Глава 75. Первый шаг плана

Аня тревожно посматривала на ворона, сидящего рядом на переднем сидении. – С тобой всё хорошо? – не выдержала она, когда они уже подъезжали к Москве. Ворон кивнул. – Фуух… а то мне в голову пришло, что ты днём никогда не спал. Никита и сам удивлялся – он действительно днём не засыпал, даже если умотался накануне донельзя. – И чего это я так отрубился? Наверное, очень уж много всего было в последнее время, да и потом эта погода – не люблю жару! Терпеть не могу! Заподозрить тётку в том, что она ему что-то подмешала в компот, он никак не мог – даже в голову такое не пришло! Зато пришло другое: – Интересно, что она делать будет? Что-то мне кажется, что тёть Люда не поверит своим глазам. А вот какую версию выдаст по поводу моего исчезновения… прямо любопытно! Конечно, он был прав! Людмила решила, что племянник её разыграл, как-то устроив фокус со своим исчезновением. – Вот же невозможный человек! Упрямец! Ну ладно! Я теперь точно знаю, какая доза на него хорошо действует, так что завтра ты от меня не отвертишься! – решила она, подъезжая к даче старшей сестры. – Должна же я сделать ей НАСТОЯЩИЙ подарок, что б там не вертела эта мерзкая Анька! Ишь ты… за машиной она приехала! Тут тёте пришло в голову, что в машине-то всё и дело! – Поняла! Наверняка он как-то выбрался с балкона и спрятался в салоне, вот я его и не увидела, а потом позвонил этой своей… чтобы она его забрала. Но как он проделал этот фокус с вороном? И как сделал так, чтобы на земле не оставалось его следов? Вот затейник, ничего не скажешь, очень изобретательный мальчик! А «очень изобретательный мальчик» пытался придумать, как бы ему сделать так, чтобы его мама и тётка ничего не высказали невесте. – Вот стопроцентно они решили, что это она меня как-то подзуживает, чтобы я как можно дальше держался от семьи! От сна в неурочное время у Никиты разболелась голова, так что он даже глаза прикрыл, вот и ехал, нахохлившись и размышляя о том, что тёток, подобных Людмиле, надо бы запретить из соображений гуманности! Утром, когда ночные крылья рассеялись и Никита наконец-то вернул себе свой нормальный облик, он описал Ане, как вела себя тётка, и они вместе продумали стратегию поведения, а потом он позвонил маме, чтобы поздравить с праздником и сообщить, что они выезжают. – Спасибо, родной! А… а Аня тоже с тобой едет? – Конечно! – уверенно ответил Никита. – А я думала, что она не захочет. И Люда так сказала… – Она ошиблась, – сухо ответил Никита. – Мы едем! – А что так рано? Может, вы всё-таки попозже прибудете? Шашлыки-то у нас вечером… – опять начала мама, которой беззвучно, но очень активно суфлировала младшая сестра. – А ты, мам, не волнуйся! Мы с собой мясо для шашлыков привезём и днём их сделаем. Если вы потом вечером захотите повторить из того мяса, которое ты купила, – очень хорошо. А не захотите – на завтра тебе меньше готовить надо будет! – решительно разрешил «шашлычную проблему» Никита. Потолкавшись по пробкам, машина Неместова выехала на дорогу к даче: – Ань, я хочу, чтобы ты знала – они, конечно, не со зла, а просто не понимают, что происходит, вот и напридумывали себе не пойми чего, но я никому не позволю портить тебе настроение! – Никита предчувствовал, кому будет сложнее всего на этом празднике, если он ничего не придумает. Нет, его мама была достаточно хорошо воспитана, чтобы не поджимать губы и не выдавать ядовитые замечания «негодяйке», но холодок ощущался отчётливо. – А вот тётенька у нас и вовсе тормозов не имеет! – вздохнул про себя Неместов, высмотрев хищный прищур Люды, с которым она уставилась на Аню, которая в этот момент вручала будущей свекрови чудесный букет цветов. – И что? Вы ещё не женаты, а подарок у вас уже один на двоих? – ехидно уточнила Люда, оценив большую коробку с подарком. – А у нас уже всё одно на двоих, тётенька! – лучезарно улыбнулся Никита, напоминая себе о том, что сегодня