Глава 5

Михаил – Отставить огонь! – рявкаю на малолеток. Не хватало, чтобы на детей кто-то из людей Гошки окрысился за метко прилетевший снаряд. Тем более, вонючий. Мало ли, переклинит кого. Да и нечего детям влезать во взрослые разборки. – Мы сами во всем разберемся! – успокаиваю ребятню. – Сейчас все бандиты уедут. – А по кому тогда стрелять, если они уедут? – тут же раздается расстроенный мальчишеский голосок из-за ограды. – А это кто ва-аще такой командует? – возмущается другой. – И он главный? Может и по нему какашками кидать? – В этого нельзя какашками! – сразу же протестует Юлька. – Это принц. Как мама его полюбит, если от него какашками будет пахнуть? Фу! Света в этот момент пытается прогнать ребятню. Дочка «нумамкает», остальные вторят. Уходить не хотят. – Это что вообще? – Гоша с недоумением оглядывается на оградку, за которой толпятся дети. – Эй, щенки! Кто только попробует… Я хватаю его за ворот дорогого пиджака и разворачиваю к себе, не давая договорить. Если продолжит угрожать, то не все испугаются. А если и испугаются, то некоторые малолетки из принципа и гордости специально в него что-то бросят. Просто в знак протеста. Дети же. Сам бы я точно бросил, когда был в их возрасте, доказывая всем и самому себе, что самостоятельный, смелый, уже взрослый и сам самый. На мой поступок сразу реагируют люди Гоши. Подрываются, напрягаются, но действий никаких пока не предпринимают. Я же останавливаюсь и больше ничего не делаю. И они ждут развития событий или команды от своего босса. Мои парни тоже. Сам Гоша немного затормозил. Потому что испугался меня и моего неожиданно действия. В его расширенных глазах я это четко увидел. После страха появляется обида ущемленной гордости и авторитета, злость… – А он ему, что, по морде сейчас даст? – доносится из-за ограды детский голос. – Было бы круто! – отзывается другой. – А потом, вооо-о-ще, все бы драться начали, прикинь! – Я сказала, отошли от ограды! – строит малолетних разбойников Света. Не отпуская собеседника, заглядываю ему в глаза и вкрадчиво поясняю: – Слушай, Гоша Георгий, ты зря сюда приехал. Этот детский дом уже мой, – немного блефа пойдет только на пользу дела. – Документы, пока мы здесь беседуем, уже подписываются директором этого учреждения. Ты опоздал. Поэтому, забирай своих и вали. – Зря ты так со мной… – недобро проговаривает Гоша. Но попыток высвободиться не совершает. Знает, что бессмысленно. Только глупо бултыхаться будет в моих руках. – Ты мне угрожаешь? – оскаливаюсь я. Никаких угроз не потерплю. – Нет что ты? – сразу меняется в лице Гоша. – Я же просто предупредить хотел. Очень важные люди нацелились на эту территорию. – В курсе, – хмыкаю. – Но я первый. – Ты не понял, – почему-то ухмыляется Гоша. С чего осмелел? – Я же приехал не сам по себе… И недоговаривает. Ждет моей реакции. Знает, что я пойму, к чему он клонит. – Это что же, не успел порулить делами, как лег под кого-то другого? Легко отдал себя и наследство Захаренко? Мои слова Гоше очень не нравятся, как и его людям. Но тут он сам виноват. Я его не уговаривал мне признаваться. Сам все рассказал. А я лишь сделал очевидный и всем понятный вывод. – Отпусти меня, – шипит Гоша. И я отпускаю. Отчего собеседник чуть не падает. Не ожидал, что сразу отпущу. – Не радуйся, – цедит сквозь зубы он, отходя от меня подальше. За спины своих людей. – Подписанные бумажки – ерунда. Ты же понимаешь, что им ходу могут не дать. И другие канавы по дороге всплывут. – У меня все улажено, – отвечаю уверенно. Со стороны соседней улицы раздаются узнаваемые сигналы машин полиции. Они приближаются. – Это ты так думаешь, – ухмыляется Гоша, садясь в тачку. – Посмотрим, посмотрим… Его люди следуют примеру. И сваливают перед самым приездом полицейских нарядов. Ни Светы, ни детей, по ту сторону забора, не оказывается. Блюстители закона меня сразу узнают. Поэтому вопросы задают осторожно и со всем уважением. Знают, что я ничего не нарушаю. И подкопаться ко мне ни с правовой ни с человеческой стороны нельзя. А за попытки могут и ответные действия прилететь. Очень неприятные. С хреновыми последствиями для всех особо инициативных. То что и на этот раз ничего правонарушительного не совершаю, доказываю быстро. А директор детского дома, мол, просто запаниковал. Испугался, когда приехали другие «приобретали» недвижимости. Сейчас же все улажено, и бравым сотрудникам полиции можно спокойно ехать по своим делам. Когда вопрос с полицией оказывается решенным, и они уезжают, быстро перелажу через оградку. Мог бы и замок выбить, но зачем портить имущество и без того бедного учреждения. Парадная дверь в основное здание детского дома также оказывается заперта. Ну-ну… Это меня точно не остановит. Я это место очень хорошо знаю. Обходя здание вдоль торца, слышу сверху окрик. – Эй! Это из окна высовывается голова Юленьки. Лицо у нее сердитое, выражает обиду и решительность. – Ты не принц! – вдруг заявляет забавная малявка. – Мама мне все рассказала! Ты самый настоящий бандит! Ты врал мне! Я объявляю тебе войну! Голова девочки после слов тут же пропадает. Вместо нее высовывается небольшое ведерко, что сразу опрокидывается. А жидкое содержимое летит мне на голову.