Глава 29. Жениховая очередь

Свете было очень любопытно, что именно ей написали, поэтому она едва-едва дождалась, пока он уйдёт на работу, и полетела к знакомому окошку. Записка так и лежала на столе, правда, голубка не торопилась – убедилась вначале, что камера уже прикрыта носком. – Спасибо! – кивнула она Шушане, мелькнувшей в уголке. – Так, и что он там написал? «Я не знаю, кто вы, и почему это делаете, но я хотел вас поблагодарить! Спасибо за помощь и за еду! Было очень вкусно!» На самом деле, Андрей Дорожин чего только не передумал – от какого-то хитрого мошенничества и попытки кражи до… до каких-то фантастических сюжетов, вроде того, что он очень понравился соседке, а у той есть какой-то тайный ход в его квартиру. – Ага, там и до паранойи недалеко! – притормозил он себя. – Во-первых, ни один мошенник не попрётся в чужую квартиру просто чтобы приготовить еду и убраться. Во-вторых, красть у меня нечего – Ленка прошла как ураган, всё ценное забрала. В-третьих, соседке семьдесят пять лет и в романтических жестах она не замечена, а замечена в крайнем мужененавистничестве, так что если я ел приготовленное и не отравился, то это точно не она! Но кто? Он отдавал себе отчёт, что в обычное время, скорее, возмутился бы – вторжение в его дом и всё такое, но вот сейчас… Сейчас всё было иначе – он очень тяжело переживал поступок жены, её обман, враньё прямо в глаза, то, как она, давя на его желание завести ребёнка, вытягивала весьма неслабые деньги, цинично использовала его, одновременно рассказывая о своей любви. Всё это давило Андрея, наваливалось неподъёмной ношей, а эти странные, но довольно приятные происшествия отвлекали, заставляя ожидать завтрашний день с неким волнующим чувством, с таким в детстве ожидают подарок. – Интересно, но как? И кто? И почему? – задумывался он каждый раз, когда выныривал из круговерти рабочих дел. – Опять камера засбоила… А будет ли что-то сегодня? Он с волнением подъехал к собственному дому, разумеется, не обратив внимания на голубку, которая отлетела от его окон, поднялся на второй этаж, с удовольствием поздоровавшись по дороге с соседкой и удостоившись смачного шипения вслед. – Ну… что на сей раз? Только ты ж учи, что может быть и ничего! – немного притормозил он на пороге, но тут же понял, что его опять посещали… На плите в чистейшей кухне стоял роскошный борщ, а в сковороде рядом благоухало дивное жаркое. Он бросил взгляд на стол – записки не было! – Да знать бы, кто это! Может, хоть подарить что-то? – соображал Андрей, разомлевший после вкуснейшего ужина. – И интересно, а завтра это будет? Звонок смартфона он принял без особого желания: – Андрей, добрый вечер! – начальство по вечерам никогда не названивает просто так – примета такая! – Слушай, завтра надо срочно ехать в командировку! Вот прямо срочно-пресрочно! – Теперь-то понятно, что у меня завтра будет! – тоскливо вздохнул Андрей, закончив разговор с руководством. – Надо написать, что я уезжаю, а то неловко получится, если мне тут что-то приготовят, а я в Сыктывкаре! Он быстро убрал со стола и написал очередную записку с благодарностями и предупреждением о том, что его несколько дней не будет. – Н-да… если это всё-таки какое-то мошенничество, то я, конечно, полный болван, но почему-то мне кажется, что это что-то совсем другое! – размышлял Дорожин, собираясь в командировку. – Понять бы только, что? И… и ещё: вот приеду я, а тут что-то этакое будет, или всё закончится? На эти вопросы у Андрея ответа не было… Света, выждав, пока он уйдёт, влетела в кухню, сразу обнаружив, что камеры на месте нет, зато новая записка – есть. – Уехал… – она покрутила бумажку в руках. – Спасибо, что предупредил, а то я волновалась бы. Появившееся свободное время голубка решила было посвятить помощи Тишинору, который старательно работал в огороде, но тут позвонил её отец: – Света, я хочу, чтобы ты познакомилась с одним человеком! – С каким? – насторожилась Света. – С одним из претендентов на твою руку. Он очень удачно оказался в Москве, так что я договорился о вашей встрече. Зовут его Александр. – Я… я хотела спросить, а он о моей особенности в курсе? – Нет. Это пока лишнее! Просто пообщайся, посмотри, что да как… Я отправил Егорченко, он тебя проводит, чтобы ты не волновалась. Егорченко – сотрудник отцовской службы безопасности, который занимался сопровождением Светы, прибыл через пару часов, так что волей-неволей пришлось Светлане собираться на свидание. Александр оказался очень любезным, очень дорого одетым и старательно производящим впечатление. Свете он как-то не глянулся, так как, стараясь поразить девушку своей опытностью, вызвал шеф-повара ресторана и устроил ему публичный разнос за блюдо, приготовленное как-то не так, как Александр привык. Глядя на пухлые пальцы и прилизанную причёску кандидата, Света изо всех сил старалась представить его свои мужем, и у неё ничего не