37. Мария

— Да, это я. Я пишу книги. Доволен? — раздражённо сказала я и тут же пригрозила. — Не смей трепаться, что трахался с известной писательницей! Или мой менеджер и адвокат упекут тебя за решётку!

— Не такая уж ты известная! — пожал плечами Лукас. — Вирджиния Вульф, Теодор Драйзер, Эрнест Хэмингуэй — известные писатели. Так что я могу вырвать из этой книженции парочку страниц…

— Не смей!

— Но почему? Думаю, что ты печатаешь книги на ноутбуке или в планшете. То есть это не единственный экземпляр.

— Послушай, Санта. Очень-очень Плохой Санта! — я молитвенно сложила ладони. — Это экземпляр книги, которая ещё не появилась на прилавках. У меня есть традиция. Я всегда получаю свой экземпляр до запуска продаж. Я открываю и подписываю книгу в день официального открытия продаж, записываю дату на развороте и оставляю самой себе пожелание на будущее.

Лукас внимательно меня слушал. Потом полистал книгу, погладил корешок.

— Смахивает на примету.

— Так и есть, — вздохнула я облегчённо, думая, что Лукас прислушался к моим словам и сделал правильные выводы. — Это мой талисман на удачу.

— Понятно, — отозвался Лукас, но потом развернулся к печке и выдрал с корнем несколько страниц.

Я издала крик зверя, раненного в самое сердце!

— Что ты творишь?!

— Продажи будут отличными, если ты написала интересную историю. Если же ты написала унылую хрень, её не спасёт даже невинный ягнёнок, принесённый в жертву! — пробасил Лукас.

Потом он небрежно швырнул книгу в сторону и поджёг бумагу.

Огонь разгорелся очень быстро и начал лизать дрова. Я всхлипнула. Мне было больно на душе.

Лукас надругался над моими чувствами.

Услышав мой всхлип, мужчина обернулся.

— Ты плачешь, что ли? — удивился он.

— Нет.

— Ревёшь, — фыркнул Лукас и ещё раз пнул мою книгу. — Малышка, это дебильное суеверие.

— Творческие люди — самые суеверные.

— А вот это всё уже хрень! — рявкнул Лукас, потом подобрал книгу и ткнул пальцем в надписи. — Вот тут написано, что твои книги регулярно становятся бестселлерами по версии New York Times.

— Да!

— Тогда ответь, кто написал все эти… — Лукас прочитал приписку. — Девять романов о великой любви? Твоё суеверие или ты сама?

— Сама, конечно! Но…

— Никаких «но», крошка! Если ты добилась этого, значит, ты талантлива и трудолюбива. Без всяких грёбаных суеверий. Так что пора избавляться от них. В топку всё.