устраивать скандал нежелательно. – Нет уж, милый, мать-то у тебя одна. Одна-единственная, а ты даже не можешь её уважить – на празднике у неё побыть так, как она хочет. – Вот именно, тёть, именно! Ты прямо в корень зришь! – согласился Никита. – НЕ МОГУ! Не не хочу, заметь, а именно что не в состоянии! – А я вот не заметила, что с тобой что-то такое страшное случилось вчера! – продолжала Людмила, пользуясь тем, что Никита разгружал машину и рядом никого не было – Аню будущая свекровь позвала, чтобы она помогла ей отнести на стол торт и фрукты, которые они привезли. – Это ты просто ненаблюдательна! – парировал Никита, прикидывая, нельзя ли запихать тётку в багажник, увезти куда-нибудь подальше и бросить в этом «подальше» наподольше… – Никит… признавайся, какой ты вчера фокус провернул, а? – пристала к нему невозможная особа. – Фокус? – с горечью переспросил он. – Ты думаешь, это был фокус? – Ой, да ладно тебе… Я, конечно, испугалась в первую секунду, но потом поняла, что это было для отвлечения внимания. Но как ты ворона-то приманил? Она удивлённо посмотрела на племянника, который молча подхватил пакеты с продуктами и коробку с подарком и поволок всё это к дому, напрочь проигнорировав её вопросы. Причём лицо у него было такое… странное. – Ой, да и ладно! Тут-то ему ворона взять неоткуда! – усмехнулась ему вслед Люда. – Второй раз этот фокус не пройдёт! А в кухне Аня отрабатывала первый шаг их плана, выслушивая будущую свекровь и готовясь к своему выступлению: – Анечка, я понимаю, что у вас в семье, наверное, всё по-другому, но у нас… У нас принято так – мы празднуем все важные даты вместе! Если вы не считаете мой день рождения важной датой, то… – Ну что вы! Как же мы не считаем! – с жаром воскликнула Аня. – Просто… ой, я даже не знаю, как вам это сказать… Никита категорически запретил мне! – Что? Что запретил? – встрепенулась мама. – Говорить… – трагически вздохнула Аня. – Аня! Он что-то от меня скрывает? Что? Что случилось? – Я не могу… Понимаете, это временно. Всё решаемо, но если об этом узнает Людмила Петровна… – А при чём тут Люда? – изумилась будущая свекровь. – Никита сказал, что её советы он просто не переживёт! – выпалила Аня. – Советы? Да… Люда может быть навязчива, – вздохнула её собеседница, как никто испытавшая этот факт на своей шкуре. – Но… но, если я тебе поклянусь, что ничего Люде не скажу, ты можешь мне объяснить, что происходит? По секрету! Аня искусно делала вид, что борется с искушением выдать тайну, а потом, «не выдержав», шёпотом начала рассказывать, как в начале весны при заключении очень крупного контракта Никита сильно перенервничал, заработал себе срыв, и это вызвало ужасные приступы мигрени. – Это просто что-то кошмарное! – торопливо рассказывала Аня. – У него каждый день ровно в семь вечера начинаются жуткие головные боли! Мы, конечно же, сразу обратились к врачам, и нам сказали, что это последствия того нервного переутомления и срыва! – Ой, и как же теперь от этого избавиться? – мать тревожно покосилась в окно, где Никита передал отцу мясо для шашлыков. – В семь часов вечера он принимает лекарство и ложится в тёмной комнате с наглухо зашторенными окнами. Причём там должно быть тихо – ему жизненно необходим полный покой! У него в квартире соседи сверху начали ремонт, у меня в квартире тоже слишком шумно для его теперешнего состояния, так нам пришлось переехать в гостиницу в центре города – там толстенные стены и окна выходят во внутренний двор. Я даже работу сменила, чтобы быть с ним рядом, потому что иначе я приходила после семи и не успевала ему помочь… – Ой, Анечка, да что ж вы молчали? – ахнула мама Никиты. – А что тут скажешь? Никита категорически не хотел, чтобы вы переживали об этом. И уж совсем не мог представить, чтобы про это узнала Людмила Петровна… Представьте, с его мигренью ещё и очень активная тётя Люда добавилась бы, да с её советами новых