получалось: – Вот с таким выражением лица он будет отчитывать нашего повара, как только у него будет настроение поругаться? А потом и мне или детям будет так же что-то высказывать? Нет уж, спасибо! Я как-нибудь без этого обойдусь! Света аккуратно закруглила конфликт, от души поблагодарив повара, разулыбалась Александру, заверив его, что сегодняшний вечер был незабываемым, а потом шустро удалилась в сопровождении охраны. – Пап, прости, но он мне не понравился! Замуж я за него точно не пойду! – сообщила она отцу, вернувшись в гостиницу. – Хорошо! Тогда смотрим следующего – он будет в Москве уже завтра! Света только вздохнула: судя по всему, отец решил пока не привозить ей в эпицентр семейных разборок, но решил, что время тратить попусту не стоит – если дочь нельзя пока привезти во Ржев, то женихов запросто можно отправить в Москву, благо не такое уж большое расстояние… За три дня она ещё пару раз сходила на свидания, устала от шума, от попыток произвести на неё впечатление, а главное, от самих кандидатов – стоило только представить кого-то из них в роли собственного мужа, как ей становилось нехорошо – второй кандидат откровенно интересовался количеством денег Светиного родителя, а третий, напротив, изо всех сил демонстрировал собственное финансовое превосходство. Зато приезжая в гостиницу и прощаясь на пороге с охранником, Света с ходу ощущала себя гораздо лучше! Она уже подружилась с Кариной, с интересом слушая её рассказы о воде, а потом совсем уж неожиданно стала находить удовольствие в общении с невестой Неместова Аней – вроде та и постарше, и характер решительнее, а говорить с ней легко и приятно! – Жалко только, что наша Таня сейчас очень занята, а то и она бы с нами пообщалась. Просто у неё столько работы, что она сейчас мало дома бывает, – вздыхала Карина. – Танечка говорит, что эта весна как-то очень уж буррно отразилась на котиках – то деррутся, то падают, то застрревают где-то… Вот точно, как наш Террентий! Терентий этой весной и правда разошёлся… Он даже похудел от длительного запева на крыше, подрался с соседским чёрно-белым кошаком, пробравшимся на ЕГО крышу, да так, что едва не свалился вниз, хорошо ещё, что норушный дом этого не позволил. Даже застревание было – Терёня, вдохновлённый тем, что слегка скинул вес, на следующий день после эпохальной битвы решил было самостоятельно сходить к чёрно-белому противнику и, так сказать, довыяснять отношения. На крыше черно-белого не было, поэтому Теретий долго протискивался через узкий котолаз на соседский чердак, пока не понял, что невольно повторил подвиг Винни-Пуха в кроличьей норе. – Терентий, коты же не застревают! – развлекался Вран, за задние лапы добывая говорливое создание из лаза. – Не застревают! И я не застрял! Что за гнусный поклёп? – сдавленно возмущался Терентий, отлягиваясь. – Будешь так делать, уйду и оставлю тебя там, где ты «не застрял»! – сурово пригрозил Вран, выдёргивая кота, словно какую-то рыжую морковку. Но то, что страховали норушный дом и Вран, в обычной котожизни могло закончиться приличными проблемами, которые, в свою очередь, вызывали срочные визиты владельцев котов к Татьяне и её коллегам. – Уффф, – уставшая Таня уселась на банкетку при входе и вытянула ноги. – Что-то я утомилась. Шушана озабоченно покачала головой – она-то всё видела, а частично даже присутствовала на приёме, помогая переводить жалобы животных. – Но… та дама с кротом стоила того, чтобы задержаться в клинике! – рассмеялась Татьяна. – С кротом? – из кухни выглянули Карина и Света. – Тань, добрый вечер! А что было с кротом? – спросила Карина. – Привет! Да вот… открыла женщина новый вид – водоплавающего крота, – хихикнула Татьяна. – Кого? – изумилась Карина. – Как водоплавающего? – ахнула Света, которая даже забыла о том, что сегодня расстроилась от встречи с третьим кандидатом в её мужья. – Гуляла себе дама на даче, никого не трогала, а потом добралась до местного озера и обнаружила потрясающую штуку – плывёт какая-то меховая зверушка, да так споро, словно для этого и рождена. Дама донаблюдала заплыв зверушки до берега, а потом обнаружила, что это не выхухоль, не маленькая ондатра, и даже не крохотный детёныш бобра, а что-то совсем другое – крот! У дамы с собой было ведёрко для каких-то растений, которые она планировала выкопать, и лопатка. – Она пристукнула крота лопаткой?! – заволновалась Карина. – Нет-нет, она положила ведёрко на бок и лопаткой подтолкнула туда крота, а потом решила осчастливить мировую науку открытием нового вида животных! – А ты тут при чём? – мрачно осведомился Вран, выходя из своей комнаты. – Как при чём? Пока она собралась, пока до Москвы доехала, вечер на дворе, мировая наука уже не работает, а крот стал как-то неправильно себя вести, по словам дамы, «что-то ему того… захужело». Вот она и свернула к нам, увидев вывеску ветклиники. – И что с ним было? – подозрительно