Глава 16
«Дети - это завтрашние судьи наши, это критики наших воззрений, деяний, это люди, которые идут в мир на великую работу строительства новых форм жизни»
М. Горький
Стас
Удовлетворение… Умиротворение… Безмятежность… Кайф… Да, это именно то, что я сейчас чувствовал, эти эмоции были не всеми, которые смешались в небывалый эмоциональный “коктейль”, но основными. Мог ли я рассчитывать на такой экспромт с её стороны? Нет. Но итог получился очешуительным! Какая же она зажигалочка, я даже не догадывался. Тот единственный раз, что у нас случился, был совершенно другой… Десять лет назад она робко просила, сегодня брала, умело соблазняя. И это было потрясающе.
Мельком глянул на свою малышку, заснувшую рядом со мной на пассажирском сиденье. Улыбнулся. Сам от себя не ожидал такой бурной реакции. Вёлся на её безобидные провокации как зелёный пацан, не знавший ни разу женщины. Никогда так никого не хотел, как сегодня мою девочку. И сравнивая свои ощущения с Валерий тогда и сейчас, могу однозначно утверждать, что в наш первый раз я мог держать себя в руках. Сегодня же я ни хрена не контролировал: ни себя, ни ситуацию. А хотелось-то сделать ведь всё по-другому…
Когда Максимка в пятницу во время нашего совместного обеда сказал, что они уезжают в эту субботу, меня охватила дикая паника. В голове возникло множество вопросов. Почему так неожиданно возникло желание уехать? Ведь они ещё не решили вопрос с недвижимостью. Что мне делать и как быть? Я ведь, по сути, ещё ничего не успел. Удастся ли мне уговорить их дождаться моего приезда в США, не принимая поспешных решений? Да много чего лезло в голову за те несколько минут, пока сын не пояснил, кто и куда едет. И попросил отвезти их в аэропорт, если я, конечно, смогу. Лишь после этого меня немного отпустило, но при этом пришло чёткое понимание - времени у меня нет. ВООБЩЕ НЕТ… Поэтому если так и буду тянуть резину, то останусь ни с чем.
И уже едучи с ними сегодня в аэропорт, позже планировал устроить романтический ужин у себя в квартире, в надежде уговорить, убедить, что все трудности, которые у нас сейчас маячат на горизонте, лишь временное явление, пока я не перееду к ним окончательно. Поклясться Лере, что других женщин у меня не будет. Приготовил кольцо, цветы, шампанское, лепестки роз… Не знаю, как она на это отреагирует, но, очень надеюсь, что по морде сразу не получу. А теперь, если исходить из случившихся реалий, получается, что это было «да» на ещё не озвученный вопрос? Очень бы хотелось в это верить. Вопрос-то я озвучу, но надеюсь, что её решение не изменится.
Подъехав к коттеджу, заглушил машину и молча сидел некоторое время, любуясь Валерией. Она была прекрасна. Лунный свет играл в её длинных, разметавшихся по плечам, волосах, делая девушку хрупкой, нежной, беззащитной. Аккуратно провёл кончиками пальцев по щеке, отчего Лера вздрогнула и резко открыла глаза, хрипло уточнив:
- Мы уже приехали?
- Да.
- Почему тогда не разбудил?
- Только собирался, как ты сама проснулась.
- Ясно… - села, поправив рубашку. - Ты останешься?
- Нет, - но видя её удивление, пояснил: - Ты сейчас возьмёшь вещи, которые тебе необходимы, и мы поедем ко мне.
- Стас, не припомню, чтобы давала согласие на такое.
- Не припомню, чтобы ты отказывалась. А если серьёзно, то мне надо кое-какие рабочие моменты решить, просмотрев при этом предварительно документы, но я не хочу тебя оставлять утром одну. Квартира у меня большая, так что мешать мы друг другу не будем.
- У тебя есть гостевые комнаты?
- Зачем?
- А где тогда ты планируешь меня…
- Ты будешь жить в нашей спальне. И сразу предвосхищая твои вопросы, которые ты можешь задать, скажу, что в этой квартире других женщин не было. Ну, кроме домработницы, которой за пятьдесят, и моей матери. Так что ты являешься там полноправной хозяйкой.
- Мне кажется, что ты немного торопишься.
- А вот мне кажется, что я уже сильно опоздал. Пошли, а то почти двенадцать ночи.
Войдя в дом, Валерия отправилась сразу в душ, предложив и мне, но тут пришлось железной рукой задавить всякое желание последовать за ней, так как тогда это бы грозило ночёвкой здесь, а это не входило в мои планы. Вряд ли мы бы ограничились лишь принятием душа…
Своё ожидание скрасил, выйдя на крыльцо и закурив, смотря в ночное небо и размышляя обо всём произошедшем. Её приближение я почувствовал ещё до того, как она открыла дверь и оказалась на крыльце. Лера тихонько подошла и обняла со спины, уткнувшись лицом мне между лопаток. Её горячее дыхание вызвало волну мурашек.
- Ты замёрз?
- Нет.
- Я принесла рубашку.
Ощутил движение прохладного воздуха, Валерия отстранилась, а вместо её тепла на плечи легла прохладная ткань. Затушив сигарету, выкинул окурок и развернулся к Лере лицом. Молча одеваясь, разглядывал её с ног до головы. Босоножки на высоком каблуке, облегающие джинсы, но мой взгляд застопорился на кофточке. Вроде бы ничего такого, разве что эротично сползла с правого плечика и открыла потрясающий вид на грудь, так как слегка просвечивала. И вот я не мог разобрать одной маленькой детали из-за отсутствия нормального освещения:
- Надеюсь, что лифчик под неё предусмотрен?
- Надейся, - и Лера развернулась, собираясь уйти.
Мне хватило лишь пары секунд, чтобы оказаться рядом с Валерией и проверить единственно доступным для меня путём наличие или отсутствие интересующей детали её гардероба.
- Ты что творишь?!
- Контролирую сохранность моей собственности. Иными словами: ты так не пойдёшь!
- Стас, у нас был просто секс, а ты уже говоришь мне, как одеваться! Дальше-то чего ждать?
- Не согласен, это был не просто секс… Я занимался с тобой любовью, а ты? - так и не дождавшись от неё ответа, продолжил: - А насчёт дальше… Ты, надеюсь, вещи уже собрала?
- Да.
- Замечательно… Леру-у-унь, ну одень хоть что-нибудь под это безобразие, ладно? Я же не железный. В Москве и ночью бывают пробки, и свернуть уже не получится… Не устраивать же шоу для взрослых прямо на улице.
- Стас, у меня нет с собой бандо.
- Чего нет?
- Бюстгальтер-бандо, то есть без лямок. Так вот, у меня его с собой нет, поэтому я надела тонкую маечку без бретелей, а ты её почему-то не заметил.
