Глава 17

Первая рабочая неделя в офисе Плетнева подходила к концу, впереди маячили выходные.

Должность моя именовалась «финансовый аналитик». Видимо, по здравому размышлению Плетнев пришел в выводу, что называть меня «финансовым консультантом» это как-то слишком, подчиненные не поймут. Да и что я могла, с его точки зрения, наконсультировать? Кстати, вот в этом он крупно ошибался. Специалистом я была отличным, а что пару лет не работала, так ничего страшного — мастерство, как говориться, не пропьешь. Но я решила не радовать Плетнева своими талантами раньше времени. Посмотрю, как пойдет. В случае чего, будет ему приятный сюрприз.

Офис Плетнева впечатлял, что было совершенно естественно. Все-таки, он не на рынке мандаринами торговал, тут совершенно другие масштабы.

Народ, одетый исключительно в строгие офисные костюмы, женщины, не смотря на лето, были в колготках и закрытых туфлях, степенно сидел по рабочим местам или деловито сновал по коридорам. Никого шума, беготни и анекдотов в курилках. Все чинно и благородно, как у взрослых.

Конечно, меня приняли настороженно. На такое место просто так не попасть, сюда берут даже не по блату, а по настоящим рекомендациям, с серьезным послужным списком и реальными навыками работы. Это тебе не любовный романчик, где душка — миллиардер лично проводит кастинг на место своего помощника, набирая барышень с улицы. В реально жизни так не бывает. За такие должности ведутся бои профессионалов уровня «бог». Тут тебе и интересная работа, и весьма приятная зарплата, и прочие плюшки, в виде новогодних бонусов, заграничных стажировок, медицинской страховки в поликлинике при Управлении делами Президента и так далее. Правда и пахать нужно не за страх, а за совесть. С утра и до вечера, а иногда и до утра.

Как я поняла, о том, что должность придумали специально для меня, общественность была не курсе. Видимо кадровая служба, или как по-модному, эйчары, крепко держали язык за зубами, что не могло не радовать.

Мне любопытствующие носы не нужны. Легенда у меня, конечно, неплохая, но если найдется какой-нибудь желающий основательно покопаться, то она меня не спасет. Доказать, что мое теперешнее имя мне не принадлежит, никто не докажет — тут надо быть сотрудником определенной государственной службы, да еще на высокой должности, чтобы с доступами всякими, но крови могут мне попортить. Интересно, неужели Плетнев не давал команду меня проверить?

Глупость, он в курсе моего финансового состояния. Справедливости ради надо заметить, что не моего, а той, за кого я себя выдаю. Значит, проверяли. Но явно без огонька и фанатизма, по верхам. Ну и дурак, а значит — сам виноват.

Женщин и мужчин у Плетнева в офисе было примерно одинаково. Мужики, с которыми я пересекалась, смотрели заинтересованно, но никаких попыток познакомиться поближе не делали.

Как я успела сообразить, служебные романы здесь не то, чтобы были запрещены, но и не поощрялись.

Бабы, все как одна, тут же, до копеечки, оценили и мою одежду, и прическу с маникюром. Особое внимание обратили на обувь. Кстати, правильно. Костюм может быть и недорогим, а вот обувь всегда должна быть на уровне. Моя — соответствовала.

Меня устроили в кабинете, где уже работало четыре сотрудника, я была пятой. Все сотрудники — старше тридцати, я вообще не заметила никакой молодежи. Одеты с иголочки, разговоры только по делу и только на рабочие темы. Никаких тебе чаепитий и внеплановых перекусов. Мне показалось, что даже курить и в туалет ходили по какому-то секретному графику. Ладно бы курить, не моя сейчас это тема, но вот туалетный график хотелось бы выяснить, но как прилично об этом спросить, я не придумала, а потом плюнула и решила: испражняться буду исключительно по зову сердца, то есть мочевого пузыря и кишечника.

Но, если честно, будь я на месте Плетнева, порядки в моем офисе были бы точно такие. Я, как видимо и он, придерживалась весьма консервативных взглядов, что на работе нужно работать, а все остальное — за бортом.

Не знаю, как Плетнев представлял себе наше офисное общение, но за четыре дня я его ни разу не видела.