препаратов, крутых специалистов и прочего, и прочего, и прочего! Вот она вчера его не разбудила, он проснулся у вас дома без десяти семь и едва-едва смог меня дождаться, чтобы я его отвезла домой – он лежал на заднем сидении машины и даже говорить не мог! – Кошмар какой! – будущая свекровь, кардинально изменившая мнение о «негодяйке», схватилась за щёки. – Бедный мой, бедный! И я ещё тут со своим днём рождения и шашлыками! Погоди, Анечка, а что говорят врачи о перспективах? Это же лечится, это пройдёт? – Сказали, что да! У него курс препарата рассчитан до начала сентября, но уже сейчас немного лучше… То есть прогресс есть, надо продолжать! Но обязательное условие – это полный покой к началу приступа и полноценный отдых до утра! Так что он с семи вечера до семи утра или должен спать, или будет по стенке бегать от мигрени! Вы не представляете, что мне приходится своим говорить, чтобы объяснить, почему мы с Никитой переехали и никуда как раньше не выезжаем. – Так вы и к твоим не ездите? – Конечно! Никита не может, а я его не брошу! – Аня говорила это с полнейшей убеждённостью, потому что это было чистой правдой, так что мама Никиты поверила ей безоговорочно. – Ой, только Никите не говорите, что я вам всё выдала… – Аня! – Никита точно рассчитал время и вошёл на кухню в нужный момент. – Ты что, всё рассказала? Я же тебя просил! – Никита, не смей налетать на Анечку! Она такая умница! – всплеснула руками его мама. – Я же с ума сходила, понять не могла, что происходит, а ты… бедный мой, родной! Что ж ты мне не сказал? – Мам, я не хотел тебя волновать, а потом тётка… Меня вчера из-за неё так прихватила мигрень, что я едва-едва до машины добрался, а она ещё и верещала что-то, я даже не разобрал, что именно, про какую-то птицу, что ли. Хорошо, что Аня приехала, а то не знаю, как бы я ту ночь пережил, – в этих словах, опять же, было столько правды, что не поверить в них было невозможно. А Никита притянул к себе невесту и продолжил: – Я ей честно сказал, что пойму, если она не останется со мной, точнее, даже не сказал, а написал, но Аня меня не бросила, хотя это всё, конечно, очень непросто! – Родные мои, золотые, хорошие! – Никитина мама сначала вытерла слёзы, а потом крепко обняла обоих. – А я-то чего только себе не навоображала уже за это время! – Хорошо, что мы так удачно всё придумали… – синхронно пришло в голову Никите и Ане, обменявшимся мимолётными взглядами. – Только мам, тётке ни слова! Она меня в могилу загонит своими ценными указаниями! – очень серьёзно попросил Никита. – И так вчера очень подвела. Да, из лучших побуждений, но… – Я всё поняла, ничего ей не скажу, а вы – посидите, сколько можете, а потом езжайте, чтобы вам вовремя попасть в эту вашу гостиницу! – Спасибо, мам! Надо было тебе, конечно, сразу рассказать, но нам не так давно сказали, что всё закончится благополучно, главное, спокойно перетерпеть это время и соблюдать режим! – с чувством сказал Никита… И снова чистую правду. И тут же замолчал, потому что на крыльце затопала тётка, громогласно перекликаясь с кем-то из родни. – Всё, молчим! – шёпотом скомандовала мама Никиты, спешно выдавая Ане блюдо с пирогами, для того чтобы она его перебазировала на стол. Людмила никак не могла понять, что происходит – старшая сестра внезапно кардинально изменила поведение по отношению к будущей невестке: – «Анечка»? «Анечка-солнышко»? «Какая у моего сына замечательная невеста»? Да что такое-то? Что эта Анька такое сделала? Попытки выяснить причины такой перемены успехом не увенчались, Никита с невестой оставаться на ночь явно не собирались, но именинница их неожиданно и очень уверенно поддерживала, ловко переубеждая всех возмущающихся родных – от отца Никиты и до его же бабушки. Впрочем, её попытка убедить Люду в том, что молодые лучше знают, когда им уезжать, никакого успеха не возымела: – Да вот ещё! Нет уж, он останется и точка! А уж куда денется эта