- Она, наверное, слишком тонкая, а насчёт твоего бандо… Раз нет, то, значит, надо купить. Съездим в отдел женского нижнего белья, и ты мне устроишь показ мод.
- Филатов, я иду или в таком виде, или мы остаёмся здесь… - и я услышал судорожный вздох Валерии. - Стас, прекрати.
С большим трудом убрал руки от её груди, которые до этого хозяйничали там, но решил уточнить:
- То есть на показ мод ты согласна? Тем более я тебе сарафан должен.
- Обойдусь я как-нибудь без сарафана, что же касается показа мод… Я-то его переживу, а ты?
Слегка задумался, так как не совсем понял, чего именно я могу не пережить. Моё воображение рисовало сцены эротического содержания в раздевалке, на этом умные мысли разбегались, да и неумные тоже. И видя моё затруднение в этом вопросе, Синеглазка мне помогла прояснить ситуацию:
- Показ мод подразумевает хождение по подиуму. В дорогих бутиках он имеется в наличии и обычно недалеко от входа, чтобы привлечь других клиентов, а также там присутствуют стеклянные стены, отделяющие отдел белья от других площадей, и другие особи…
- Я понял, можешь не продолжать. Посмотрю всё дома.
- Нет, ты прав, в бутике будет однозначно лучше. Можно узнать компетентное мнение со стороны…
Она что-то говорила ещё, но от одной мысли КТО это мнение будет высказывать, меня захлестнула дикая ревность.
- Никаких показов! Закажем всё по интернету.
- Вот именно об этом, Стас, я и говорила с тобой недавно.
После этой её фразы напрягся. О чём это она сейчас? Что я слишком собственнически себя веду?
- Не понимаю. Объясни.
- Ревность… Она порождает недоверие и домыслы. И сейчас я говорю не столько о твоей реакции на моё возможное дефиле по подиуму в нижнем белье перед другими мужчинами, сколько о себе.
- Солнце, да, я не был монахом всё это время, но…
- Милый, ты не понял. Я тебя не упрекаю ни в чём, - Лера повернулась ко мне лицом и обняла за шею. - Просто опасаюсь, что не смогу справиться со своей ревностью, и это выльется в выяснение отношений, а мне бы этого очень не хотелось.
- Солнышко, после выяснения отношений обычно бывает бурное примирение в постели.
- Кто о чём, а ты о сексе.
- Не только о нём, но в данный момент о другом думать получается плохо, - наклонился и нежно поцеловал свою девочку. - Знаю, что между нами ещё много недосказанности, но не переживай, мы со всем справимся… По крайней мере, будем очень стараться. Ты и Макс самые важные люди в моей жизни. Я очень люблю сына, - аккуратно обхватив лицо Леры ладонями, выдохнул ей в губы: - Мои же чувства к тебе нельзя назвать просто любовью… Ты мой воздух, мой мир, моя жизнь… Понимаю, что звучит слишком высокопарно, но это так. Раньше я не понимал, чем мне грозит расставание с тобой, теперь же я чётко осознаю, что меня ждёт, и не хочу больше такого испытывать. Не могу больше быть один, когда ты показала, что бывает по-другому. И единственная женщина, которая может избавить меня от одиночества, это ты…
- Стас, незаменимых нет…
- Есть. И поверь, я знаю, о чём говорю. У меня было очень много женщин за это время… Безумно много… Но ни одна из них не смогла заполнить ту пустоту, что появилась после нашего с тобой разрыва. НИ ОДНА… Понимаешь? - и, не дождавшись никакой реакции с её стороны, притянул к своей груди. - Ты и Макс слишком важны для меня, чтобы я искал быстрое и доступное развлечение на стороне.
Очень хотел, чтобы она поняла и услышала меня.
- Стас?
- М-м-м?
- Я тоже устала быть одна… среди людей… Но имей в виду, это не значит, что сцен не будет.
В душе растекалось тепло от её слов и щемящая нежность, до сих пор неизвестное мне чувство.
- Знаешь, очень люблю театральщину… Сцену перенесём в нашу постель, и я приму активнейшее участие и в репетициях, и в самих постановка.
- Бо-о-же, Филатов, ты неисправим.
- Увы. Так что тебе придётся с этим мириться. Поехали?
- Да. Сейчас только захвачу вещи.
Добрались достаточно быстро. Всё время обмениваясь шутками и поцелуями, умело чередуя их. Возле двери в квартиру я остановился.
- Лера, закрой глаза.
- Зачем?
- Закрой.
Она нехотя подчинилась. Справившись с замком и распахнув дверь, подхватил Валерию на руки под её возмущённый возглас, и занёс в квартиру.
- Нет, ещё не открывай. Рано! - предупредил, видя, что она уже приоткрыла один глаз. - Я скажу, когда это сделать.
- Стас?
- Малышка, потерпи немного.
Усадил Леру на стул, достал зажигалку и зажёг свечи. Пришлось повозиться, не ожидал, что организаторы так увлекутся созданием романтики… Достал коробочку с кольцом и опустился на колено, подойдя к ней. Сердце гулко стучало, в горле пересохло. Несмотря на то, что я, вроде как, был уже женат, так вышло, что это первое предложение, которое я делаю лично.
- Открывай, - глухо попросил её.
Наблюдал за ошарашенным выражением лица Валерии, с которым она осматривалась, прежде чем переключится на меня. Ждал и не торопил. Когда же Лера сконцентрировала всё своё внимание на мне, взял за руку и продолжил:
- Синеглазка, я уже говорил, кем ты для меня являешься, и это не преувеличение… Не хочется этот момент сводить к банальщине, но, наверное, без этого никак… Прошу, не смейся. Просто выслушай… - замолчал на некоторое время, собираясь с мыслями. - Все эти десять лет я считал, что мне никто не нужен рядом, давил в себе любое проявление чувств, хотя их особо и не было, лишь лёгкое раздражение на окружающих, когда шло не так, как я планировал… Не хотел жить, как мои родители, с трудом терпя друг друга рядом. И решил, что лучше быть одному, чем вот так, как они… Пока не приехала ты… Никогда не думал, что один человек может заменить всех и быть для другого целым миром… Вселенной… И ты мой свет, путеводная звёздочка… Я тебе безмерно благодарен за то, что ты подарила жизнь нашему ребёнку. Сыну, о котором я уже и не мечтал, так как не видел рядом с собой никого, с кем бы хотел иметь общих детей… Не настроила его против меня, дав тем самым возможность нормально развиться нашим с ним отношениям, хотя могла. Ты образцовая мать для Максимки и идеальная женщина для меня. Знаю, что не дотягиваю до твоего пьедестала…
- Стас, ты не прав, это не так…
- Не перебивай, Лер, позволь высказаться… Чёрт! Не думал, что признания даются так сложно… Малыш, я не могу изменить своё прошлое, в котором очень много грязи, ошибок, ненависти и злости, но хочу видеть своё будущее другим… Рядом с тобой и нашим ребёнком. Прошу, дай мне надежду… Один шанс… И я сделаю всё, что в моих силах, и даже больше, лишь бы сделать вас счастливыми. Дать то, чего вы были лишены все эти годы… - и, открыв крышку коробочки, протянул ей с вопросом: - Ты выйдешь за меня замуж?