После того, как он честно ответил, что ждет моего падения в его объятия, и моего согласия выйти к нему в офис, Плетнев тут же позвонил кому-то и сообщил, что в понедельник в офисе будет новая сотрудница. Потом попросил у меня документы, сфотографировал их, включая водительское удостоверение и зачем-то свидетельство о регистрации машины и удалился. Ах да, взял номер моего мобильного, пообещав прислать адрес офиса и координаты человека, к которому мне следует обратиться для трудоустройства.

Сообщение от него пришло тем же вечером. Коротко и по существу: адрес, телефон с фамилией, именем и отчеством и лаконичным: «До встречи». Вот и вся романтика.

В понедельник утром я выехала чуть пораньше, чтобы не опоздать из-за утренних пробок. На выезде из нашего посёлка, заметила, что машина Плетнева пристроилась следом за мной, что было в общем-то ожидаемо, все-таки ехали мы с ним в одно место.

А вот уже на шоссе Плетневу удалось меня удивить. Он не просто ехал за мной, бампер к бамперу, он внимательно следил за моими маневрами, и если я собиралась перестраиваться в другой ряд, попросту оттеснял своим устрашающим внедорожником едущие за нами машины, давая мне возможность маневрировать. Такая забота оказалась неожиданно приятной, но я тут же надавала себе мысленных пощечин, напомнив, кто сидит за рулем машины, следовавшей за мной.

Офис Плетнева ожидаемо располагался в центре. На парковку меня пропустили без промедления, и я сообразила, для чего нужны были документы на машину. Ее номер просто внесли в базу.

На въезде Плетнев замешкался, пропуская кого-то, и я его потеряла. Не особенно расстроилось, куда идти я знала, не хватало еще, чтобы он меня за ручку водил по офису.

Фирма Плетнева занимала несколько этажей, и это был только головной офис. Еще парочка располагалась где-то в районе Арбата, кажется.

Первый рабочий день прошел немного сумбурно. Я оформилась на работу, подписала контракт и еще кучу бумаг, даже успела прикрепиться к ведомственной поликлинике. Потом для меня провели краткую экскурсию по этажам, исключив этаж, на котором располагались кабинеты высшего руководства. Объяснили, что и где расположено, представили непосредственному начальнику и отправили на рабочее место. Там я быстренько познакомилась с сослуживцами, получила свое первое задание, и меня оставили в покое. Ну что ж, работать, так работать.

Вечером история с эскортом повторилась. Правда Плетнев пристроился за моей машиной не на парковке, а когда я уже выехала и даже успела прилично отъехать от офиса.

Но возвращаться домой в мои планы не входило, я намеревалась затариться едой. Поэтому сделала вид, что Плетнева не заметила и покатила в магазин. А он покатил за мной. И ждал на парковке, пока я покупала продукты.

Когда выкатила тележку, до верха нагруженную снедью, Плетнев вышел из машины.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, Виктор Алексеевич.

— Во внерабочее время можно без отчества, — «разрешил» Плетнев.

Я кивнула, давая понять, что информация принята к сведению.

— Судя по виду этой тележки, у вас семеро по лавкам, — Плетнев ловко отобрал у меня тележку и повез к машине.

— Не буду же я каждый день ездить за продуктами.

— Не любите ходить по магазинам?

Я вспомнила, как ходила по торговым центрам с сыном и мужем.

— Люблю, — ответила честно. — Но раз уж получись заехать сегодня, имело смысл закупиться на неделю.

Он молчал, давая мне возможность задать вопрос о его пристрастиях. В принципе, мне на фиг не нужно было знать, чего он там любит или не любит, но моя роль требовала проявить интерес.

— А вы?

— Не знаю, как-то не задумывался об этом. Тут ведь главное, в какой компании ходить, — ответил Плетнев и напомнил: — Кстати, мы перешли на «ты».

— Совсем вылетело из головы.

— Как первый трудовой день на новом месте?

— Нормально.

— Как коллектив?

— Я не знаю, что тебе сказать. Люди, как люди. С двумя головами или тремя руками я никого не заметила.

— Тебе не докучали посторонними вопросами? — полюбопытствовал Плетнев.

— Нет. Меня практически не трогали, только по работе.

— Отлично.

Он дождался, когда я загружу продукты в багажник.

— Домой?

— Да. Поедешь следом?

— Поеду, — он чуть напряженно улыбнулся.

— Спасибо.

Мы разошлись по своим машинам и продолжили путь.

Так продолжалось четыре дня, а на утро пятницы Плетнев за мной не поехал.

