Глава 15

Следующим субботним утром Берджес передал сумку с вещами Лиссы своей бывшей жене, Эшли, обменявшись с ней кривыми ухмылками, пока их дочь забиралась в машину и уже тянулась к приборной панели, чтобы выкрутить Raskulls на полную громкость.

– Как думаешь, еще не поздно добавить в наше соглашение о совместной опеке пункт, обязывающий тебя водить Лиссу на их концерты? – притворно всхлипнула Эшли.

– Еще как поздно, – отрезал он.

Эшли рассмеялась, но быстро умолкла и пристально на него посмотрела.

– Может, предложишь своей нянечке заработать сверхурочные? – язвительно предложила она. – По словам Лиссы, она еще достаточно молода, чтобы Raskulls ей даже понравились.

Берджес недовольно хмыкнул после напоминания бывшей о том факте, что Таллула была у него на зарплате. И при этом была еще и молода.

И еще ироничнее было то, что именно сегодня он собирался везти ее купаться голышом.

К тому же он достаточно хорошо знал свою бывшую, чтобы понимать: она спрашивала это специально.

– Ты хотела меня о чем-то спросить?

– Кто, я-то? Нет-нет. – Она сжала губы. – А она что – остается у тебя и на выходных?

– Да, Эшли. Остается. Она тут живет. – И слава богу. – Не выезжать же ей из квартиры каждые выходные.

Она ответила излишне выразительным кивком.

– Конечно же, нет.

Берджес глубоко вздохнул. Его бывшая все еще нравилась ему как человек. Правда. Она была великолепной матерью. Всегда поддерживала, даже когда его хоккейная карьера еще не взлетела. У них все еще были достаточно теплые отношения, чтобы хорошо справляться с совместным воспитанием Лиссы, но ему очень не нравилась пассивно-агрессивная манера, с которой она общалась с ним сегодня. Но учитывая, что обычно она так себя не вела, он решил не заострять внимание на ее странном поведении.

– Мне лучше забрать Лиссу в воскресенье вечером самому или ты ее привезешь?

– Лучше я сама ее привезу. – Она приоткрыла водительскую дверь и подмигнула ему, прежде чем сесть в машину. – Хороших выходных. Что бы ты там на них ни планировал.

Бердже нахмурился, когда машина отъехала от тротуара, махая Лиссе через заднее стекло, пока они вместе с мамой не скрылись за углом. Пока они еще были женаты, бывали времена, когда он неделями не появлялся дома, и Эшли, по понятным причинам, медленно, но верно, теряла уверенность в их отношениях. Хотя и никогда не спрашивала прямо, изменял ли он ей. А если бы и спросила – он бы сказал ей правду. Он никогда ей не изменял. Вместо этого Эшли то и дело… заигрывала с тем фактом, что у него были все возможности ей изменять. Прямо как сейчас. Неужели Эшли ревновала его к Таллуле? Она же даже не была с ней знакома! К тому же уже в следующем году у Эшли должна была состояться свадьба, и Берджес даже был на нее приглашен.

Этот неожиданный порыв ревности наверняка был лишь плодом его воображения.

На пути домой он взглянул на окна верхних этажей – и заметил, как в одном из них резко захлопнулись жалюзи. Это было окно в спальне Таллулы. Неужели она все это время наблюдала за его разговором с Эшли?

Погрузившись в собственные мысли, Берджес поднялся на лифте в пентхаус и направился к двери своей квартиры, которую оставил открытой, зная, что проводы Лиссы не займут много времени. Кухня и гостиная были пусты. Через час он должен был быть на тренировке, и ему уже стоило бы начать собирать необходимую экипировку, однако, закрыв глаза на явную нехватку времени, Берджес остановился у двери в спальню Таллулы.

Интересно, заперта ли она? Он не стал проверять это сам.

Для начала она должна разрешить ему войти.

Он легонько постучал в дверь костяшками пальцев.

