Глава 3 · Амелиса. Создана для него

Повелитель усадил меня на край ложа. Золотые глаза пылали в полумраке, заставляя настороженно следить за ним в ожидании подвоха.

— Доверься мне, — почти беззвучный шепот Дракона в мои губы.

Его пальцы нашли завязки моего платья. Он не рвал их, как обычно делал Дамиен. Император развязал первый узел с церемонной медлительностью. Шелк с шелестом сполз, обнажив одно плечо.

Тогда мужчина склонился, и его губы обожгли мою кожу поцелуем. Я вздрогнула, и тихий стон снова сорвался с губ.

— Верно, маленькая пташка, — прошептал Дракон, скользя губами по моей коже. — Наслаждайся каждым мгновением.

Второй узел развязан и платье спало до талии, обнажая грудь. Я инстинктивно попыталась прикрыться, но Повелитель мягко, но непреклонно отвел мои руки, прижав ладони к ложу по бокам от моих бедер.

— Не прячься. Ты прекрасна. И сегодня ты моя, я хочу все увидеть.

Убедившись, что я перестала сжиматься, он скользнул ладонями по моей груди, и соски налились и затвердели под его вниманием, к моему смятению. Император усмехнулся.

— Видишь? Твое тело умнее тебя. Оно знает, чего хочет.

И Дракон наклонился и вобрал сосок в рот.

Мир потерял очертания. Горячая лава потекла по моим венам от одного этого прикосновения, высвобождая из меня прерывисто-стыдные звуки, которых я никогда от себя не слышала.

Когда платье окончательно упало, я этого даже не заметила. Император оторвался от моей груди.

— Теперь моя очередь, — сказал он, и по телу моему пробежал трепет. — Раздень меня. Я хочу чувствовать твои руки на себе.

Первой реакцией был шок и непонимание, но под насмешливым золотым взглядом я все же подчинилась, боясь разрушить все и вызвать его недовольство и последствия.

Мои пальцы дрожали, когда я потянулась к завязкам халата Повелителя. Я с трудом справилась с узлом, и ткань распахнулась, обнажая его грудь — мощную, иссеченную шрамами, с идеально очерченными мышцами, на которых играли блики от свечей.

Я застыла и, не ожидая этого от себя, робко прикоснулась ладонью к Дракону. Его кожа была горячей, как будто под ней действительно пылал огонь.

Мужчина скрипнул зубами, когда мои неуверенные пальцы провели по его торсу. Я отшатнулась, испугавшись его и самой себя.

— Смелее, — подбодрил он, накрывая мою руку своей и прижимая ее плотнее к своей груди. — Я не причиню тебе вреда.

Я вновь ощутила под ладонью стук его сердца. Это придало мне смелости. Я позволила ладони скользнуть вниз, по твердому прессу, к краю низких брюк. Он застыл, наблюдая за мной со спокойным интересом.

Повелитель помог мне, сбросив оставшуюся одежду одним движением. И тогда он предстал передо мной во всей своей могучей, пугающей и невероятно соблазнительной наготе. Я не могла отвести взгляд, чувствуя, как незнакомо сжимается тугим теплом низ моего живота.

Мужчина нежно подтолкнул меня назад, на шелк простыней, и последовал за мной, опускаясь сверху, но опираясь на руки, не давая мне почувствовать всю свою тяжесть.

— Я буду твоим мужчиной сегодня, Амелиса, — прошептал он, его губы в сантиметре от моих. — И ты узнаешь, что значит сгорать от желания.

Дальше последовал медленный, глубокий поцелуй. Он заставлял мои губы отвечать ему, его язык скользил по моему, обучая странному, интимному танцу.

Не успела я проникнуться этим, как его губы спустились к моей шее, оставляя влажные, горячие следы, ниже — к ключицам. Каждое прикосновение было точным, выверенным, будто у него была карта к моему телу, о которой я и не подозревала.

Император вновь уделил внимание моей груди, и я застонала, выгибаясь навстречу его губам, забыв о стыде, поглащенная полностью разрастающимся жаром внутри.

Горячие поцелуи на животе заставили меня вздрогнуть, а потом… а потом его руки мягко раздвинули мои бедра.

Паника, острая и мгновенная, вернулась.

— Нет… пожалуйста… не надо… — я попыталась сомкнуть ноги, отодвинуться.

Но руки Дракона мягко удержали мои бедра.