Я замер, боясь дышать, прекрасно понимая, что могу услышать не совсем тот ответ, на который, собственно, очень рассчитываю, а она продолжала молчать, рассматривая кольцо.
- Оно очень красивое… и необычное. Я таких ещё не видела. Можно посмотреть поближе?
- Конечно, - и Лера очень аккуратно достала колечко. - Можешь даже молча надеть его на свой безымянный пальчик… Я всё пойму…
- Не…
- Не? - улыбка застыла на моих губах после её неоконченной фразы.
Неужели я сейчас всё же получу отказ? Рвано выдохнул, не сводя с неё глаз. И уже было собрался умолять её хотя бы взять время подумать, не принимать решение сейчас, но Лера приложила свой пальчик к моим губам, тем самым не позволив произнести ни слова.
- Не исключено.
И лишь когда увидела проблески понимания на моём лице, убрала пальчик и нежно поцеловала.
- Это значит «да»?
- А ты сам как думаешь? - и протянула мне кольцо обратно.
- Прости, не понял… Ты… всё же… - я находился слегка в прострации от действий и слов Валерии, которые, на мой взгляд, противоречили друг другу. Или я абсолютно не понимаю женщин? - Лера, прошу, не мучай. Ну не в состоянии я сейчас думать нормально. Просто ответь «да».
- Стас, а как же законное право выбора? - и тихо засмеялась.
- А кто тебя лишает выбора? «Да» - согласна стать твоей женой или «да» - я подумаю, где ущемление и лишение этого права, а, Лерунь? - понимаю, что несу полную ахинею, но не готов я к отказу. Ни сейчас, ни потом.
- Ты неподражаем… Не знаю, о чём ты подумал, когда я протянула тебе это, - и она покрутила кольцо передо мной. - Но я хочу, чтобы ты сам надел мне его на палец… И если для тебя так важно услышать ответ, то «да» - я согласна стать твоей женой.
Испытал неимоверное облегчение, услышав столь заветное для меня сейчас слово. Не понимал раньше мужчин, так трясущихся перед этим знаменательным событием, а сегодня сам испытал весь спектр чувств, пока ждал её ответ.
Забрал у Валерии кольцо и, глядя в глаза, медленно надел на безымянный пальчик правой руки, наслаждаясь каждым мгновением этого действа, а затем, наклонившись, поцеловал каждый пальчик, задержавшись на том, на котором было колечко. Моя… Теперь только МОЯ! Господи, неужели я дождался. Десять лет… Долгих… Одиноких… Пустых… И вот теперь я не один. Даже глаза прикрыл от переполнявших эмоций.
- Знаешь, я купил его полгода назад в Турции, - и заметил, как после моих слов она напряглась. - Малыш, расслабься. Первая мысль, которая возникла, когда я его увидел, это как же цвет сапфира напоминает твои глаза… Я тогда только недавно приехал в Стамбул, а Илхан - это мой турецкий друг и партнёр по бизнесу, собрался в ювелирную лавку к своему хорошему знакомому Севану Бичакчи забрать заказ ко дню рождения жены, и предложил мне составить ему компанию… Честно, никогда не жаловал ювелирные отделы, просто мне раньше такие вещи покупать было некому, но пошёл, так как был приглашён на праздник к ним, а лучшим подарком женщине турки считают золотые украшения. Как они говорят: «Их много не бывает». Я попросил помочь друга мне с выбором, так как его жену я тогда даже в глаза не видел, и он помог. Илхан попросил ювелира принести браслеты, которые у него есть, сделанные, но не выложенные на общих витринах, скажем так, не для простых обывателей, а также захватить кольца из этой же серии… Скажу, что Бичакчи - это ювелир от бога. Его работы вызывают восторг. Я чисто случайно увидел это кольцо, а потом просто не смог отвести глаз… Я все эти годы давил в себе любое воспоминание о тебе. Ведь мне сказали, что у тебя семья… ребёнок… Ты больше была не моя, и надежды тебя вернуть не было… И это мне удавалось достаточно успешно. Алкоголь. Работа…
- Другие женщины? - то ли спросила, то ли констатировала Валерия, пристально разглядывая меня.
- Да… - и печально усмехнулся. Поднялся, взяв её на руки, направился в сторону дивана, а когда мы удобно расположились на нём, продолжил: - И другие женщины… А вот в Стамбуле что-то пошло не так. До сих пор не могу понять, что и почему, но именно там ты мне начала опять сниться.
- Опять?
- Во время моего брака с Катериной ты мне часто снилась, а потом на долгие восемь лет перестала. И лишь в Стамбуле начала снова являться мне во снах.
- И что же тебе снилось?
- Поверь, ничего приличного, - и слегка прикусил её у основания шеи. - Мы это обязательно с тобой воплотим в жизни.
- Твои сны?
- Ага.
- Хорошо, попробуем… Мы отвлеклись. Что же было дальше?
- А дальше я завис над кольцом, думал о тебе, но и купить не решался. И дело было не в деньгах, я просто не знал, что потом с ним делать… Ты была в тот момент для меня недосягаема. Решил, как ни странно, всё Илхан, сказав, что это кольцо станет моим талисманом, раз оно мне так приглянулось. И та женщина, о которой я думал, когда смотрел на него, будет обязательно со мной, если я его возьму… И я взял, а сейчас очень благодарен ему за те слова.
Мы замолчали. Лера нежно провела рукой по моей щеке, едва её касаясь. Наклонилась и повторила этот же путь, только теперь губами. Я откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза, позволяя ей самой решать, что делать дальше.
- Стас?
- Да, хорошая моя.
- Я люблю тебя… Очень, - едва слышно прошептала она мне на ухо и поцеловала.
Нежный поцелуй постепенно перерос в более страстный. И я уже из пассивного «наблюдателя» перешёл к более решительным действиям. Начал с мешающей моим манипуляциям одежды, как её, так и моей, а потом мы с ней плавно переместились в спальню.
Уложив Леру на кровать, усыпанную лепестками роз, сходил за вином и фужерами, прихватив с собой ещё и конфеты. И наполнив бокалы, один протянул ей.
- Вина?
- Ну, если ты настаиваешь. За что пьём?
