Глава 39

Мечта Юлы сбылась.

Через пять минут она гордо вышагивала по торговым рядам, держа за руку не меня, а миранца. Он же нёс красивую пластиковую клетку, в которой сидела пташка размером с кулачок ребёнка. Золотое оперение отливалось на свету.

Она была дорогой и безумно красивой.

Никогда бы я не смогла купить такую. Не по средствам. А он расплатился, даже не глядя на сумму.

Я ощутила себя такой жалкой и беспомощной. Этот мужчина действительно оказался состоятельным. И это как-то отталкивало и немного настораживало.

Мне бы порадоваться за дочь, но я понимала, что теперь её герой Сунир. Мужчина, которого она знала-то всего ничего, а он уже затмил ей небо. Она называла его папа, он улыбался.

Идиллия.

Только я не видела своего места рядом с ними, как будто меня выгнали с праздника жизни.

Да, я ревновала. Да, испугалась, увидя цену за каприз моего ребёнка.

Да, почувствовала себя унылой неудачницей.

Немного завидовала.

Чему? Сама не понимала. Просто было обидно, а за что — непонятно.

— Криста, — я не сразу поняла, что Сунир обращается ко мне, — что такое? Что не так?

Его тяжёлый взгляд скользил по моему лицу.

— Ничего, всё замечательно, — я улыбнулась через силу.

— По тебе не скажешь, — он покачал головой. — Что отстаёшь от нас? Иди рядом, чтобы я видел тебя.

Кивнув, я ускорила шаг.

— Красивая, правда, мама? — в который раз спросила довольная сияющая Юла.

— Самая лучшая птичка, милая, — шепнула я.

Это действительно было так, но там было столько пернатых птах и подешевле. К чему было отдавать такие деньги? Ребёнок ведь не видит разницы в количестве нулей и цвете оперения. Золотая, да можно было обойтись и розовой птицей. Там были и такие, но куда скромнее.

Не понимала я смысла таких трат. И пусть деньги были не мои, но сама мысль, что я за такую сумму могла похоронить себя в тех же овощах на базе и при этом не заработать столько.

Нет, не одобряла покупку и всё тут.

Вздрогнув, почувствовала, как по моей талии скользит рука миранца. Обняв меня, он притянул к своему боку. При этом мужчина сосредоточено глядел вперёд, пытаясь высмотреть что-то. Порыв оттолкнуть его я подавила.

Нечего устраивать сцены и привлекать к себе внимание.

— Сейчас нам нужно на оптовую базу, — негромко произнёс он. — Ты ведь разбираешься в качестве овощей?

— Конечно, — я нехотя кивнула, — это единственное в чём я соображаю. Ну и задом перед мужиками ещё качественно трясу.

Не знаю, зачем я это сказала. Наверное, чтобы напомнить ему о том, кто я есть.

— Танцуешь ты, правда, красиво, — неожиданно согласился он с моими словами.

— Да откуда тебе знать? — усмехнулась я. — Ты же меня прогнал. Забыл?

— Конечно, я же пришёл в ту дыру поесть и потра… — он умолк, глянув за развесившую уши Юлу. — Забрёл я в то заведение, чтобы отведать местные деликатесы и комнаты задние посетить. Но, увы. Ты же дразнила, но давать не собиралась.

— А вдруг. Откуда тебе знать? Может и срослось бы.

Рука на моей талии стала тяжелее, а объятья крепче.

— Я спросил у местных мордоворотов, когда ты ещё в клетке извивалась, — склонившись, шепнул он мне на ушко. — Те сразу сказали: товар не в продаже. А я не люблю смотреть и облизываться.

— Но при этом ты меня обозвал, — припомнила я ему и это.

Повисло молчание. Мы продолжали идти вперёд.

— Меня бесит, когда красивые хорошие девочки начинают катиться под горку, — его дыхание разбилось о мой висок, когда он заговорил. — Сегодня не дам, завтра может быть, а послезавтра — готов товар, только оплачивать успевай. Так что закрываем эту тему. Я прошу прощения за резкие слова. Не разглядел тебя, детка, внимательно. Но ты сама сказала, мелкой необязательно знать, как мы познакомились, — это он и вовсе произнёс почти шёпотом. — Я окольными путями везу вас на Оюту. Делаю дозаправку. Займёт это как раз — два месяца. По дороге постараемся закупить всё по максимуму и притереться друг к другу. А тему нашего знакомства больше не поднимаем.

— Мы всё-таки осложнили твою жизнь, — мне стало немного совестно.

— Считай, вы сделали её занятнее, — усмехнулся он.

— И какую же роль ты отводишь мне?

— Ещё не решил, — произнеся эту фразу, он подозрительно отвёл взгляд в сторону. Соврал. Но в чём? Всё-таки в любовницы назначит, да, ну и ладно.

Оно того стоит.

Разговор был закрыт. Но рука с моей талии не исчезла.