— Тш-ш-ш, пташка, — прозвучал мягкий, но не допускающий возражений приказ. — Я подарю тебе наслаждение.

И прежде чем я нашла силы для нового протеста или мольбы, его губы прикоснулись к моему самому сокровенному месту.

Я вскрикнула, забывшись, откидываясь на простынях. Язык провел по мне, найдя самую чувствительную точку. Повелитель ласкал ее — то кружащими, нежными движениями, то быстрыми и всасывающими, заставляя меня терять рассудок.

Внутри все сжималось в тугой, томительный узел, готовый вот-вот развязаться. Я неосознанно запуталась пальцами в его волосах, не в силах больше молчать, и мои стоны становились все громче и отчаяннее.

Тогда это случилось.

Внезапная, ослепительная вспышка, которая заставила тело выгнуться в звонком крике и затрепетать в бесконечной серии сладких судорог. Мир померк, сузившись до этого невероятного, всепоглощающего момента, который медленно, очень медленно стал отступать, оставляя после себя полную, блаженную пустоту и дикую дрожь.

Я лежала, тяжело дыша, смотрела в потолок с совершенно новым чувством, не в силах пошевелиться, не понимая, что только что произошло.

Император приподнялся, в его глазах горело пламя торжества и голода.

— Это твое первое удовольствие с Драконом, — прошептал он хрипло. — Но это только начало.

Он переместился выше, расположившись между моих все еще дрожащих бедер, подтягивая меня под ягодицы вплотную к себе. Один его локоть оперся рядом с моей головой, другой ладонью он провел по моей щеке.

— Теперь прими меня в себя, пташка.

В следующий момент я, распахнув застывшие глаза, почувствовала его — огромного, твердого, обжигающе горячего — внутри. Дракон вошел в меня медленно, давая моему телу привыкнуть к такому размеру, растягивая и заполняя с невыносимой нежностью.

Было тесно, непривычно, но не больно — только невероятная полнота. Когда он вошел еще глубже, мы оба замерли, тяжело дыша.

— Боги, — выдохнул он, закрывая глаза. — Ты будто создана для меня.

Затем он начал двигаться. Сначала медленно, почти лениво, каждый его толчок достигал самой глубины, задевая какую-то новую, невероятную точку и вытягивая из меня тихие, прерывистые стоны.

Я инстинктивно обвила его ногами, стараясь прижать его ближе, мои руки впились в его мощную спину, чувствуя, как работают стальные мышцы под кожей.

Его ритм ускорялся, становился глубже, сильнее, требовательнее. Наши тела встречались в яростном, но идеально слаженном танце. Император смотрел мне в глаза, и я тонула в его золотом взгляде, читая там не только страсть, но и поощрение, и темное удовольствие.

— Вот так, — рык у моего уха. — Отдайся мне. Полностью.

Его движения стали совсем дикими, яростными. Повелитель привстал и приподнял меня за бедра, изменив угол, и следующий толчок достиг такой глубины, что я громко вскрикнула, и новая, еще более мощная волна наслаждения накрыла меня, заставив извиваться и цепляться за простыни, комкая их.

И в этот миг, сквозь туман удовольствия, пронеслась ледяная, паническая мысль: Отвар. А если он не сработает? Если его семя…

Но мне было не до страха, когда Дракон издал низкий, победный рык, его тело напряглось в последнем, мощном толчке, и я почувствовала, как глубоко внутри меня пульсирует горячая волна его семени.

Это вырвало из меня сдавленный стон и заставило содрогнуться в финальном, изматывающем блаженстве.

Повелитель медленно опустился на меня, его вес придавил, но это было приятно.

Его дыхание выравнивалось. Через несколько мгновений он перекатился на бок, увлекая за собой, и уложил меня так, чтобы голова лежала на его плече, а его рука обняла меня за талию, прижимая к разгоряченной груди.

Я ожидала, что он сейчас встанет и уйдет, как всегда делал Дамиен. Но Дракон лишь натянул на нас одеяло и прижал меня еще ближе.

— Спи, — удовлетворенно прошептал он мне в волосы. — Ты заслужила отдых.

И я закрыла глаза. Тело было тяжелым, расслабленным и невероятно легким одновременно. Не было страха, нетерпения, отчаяния.

Только тепло его кожи под щекой, ровный стук его сердца под ухом и густой мужской запах, смешавшийся с моим.

Впервые за долгий год я погрузилась в спокойный, глубокий, без сновидений сон, полный странного, непонятного мне чувства безопасности и покоя.