Глава 20
Влад
Бл…
Пожар в груди так и не утих ни х.ра.
Кажется, насквозь пропекло, прожгло дыру размером с футбольный мяч до самого позвоночника, но все еще горит..
Энергия альфы дорвались до своего, получила волю и хотела напиться досыта стонами омеги.
Только Влад чувствовал, что нельзя больше отпускать силу. Пока нельзя.
Девчонку нужно знакомить с собой настоящим постепенно, без рекордов.
А рекордов хотелось, ох как хотелось! Таких прямо-таки серьезных, олимпийских, - все глубже, все чаще, все дольше.
Но вид бледной заплаканной пары здорово охлаждал мозги и возвращал им способность контролировать тело и рвущуюся наружу силу.
Напугал маленькую, перетрудил, хоть и пытался помягче, понежнее быть… А ей все равно больно, это Влад очень хорошо чувствовал. Как зажималась, пытаясь не пустить в себя, как ерзала под ним, поскуливала, цеплялась ноготочками, а в конце не стерпела - сорвалась на крик.
Да и сейчас смотрит испуганным зверьком, дышит через раз, губки покусывает - пытается сдержать слезы.
И не знает мелкая, что Влада переполняют незнакомые эмоции, нежность рекой льется, топит жесткое сердце и перестраивает альфячью сущность изнутри, превращает его рядом с ней в месячного щенка домашней собаки.
Так бы и завалился животом вверх, и взвизгнул ещё от радости и в поисках ласки. Чудеса.
Влад прикрыл глаза и опустил голову, прижался лбом к ее лбу. Ничего такого, просто жест теплоты и доверия, но малышка под ним вздрогнула, как от удара, и втянула воздух прерывисто, почти застонала.
Ага, - в глазах опять слезы, а от самой так и пышет страхом и болью.
- Ну что ты, малыш? Все уже, все… Ты молодец.. Больно больше не будет. - Влад покрывал короткими поцелуями влажный лобик, но Званка вздрагивала и болезненно морщилась от каждого прикосновения, пока, смущаясь и отводя взгляд, не призналась:
- Мне больно.. - И, напоровшись на непонимающий взгляд Влада, прошептала: - ОН всё ещё во мне.. шевелится, когда ты двигаешься.
Владу пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться. Шевелится, ну надо же.
Но кое в чем девчуха права - загостился его младший друг в теплом местечке, и даже крепости особо не растерял, ещё полминуты и его так просто не заставишь выйти.
Влад очень аккуратно отстранился и с сожалением позволил "другу" выскользнуть из желанной глубины. Званка зашипела, поморщилась, бросила быстрый взгляд вниз, испуганно ойкнула и полезла прикрываться.
- Нет-нет, я больше не хочу! Он же… он же.. Не надо!
Влад быстро перекатился на бок, сгреб перепуганную пару в объятия и спеленал руками, не давая ей брыкаться.
- Да тише ты! Все нормально, малыш, не собирался я заходить на второй круг. Не сегодня.
- Но он же…
- Что?
- Ну.. - Нежелание произносить это вслух опять развеселило Влада, но смеяться он благоразумно не стал, чтобы не смущать эту незабудку полевую ещё больше.
- Ты про стояк? Не обращай внимания, рядом с тобой он у меня всегда.
Омежка что-то неразборчиво промычала и спрятала стремительно алеющее лицо у Влада на груди, чем очень порадовала. Прячься, незабудка, прячься. И на, и за, и под. Везде прячься.
Пригревшись, девчушка, кажется, задремала, а Владу было не до отдыха.
Чутким слухом он уловил, как по очереди пришли в себя и уползли с его территории два чужака, отправленные в нокаут своим же другом. Ушли молча, как побитые собаки, ну и х.р с ними. Как говорят - кто к нам с чем зачем, тот от того и того…
Кстати, а где их драный альфа? Куда уволок безмозглую сестричку? Наподдать бы дуре хорошего леща, чтобы мозги на место вставить, но ей, похоже, и так уже все куда нужно вставили. Ничего, пусть лучше так, чем ее вечные таскания за парнями из стаи. Взяла моду, - что ни мужик, то любовь до гроба и вечная трагедия. Любит-не любит-умру-не могу…
Пусть лучше истинной при альфе будет. И сама в тепле, и родные спокойны.