Мне было странно.

Мы шли как парочка, и это было в новизну. Неоднозначные ощущения близости, которой нет.

Но как только мы попали в огромное складское помещение, войдя через простую невзрачную металлическую дверь, мне стало не до объятий миранца. Проснулся профессиональный интерес. Этот завод по переработке оказался в разы больше того, где работала я. Контейнера с уже готовой продукцией хранились отдельно. Подбежавший к нам омх быстро что-то затараторил на неизвестном мне языке. Миранец ответил ему на всё парой фраз.

Он, оказывается, знал языки.

Богат, да ещё и образован.

На что я тут рассчитываю?!

Нас спешно провели через пару автоматических дверей, и мы оказались в теплице.

Настоящей.

Куда б я ни посмотрела, мой взгляд упирался в ящики, подвешенные на металлических опорах. Они уходили высоко под потолок.

— Нам нужно собрать товар по этому списку? — лениво даже как-то вальяжно протянул на всеобщем Сунир, подошедшему к нам очередному омху.

— Назначение? — деловито спохватился консультант.

— Продовольственное, — уверенно заявил миранец.

— Может, на семена? — омх прищурился.

— Нет, мы живём в закрытой колонии. Там не до садоводства, — улыбнулся миранец. — Условие одно: товар должен храниться длительное время.

— Что-то ещё?

— В дорогу продуктов. Всё натуральное. И да, на корабле кухня не оборудована, так что подготовьте это так, чтобы можно было заправить в пищевой автомат.

— Он у вас какого класса? — омх что-то спешно записывал.

— Термически обрабатывает.

— О, у нас свежайшее мясо, — затараторил консультант, — вы можете сами убедиться.

— Показывай, — кивнул Сунир.

И снова мы прошли через несколько дверей. Здесь, где мы в итоге оказались, всё хрюкало и мычало.

Ферма.

Просто огромная.

Откуда-то сверху ещё и гоготание с кряканьем доносилось.

— А может, яиц? — не удержалась от соблазна. — Я оплачу их сама. Всегда хотела попробовать. Сунир, можно?

Игнорируя болтовню нашего сопровождающего, миранец повернулся ко мне и тепло улыбнулся.

— Яиц? — переспросил он.

Я закивала.

— Куплю, но с одним условием, — несмотря на то, что уголки его губ приподнимались, во взгляде мужчины скользило некое напряжение.

— Каким? — шепнула я, прокручивая в голове, что он может у меня потребовать.

— Ты меня целуешь, — выдохнул он.

У меня дар речи пропал. Смекнув, что к чему, то ли гид, то ли продавец, обойдя нас, спешно отошёл в сторону со списком в руках. Там у стены стоял большой терминал. На нём мелкими картинками отображались фото овощей.

— Криста, ну так как? — Сунир вернул мои мысли в нужное направление.

— Когда целовать? — уточнила я.

— Сейчас, — его улыбка стала шире, а взгляд просто завораживал.

Сделав глубокий вдох, я решила, что яйца того стоят. К тому же мужчина мне был симпатичен. В общем, я ничего не теряла. Быстро встав на цыпочки, осторожно коснулась его губ.

— Значит, нравлюсь, — прошептал он, — иначе поцеловала бы в щеку.

— Я… — он заглушил мои попытки возразить коротким, но довольно грубым поцелуем.

Рядом захихикала Юла.

Я смутилась. Никогда раньше мужчина не вгонял меня в краску. Только сейчас до меня дошло, что он не сказал, куда его целовать и как это делать.

Я сама к нему потянулась.

Рука с моей талии поползла вверх. Сунир, прикусив нижнюю губу, притянул меня к себе. При этом я вынужденно упёрлась ладонью в его грудь, чтобы сохранить хоть какую-то дистанцию.

— А ты, оказывается, умеешь краснеть, — шепнул он мне на ушко. Я ощущала волнительные прикосновения его губ к своей шее. — Кто бы знал, что под маской распутницы и дерзкой оторвы такая лапочка.

— Сам ты… — выдохнула я.

— Кто? — резко оборвал он меня. — Ну, давай, обзови меня, Криста, и я очень обижусь.

Да! Он меня ломал. Я понимала, что стоит мне сейчас показать свой характер, как мы окажемся без всех вкусняшек, что тут имеются. Но при этом так унизительно было. Получается, я продавалась за пару куриных яиц.

— Это подло, Сунир. Ты знаешь, что я буду молчать, как паинька, потому что завишу от тебя и твоего расположения.

— Я вижу это немного иначе. Знаешь, лапочка моя, иногда чтобы что-то получить, достаточно попросить и тебе всё дадут, без этого вот твоего: "я заплачу". Я сделаю для тебя всё, что могу. Просто потому, что ты мне нравишься. Без условий.

— Ничего не бывает задаром, — шепнула я упрямо.

— Бывает, Криста. Всё бывает.