Спустя несколько долгих мгновений Берджес услышал скрип кровати и последовавшие за ним приглушенные шаги. Дверь спальни резко распахнулась, и перед ним предстала Таллула в простой майке и закатанных шортах, с растрепанным пучком на макушке. Только вот лифчика на ней не было. Твою же мать. Лучше бы он сразу пошел на тренировку. Там он хотя бы смог выпустить пар перед их сегодняшней встречей. А сейчас он был на взводе и более чем готов взять ее на руки, швырнуть на кровать (где все еще были разложены ее учебники) и слизать эту цитрусовую сладость с нотками базилика с каждого сантиметра ее кожи.

– Привет, – прохрипел Берджес.

– Привет, – бодро ответила Таллула. Даже как-то слишком бодро.

Берджес уперся предплечьем в косяк двери, довольно ухмыльнувшись, когда взгляд Таллулы прилип к его бицепсу.

– Ты подглядывала за нами в окно?

– Что? – Она опешила. – О, я просто… проверяла, села ли Лисса в машину.

– Боялась, что я посажу ее не в ту машину?

– Нет, конечно. – Она рассмеялась и шлепнула его по плечу. – Это было бы глупо!

– Согласен. – Он прикусил щеку изнутри. – Так зачем ты наблюдала за нами на самом деле?

Казалось, Таллула, никак не могла решить, стоит ли ей продолжать свое притворство, но все же сдалась, но сдалась, закатив глаза.

– Вполне естественно, что меня интересует бывшая моего… друга. Это ведь совершенно нормально.

– Понял.

– Не говори «понял» таким тоном, – восхитительно надулась она, скрестив руки на груди и притопнув своей сексуальной ножкой. – С чего мне еще проявлять интерес?

– Не знаю. Наверное, мне просто важно понять, как ты относишься к тому, что я уже был женат. И что моя бывшая до сих пор является частью моей жизни. Я, Берджес Эйбрахам, хочу знать, что ты думаешь по этому поводу, Таллула.

– Почему тебе так это важно? – прошептала она.

– Потому что теперь и ты играешь большую роль в моей жизни. Любую, которую сама для себя выберешь, – выдохнул он. – Черт побери, да я бы и миллион заплатил, чтобы залезть к тебе в голову. Вот почему.

Она бросила взгляд на окно, словно вспоминая увиденное.

– Мне кажется…

Он убрал руку от двери, но остался стоять на пороге.

– Можно войти?

Ее лицо залилось румянцем, и она кивнула.

– Можно.

Восторг оттого, что она все-таки ему доверяет, заставил Берджеса почувствовать себя так, будто на его груди была сотня медалей.

– Спасибо.

Он продолжал идти вперед, пока Таллула не уперлась пяточками в кровать, и наклонился к ее лицу так, чтобы ему было проще насладиться каждым ее вдохом, каждым движением ее ресниц.

– Что тебе кажется?

– Мне кажется… нет, я точно знаю, что Лисса все еще надеется на ваше примирение. Она мне сама сказала.

– Господи.

Уж чего-чего, а такого Берджес не ожидал. Они что, упустили очередной важный разговор с дочерью? Если это было правдой, необходимо было срочно это исправить.

– Надеюсь, тебя-то не нужно убеждать, что этого никогда не случится, да?

Таллула протяжно хмыкнула.

– И что же означает этот звук? – тихо прорычал Берджес.

– Просто звук.

– А вот и нет.

– А вот и да.

– Таллула, черт побери.

– Я бы не хотела, чтобы вы сошлись снова!

От такого порыва эмоций она даже потеряла равновесие и упала на кровать. Ее лицо оказалось на уровне пресса Берджеса.

– Понимаешь?

– Потому что останешься без работы?

