Глава 49

Герман

С трудом заставляю себя поднять руку. Просто понимаю, что, если этого не сделаю, орущий где-то слева телефон расколет мою башку напополам.

Шарю ладонью по тумбочке, не разлепляя глаз. Ощущение, что как только открою, их проткнет палящими солнечными лучами.

Нащупав мобилу, подношу к лицу, надеясь, что продвинутый айфон сможет узнать мою помятую рожу.

Приоткрываю один глаз.

На экране — вызов от Сокола и, проведя большим пальцем по сенсору, принимаю звонок.

Я не успеваю открыть рот, как в ухо прилетает убийственный поток мата:

— …это че за херня? — удается мне расслышать. — Че там у вас происходит? Где вы? Эти фото даже в чате нашей группы, — снова матерится. — У меня, твою мать, глаза вытекли…

Подрываюсь в постели как на мине. Свешиваю ноги с кровати.

Зажмуриваюсь, словив прострел в виске. Наклоняю голову вперед, силясь выдавить из себя пару слов:

— Не ори, — прошу. — Давай с начала и помедленнее.

— Гера, ты не врубаешься, что ли? — очередной нецензурный поток вынуждает поморщиться. — …они ни хера не удаляются. Че за спам? Дашка телефон потеряла или че?

Я ни черта не понимаю. Хуже становится, когда к оранью Дэна подключается сигнал входящей второй линии, монотонно простреливающий все тот же висок.

Отвожу руку с телефоном и пялюсь в экран, на котором вызывает абонент «подруга Даши».

— Повиси, — бросаю Дэну и перевожу линию, вскочив на ноги. — Да?

— Герман, где Даша? Что случилось? Почему она не берет трубку? — бесперебойно на одном дыхании тараторит девчонка.

Я бросаю взгляд на постель. Глазам после сна нормально в полумраке комнаты и, мне присматриваться не нужно, чтобы понять — в спальне я один.

Я засыпал, ощущая рядом ее тепло. Помню это как свое имя. Помню, как выцепил Сокола, а потом надирался в каком-то баре. Привычно закидывался за двоих.

Я не должен был оставлять Дашу одну. Не должен был уходить. Это чертовски эгоистично, безответственно, по-ребячески несерьезно — убегать от эмоций. Топить их в стакане, справляться с ними в одиночку и в итоге не получить облегчения.

Облегчение принесли ее объятия, как и озарение того, что во взрослых отношениях люди не прячутся.

— Але-ее? Герман! Ты меня слышишь?

Тряхнув головой, сглатываю прокисшую слюну.

— Слышу, — коротко отзываюсь и выхожу из комнаты с устойчивым ощущением пустоты. Это ощущение поднимает тошноту к горлу.

— Можешь дать Даше трубку? — взволнованно просит девчонка.

Дверь в комнату Даши открыта, в ней то же самое, что в моей — пустота и полумрак. Поочередно распахиваю двери в ванную, туалет…

— Ее нет.

— Что?

— Даши нет, — собственный голос взрывает голову тупой болью. Растираю висок указательным пальцем, силясь вспомнить имя девчонки на проводе.

— О, Боже… — охает она. Кажется, ее зовут Зара.

— Зара, я ни черта не понимаю. Давай с самого начала.

— Герман, у меня плохое предчувствие. Эти фото…

— Какие фото?

— Подожди! У меня по второй линии ее брат. Я перезвоню, — резко обрывает связь Зара.

Мощный выброс адреналина в кровь ударяет по мозгам. Морщусь от этой боли. От передоза непонятной информации и дерьма, которое по обыкновение бывает на утро после попойки. Во рту не лучше, но это пустяк по сравнению с тем, что меня придушивает тревога.

Смотрю на экран телефона. Сокол уже не висит, но висят пропущенные звонки и сообщения в мессенджере.

Грохот собственного сердца оглушает. У меня трясутся пальцы, когда захожу в список входящих, среди которых без ответа только Дэна.

Лезу в сообщения, и в череде неотвеченных глаза цепко вычленяют от Даши.

Под выбившейся из-под джинсов рубашкой липкий пот. Ладони тоже омерзительно влажные, как и пальцы, которыми жму на «открыть».

То, что вижу в ту же секунду на экране, атрофирует мышцы. Выбивает воздух из груди.

Несколько фото. На последнем из которых приписка — «Как тебе такое, гребаный хакер? Справишься? Жри, мразь!»…