- За тебя.
- Нет, мне не нравится такой тост.
- Предлагай свой, - при этом смотря на неё глазами голодной собаки. Чувствовал, что в паху потяжелело, и долго церемонии разводить у меня не получится.
- За нас… Тебя, меня и Максимку.
Поддержал её вариант тоста лёгким касанием фужера о фужер и выпил залпом, поставив пустую тару на прикроватную тумбочку. Решил не терять время. Стянул с Леры топ на талию и любовно провёл пальцем по соску. От моего прикосновения вино слегка выплёскивается из её фужера на обнажённую грудь.
- Ой!
- Тихо, всё хорошо, я сам вытру…
Наклонился и слизал вино, чувствуя, как при этом изменяется её дыхание.
- Стас, почему мне ТАК хорошо только с тобой?
- Не знаю, но я балдею от того, ЧТО ты сейчас сказала… Допивай своё вино, дальше будет интереснее и намного приятнее.
И в подтверждение своих слов потянулся к её трусикам и снял их, избавившись также и от мешающей тряпки на её поясе.
Какой же это кайф, заниматься любовью со СВОЕЙ женщиной. Изучать каждый миллиметр её тела руками, губами, языком. Узнавать точки, от прикосновения к которым она тает и теряет связь с реальностью. Доводить её раз за разом до оргазма. Слышать стоны, бессвязный шёпот, мольбы. Я упивался этим… Заснули мы под утро, уставшие и удовлетворённые.
Утро настало для меня часов в десять, я бы поспал ещё, но под боком никого не было и это напрягло. Встал с кровати, натянув домашние штаны, и направился на поиски моей пропажи.
Застал Синеглазку на кухне за приготовлением завтрака. Пахло просто фантастически, да и вид, открывшийся мне, был не хуже: Валерия в шёлковом халатике колдовала у плиты.
- Ты чего так рано подскочила? - обнял её, подарив утренний поцелуй.
- Ты на время смотрел? Уже половина одиннадцатого. В час придут покупатели, надо будет бабушкин дом показать. Да и после ночных упражнений не знаю как ты, а я хочу даже не есть уже… Вот и решила посмотреть, что у тебя в холодильнике обитает. Если честно, даже обалдела от такого выбора продуктов. Как ты умудряешься сохранять форму, имея такие залежи еды? Хотя, нет, лучше не говори. Вряд ли мне это понравится.
- Хорошо, не буду. Я в душ, составишь мне компанию?
- Нет. Я ещё от ночи не отошла. Да и была уже там.
- Ну, смотри, но если вдруг передумаешь, то ты знаешь, где меня найти, - и легонько шлёпнул её по попке.
Завтрак прошёл потрясающе. В кои-то веки я был не один, и не просто с кем-то, а именно с тем человеком, с которым хотел его провести.
- Лер, я немного поработаю, не будешь скучать? - дождавшись её утвердительного кивка, поднялся из-за стола, направившись в кабинет. - Дай мне буквально полчаса и потом я весь твой, хорошо?
- Конечно.
Но наши планы были нарушены трелью дверного звонка.
- Лерунь, ты кого-нибудь ждёшь?
- Очень смешно.
- Странно, я тоже никого. Пойду тогда узнаю, кого там черти принесли.
Направляясь к двери, со спинки дивана сдёрнул забытую вчера рубашку и накинул себе на плечи. Надеюсь, что мать угомонилась. Всю неделю обрывала мне телефон, выедая мозг своей Катериной, моей якобы ответственностью перед ней и её родителями и так далее по списку. Иногда даже жаль, что я у неё один, так бы хоть разделил её «любовь» с кем-нибудь ещё, но, увы. Открыв дверь, понял, что не угомонилась.
- Чем обязан столь раннему визиту? - при этом намеренно не приглашая её в квартиру.
- Стас, ты не гостеприимен. А где приглашение войти? Не на площадке же нам разговаривать.
- Я вас, Светлана Ильинична, не приглашал.
- Всё больше убеждаюсь, что моего в тебе нет ничего, - и высокомерно прошествовала мимо меня в прихожую, а оттуда в гостиную.
- Не могу сказать, что меня это не радует, - закрыв входную дверь, проследовал за ней.
Мать расположилась в кресле спиной к столовой, в которой находилась Валерия. Не знаю, что планирует делать Лера, но мне бы очень хотелось сейчас видеть её рядом. Но, наверное, не сегодня. И тяжело вздохнул, переключив свои мысли обратно на мать. Встал, возвышаясь над ней, прекрасно зная, что она этого не любит.
- Стас, сядь, не стой над душой. У меня к тебе серьёзный разговор. Ситуация очень непростая, а у тебя всё хихоньки да хаханьки на уме!
- Сесть я ещё успею, - но с места не сдвинувшись, уточняя: - Тема?
- Да как же ты не понимаешь! Катюша попала в больницу сразу после разговора с тобой! А ты ещё спрашиваешь «тему»? - и, не выдержав моего взгляда сверху вниз, вскочила с кресла. - Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны?
- Удиви меня.
- Что ты ей дал? Ты знаешь, что у девочки нашли наркотики в крови?
И с таким укором посмотрела, что будь я не таким закалённым, то непременно бы проникся и во всём сознался, но тут матери не повезло. Не проникся, и как следствие, признания ей ждать от меня не стоило.
- И-и-и?
- Ты хочешь проблем с полицией?
- При чём здесь полиция, я и наркота в крови твоей любимой Катерины? Где связь?
- Ты и правда не понимаешь или прикидываешься? - и, сделав трагическую театральную паузу, медленно осела назад в кресло.
- Ты всё, закончила концерт?
Мать посмотрела на меня практически с ненавистью. Резко села, наконец-то прекратив изображать из себя умирающего лебедя.
- Права оказалась Людочка, ох, как права-а-а… Ты чёрствый, грубый, невоспитанный…
- Ну спасибо тебе, мамуля, и твоей подруге, кстати, тоже, за столь лестную характеристику. Пойду теперь поплачу тихонько в уголке, переживая нанесённую вами психологическую травму, хотя, о чём это я… Я же чёрствый, грубый и невоспитанный. В общем, каким ты меня старательно делала все эти годы, то на выходе в итоге и получила.
- С тобой бесполезно разговаривать. Ты никогда меня не слышишь. Я тебе желаю добра, ты всё же мой сын как-никак.
- Надо же, вспомнила все-таки, что у тебя сын, а не дочь? А то я уже думал, что ты Катю удочерила, а от меня отказалась.
- Стас, Людочка говорила, что твои ребята её отвезли в больницу. И плохо ей стало после встречи с тобой.
