Глава 8

Михаил Соображаю не долго. Привык все решать быстро. – Тамара Леонидовна? – быстро догоняю женщину. – Откуда у вас информация, что Юля мой ребенок? Вам Света сказала? Произношу и сам не могу поверить в эти слова. Мой ребенок… Вообще, это многое меняет. Несмотря на то, что женщина значительно ниже меня, смотрит, как обычно, свысока. Точно так же как, когда мне было шесть лет. В этом вся Тамара Леонидовна. Ее и остальные работники детского дома побаивались. Даже директор не смел ей и слова лишнего сказать. А она коллег «строила» точно так же, как и воспитанников учреждения. – Пронин… – тяжело вздыхает она, словно ей приходится сильно терпеть мое присутствие. Хотя, почему словно? – Светлана мне ничего не говорила. И я даже не спрашивала. Мне нет до этого дела. Но у меня есть глаза и уши, – для наглядности женщина мне, как малолетнему дурачку, показывает пальцем на свои органы чувств. – А еще я чую в ней тебя, – сухой палец упирается мне в грудь. Поблекшие глаза женщины недовольно сверлят меня. – Скажу так… Мне не хочется, чтобы ты портил жизнь Светлане. Но очень хочу, чтобы ты забрал свою маленькую демоницу. Надеюсь, ты меня услышал. Отвернувшись, снова уходит. Не оборачиваясь, бросает: – И поскорее! У меня терпение не бесконечно, Пронин! Это она еще не знает про мои намерения насчет этого учреждения. Так... Юля моя или не моя дочь? Нужно Свету прямо спросить? Но она же мне сразу ничего про ребенка не сказала. Не стала. Упрямая же. Не захочет – не признается. Генетический тест? С другой стороны, достаточно узнать дату рождения девочки. И просто посчитать. Иду по коридору. Пытаюсь во всем разобраться. Знакомые стены, потолок, двери, тем временем, накидывают воспоминания. Мысли путаются. А ведь я сюда ехал не за этим. Нужно было быстро взять «автографы» с нынешнего директора учреждения. И скоро все оформить. Но нет же! Краем глаза замечаю фигуру, что резко прячется за ответвлением коридора сбоку. Света?! Думает я ее не заметил? Как же хочется прижать ее к стенке. Задать вопросы… И не только задать вопросы… Так! Останавливаю сам себя. Беру под контроль эмоции. Я здесь не для этого. Со Светой и Юлей все решу. Но не сейчас. Главное – документы. Нужно дожать директора, если Павлик этого не сделал. Детский дом не достанется всяким уродам! Он будет моим! Прохожу мимо и делаю вид, что Свету не замечаю. Заворачиваю к коридору, что ведет к кабинету директора. А там просвет перегораживает… Вооруженное ополчение. Не, ну, реально. А как еще обозвать это сборище воинственно настроенных детей, в руках которых разный уборочный инвентарь? От швабр и веников до мокрых тряпок. Как багор с пожарного щита не притащили, удивительно. Несколько детей немного пятятся, разглядывая меня широко раскрытыми глазами. Наверно, вида испугались. – Псс! Против вампиров осиновый кол нужен, – слышу шепот одного мальчугана другому. – Это да… А черенок от щетки из осины сделан? – спрашивает его второй. Как бы не кинулись пробовать метод на практике. Из дверей выглядывают дети постарше. С удивлением взирают на столпотворение малышей. Ну, да, то еще представление. Вмешиваться не спешат. Кто-то даже снимает все на телефон. Вперед выходит Юля. С метлой на длинной палке в руках. Самой метлой к верху. Опирается на черенок, как на посох. Она же объявила войну. Вот и армию собрала. Глядя на меня с вызовом, бьет деревянным концом черенка метлы об пол, громко и смело заявляя: – Ты не пройдешь! Через ее лицо свисает все тот же непослушный локон светлых волос. На ногах девочки кроксы. Желтые… Хм. Девочка, по всему ее виду, ждет, что злой бандит рванет на штурм. Или грозиться станет. По виду остальной малышни понятно, что они ждут того же. Я же… – Почему? – решаю спросить. – Ээ… – задумывается мелкая на короткий миг. – Потому что мы не пропустим тебя! – А почему? – усмехаюсь я. Юля ответить не успевает. За нее это делает другая девочка помладше: – Потому сто ты стласный! – Очень страшный! – подтверждает другая. – Зомби! – Труп ходячий! Вампир! Демонический мафиози… – в разнобой высказываются другие дети. – Да! – снова стучит черенком Юля, соглашаясь со своим «войском». – И ты хочешь купить детдом! – И что? – спрашиваю я. – Подумаешь. Пожимаю плечами. – Как «что»?! – возмущается малышка, всплескивая свободной рукой. – Ты всех выгонишь отсюда! – И даже охранника? – спрашивает мальчик за спиной Юли. – Даже уборщицу! – топает она ножкой. – Ну хоть Тамару Леонидовну выгонят! – подает веселый голос кто-то из детей постарше, что просто наблюдают за происходящим в отдалении. – Не, ты че? Она тут костьми ляжет! Но ни за что не уйдет. Будет потом мучить рабочих, что придут на место детдома что-то другое строить, – поддакивает другой. – Ага! – смеется третий. – А через сто лет ее призрак к новым жителям на этом месте приставать будет. – Если, конечно, она умрет. Мне кажется она, вообще, бессмертная. Ребята угорают. Весело им. А так? – Тамара Леонидовна идет, – указываю за угол. Пацаны тут же пропадают с горизонта. Другие дети испугано переглядываются. Но все же позиций не сдают. Стоят почти твердо. Кто-то даже в носу самоотверженно козюли ковыряет. Надеюсь, этот ушастый мальчуган не снаряды против меня готовит? Я же снова задаю вопрос Юле: – С чего ты это взяла, что я всех тут выгоню? – Так это… – она пытается придумать что ответить. И находит. – Это все знают! Мда… Ультимативно. – Я, например, не знаю, – развожу в стороны руками. – А если не знаю я, то откуда знают все? – Ээ… – девочка залипает. – Решил детям голову заморочить? – за спиной раздается недовольный голос Светы.