Глава 9

Михаил Обернувшись, вижу Свету с аптечкой в руках. Взгляд обеспокоенный. – Зачем мне это? – спрашиваю ее. – Какой смысл мне их морочить? Только хочу расставить точки над «и». И пояснить, кто человек, который, можно сказать, является новым владельцем детского дома. После моих слов в девушке происходят перемены, радующие мои глаза. Вот она! Та самая! Прямо из нашей юности. Взволнована, но решительна. Раскраснелась, ноздри чудесного носика расширены. Дышит глубоко и часто. Словно только из парной выбежала. В глазах молнии праведного гнева. Ух! – Даже думать забудь! – чуть не рычит Света. – Детский дом НЕ БУДЕТ! ТВОИМ! – А вот это не тебе решать! – отвечаю ей. Никто не смеет решать за меня! – Ни тебе превращать наш с тобой дом и дом этих детей в руины! – уже кричит на меня девушка. – И никому другому тоже не позволю! – Вот это ангел-спаситель нашелся! – начинаю заводиться. Света единственная, кто мог этого от меня добиться. – Помнится, одна прелестная голубоглазая девочка говорила, что это настоящая черная дыра, – обвожу помещение руками, – которая засасывает жизни и души. Та девочка жаждала свалить из детдома поскорее! И спалить тут все до тла! Помнишь такую? – Та девочка дурой малолетней была, – сдерживая ярость, шипит Света. – Она изменилась, повзрослела. А мальчик один, как посмотрю, ни капли не изменился. Таким же остался… Малолетним ослом! Последнее выплевывает в желании ранить сильнее, задеть. – Забываешься, – жестко цежу я сквозь стиснутые зубы. Как же давно со мной не разговаривали подобным образом. Света последней и была. Кроме нее никто и не осмеливался. А я и не позволял. Сейчас же во мне все клокочет… Надвигаюсь на девушку. – Забываюсь?! – ни чуть не отступает Света. Наоборот, смотрит с еще большим вызовом. – Что?! Что изменилось?! Твой незыблемый девиз – двигаюсь к цели, а весь остальной мир в труху?! На ее глазах слезы. Горечь ощущаю не пробуя. Вообще, она права. Обычно так и происходит. Своего всегда добиваюсь. Остальное побоку. Да, правильно, хоть весь мир в труху. Но не все так однозначно. И я не могу позволить проливать эту едкую горечь из таких красивых глаз. Не хочу снова видеть ее такой. Хватаю девушку за плечо и быстро заталкиваю за ближайшую дверь. Ни Света, ни дети не успевают ничего понять. Дверь захлопываю, задвигаю старую щеколду. Мы оказываемся в пыльной комнате, заставленной всяким хламом. По-моему, он здесь находится еще с тех пор, как я тут жил. Не давая Свете прийти в себя, поступаю лишь одним действенным способом, который знаю. Вернее, не так. Способом, который лучше всего помогает этой девушке в таких ситуациях. И мне тоже. С силой впиваюсь в такие манящие губы. Прижимаю хрупкое тело к себе и… Тут же получаю не менее страстный и безумный ответ. Прилипаем друг к другу. Через костюм чувствую, как в спину впиваются ногти Светы. Хочется выпить ее всю! Утолить бушующий внутри пожар. Она жаждет того же. Прерывает наше безумие грохот ударов по деревянной двери. И детские возгласы. Особенно один самый звонкий. – Отпусти маму! Открой! Ма-ма! Я тебя спасу! После чего Света тут же отпрыгивает, словно ошпаренная. – Урод! Козел! – возмущенно ругается на меня. И спешит открыть дверь. – Воспользовался! Еще и Юленьку напугал! Козлина! Только о себе думаешь! Видимо, захлестнувшие девушку эмоции не сразу позволяют ей нащупать щеколду и отпереть дверь. – На, осиновую палку! – добавляется отчетливый голос какого-то мальчика с той стороны. – Зачем? – раздается вопрос Юли. – Так против вампиров самое то! – отвечают ей. – Фу, блин! – издает Света. В попытках открыть дверь она пытается одновременно вытереть лицо и одежду. И все одной рукой. Второй так и держит аптечку. – Всю запачкал! И чего такой грязный?! – Дочка постаралась, – хмыкаю я, сам пытаясь прийти в себя после бурного поцелуя. Специально не акцентировал на том, чья дочка. Не сказал, что «твоя дочка». Просто, дочка. Подействовало. Света бросает на меня испуганный и в то же время испепеляющий взгляд. И быстро отворачивается к двери, пряча глаза. – Мало она тебя разукрасила! Нужно бы добавить! Да что же за замок такой?! Заело, что ли… – Мамочка! – продолжает доноситься с той стороны. Прихожу на помощь. Щеколда подается не сразу. Действительно, заела. С громким щелчком, запор отъезжает, отпирая дверь. А Света, оттолкнув меня, вырывается из комнаты. – Мама! – бросается ей в объятья Юля. При этом и мне кулаком грозить успевает. – Если он покусал, то Светлана Дмитриевна теперь тоже вампир! – предполагает кто-то. – Я тебя сейчас сама покусаю! – огрызается на него Юля. Тут со стороны лестницы, ведущей к кабинету директора, появляется Павлик. – Ого, какие страсти кипят, – улыбается он. Вид довольный, как у кота отъевшегося сметаной. И я понимаю отчего, когда мой помощник машет папкой с документами. – Подписи поучили! – радостно подтверждает мои догадки он. – Ух, как же он меня вымотал. Осталось дело за малым. – Не-е-ет… – сокрушенно выдыхает Света.