Он обхватил ее личико ладонью, медленно провел большим пальцем по скуле, спустился к ее губам… А затем, повинуясь чистым инстинктам, позволил своему пальцу соскользнуть в ее ротик, издав сладостный стон, когда она не стала его останавливать. И даже больше, она позволила ему ввести палец до самого конца, а сама возбужденно вцепилась в покрывало. Зрачки Таллулы расширились так сильно, что ее глаза стали еще темнее обычного.

– Быть может, есть и другая причина, по которой ты не хочешь, чтобы я был с кем-то еще? – хрипло спросил Берджес, выведя палец наружу и размазав слюну по ее пухлым губкам. Лишь затем, чтобы снова заскользнуть им ей в ротик. Еще глубже.

– Продолжай сосать, если ответ – «да».

Это было самое долгое мгновение в его жизни.

Таллула заглотила его, втянула щечки и начала сосать с таким рвением, что Берджес не удержался и тут же издал глубокий рык удовольствия, который лишь усиливался и повторялся с каждым движением ее языка.

Таллула отпустила покрывало и прижала ладони к его прессу, завороженно разглядывая собственные руки, будто они начали жить своей жизнью. А Берджес лишь наблюдал, затаив дыхание, ожидая ее следующего шага. Ошеломленный тем, что прямо сейчас она его касалась. Ошеломленный ее признанием. Благодаря Господа за то, что все-таки решился постучать в эту чертову дверь.

Когда она приподняла его футболку, отпустила палец изо рта и прижала влажные губы к его оголенному животу, опалив его своим горячим дыханием, Берджес вздрогнул всем телом – и его яйца тут же налились свинцом. Член стоял колом, выпирая из штанов, умоляя Таллулу о прикосновении. И когда она провела по нему языком прямо сквозь ткань, от корня до головки, Берджес сорвался на стон.

Неверие в реальность происходящего тут же сменилось чистым благоговением, и его мозг отключился.

– Я не верю, что найдется женщина, которая отказалась бы от такого и не скучала по тебе время от времени.

После еще одного мучительного путешествия языка Таллулы по его стояку она крепко обхватила ствол его члена и начала сосать его через ткань, разжигая пожар в разуме Берджеса.

– А точнее, все время…

Еще одно движение языка.

– Каждую…

Легкий укус, от которого он застонал сквозь зубы.

– Ночь…

Неужели это все происходило на самом деле?

Да, все и правда происходило на самом деле.

– Хочешь отведать мой член, Таллула? – Берджес тяжело дышал. – В жопу эту тренировку. Я готов трахать тебя хоть следующие тридцать шесть часов, не переставая. Но ты должна быть уверена…

– В чем? – выдохнула она, все еще посасывая головку его члена через ткань.

Прежде чем Берджес смог ответить, он издал возбужденный стон.

– Во мне.

Внезапно на лице Таллулы вспыхнула паника.

– Как именно уверена?

Понимая, что уже через мгновение он возьмет на себя большой риск, Берджес опустился перед Таллулой на колени и впился в ее губы своими, прежде чем успел коснуться пола. Их поцелуй был яростным, жадным. Берджес голодно навис над ее послушным телом, впился пальцами в волосы Таллулы, окончательно растрепав ей прическу.

– Я не занимаюсь сексом без обязательств, – прошептал он, после чего слился с ней в очередном безбашенном поцелуе и одной рукой подтянул ее к самому краю кровати, чтобы ощутить нежную поверхность ее горячих бедер на своих ребрах и почувствовать жар ее киски у своей груди. Господь всемогущий. Не слишком ли рискованно было требовать от нее так много? Верный ответ был лишь один – еще как слишком, но любой риск стоил того.

– Я хочу быть обязан тебе, Таллула.

Его губы все еще прикасались к ее.

– Даже не так, я ведь уже одержим тобой, понимаешь? И каждый раз, когда ты будешь шептать мое имя, когда я буду дарить тебе очередной оргазм, я буду привязываться все сильнее. С огромной радостью. С той же радостью, с которой я вынесу вперед ногами любого, кто попробует тебя у меня отобрать. Можешь. Быть. Уверена.