- Серьёзно? Вот прямо после меня всё и началось? - и, наклонившись к матери, едва сдерживая злость, припечатал: - А Людочка тебе, случайно, не говорила, что её дочь наркоманка, нет? И смею тебе заметить, что не я её подсадил на наркоту. А также, что если бы не мои ребята, то расхерачилась бы ваша Катюша где-нибудь на дороге, костей бы не собрали потом. И не надо на меня так смотреть! ДОСТАЛИ! Забудь ты уже про Катерину. Она. Вышла. Замуж. Так что хватит… Хватит меня доводить. И впредь, будь добра, заранее оповещай о своём приходе! СОГЛАСОВАВ ЕГО СО МНОЙ! Ясно?
- Стас! Не смей на меня кричать! - возмущённо высказалась мать, но быстро умолкла, заметив моё выражение лица.
Резко выпрямился, закрыв глаза, чтобы успокоиться. Довела, зараза… Вдох-выдох. А едва взяв себя в руки, заметил Леру, обеспокоенно смотрящую на меня. Успокаивающе ей улыбнулся.
- Сильно громко выражал своё несогласное мнение, да, сладкая моя?
Мать не поняла такой быстрой смены моего настроения и обернулась в сторону, в которую я смотрел.
- Доброе утро, Светлана Ильинична, - поздоровалась Валерия, даже не глядя на неё, и прошла мимо. Всё её внимание было приковано к моей персоне. - Стас, о чём она говорит? Полиция. Наркотики. При чём здесь ты?
Едва Лера оказалась в пределах досягаемости, сразу сграбастал её в свои объятия и поцеловал. Почувствовал, как начинает отпускать напряжение.
- Вот и я её спрашиваю, при чём здесь я, а мне не дают чёткого ответа. Говорят, виноват и всё тут.
Мать, придя в себя, встала с кресла и, не смотря на Леру, уставилась немигающим взглядом на меня.
- Что ЭТА здесь делает? - буквально выплюнула она.
- Моя жена в нашей квартире? Ты правда хочешь знать, ЧЕМ мы здесь занимаемся? - и провокационно улыбнулся, ещё ближе прижав к себе девушку.
- Ста-а-ас, ты так низко пал в моих глазах…
- Ничего, как-нибудь переживу.
Она молчала, рассматривая нас как под микроскопом. Я ощущал её злость. Видел, как она взглядом искала кольцо на моей руке, и победно улыбнулась, не найдя такового. Не прерывая нашего с ней зрительного контакта, молча взял руку Валерии, на которой красовалось колечко, и поцеловал, разместив её на своей груди.
- Жена, зная мою нелюбовь к украшениям, разрешила не носить мне кольцо. Правда, любимая? - понимал, что Лере сейчас некомфортно, но отпустить её я не мог и не хотел.
- Конечно, родной, - подыграла, моё солнце. И нежно провела ладошкой по щеке, улыбнувшись.
- Ты даже не поинтересовался нашим с отцом мнением на этот счёт?
- А почему я должен им интересоваться? Вы же не интересуетесь моим.
- То есть отец не знает?
- Честно, без понятия, знает он или нет. Это моя жизнь и с кем её прожить, я решу сам.
- Теперь, по крайней мере, понятно и твоё отношение к нам, и к Катюше…
- А вот этого не надо, - ледяным голосом оборвал мать на полуслове. - Не смей мешать Валерию в этом дерьме. Моё отношение к вам обусловлено вашим поведением и никак иначе.
- То есть сына у меня больше нет?
- Ну, если ты ставишь вопрос так… Где дверь, ты знаешь, закрой её с той стороны, она сама захлопнется.
Но вместо того, чтобы спокойно уйти, мать переключила своё внимание на Валерию.
- А ты что молчишь? Развалила семью и довольна?
- А что вы хотите услышать от меня, Светлана Ильинична? Как я разваливала семью, которой как бы нет? Даже не знаю, что вам на это сказать.
В душе меня распирало от гордости за её ответ.
- Какая же ты дрянь! Вся ваша семейка одни ничтожества!
- Не смей оскорблять их! - взбесился я.
- Стас, успокойся, - и, высвободившись из моих объятий, Валерия развернулась к моей матери полностью лицом, сложив руки на груди. - И на чём же основаны ваши выводы? Или вы судите по себе?
- Да как ты смеешь! Это ваша семейка не давала жить сначала мне, а потом и моему сыну! Это вы разрушаете всё, что строят другие! Это ты и твоя мать, как пиявки, присасывались к приличным людям! Шлюхи!
Я не выдержал, обошёл остолбеневшую Валерию и встряхнул мать.
- А сейчас ты выметаешься из моей квартиры, и чтобы духу твоего здесь больше не было! Понятно?
- Как жаль, что ты такой же, как и твой отец! Мне такой сын не нужен! Слышишь! НЕ НУЖЕН!
- Вот и прекрасно, - и вытолкал её за дверь.
Вернувшись в зал, застал Леру сидящей на диване.
- Стас, вот скажи, что надо было сделать моей маме, чтобы твоя ТАК ненавидела её даже после смерти… И не только её… Я не понимаю, честно.
Сел рядом с ней и обнял, крепко прижав к себе.
- Не знаю, малыш… Правда, не знаю.
Утреннего настроения как не бывало.
- Лер, прости за эту некрасивую сцену.
- Да ладно, неприятно, конечно, но не смертельно, - и повернулась ко мне лицом. - Ты работать планировал.
- Отложу, не так это и срочно.
- Иди, а я пока пойду приведу себя в порядок.
- Ты и так в полном порядке.
- Ну не в таком же виде я поеду дом показывать.
- Ну да, это только для меня вид, - и провёл рукой по бедру, слегка приподнимая халатик. - Может, ну её - эту работу, не волк всё-таки, а мы пойдём и займёмся более приятными вещами?
- Не отлынивай давай. Иди.
- Жаль, а я так надеялся получить утешение.
- Получишь, - и, чмокнув в нос, встала и направилась в спальню, на ходу добавив: - Но вечером, милый. Всё вечером.
С документами разобрался достаточно быстро, решив все срочные вопросы с Кириллом по телефону. У меня до сих пор не выходили слова матери из головы. Я прекрасно понимал, что внешнее спокойствие и благодушие Леры - это всё напускное, что же творилось сейчас у неё в душе, я не знал.
Выйдя из кабинета, направился было в спальню, но услышал приглушённый голос Валерии из столовой. Она с кем-то разговаривала по телефону. Я не собирался подслушивать, но зацепился за кусок фразы, и не смог уйти, так и застыв на входе в столовую, вроде и не прячась, но и не обозначая своего присутствия.