В Москву пришла невыносимая летняя жара. Еще накануне вечером, посмотрев прогноз погоды, я поняла, что не выдержу в костюме, сварюсь заживо. Конечно, офис Плетнева оснащен кондиционерами, но плюс тридцать восемь это слишком. Я умру от теплового удара, пока дойду из машины до кабинета.

Платье было вроде и строгим, но с изюминкой. Серебристо-серый лен с примесью шелка, с квадратным вырезом и рукавами в три четверти. Фривольности ему добавляла отделка — по горловине и подолу шла тонкая лента кружева на пару тонов темнее. К платью я надела туфли на танкетке с открытым мыском, демонстрируя ярко-красный лак на ногтях. Конечно, не обошлось без чулок, с этим в офисе было строго. Пришлось заезжать в специальный магазин, к сожалению, чулки с открытыми пальцами на каждом углу не продавались. Уложила волосы в высокий пучок, открывая шею, чтобы было не так жарко. Глянула на себя в зеркало, оценивая результат своих трудов. Результат мне понравился. Вроде и по-деловому, про в тоже время легко и женственно.

До работы доехала в одиночестве — машины Плетнева я не увидела. На парковке повертела головой — результат тот же. Ну и ладно. Плетнев не иголка — не потеряется.

До половины первого я сосредоточенно работала. Мне нравилось то, чем я занималась в офисе. Конечно, было непривычно занимать скромную должность аналитика, но я вдруг поняла, что ужасно соскучилась по работе.

Без пятнадцати час мне пришло сообщение.

«Приглашаю тебя на обед. Согласна?»

Я пробежала глазами строчки и недовольно нахмурила брови. Идти обедать с Плетневым мне не хотелось. Мне вообще не хотелось сейчас никуда идти, работа действительно захватила настолько, что голод отступил на второй план. Пришлось напомнить себе, что здесь я нахожусь совершенно по другому поводу и приглашение на обед как нельзя кстати. Но и соглашаться так сразу не стоит, Плетнев не идиот, нельзя позволить ему заподозрить меня в неискренности.

Поэтому я выждала пару минут и написала: «А у меня есть выбор?»

«Выбор есть всегда», — пришло тут же.

А вот тут ты ошибаешься, господин Плетнев. Нет у меня выбора. Ты мне его не оставил, когда сел за руль крутой тачки и решил, что тебе, и с твоими деньгами, все дозволено.

«Тогда пообедаю. Где и во сколько?»

«Через десять минут. В кафе.» И адрес.

А кафе рядом с офисом, пройти всего лишь несколько минут.

«Жди», — ответила и потянулась к сумочке. Если уж у нас свидание, имеет смысл накрасить губы.

А он действительно ждал. Сидел за столиком и смотрел в окно. Увидел, как я подхожу, и поднялся мне навстречу. Я зачем-то протянула ему руку. Плетнев сжал мои пальцы.

— Здравствуй, — поздоровался, не спеша меня отпускать.

— Здравствуй, — я улыбнулась.

Мы продолжали стоять, моя рука все еще находилась в его руке.

— У меня не очень много времени, — я отступила на шаг назад, вынуждая Плетнева меня отпустить. — Обеденный перерыв всего сорок пять минут, и мне нельзя опаздывать.

— У тебя строгий начальник? — Плетнев отодвинул для меня стул и помог сесть.

— Нормальный, — я разгладила складки платья. — Но это не подвод нарушать трудовую дисциплину.

— Он сам сегодня опоздает, так что тебя поймет, — ответил Плетнев, принимая меню из рук официанта.

— А-а-а, — протянула я, — так ты о самом большом начальнике? Вынуждена тебя разочаровать, я его в глаза не видела.

— Он что же, взял тебя на работу без собеседования? — включился в мою игру Плетнев.

— Не такая уж у меня высокая должность, чтобы со мной беседовал сам председатель совета директоров.

— А ты хочешь высокую должность? — поинтересовался Плетнев.

— А кто ж ее не хочет, — пожала я плечами и углубилась в изучение меню.

Мы сделали заказ, и Плетнев продолжил разговор:

— А должность личной помощника тебя устроит?

— Личного помощника кого?

— Председателя совета директоров.

— Нужно будет ходить в короткой юбке и декольте до пупа? — уточнила я. — Боюсь, что не справлюсь.

— Слышал бы тебя сейчас Славик, — усмехнулся Плетнев.

— А Славик это у нас кто?

