возбуждалась что от собственных фантазий, что от ее редких визитов во «взрослые» уголки интернета, но прошло уже очень, очень много времени с тех пор, как эта возбуждающая волна влажного тепла разливалась между ее бедер из-за реального мужчины. Этот горячий, неудержимый трепет в самом низу живота.

Ее пульс стал гулким и участился одновременно, а давно позабытое желание, требовавшее от нее трения двух тел, стало еще более резким, жадным, вынуждая ее придвинуться к Берджесу еще ближе… и ближе. Рука Таллулы скользнула с искусившего ее бицепса и вцепилась в ворот рубашки Берджеса, чтобы притянуть его к себе…

В это же мгновение зазвонили оба их телефона.

Громовой звон так неожиданно нарушил тишину их салонной близости, что Таллула тут же подумала о том, что их планируют арестовать. Это точно были сирены спецназа, который вот-вот нагрянул бы к ней с вопросом о том, почему это она собирается поцеловать своего босса второй раз за вечер.

Но этого не случилось. Это все еще был звон их телефонов.

Кто мог звонить им обоим в такое время?

– Лисса, – сказали они одновременно, отпрянув друг от друга.

Берджес первым выудил свой телефон из подстаканника и выдохнул, посмотрев на экран.

– Слава богу, это Уэллс. – Берджес выпрямился. – Какого черта он звонит в половине третьего ночи?

Таллула повернула к нему свой экран.

– Наверное, по той же причине, по которой звонит Жозефина. – Теперь ее сердце бешено колотилось уже по другой причине. – Надеюсь, с ними ничего не случилось.

Они одновременно сняли трубку.

– Алло?

С экрана Таллулы улыбалось такое знакомое и такое дорогое ей личико Жозефины, с ее темно-рыжими волосами и умными изумрудными глазами.

– Приветик! Как знала, что ты не спишь. Ты там где?

Таллула виновато поерзала.

– Неважно. У тебя что-то случилось?

Вместо ответа Жозефина озадаченно посмотрела куда-то за кадр, и внезапно рядом с ней появился Уэллс, держа свой телефон. – Погоди-погоди. – Он самодовольно ухмыльнулся. – Вы там что, вместе сейчас?

– Я кладу трубку, – рявкнул Берджес и тут же исполнил свою угрозу.

– Что это вы там делаете вместе в половине третьего ночи? – спросил Уэллс.

– Таллула всего лишь попросила ее подбросить, – почти закричал Берджес со стороны водителя.

Жозефина не смогла сдержать смех.

– О-о-о-о. Ее нужно было всего лишь подбросить, да?

Уэллс и Жозефина стукнулись кулаками.

– Так, завязывайте, вы оба. Очень смешно. Берджес любезно отложил свой здоровый сон, чтобы подвезти меня домой. – Таллула повернулась, чтобы в кадре было видно их обоих. – Неважно, как так получилось, зато вам повезло застать нас вдвоем. А теперь рассказывайте, что у вас там случилось?

– В общем… – Жозефина посмотрела на Уэллса влюбленными глазами. – Мы наконец выбрали место для свадьбы. И с этого момента… наши мечты стали воплощаться в реальность. Я так обрадовалась, что решила сразу позвонить и попросить тебя стать моей подружкой невесты. Я знала, что ты еще не спишь, и подумала, что будет еще лучше – и, буду честна, смешнее, – если ты в такой момент будешь пьяненькой. Само собой, я записываю наш разговор на видео.

– Я настолько предсказуема? – Таллула смотрела на экран, сдерживая подступающие к глазам слезы. – Ты в самом деле сейчас просишь меня стать твоей подружкой невесты?

– В самом деле.

По щекам Таллулы покатились слезы.

– Ох, божечки-божечки…

– Я могу считать это за «да»?

– Конечно, я говорю тебе «да»!

Что-то легко ударилось о коленку Таллулы, и она опустила взгляд: это Берджес открыл бардачок машины. Он вытащил из-под спрятанных туда документов пачку салфеток и протянул ей одну.

– Спасибо, – всхлипнула Таллула.

Он нахмурился, но это было не раздражение – а скорее выражение беспомощности.