его Анька, мне плевать! День рождения матери – это святое! – Людмила коршуницей следила за часовой стрелкой, а когда сочла, что уже пора бы воплощать план в действие, отправилась на кухню, где заваривался чай для всей честной компании. Самые лучшие и надёжные планы часто рушатся из-за обычной случайности, которую и предусмотреть-то нельзя. И именно такой случайностью и была красивая и самоуверенная синица-лазоревка, которая уселась на ветку вишни, растущей у кухонного окна. Ане синички нравились, а лазоревки – особенно, так что она схватилась за смартфон, чтобы сфотографировать это чудо. – Ещё увеличить, и ещё… – восхищённо забормотала она, а потом машинально зацепилась взглядом за то, что происходило в кухне, а точнее, отражалось в стекле приоткрытого окна. – Не поняла… А это что? Её изумление можно было понять – в отражении было ясно видно, как тётка Никиты ссыпала в чайную чашку, стоящую на столе у окна, какой-то порошок из открытой капсулы. – Не поняла… – Аня даже головой потрясла, впрочем, смартфон держала крепко и ровно, так что дальнейшие действия тётушки тоже были очень хорошо видны – она старательно размешивала содержимое чашки, а потом взяла её и куда-то понесла. – Никита, а вы что? Уже собираетесь? – «удивилась» Людмила. – А я тебе чай принесла. Выпей хоть чайку на дорожку за мамино здоровье! Формулировка не предполагала отказа, Никита протянул руку за чашкой, но тут его смартфон пискнул, он покосился на экран, изумлённо поднял брови, а потом, взяв чашку из рук тётки, понюхал её содержимое. – А с чем чай-то, а тёть? – Как с чем? Со смородиновым листом, как обычно, – широко улыбалась любящая тётка. – Ааа, то есть, если я его выпью и со мной что-то случится, мы это спишем на смородиновый лист? – тут перед ним всплыло яркое воспоминание вчерашнего вечера – как он точно так же протягивает руку и берёт чашку ледяного рубинового компота, поданного тётушкой. – Или если я за рулём случайно усну, это тоже будет на совести этого же смородинового листа? – уверенно продолжил он. – Никита? Что ты такое говоришь? – удивилась именинница. – Я сама заваривала этот чай. – Да, мам, ты заваривала, а вот что туда тётушка добавила? – он протянул матери смартфон с видео, где крупным планом были видны тётушкины руки, которые что-то сыпали в чай. – Люда! Ты что? – старшая сестра изумлённо уставилась на младшую. – Что ты туда добавила? Над смартфоном склонились уже несколько голов: – Это вообще что такое? – громогласно возмутился обычно тихий и спокойный отец Никиты, впрочем, его можно было понять – излишне активная сестра жены уже успела его довести почти до белого каления. – Людмила, ты отравительницей заделалась? – Чего вы все такое несёте? – фыркнула Людмила. – И вовсе это не отрава, а просто снотворное! Что такого-то? Ну уснул бы, поспал, а потом остался бы на вечер и ночь! – Как вчера? – ледяным тоном уточнил Никита. – Вот именно, что как вчера! – уверенно подхватила Люда. – Что с тобой такого страшного случилось, а? Выспался только… – Да как… да как ты смела? – Никитина мама никогда не налетала на свою младшую сестру, вполне возможно, что это было из чувства самосохранения, но сейчас рявкнула так, что Люда аж икнула от изумления. – Кто тебе дал право кому-то что-то подмешивать? – Действительно… – подхватил её слова муж. – А если бы оно как-то не так подействовало бы? А если бы он и правда уснул бы за рулём? Да в любом случае, ты вообще в своём уме, что-то такое творить? – Я ж просто хотела тебе подарок сделать на день рождения! – выпалила Люда, обращаясь к сестре. Быстрее всех пришла в себя бабушка: – Ах ты, поганка такая! – воскликнула она. – Вот я ж тебе устрою – слабительного в чай подсыплю и туалет запру! А сама буду смотреть, как ты бегать вокруг станешь! Может, хоть тогда мозги вернутся туда, где они должны быть, из того места, на которое ты себе приключений всё ищешь! От уж будет всем подарок!