— Личный помощник председателя совета директоров.

— У тебя помощник — мужчина?

— Угу.

— Так проще, да? — спросила я. — Он не пытается тебя соблазнить, да и жена не ревнует.

— Все-то ты понимаешь.

Нам принесли заказ, и мы занялись обедом.

— Мне доложили, что ты отлично справляешься с работой, — заявил Плетнев.

— Ты удивлен?

— Не знаю. Тебе правда нравится то, чем ты сейчас занимаешься?

— Правда, — подтвердила я.

— Тогда почему ты не работала раньше? Если твоя специальность тебе по душе?

— Почему не работала? Работала.

— У мужа? — хмыкнул Плетнев.

— А что, если работала у мужа, значит это несерьезно? — я даже немного обиделась.

— Но и у него ты долго не продержалась. Почему?

— Решила заняться домом и семьей.

— Он оценил?

— Видимо, не особо, раз нашел себе другую.

— Ты до сих пор переживаешь развод?

— Я? Нет. Все уже отболело. Но это не значит, что мне принято об этом вспоминать. Как, кстати, Мири?

— А при чем здесь моя жена? — удивился Плетнев.

— А при чем здесь мой бывший муж?

— Хорошо, — Плетнев отодвинул от себя пустую тарелку. — Я тебя понял. Про мужа больше спрашивать не буду. Но расскажи что-нибудь о себе.

— Задавай вопросы, я отвечу.

— Ты часто видишься с родителями?

— Мои родители погибли несколько лет назад, — произнесла я тихо, но четко проговаривая слова.

— Прости.

Я подняла на Плетнева тяжелый взгляд, намереваясь ответить, что никогда его не прощу, но сдержалась.

— Проехали, — сказала жестко. — Давно хотела поинтересоваться: ты любишь свою жену?

Плетнев не торопился отвечать. Он сделал несколько глотков кофе, промокнул губы салфеткой и лишь тогда сказал:

— Я хотел бы ее любить. Это бы все упростило.

— Даже так. Тогда почему вы вместе? Мне интересно, чем руководствуются мужчины?

— Иногда для того, чтобы быть вместе, нужна не любовь.

— А что? Совместимость? Привычка?

— Чувство вины.

— И кто перед кем виноват? — полюбопытствовала я.

Плетнев допил кофе.

— Можно я не буду отвечать на твой вопрос?

— Да ради бога, — я тоже отставила пустую чашку. — Ты извини, мне пора возвращаться, обеденный перерыв подходит к концу.

— Ты вечером домой?

— Нет, — солгала я. — У меня встреча.

— С подругой?

— С другом.

— Просто другом? — уточнил Плетнев.

— Ты хочешь узнать, есть ли у меня любовник?

— А если и так? Что тогда? Ответишь?

— Почему нет?

— Тогда ответь.

— Любовника нет.

— Можно узнать, почему? Ты молодая, красивая и свободная женщина. Разве тебе не нужен мужчина?

Он пристально смотрел на меня, а я почувствовала, как на меня наваливается усталость. Возможно, я переоценила свои силы. Находится рядом с Плетневым мне было ужасно тяжело, да и постоянное вранье выматывало.

— Лучше быть одной, чем с кем попало, — честно ответила я. — Ты со мной не согласен?

Плетнев махнул рукой официанту, распорядился, чтобы нам принесли счет и расплатился.

— Пройдемся до офиса? — предложил, не торопясь отвечать на мой вопрос.

— Не боишься, что нас увидят вместе? Пойдут сплетни?

— А ты боишься?

— Мне-то чего? Я всего лишь наемный работник, к тому же не замужем. И мне не надо беречь репутацию.

Мы вышли из кафе и двинулись в сторону офиса.

— Думаю, что моя репутация не очень пострадает, если нас увидит вместе, — ответил Плетнев. — В конце концов, мы просто идем по улице. Так что можешь обо мне не беспокоиться.

— Как скажешь, — согласилась я.

Мы почти дошли, когда Плетнев неожиданно вернулся к моему вопросу:

— Ты права, лучше быть одному, чем с кем попало. Жаль только, что в жизни не всегда поступаешь так, как лучше.

— Тебе виднее, — пожала я плечами. — Спасибо за обед. Хорошего дня.

— И тебе.

Я кивнула ему на прощанье и пошла работать. Нужно было еще придумать, где провести сегодняшний вечер, раз уж я наврала Плетневу про свои планы.