- … Это ничего не решит для нас. Нас больше нет, понимаешь? - и она тяжело вздохнула, словно этот разговор давался ей непросто. - Я тебе уже всё сказала раньше, Майкл. Не стоило прилетать, мы бы могли поговорить обо всём и в Майами…
Невидимый собеседник снова перебил её, Лера же прислонилась лбом к стеклу, молча слушая, что ей говорят.
У меня всё внутри скрутило узлом. ОН. ПРИЛЕТЕЛ. Тот, другой, из прошлой жизни. Из той жизни, где не было меня. Где он наверняка безраздельно властвовал и в её мыслях… и в её постели. Не могла же она встречаться с человеком, который ей неприятен. От осознания этого факта стало нехорошо… Если Майкл уже в Москве, значит, будет встреча, а раз так, то мне придётся отпустить её. И не просто отпустить, а оставить с ним наедине. Ведь они же будут встречаться в ресторане, а не в его номере? Так как я прекрасно понимаю, чем обычно занимаются в номерах отелей. Сам раньше регулярно пользовался таким «жильём»… Потому что если это будет именно так, то я… Хотя, что я? Не позволю ей остаться с ним наедине? Таким поведениям я лишь покажу, насколько она была права, говоря о ревности, и о моей неспособности контролировать эмоции, о недоверии к моей девочке. И это при том, что она здесь, со мной рядом. Что же я буду чувствовать, когда она уедет… Ведь тогда ситуация поменяется, и уже он будет рядом с Лерой, а я за тысячи километров… Мысли продолжали хаотически метаться, но, наверное, Валерия почувствовала мой пристальный взгляд и обернулась, едва заметно улыбнувшись, и направилась ко мне.
- Майкл, в моей жизни произошли очень важные изменения, поэтому для нас уже не будет будущего… Я выхожу замуж. Прошу, прости меня, если сможешь, - и, оказавшись рядом, прижалась ко мне.
Обнял и почувствовал, что она дрожит.
- Замёрзла?
- Немного… Майкл, это не тебе… Да, я не одна… Хорошо, встретимся завтра в обед, и все обсудим… Пока.
Даже после того, как Лера завершила разговор, мы так и стояли обнявшись. Она молчала, уткнувшись лбом мне в ключицу, я не лез с расспросами. Хотя вопросов у меня было больше, чем ответов. Спустя немного времени, Валерия всё же заговорила первой:
- Ты хочешь о чём-то меня спросить?
- Любимая, если ты мне сама захочешь что-то рассказать.
- Сегодня прилетел Майкл. Мы завтра встречаемся.
- Где? - хотя уже предчувствовал, что мне это не понравится, и оказался прав.
- В отеле Radisson Collection.
- Вы… будете разговаривать… в его номере? - едва смог выдавить из себя этот вопрос.
- Стас, ты мне не доверяешь?
- Тебе доверяю, даже больше, чем себе… А вот ему - нет.
- Успокойся, я не планирую разговаривать в «его номере», - интонацией выделив место, так же, как и я ранее. - Там поблизости множество ресторанов и кафе. Так что мы просто пообедаем. Ясно?
- Да. Прости, хорошая моя. Это оказалось немного сложнее, чем я предполагал.
- Стас, пойми, я не могу отказать ему в этом разговоре. Мы были вместе несколько лет. Я и так с ним всё сделала неправильно, не хочу чувствовать себя ещё большей дрянью, чем сейчас.
- Не смей себя так называть, слышишь? Давай забудем об этом до завтра?
- Хорошо. Пошли тогда собираться. Уже надо выезжать, скоро приедут покупатели.
Оставшаяся часть дня прошла спокойно, так сказать, без эксцессов. О продаже дома договорились достаточно быстро. Покупателями оказалась молодая семья, они осмотрели коттедж, и пришли в полный восторг, так как оставалась почти вся мебель, техника, да всё, собственно, оставалось. Если Валерия что и забирала, то на общем фоне это была капля в море. За такую сумму они получали полностью пригодный для жилья дом. А если смотреть, что ещё и земли было достаточно, то их счастью не было предела. Валерии даже предлагали сразу перевести половину суммы за дом, лишь бы она не продала его другим, но моя девочка отказалась, сказав, что будем делать всё по правилам. И если их всё устраивает, то она готова завтра начать оформление документов, но с условием, что они с сыном поживут в доме ещё некоторое время, соберут вещи, приведут дела в порядок, проведут бабушке сорок дней и потом уже передадут ключи новым владельцам. В общей сложности ещё где-то около двух с половиной недель будут тут. Ребята на это с радостью согласились, так как им тоже надо было время, а вот меня срок две с половиной недели напряг. Я даже ещё не успел поговорить с Кириллом по поводу расширения нашего бизнеса в США. Узнал он что-то или нет? А стоило бы уже. Моё время с ними таяло на глазах.
Вечер мы провели вдвоём. Созвонились по скайпу с сыном. Он поделился своими впечатлениями о Томске, да и о полёте, и увиденном в целом. Когда же со всеми делами, звонками было покончено, расположились в зале на полу. Разговаривали, пили вино и занимались любовью. Но, несмотря на расслабленное состояние, чувствовалась некая нервозность. Я дёргался из-за её завтрашней встречи с Майклом, Валерия, судя по всему, прокручивала сегодняшний разговор с моей матерью, но мне при этом ничего не говорила.
Утром отвёз Леру в дом бабушки, так как именно оттуда её должны были забрать покупатели и поехать к юристам. Договорились, что она позвонит мне, как только освободится, а сам собирался ехать на работу. Только отъехать от коттеджа далеко мне не дали, раздался звонок.
- Да? - ответил не глядя.
- Стас, ты мне ничего не хочешь объяснить? - сухо и без приветствия начал отец.
- Привет, пап. Что конкретно тебя интересует? - отвечая ему, выезжал на центральную улицу.
- Ну, хотя бы то, почему о наличии у тебя сына, а у меня соответственно внука, я узнаю от посторонних людей? Меня Кремер поздравляет с пополнением в семействе, а я ни сном, ни духом! Как идиот хлопаю глазами! Радует одно, что он меня не видел по телефону в этот момент. Это что у тебя опять за блажь? Вы с Катериной на пару так решили развлечься или сейчас ты исполняешь соло? Мать дома истерит, что ты женился не пойми на ком, Сергей поздравляет таким тоном, что я судорожно пытаюсь вспомнить, все ли я ему долги вернул… - начинает повышать он голос.
- Пап, извини, совсем закрутился. Я сейчас подъеду, и мы всё обсудим, хорошо?
- Что значит закрутился? Ты что, хочешь сказать, что это всё правда? - взревел он.
- Отец, я сейчас за рулём. Ты в офисе?
- Да.
- Буду через полчаса, там и поговорим, - и отключился.
