Глава 46
Паника и страх из-за встречи с Тамиром мешали мне здраво мыслить и слышать совершенно обоснованные доводы дяди о том, что безопаснее было бы остаться на охраняемой территории. Я убегала от проблемы, надеясь, что пока я буду прятаться, проблема решиться сама по себе. Спрятаться, как в детстве, и ждать, пока дядя решит все мои проблемы.
Кирюшка был совершенно не против поездки. И несмотря на то, что малыш засыпал уже прямо на ходу, он уверенно забрался в автомобильное кресло, крепко сжимая в руках любимую мягкую игрушку.
Выехав на трассу, я прибавила скорости, желая, как можно быстрее оказаться на месте. Только тогда я смогу расслабиться, и, наконец, выдохнуть полной грудью. Скоро это все закончится, и Тамир вернется домой, оставив в покое мою жизнь.
От легкого покачивания сына сморило в сон. Так часто происходило, когда нам предстояла долгая поездка. Это особенность Кира ограждала меня от необходимости слушать нескончаемую болтовню, зато давала полную волю моим переживаниям, которые я безрезультатно пыталась засунуть куда поглубже.
Сейчас же меня немного потряхивало. Не помогала ни принятая полчаса назад таблетка успокоительного, ни тихая музыка, льющаяся из динамиков магнитолы. Я думала, думала и даже не понимала, что не могу собрать мысли в единую цепь. Лишь освещенная полоса проезжей части, в конце которой должен быть выход из моего безумия.
Частое моргание фар, отблеском света ворвалось в боковое зеркало. Глаза ослепило на долю секунды, а пронзительный сигнал следовавшего за мной внедорожника заставил сердце перевернуться в груди. Нога сама потянулась к педали тормоза, когда машина позади меня начала сдавать на обочину, давая мне понять это мигающими поворотниками. Я остановилась, недоумевая, что могло произойти. Тяжело дыша, я вглядывалась в зеркало заднего вида, и только когда в вечерних сумерках из мощного внедорожника показалась до боли знакомая мужская фигура, я ахнула, но тут же прикрыла рот рукой, боясь, так некстати, потревожить детский сон.
Тамир приближался походкой голодного хищника, часами преследовавшего свою жертву. В считанные секунды он добрался до моей машины, и с силой рванул водительскую дверь на себя.
Сейчас я мысленно поблагодарила себя за привычку блокировать двери во время езды. Кирюшка все время норовил добраться до ручки двери, и я уже просто на автомате нажимала кнопку блокировки, опасаясь непоправимых последствий.
— Кира, — закричал Тамир с той стороны двери, — открой, нам надо поговорить.
Нет.
Нет.
Нет…
Я не сдвинулась ни на миллиметр. Не потянулась к ручке двери. Я смотрела на некогда любимого мужчину, чувства к которому я топлю до сих пор, и понимала, насколько мне хочется коснуться его щеки, ощутив кожей легкое покалывает от жесткой щетины.
Он не изменился за эти года, как мне показалось сразу. Теперь я это смогла разглядеть. Все тот же обаятельный мерзавец, за которым я готова была мчаться, потеряв голову. Я замечала неуловимые черты лица, которые не видела раньше. Скулы стали острее, жестко выступая на волевом лице. Две глубокие морщины собрались на переносице, когда Тамира ошарашило мое нежелание открывать дверь.
— Кира, ты поступаешь глупо…
Тамир со злостью стукнул по боковой двери, и мой взгляд неосознанно метнулся назад, озабоченно оберегая сон сына.
Лишь на секунду я замешкалась, а затем вернула взгляд на мужчину, и пропала…
Он все знал.
Знал.
Теперь я была уверена в этом.
Не было никаких сомнений. Прищурив глаза, борясь со своим внутренним зверем, Тамир пытался заглянуть назад, за мою спину, где сопел мой сынок, не обращаю внимания на бурю, сгустившуюся вокруг его безмятежности. Мужчина сделал шаг назад, застыв напротив задних сидений моей машины, и замер, наблюдая за мирным сном Кирюшки.
А дальше я совершила, наверное, самый безрассудный поступок в моей жизни. Нога сама нашла педаль газа, и я, вдавив ее до упора, рванула вперед, оставляя позади разгневанного зверя. Зеркало заднего вида показало мне мужчину, который стоял прямо посреди дороги и смотрел мне вслед. И я готова была поклясться, что видела, как он улыбается.