Глава 60

Агата. Мимо стеклянных дверей в офисе «ТК» я пролетаю почти рысцой, чтобы не видеть собственного отражения. Моё лицо сегодня выглядит так, будто я вхожу из космоса в земную атмосферу. Вино тому виной. И слёзы, что душили меня всю ночь. Хорошо, что рядом была Бонни – верная боевая подруга, которая хоть и поглядывала на меня с привычной смесью брезгливости и жалости, но всё же не бросала, и даже мурчала свои успокаивающие песенки. Зря я, конечно, столько злых слов вчера сказала. Марат, каким бы он ни был человеком, не заслуживает того, чтобы нести на себе такое тяжёлое бремя вины. Но фарш уже не провернуть назад… Утром я едва подняла себя с постели, и даже, честно признаться, почти согласилась на уговоры страдающей души не выходить сегодня из дома. Но взрослая женщина во мне победила и взяла всё в свои руки: замазала синяки под глазами, надела любимый брючный костюм и даже сподобилась не пролить на себя горячий кофе. В конечном итоге кардинально ситуацию это не исправило, но я чувствовала бы себя куда хуже, если бы осталась обижаться на весь враждебный мир под одеялом. После короткого собрания, которое (слава всем Богам) Журавлёв по какой-то неведомой причине пропустил, меня выцепляет Ярослава. – Агата, загляни ко мне, – тон её голоса неожиданно серьёзный. – Нужно будет кое-что обсудить. – Хорошо, зайду за кофе и к тебе. Может, они недовольны моей работой? Может, что-то вдруг случилось на объекте? А может Журавлёв силой своего влияния решил подпортить мои отношения с начальством? Как бы там ни было, я тоже хотела с Ярославой серьёзно поговорить. Со стаканчиком кофе плетусь в её кабинет в Оазисе. – Войдите, – раздаётся после моего короткого стука. Ярослава, опираясь бедром в край стола, что-то пролистывает в папках. – Агата, присаживайся, я тебя ждала, – улыбается она натянуто. И у меня внутри тоже всё ужасно натянуто. Да я пороховая бочка со вчерашнего вечера! Тронь – взлечу на воздух. Сажусь на мягкий светлый диванчик. – Мы с Тамерланом очень внимательно наблюдаем за твоей работой, – начинает Ярослава, откладывая в сторону папки. – Ты очень ответственный исполнитель. Сразу видно, что профессиональных навыков в тебе достаточно, несмотря на то, что ты порой теряешься на объекте. Она замолкает. Вот, сейчас обязательно последует «но», после которого все мои надежды покатятся в котячий анус. – Говори, Ярослава. Я готова это услышать, – шумно выдыхаю. – И поэтому мы хотим предложить тебе взять под свою опеку следующий крупный проект, – Ярослава сияет улыбкой. – Вот, как раз хотела найти вводные документы, чтобы ты ознакомилась. Хмурюсь. Я совсем не этого ожидала, если честно. И несмотря на то, что мне до безобразия льстит всё сказанное Ярославой, я не могу отыскать в себе ответной радости. – Агата, что скажешь? Поднимаю на неё заторможенный взгляд. – Спасибо за ваше с Тамерланом доверие, мне очень приятно, но… Я вынуждена отказаться от предложения. – Почему? – В искреннем недоумении взлетают её брови. – Мы чем-то тебя обидели? Тебе не комфортно в нашем коллективе? Мы модем рассмотреть вариант удалённой работы… – Нет-нет, всё замечательно, и коллектив у вас чудесный, но… – Но? – Вы работаете с Маратом. А я, увы, с ним работать больше не могу. Ярослава растерянно кусает губы. Делает осторожный шаг ко мне и присаживается рядом, на диванчик. – Агата, можно я спрошу кое-что? – Личное? – Усмехаюсь невесело. – Можно. – У вас с Маратом что-то есть, да? Качаю головой. – У нас что-то было. Но больше нет ничего. Выжженая земля. – Роман? – Развод. – О-хо-хо… – Ярослава вздыхает. – А я ведь знала. Видела. Такое сложно скрыть, особенно если чувства не угасли. Думала, мне кажется, но вот теперь все эти его многозначительные взгляды, наполненные тоской, обретают новый смысл. И эта его настойчивость, с которой он проталкивал твою кандидатуру в проект! – Чего? – Пальцы мои на картонном стаканчике сжимаются плотней. Кофе проливается на брюки, и Ярослава, ойкнув, подрывается. – Да, он пролоббировал решение взять тебя к нам. Мы с Тамерланом тогда сильно удивились: откуда вдруг такой интерес к ландшафту? Марату, казалось, было наплевать на материалы и архитектуру, на бюджет и цифры. Он буквально горел идеей взять именно тебя. Она вытаскивает из ящика пачку влажных салфеток, протягивает. Промакиваю безнадёжно заляпанные любимые брюки. Так это не моя заслуга? Не свои навыки и особенное видение пространства мне нужно благодарить, а желание Марата втянуть меня в игру? Мрачнею. – Значит, вы взяли меня не потому, что вам понравились мои работы? – Ну как же? Если бы нам не понравились работы, мы бы и не взглянули в твою сторону. Уж поверь, подрядчиков мы подбираем очень тщательно. Более того, Агата, Марат сам никогда бы не доверил работу над проектом человеку, того не заслуживающему. Он предложил твою кандидатуру именно потому, что верил в тебя. Верил, что никто другой не сделает лучше, чем ты. Мне должно это польстить? Наверное, оно и льстит. Но я так ошарашена услышанной новостью, что просто не могу дать нормальной реакции. Я заморожена внутри. Совершенно не вижу логики в действиях Марата. Если всё это было лишь развлечением, зачем он ходатайствовал перед Тамерланом и Ярославой? Зачем эта непрошенная помощь? Хотел организовать нам возможность чаще видеться? Хотел, чтобы мы стали ближе? Но мы и так живём по соседству! Куда уж ближе? – Агата, я не давлю и не прошу, чтобы ты приняла решение прямо сейчас, в эту самую секунду. У тебя есть пара месяцев на то, чтобы как следует всё обдумать. Но от лица обоих глав компании я хочу сказать, что нам будет очень приятно видеть тебя в своей команде и дальше. – Спасибо, – шепчу немеющими губами. – Я… Я, пожалуй, выпью ещё кофе… В кафе недалеко от офиса «ТК» забуриваюсь за столик в самом углу, подальше от людских глаз. Заказываю кофе с двойной порцией сиропа – подсластить немного жизнь и хотя бы искусственно поднять градус настроения. Хотя, конечно, тут лучше подошёл бы коньяк… Кофе вообще не лечит ни ревность, ни унижение, ни желание врезать бывшему мужу чем-нибудь тяжёлым и желательно публично, но что мне остаётся? Кручу в руках маленькую конфетку, что шла бонусом к напитку. Обида снова разрастается в груди, вытесняя оттуда все иные чувства. Я словно рыба фугу, та самая, что в любой непонятной ситуации раздувается в шарик и выпускает колючки, а если начать меня препарировать, ещё и выпускает яд. В поле моего зрения попадают острые носки чёрных лакированных сапожек, имитирующих змеиный принт. – Можно? – Раздаётся женский голос. Поднимаю глаза и недоумённо хлопаю ресницами.