Глава 7 · Кайден. Род Кесталь

Информация начала поступать с рассветом, одна за другой.

Быстро, как всегда и работала вся сеть Теней Каррэна Мэнса.

Первые свитки были скудны: Амелиса, дочь Высшего Лорда Орвина, но всего-лишь человека, незначительного и погрязшего в долгах.

Тихая, незаметная, практически призрак в собственном доме. Выдана замуж за Дамиена Ларена год назад. Брак был заключен стремительно и, на первый взгляд, крайне невыгодно для Ларена — ни большого приданого, ни политических выгод, ни земель.

Почему?

За раздумьями над этим я провел несколько совещаний и отсмотрел отчет Советника по Финансам. Эта несуразица не выходила из головы и во время обеда с уже немного румяной Амелисой.

Бледность покидала ее неохотно. Было такое ощущение, что ее всю жизнь держали на цепи.

Вторая стопка свитков была меньше, но тяжелее. Она пришла, когда я приказал показать Амелисе любую комнату дворца. И только на словах о библиотеке ее глаза загорелись, и она охотно покинула мое общество.

Покачал головой, разворачивая третий по счету свиток, весь покрытый пылью архивных помещений. Глубоко закопался Каррэн.

Хмыкнул и вчитался. И почти сразу резко выпрямился, будто клинок проглотил.

Ее мать. Урожденная Элейн Кесталь.

Кесталь…

Родовое имя ударило меня осознанием в солнечное сплетение с силой физического удара.

Я откинулся в кресле, сжимая подлокотник из черного дерева до треска.

Древний женский род, вышедший из-под крыла Драконов тысячелетия назад. Женщины этого рода не умели обращаться в Зверей, но несли в себе частицу искры Огня Дракона, которая и поддерживала магию в нашем роду, ведь…

Покачал головой, судорожно перебирая в уме все, что знал. Не как праздный житель Империи, нет, а как ее Император. И я знал гораздо больше любого.

Как и мои доверенные Каррэн и Тэрен. Мы собирали информацию по крупицам не одно столетие еще с тех пор, как учились в Академии.

Потому что моя мать была выходцем из этого рода.

Потому что — мою мать зарезал ее собственный отец, мой дед, предшествующий Император, когда узнал, кем является она по крови.

Практически истребленный в чистках времен моего деда род… Ходили легенды, шепотки, которые я считал сказками для утех придворных дам. Легенды, что женщины их рода всегда были особенными.

Что они были истинными парами для Высшей Драконьей Крови.

Выдохнул и произнес это мысленно, сжимая переносицу.

От них рождались самые сильные и магические наследники, способные удержать бремя власти и возвысить Род Драконов.

Наследники от Кесталь всегда имели приоритет в правах на трон. Женщины рода были помехой. Помехой прозябшим в алчности и разврате за последние века Драконам.

Я подошел к окну, впиваясь взглядом в смурной пейзаж из темнолесья и хмурых туч. Сердце билось с непривычной частотой. Внезапно все обретало чудовищный, ясный смысл.

Ее необъяснимая, животная притягательность для меня… Это была не просто химия, не просто удачное совпадение тел. Я чувствовал Амелису кожей, на расстоянии. Даже сейчас я, казалось, ощущал на вкус ее любопытство, смешанное с тоской.

Ее запах сводил с ума, взывая к чему-то спящему глубоко внутри. Ее грусть находила отклик в моей собственной, давно похороненной под слоями льда.

«Что, если это не сказки?» — пронеслось в голове. — «Что, если она — выжившая из рода Кесталь — способна на…?»

И Дамиен Ларен, наверняка, знал это…

Драконий рог ему в зад!

Он женился на ней не ради жалких земель ее отца! Ну, конечно! Он женился на ней, чтобы заполучить живой ключ к величайшей власти.

Законного наследника с кровью Кесталь, который освятил бы его Род на века, сделал бы его правление неоспоримым.

Для меня не новость о заговорщиках, не новость о причастности вечно нечистых на руку Ларенов к покушению на моего отца. Весьма удачное покушение. Он погиб, сжимая в руках медальон с изображением своей жены.

И теперь, приняв грязную славу своего отца, Дамиена пытался зачать наследника сам целый год, ломая Амелису, пытаясь выковать инструмент из хрупкого, благородного металла, не понимая, что истинная сила Кесталь пробуждается только в союзе с Драконом. С ее истинной парой.

Так вот и его цель.

Он хотел использовать ее как инкубатор для своего наследника.

А когда я, по его же наглой просьбе, сделал бы за него всю работу и передал своими руками ребенка в Род Ларена через древний ритуал, обрывающий со мной кровные узы, Дамиен просто явился бы и забрал мое дитя и мою женщину, чтобы предъявить права на власть.

« Он посмел,» — зарычал внутри меня голос Дракона, и на моих костяшках проступила чешуя. — « Он посмел положить глаз на наше. На сокровище. Он думал, что может украсть солнце и спрятать его в своем смрадном замке».

Я подошел к спальне, приоткрывая дверь. Амелиса уже вернулась и опять спала, закутавшись в мое одеяло, ее лицо было безмятежным, на губах играла тень улыбки. Она часто спала эти дни, будто не могла отоспаться, впервые оказавшись в безопасности.

Моя. Моя не только по желанию или капризу. Моя по древнему Праву Дракона, по праву крови и судьбы.

Моя истинная пара.

Мысль была ошеломляющей. Невероятной. Но… верной. Как будто последний пазл встал на место с глухим щелчком, и картина наконец обрела законченность.

В этот момент в дверь кабинета постучали и, почти сразу, советник Терэн вошел со слугой без ожидания ответа. Его обычно спокойное лицо было напряженным. Молча закрыл дверь в покои и подошел к столу.

— Кай, — друг нахмурился. — Лорд Ларен прибыл ко двору. Он требует немедленной аудиенции. Настаивает на возвращении его законной жены. Утверждает, что… ему донесли, будто она уже носит в себе дитя Дракона, и его долг — забрать ее и обеспечить безопасность наследника до проведения ритуала разрыва и передачи.

Я замер и рассмеялся. Громко, но без тени веселья. Звук эхом раскатился по кабинету.

Так предсказуемо. Теперь. Теперь я знал его действия наперед.

— Пусть подождет в тронном зале, — сказал я, сбрасывая с плеч дневной халат и позволяя слуге набросить на себя парадный, черный с золотыми рунами. — Пусть понервничает. И… разбуди мою даргаре, — кивнул я в сторону спальни. — Прикажи одеть ее во что-то… в цветах моего Рода. И привести в зал ровно через десять минут после моего ухода.

Терэн чуть заметно вздрогнул, его брови поползли вверх.

— Даргаре⁈ — пробормотал он, хмурясь. Я наблюдал с интересом и сразу увидел проблеск осознания в его глазах, когда Терэн вспомнил, что значит это слово. «Искра моего сердца» на языке нашего Рода. — Кай, что ты…?

— Сделай, — я перебил его, мои глаза сузились, — так, как я сказал. Я хочу, чтобы он ее увидел. Хочу, чтобы этот ничтожный лорд увидел, кому он на самом деле бросил вызов. И кому Амелиса теперь принадлежит. Чтобы понял, что уже проиграл, даже не успев начать свою партию.

Я вышел из покоев, чувствуя, как драконья сущность беснуется внутри меня, желая битвы, желая защитить ту, что стала нашей.

Сама того не осознавая до конца.

Сегодня Дамиен Ларен познает не просто гнев Императора. Он познает ярость Дракона, охраняющего свое сокровище.