осведомился Танин названый братец. – Проголодался он, бедняга! – вздохнула Таня. – Кроты в день должны съедать объём пищи, примерно равный их собственному весу. Без еды они живут максимум часов пятнадцать. Дама гуляла утром, крота поймала тогда же, когда он ел до этого – непонятно, короче, к вечеру он уже приблизился к критической отметке… – Она что, даже не догадалась зверька покормить? – изумилась Света. – Как тебе сказать… типа догадалась – положила в ведёрко кусок моркови… Я её спросила, зачем, так она мне на полном серьёзе начала доказывать, что кроты корнеплоды едят – не зря же у неё у морковных грядок много кротовых нор. – Крот… он не выжил? – расстроилась Карина. – Да с чего бы? Жив-здоров! Сидит в клинике, ест мучника, хорошо, что у нас он в зоомагазине продаётся! Крот, бедняга, аж нырнул в еду! – А как с идеей тётки доставить его до мировой науки? – развеселился Вран. – В качестве нового вида? – Пришлось её разочаровать тем, что это самый обычный крот – просто они отлично умеют плавать! – улыбнулась Таня, припомнив, как изумилась женщина. – А почему он тогда остался в клинике? Ну, если он обычный и не болен? – Клиентка обещала приехать за ним утром – сказала, что на дачу ехать уже поздно, а её муж будет против крота дома, даже на одну ночь. – Будем надеяться, что это не закончится как с хорьком! – фыркнул Вран. – А ещё, что она почитает о том, что кроты не едят растения, а только охотятся! – Будем, – согласилась Таня, которой отчаянно не хотелось посреди рабочей недели ехать за город и искать место, куда можно будет пристроить крота. Тут в прихожую вывалился Терентий, возмущённый тем, что все говорят о кротах, а не о котах, так что пришлось сворачивать разговор – весенне-возбуждённый кот способен перевопить даже толпу шумящих людей, не говоря уже об обычном разговоре. К счастью, назавтра выяснилось, что «научная» дама оказалась верна своему слову – она приехала за кротом, предусмотрительно купив ему мучника «на дорожку», и отправилась назад на дачу: – Если я такая шляпа, что чуть беднягу не угробила по незнанию, так хоть надо ошибку исправлять! – заявила она. – А ведь всю жизнь думала, что кроты – вредители! Кто бы знал, что они в год съедают больше двадцати двух килограмм насекомых, включая всякую личиночную вредность, а ещё улиток и слизней! Я как представила, сколько это, если мерить в моих ведёрках, – дама продемонстрировала «кротовую переноску», – так впору перед ними извиняться! Короче, отвезу его туда, откуда взяла – небось, у него была какая-то идея туда плыть, когда я его зацапала! Таня улыбалась вслед добродушной женщине, пусть даже не очень-то разбиравшейся в биологии, зато умеющей признавать свои ошибки, и тут в углу послышался шорох и оттуда выглянула Шушана. – Таня, у Константина на приёме собака, которая нашла и съела какие-то таблетки… Как она сумела сказать, «от надавления» – якобы так люди говорили. Про это никто не знает, её хозяева не заметили! По-моему, собаку сейчас хотят неправильно лечить. – Ой, хорошо, что ты мне сказала! – подхватилась Таня, радуясь, что у неё сейчас никого нет на приёме, и она может заглянуть к коллеге, как бы случайно подсказав ему правильную причину недомогания животного. Разумеется, Шушана заспешила за ней, нырнув в междустенный переход, а в это же самое время Света прилетела в знакомую квартиру, чтобы уточнить, не приехал ли хозяин? Она, зная, что камеры нет, свободно влетела в форточку, поднялась с пола в людском виде, а потом услышала какой-то сдавленный возглас, резко обернулась и уставилась на хозяина квартиры, который вернулся из командировки, но приехал сильно простуженным, так что сразу прошёл к себе на диван и лёг там, в надежде немного прийти в себя. Заслышав шум в кухне, Андрей заставил себя встать, добраться до двери, и… – Не может… не может этого быть, – сипло выдохнул он, глядя на очень красивую девушку, возникшую на месте голубя, только что влетевшего в его форточку. – Ой, мамочки! – перепугалась девушка, прижав ладони к груди. – Ой, нет! Она стремительно распахнула руки, которые в мгновение ока стали крыльями, и вот уже порхнул к окну голубь, вырываясь на свободу. Андрей Дорожин помотал головой, пытаясь понять, это ему мерещится или нет, а потом подошёл к окну – на полу рядом лежало белоснежное перо. – Не может этого быть, – повторил он. – Так не бывает! Он распахнул окно настежь, долго всматривался в небо, разглядывал ветки окрестных деревьев, землю под ними, силясь разглядеть того голубя. – Точнее, голубку, – он поправил сам себя. – Очень и очень красивую, я таких раньше никогда и не видел! А голубка в это время сидела на крыше, дрожа всем телом – она абсолютно точно не собиралась показываться случайному человеку, так что сейчас старательно убеждала себя, что он просто… – Просто решил, что я ему померещилась, и всё тут! Он же сам сказал, что такого не бывает!