Кто же знал, что Сергей Васильевич такой разговорчивый, и решит поделиться новостью раньше меня. Его просто распёрло или он что-то хочет? Ладно, хрен с ним, потом разберусь. Сейчас надо поговорить с отцом, а заодно и выяснить вопрос про маму Валерии. Подъехав к зданию фирмы, молча поднялся к нему в приёмную.
- Добрый день, Станислав Анатольевич, - поприветствовала меня длинноногая секретарша, кажется, Леночка, улыбаясь голливудской улыбкой, и наклонилась над столом так, что её «верхние девяносто» выпали на клавиатуру. Интересно, как часто отец меняет эту часть оргтехники? - Анатолий Александрович вас уже ожидает. Вам что-нибудь нужно? Кофе, чай, или может у вас есть другие желания? Я могу всё исполнить.
- А вы волшебница? - на всякий случай уточняю, при этом никак не реагируя на её «валяющиеся» прелести, и она это замечает.
- Для вас могу стать персональной волшебницей, - с придыханием выдаёт «силиконовая долина».
Меня аж передёрнуло. Что отец в них находит? Или это приходит с возрастом? Так же как у Сергея Васильевича… Чур меня… Она уже давно пытается затащить меня в постель, но, во-первых, не люблю силикон! А он у неё везде, включая мозги. Во-вторых, не делю никогда баб с отцом, да и не только с отцом - это табу.
Это папа увлекается «надутыми» девочками, я же предпочитаю всё натуральное. И перед глазами встаёт совсем другая девушка, которую буквально полчаса назад оставил в коттедже. Я бы с большим удовольствием составил ей компанию, но сегодня, увы, никак. Понедельник. Планёрки. Серьёзный разговор с Кирюхой. Надо побыстрее разгрести всё и забрать её. Им же хватит пары часов пообедать и всё выяснить? Хотя, не совсем понимаю, что выяснять, так как их расставание - вопрос решённый, но раз Лера просит, что я могу сказать.
- Нет, ничего не надо, - резче, чем стоило, ответил секретарше и направился к двери кабинета.
Без стука вошёл к отцу, и расположился в кресле напротив него.
- Ну, я жду.
- Да, у меня есть сын, - спокойно подтвердил то, что ему и так уже было известно.
- Очень содержательный ответ. Просто слов нет. И это всё твоё объяснение? - взревел он.
- Мать успела так довести?
- И это тоже, - уже спокойнее ответил отец. - Давай ближе к делу, только, пожалуйста, без описания самого процесса, ладно? Откуда дети берутся, я как бы в курсе.
- Замечательно. Ты мне значительно облегчил жизнь. А то всё не знал, как описать тебе процесс изготовления или производства детей, честно, не знаю, как правильно. Но раз ты в курсе…
- Стас, твою мать! - резко поднялся он из-за стола, опять вспыхивая и перебивая меня на полуслове. - Ты совсем охренел! Я хочу знать всё! Понимаешь? ВСЁ! Откуда взялся этот ребёнок? Что за мамаша? Что они от тебя хотят? Денег? Ты уверен, что он твой? ДНК-тест сделал?… Ты меня, вообще, слышишь?
- Всё? Проорался? Теперь мне можно говорить? - отец лишь махнул рукой. Хорошо же его мать всё-таки довела или не только она? - Во-первых, хочу прояснить сразу. Я от тебя финансово независим, так что все решения по поводу матери и этого ребёнка я буду принимать сам, без чьего-либо участия. Но за беспокойство спасибо. Тронут. Во-вторых, если истерика в твоём исполнении закончилась, то я теперь могу рассказать свою версию, единственно правильную, кстати, а не то, что ты надумал себе сам или переврали добрые самаритяне, - спокойно поинтересовался, смотря прямо ему в глаза, развалившись в кресле.
Отец внимательно окинул меня взглядом, отметил и расслабленную позу, и спокойное выражение лица. Вышел из-за стола, возле бара плесканул себе коньяк, предложив и мне, но я отказался, не до этого. Дел ещё по горло.
- Не томи, Стас, - как-то устало проговорил он и тяжело опустился на кожаный диванчик в зоне отдыха. - Я до сих пор ощущаю отголоски волнений после первой новости о твоих детях. Так то были, как потом выяснилось, гипотетические, а тут - бегающий ребёнок.
- Я тебе больше скажу, он не только бегать умеет. Макс иногда такое говорит, что у меня волосы дыбом на затылке встают… Ладно, пап, не злись. Собственно, и рассказывать нечего. Сам узнал, что у меня есть сын, только недели три назад на встрече одноклассников. Я так понимаю, тебя безумно интересует кто мать? - посмотрев на него и получив утвердительный кивок головы, продолжил. - Сокольская Валерия.
Продолжил я, видно, не совсем удачно, так как именно в этот момент отец решил хлебнуть коньяка и подавился, закашлявшись. Когда же смог говорить, он посмотрел на меня как на душевнобольного.
- Ты сейчас пошутил? - просипел он. - Или выдаёшь желаемое за действительное? Я знаю, как болезненно ты переживал этот разрыв… Но, Стас, я не понимаю, когда бы она забеременела от тебя? Или вы встречались ещё, но уже значительно позже?
Откинув голову на спинку кресла, я немного помолчал, предаваясь воспоминаниям, собираясь с мыслями, и вновь продолжил:
- Нет, мы больше не встречались. Это получилось в апреле, в наш выпускной год. У неё тогда бабушка с дедом уехали на несколько дней на выходные, и Лера находилась одна в коттедже. А я в очередной раз поругался с матерью и не ночевал дома. Ту ночь я провёл у неё или, правильнее будет сказать, с ней. Тогда у нас произошло небольшое, кхм, ЧП… Надеюсь, дальнейшие объяснения опустим по этому поводу?
- Ничего себе “небольшое”! Я смотрю, ты прямо блещешь остроумием сегодня. Петросян, блин. Я правильно тебя понял, что ребёнку уже десятый год? - уточняет отец, прикидывая что-то в уме.
- Да.
- Ты сказал Макс, значит, сын?
- Значит, сын, - и на душе потеплело, стоило лишь подумать о мальчишке.
- Надеюсь, у тебя это одно ЧП? Или по свету ещё бегают ошибки твоей несдержанности?
- Не смей так говорить о моём ребёнке, - не на шутку разозлился на высказывание отца.
Он окинул меня лишь хмурым, задумчивым взглядом.
- Почему сразу не сказал, как узнал? Я тебе не чужой человек. Мы же встречались с тобой в ресторане… Почему?
- А что бы я тебе тогда сказал? Я сам ничего толком не знал, находился в раздрае, нам с ним только предстояло познакомиться поближе. Мне, не тебе, надо было хоть немного наладить между нами отношения… Поставь себя на моё место.
После этих слов отец сник совсем. Залпом допил коньяк и налил ещё, а потом молча направился к окну.