Таллула впилась пальцами в его грудь, на ее лице отражалась внутренняя борьба, будто она никак не могла решить – оттолкнуть его от себя или притянуть ближе.

– Я… не уверена, – выдохнула она.

В сердце Берджеса тут же впились когти разочарования, хотя он и постарался не выдать своих настоящих чувств. Он опустил голову вперед, медленно вдохнул через нос. Еще медленнее выдохнул через рот и буквально заставил себя убрать руки с широко раздвинутых бедер Таллулы. Это была самая настоящая пытка. Осознавать, что она все еще была не против хорошего траха. Он мог прямо сейчас перевернуть ее, стянуть с нее шорты вместе с трусиками и наконец отведать киску Таллулы на вкус. Мог вылизывать ее, пока она не кончит, а потом отдолбить ее упругое тело сзади.

Господи. Каким же надо было быть дураком, чтобы вместо всего этого выдвигать ей такие требования? Он совершенно точно спятил. Зачем он останавливал себя, когда к его груди, дрожа всем телом, прижималась затвердевшими сосками такая девушка?

Голодная. Готовая. Разгоряченная, прекрасная и принадлежащая в этот момент только ему. Только в этом-то и была проблема. Что-то внутри Берджеса без конца повторяло: «Моя». «Моя». «Моя». С самого первого дня их знакомства. Он не мог «просто развлекаться» с ней. И не стал бы притворяться, что может. Так он предал бы и себя, и Таллулу.

Он прижался головой к ее лбу.

– Я уже слишком стар для игр, Таллула.

– А я нет, – прошептала она, все еще тяжело дыша.

– Знаю.

Он вновь слился с ней в поцелуе, наслаждаясь звуками того, как она ловит воздух ртом, как ее шея бессильно опадает в его руке после одного движения его языка.

– Пока что я с удовольствием свожу тебя на «Ред Сокс». Потом отвезу искупаться голышом. И вообще буду делать с тобой все, что ты захочешь. А ты продолжай узнавать меня поближе и решай, нужны ли тебе такие обязательства.

– Предупреждаю тебя… – заикаясь, сказала она. – Я… не хочу никаких обязательств.

– Хорошо.

– Не говори «хорошо» так, будто не веришь моим словам.

Таллула посмотрела ему прямо в глаза, а на ее лице отразилась неожиданная серьезность.

– Дело не только в том, что я пытаюсь заново научиться чувствовать себя… свободной. Просто мне все еще нужно время, чтобы перестать бояться того, что под маской каждого человека скрывается кто-то другой. Может, я никогда и не избавлюсь от этого страха. А ты зря потратишь на меня свое время.

– Время с тобой невозможно потратить зря. Твоя компания – самая настоящая привилегия.

Таллула закрыла глаза и оперлась обеими руками на кровать, открыв Берджесу великолепный и крайне возбуждающий вид на свои голые бедра и спрятавшуюся под майкой сочную грудь, всколыхнувшуюся, будто красная тряпка для быка.

– Кстати, о совместном времяпрепровождении…

Она внезапно занервничала.

– Вполне возможно, нам придется перенести наше приключение на часок-другой.

– Это еще почему?

– У меня встреча.

– Встреча?

– Ага. Нужно будет встретиться с однокурсником – мы партнеры по лабораторной. На следующей неделе он уезжает из города, и у нас больше не будет шанса обсудить все лично. Дальше сможем работать только удаленно. Поэтому я пообещала встретиться с ним в кофейне сегодня после полудня.

Берджес приподнял ее подбородок, изучающе рассматривая ее лицо в попытках понять, почему она так нервничает.

– Звучит вполне себе нормально. А в чем проблема?

– Мой партнер – тот самый излишне настойчивый заучка из клуба, так сильно жаждавший разделить со мной такси.

– Ну уж нет, – рявкнул Берджес; инстинкты защитника зажгли нервные окончания по всему его телу. – Пошли его на хер.