– Я в порядке, – беззвучно сказала она.

В ответ он лишь хмыкнул, что не удивило никого из присутствующих.

Таллулу вдруг осенило, и по ее телу разлилась странная легкость.

– Погоди-ка, ты ведь звонишь Берджесу, потому что…

– Да, слушай. – Уэллс кашлянул в кулак, явно чувствуя себя неловко, одновременно с этим благодарный Жозефине за то, что она начала массировать ему спину. – Би, будешь моим шафером?

То, как резко остолбенел этот громадный хоккеист, доставило Таллуле истинное удовольствие.

– Я-то?

– Прошу, не заставляй меня повторять.

В воздухе повисла мертвая тишина.

Жозефина приподняла брови, глядя на Таллулу.

– Эм… – Она поспешила заполнить паузу. – Погодите! Вы даже не сказали, где будет проходить свадьба!

Уэллс постучал пальцами по коленке невесты.

– На Коста-Рике. В декабре.

– В декабре? Получается, до вашей свадьбы осталось… чуть больше двух месяцев! Жозефина! – Таллула подпрыгнула на сиденье. – Я так умру от счастья!

– И возьми с собой купальник, – пропела Жозефина. – Особенно советую тот голубой из колледжа, если он еще у тебя сохранился, потому что это один из наших свадебных цветов.

– Еще как сохранился! Может, сейчас он будет немного жать, но все же…

– Согласен, – внезапно сказал Берджес. – Я буду твоим шафером.

– Согласился ты очень вовремя, конечно, – сухо заметил Уэллс. – Но у меня нет иного выбора, кроме как принять это. Спасибо тебе.

– Совсем не за что. – Берджес скрестил руки на груди.

– Вот же ж тип, – беззвучно сказал Уэллс Жозефине.

– Ладно, не будем мешать вам… продолжать заниматься тем, на чем вы остановились. – Жозефина ухмыльнулась. – Я просто не смогла ждать до утра, чтобы попросить тебя об этом.

– Я так за вас рада! Уже жду не дождусь!

– Я тоже, – пробормотал Уэллс, целуя шею Жозефины, что быстро сделало их беседу не слишком приличной. И это не учитывая тот факт, что в глазах девушки уже начал отражаться подозрительный блеск. – Все, чего я хочу, – это называть тебя своей женой…

– Ладненько, остальное обсудим завтра! – быстро сказала Таллула, разрывая соединение. – Вау. Коста-Рика. Свадебные цвета. И все взаправду.

– Ага.

Таллула и Берджес смотрели друг на друга так долго, что в воздухе начали витать искры. По напряженному выражению его лица было ясно: он совсем не забыл о том, что почти произошло до звонка. И явно хотел вернуться к этому.

Но хотя Таллула все еще чувствовала глубокое, жгучее желание, разливавшееся в нижней части ее живота, все еще ощущала эмоциональный импульс рискнуть и перейти все границы со своим боссом, разговор с Уэллсом и Жозефиной напомнил ей о том, чего она точно не хотела. По крайней мере, для себя.

Привязываться.

А сидевший перед ней мужчина, который так сильно хотел убедиться в том, что она была в безопасности, этот отец-одиночка, этот хоть еще и молодой, но старомодный человек… явно был из тех, кто привязывается раз и навсегда. И без всяких лишних вопросов.

– Пожалуй, выдвинусь наверх. Кстати, я перенесла часть своих занятий на субботу, чтобы быть свободной для Лиссы по будням. Они начинаются завтра днем.

– Понятно.

Они вышли из машины, вошли в здание и поднялись на лифте в тишине, буквально разрывавшейся от напряжения. Завтра, как только протрезвеет, Таллула уже не будет мучиться от желания забыть о всякой осторожности рядом с Берджесом. Она планировала взять себя в руки и расставить приоритеты как надо.

Да только, когда она обернулась у двери своей комнаты и увидела, как Берджес наблюдает за ней из гостиницы, с голодом во взгляде, она задумалась: не переоценивала ли она свою силу воли?

Собрав ее в кулак, Таллула закрыла дверь своей спальни.

И медленно защелкнула замок.