- О какой свадьбе говорит мать?
- Позавчера я сделал Валерии предложение, и она его приняла. Официально мы ещё не расписаны, но это лишь вопрос времени. Причём ближайшего времени.
- Теперь всё ясно… Ты когда ей успел наплести о свадьбе-то?
- Вчера утром. Она пришла очередной раз вынести мне мозг по поводу Катьки, Лера была у меня. Довела, каюсь, сорвался…
- Она может, - и ухмыльнулся, повернувшись ко мне. - У твоей матери врождённый талант к этому… Так что там с моим внуком и Лерой?
- Что именно тебя интересует?
- Всё. Абсолютно всё.
- Ну, если вкратце, то у Леры заболела бабушка, к ней они и приехали. Живут в Америке, штат Флорида, Майами. Макс говорил, что мама не взяла бы его с собой в Россию сейчас. Их совместная поездка была запланирована на более поздний срок, но так как дед находился в длительной командировке в Канаде и его американская жена поехала в этот раз вместе с ним, Максимку просто не с кем было оставить. Поэтому он прилетели вместе… Да и то, что я узнал о сыне, это именно заслуга Макса. Он очень хотел меня найти…
- То есть не изъяви он столь острого желания, ты бы ничего не узнал, так?
Прикрыл глаза, даже боясь представить, что этого бы не произошло, а я бы так и плыл по течению, размениваясь по мелочам.
- Возможно.
- Хорошо, допустим, это так. Сейчас пока опустим этот вопрос. А что с ДНК-тестом? Почему не сделал? Вдруг он не твой, а ты тут бисер мечешь? - задумчиво спросил, попивая коньяк, отец, при этом пристально следя за моей реакцией.
- Но меня-то ты принял, не зная наверняка, твой я или нет, - парировал ему.
- Уел, засранец, - и отсалютовал мне бокалом, признавая мою правоту. - Опасно тебя допускать до своих документов.
- Так ты и не допускал. Я сам залез в твой сейф и нашёл результаты тестов… Что же касательно моего ребёнка, то тут вообще всё просто. Мне они не нужны. Я уверен на все сто процентов в своём отцовстве. Валерия же категорически против этого. Так как считала, что любое документальное подтверждение может грозить ей с сыном большими неприятностями. Я даже не заикался, она сама подняла вопрос и дала отрицательный на него ответ. Я лишь поддержал это решение, раз ей так спокойней, - видя ошарашенное выражение его лица, я улыбнулся. - Да, не все хотят с нами официально породниться, представляешь?
- Представляю… У тебя, надеюсь, фото моего внука есть?
- Ты уже уверен, что он твой? Даже тест не надо?
- Стас, хватит ёрничать. Про тест я спрашивал лишь для того, чтобы узнать твоё мнение на этот счёт.
- Серьёзно?
- Да. Если Лера хоть немного похожа на свою маму, то подтверждение отцовства в данном случае не потребуется.
Меня удивила его последняя фраза.
- Ты так хорошо знал её маму?
- Достаточно, чтобы судить об этом, - и повторил ранее заданный вопрос: - Так что там с фотографиями моего внука?
Я лишь улыбнулся и достал телефон, открывая Instagram. Страничка Макса имеет большое число подписчиков. Он популярен среди своих сверстников. Молча протянул отцу смартфон. Он без разговоров взял и минут на десять выпал из жизни. Особенно его заинтересовала наша общая фотография с Максом в кафе и подпись под ней «I have found him».
Сын меня тогда спросил, не буду ли я против, если он выложит наше совместное фото. Как я мог отказать ему в такой просьбе? Естественно, согласился, даже не особо задумываясь над этим моментом, но само фото видел лишь мельком. Детально рассмотреть не успел. А теперь я мог рассмотреть не только фото, но и почитать комментарии под постом. И то, сколько слов поддержки написали его американские друзья, количество лайков, меня, мягко говоря, ошарашило.
- Вы так с ним похожи, просто уму непостижимо, - выдохнул отец. - Что тут написано?
- «Я нашёл его», - глухо ответил на вопрос.
Даже не думал, что ему это НАСТОЛЬКО важно, раз он обсуждает с друзьями. Что Я важен. И от этого понимания стало горько. У меня всегда отец был рядом, я не знаю, что чувствовал мой сын, когда все его друзья могли общаться со своими отцами, ходить вместе куда-то, а он не только не мог, но даже не знал, кто приходиться ему этим самым отцом. Чувство, что я налажал перед Максом, не только не прошло, но и, наоборот, усилилось. Я отсутствовал в его жизни девять с лишним лет… А мог бы быть рядом, поддерживать, видеть, как он растёт, да много чего мог бы, что уж теперь. Из раздумий и самокопания меня выдернула фраза отца:
- Ну что тут скажешь, сомнения в твоей причастности к происхождению на свет этого парнишки отпадают сами собой, - и печально улыбнувшись, похлопал меня по плечу. - Поздравляю с рождением сына, правда, с опозданием на десять лет… Прости меня, Стас. Я ошибся.
Я промолчал, не зная, что ему ответить. И мы задумались каждый о своём.
- Пап, - окликнул его, привлекая к себе внимание. И добившись желаемого, продолжил: - Мать во время своего визита ко мне умудрилась оскорбить не только Леру, но и её маму…
- Вот тварь, - с грохотом поставил фужер на стол. - Я же просил…
И замолчал, глядя на меня, а потом отвернулся и уставился в окно.
- О чём просил?
- Не важно… О матери можешь не беспокоиться, я решу с ней вопрос сегодня же.
- Нет, так дело не пойдёт. Ты с ней-то решишь, а что мне делать с Лерой? Она, конечно, вида не подаёт, но её это задело, и не просто задело, а гложет. Многое можно понять, но поливать грязью человека, которого давно нет в живых, и он не может тебе ничем ответить, это уже слишком. И каково Валерии оставаться в неведении, представь?
Он молчал, стоя спиной ко мне. Я дал ему немного времени на раздумья, но так просто не уйду. Наконец, отец принял решение.
- Стас, организуй мне встречу с Лерой. Сможешь?
- Без проблем… Присутствовать может только она?
- Ты имеешь в виду ещё и себя?
- Естественно.
- Так хочешь услышать мою исповедь?
- А будет именно исповедь?
- Как сказать. Возможно… Не боишься разочароваться?
- В чём?
- Ни в чём, Стас, а в ком… Во мне.
- Всё так плохо?
- Вам судить, - и посмотрел с такой болью, я даже не сразу нашёлся, что ему ответить.
- Завтра вечером ко мне сможешь?
- Буду в семь.
- Устроит.
И попрощавшись, я ушёл, а он так и остался стоять, смотря в пустоту потухшим взглядом.