– Я не могу послать его на хер. К тому же мы будем в публичном месте, так что нет никаких причин для паники.

– Тогда почему ты так нервничаешь?

Таллула с силой зажмурилась.

– Ненавижу это чувство. Из-за него я ощущаю себя такой жалкой.

– Эй. Никакая ты не жалкая.

В этот момент ей явно нужно было что-то более убедительное. Берджес видел это и невооруженным глазом. И именно поэтому он попытался поставить себя на ее место – что было почти невозможно, потому что он никогда не боялся людей. Ему вообще редко приходилось чувствовать страх. И почему он никогда не задумывался о том, насколько это несправедливо по отношению к Таллуле? Ощущение безопасности было для него данностью. Но что бы он чувствовал, если бы это было не так?

– Таллула?

– Да?

Ему потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы подобрать правильные слова.

– А как насчет того, чтобы сказать этому клоуну, что он доставляет тебе дискомфорт и по этой причине ему стоит отвалить?

Таллула сделала глубокий вдох.

– Ох, не знаю. Лучше я просто сделаю вид, что ничего не происходит.

– И как часто работает это твое «сделаю вид»?

В ответ на эти слова Таллула лишь удивленно моргнула, и Берджес тут же решил сменить тактику.

– Когда кто-то лезет на мою территорию на льду, я сразу даю ему понять – так делать нельзя. И… хотя я никогда и не задумывался об этом, но… это тут же будто придает мне сил. У тебя есть полное право его отшить.

– Знаю, что есть. Только вот болтать – не мешки ворочать.

Кажется, Берджес начинал понимать, в чем дело.

– А что, если в этот момент я буду рядом с тобой?

В глазах Таллулы вспыхнули огоньки.

– И ты согласишься пойти со мной на учебное свидание?

– Стоп. С чего оно вдруг стало «свиданием»? Только что это была просто «встреча».

– Ох. Ладно, это будет встреча. Господи боже…

Таллула присмотрелась к его лицу, все еще тяжело дыша.

– Ты и правда хочешь пойти туда со мной?

– Я ведь твой телохранитель, разве нет?

Чтобы немного приободрить ее, он еще раз поцеловал Таллулу прямо в губы.

– И запомни мои слова, совсем скоро ты перестанешь в нем нуждаться.

Таллула плоско рассмеялась.

– Ты точно в этом уверен?

– Абсолютно.

Они долго смотрели друг на друга. За окном гудел трафик, на фоне жужжал вентилятор, пока они с каждой секундой все больше становились одним целым. Его губы снова нашли ее, и они вновь слились в сладком, захватывающем дух поцелуе. Таллула скользила ладонями по его груди… плечам… будто скульптор, пристально изучающий шедевр искусства. Пламя его страсти стало настолько жарким, что начало обжигать его изнутри. Берджес глубже скользнул языком в ротик Таллулы и тут же ощутил зарождающийся в ее легких стон, почувствовал, с каким трепетом начинают дрожать ее горячие бедра… И осознал – надо остановиться. Потому что для него это было больше, чем просто похоть. Он целовал ее, чтобы утешить. Придать ей сил… Потому что она ему, черт подери, нравилась. По-настоящему.

Только поэтому он и смог прислушаться к своему сердцу, а не члену.

Выругавшись, он наконец оторвался от Таллулы. Несмотря на сбитый дух, они все еще дышали в унисон.

– Пришли мне место и время, – хрипло произнес он, поднимаясь, чтобы успеть выйти из комнаты Таллулы, прежде чем полностью потерять контроль над собой. Он благодарил Господа за то, что у него еще были все возможности выпустить пар перед их следующей встречей. Пускай глубоко в душе он и понимал – для этого ему не хватило бы и всей вечности. Берджесу и самому было интересно, удастся ли ему убедить Таллулу рискнуть завязать с ним серьезные отношения, прежде чем его самообладание даст брешь и он сдастся своим желаниям?