А что это в лесу потрескивает? Кто-то идёт, не скрываясь, специально выдавая свое приближение. И голоса.. Ну точно! - Леська-балбеска с чужаком топает к родным границам.
Влад вытянул руку из-под головы дремлющей омежки, укрыл ее мятой одеждой и натянул на себя штаны. Как раз вовремя - из-за деревьев показалась сладкая парочка - стыдливо улыбающаяся сестрица, вся всклокоченная, как драная мартовская кошка, и серьезный, ни дать ни взять, - городской начальник, чужак.
****
Пришлось подниматься и выдвигаться на встречу им. Пусть Малая ещё отдохнет спокойно, поговорить с чужаком лучше в стороне.
Владу, как альфе была неприятна даже мысль о том, что другой альфа разгуливает возле его беззащитной пары.
Хм.. Беззащитной? При живом и очень бодром Владе? Пожалуй, это выражение не совсем к месту. Званка какая угодно, но не беззащитная, и все же воспринималась им именно так.
Чужак заметил приближение Влада, остановился. Прижал Леську к боку одной рукой, даже попытался задвинуть за спину, но сестрица заупрямилась, чем вызвала усмешку Влада.
- Это мы, - глупо сообщила она, а Влад не упустил возможности подколоть сестру.
- Кто мы?
Леся растерянно хлопнула ресницами.
- Мы… я и … и …
Умолкла, глаза округлила, замялась, чем насмешила и Влада и даже своего неожиданного суженного. Вот она - сила взаимного притяжения истинного альфы и истинной беты. Уже и племянника могли успеть заделать Владу, а познакомиться не удосужились.
- Я Игнат. - Чужак поиграл внушительной челюстью, что-то прикидывая в уме, и протянул руку.
Надо же! Первый шаг, значит…
Леська умоляюще сложила бровки, зараза, так и канючит взглядом, уговаривает. Да и х.р с ним, можно и обменяться рукопожатием. Морду в случае чего недолго набить.
- Влад, - коротко представился, четко пожал протянутую ладонь и не отказал себе в коротком испытующе рывке.
Игнат не растерялся и ответил синхронным рывком на себя, вызвав одобрение у Влада. Силен, черт!
Леся с тревожным напряжением смотрела по очереди на брата и обретенного суженого, и не знала куда себя приткнуть и что сделать, чтобы разрядить обстановку, чем здорово раздражала, поэтому Влад решил отослать ее и поговорить с пришлым по-мужски, без посторонних ушей.
- Там Званка спит под старой сосной, иди-ка ты к ней пока, побудь рядом. А мы с Игнатом пообщаемся.
Пришлый альфа с видимой неохотой отпустил Леськину руку и долго тянул шею, высматривая куда пошла и чем там занимается его прелесть. Влад его прекрасно понимал. Самого тянуло к Званке невидимыми канатами. Спасала только энергия, отпущенная в свободное плавание и обосновавшаяся вокруг спящей омежки сторожевым постом.
- Ты кто такой и откуда взялся? - без предисловий в открытую наехал на чужака Влад. Чувствовал за собой такое право, как хозяин территории, принимающая сторона, так сказать.
Грустная усмешка мелькнула и испарилась с лица Игната, как и не было.
- Это уже не важно.
Вот так раз! Интересный ответ, а главное - исчерпывающий.
Влад и сам, в принципе, догадался, каким сквозняком занесло к ним конкретно этих пришлых, и от этой догадки кулаки сжались до приятной предвкушающей боли, а и без того неспокойная кровь забурлила в венах.
Игнат напрягся в ответ на выпад энергии Влада, тоже показал кулаки, но скривился и дернулся, вспомнив о дыре в плече. С тоской посмотрел за спину Влада, где тихо переговаривалась Леся с проснувшейся Званкой, и, понизив голос до предела, чтобы его не услышали девушки, проговорил:
- Это правда уже не важно. Не нужна мне твоя омега! Я даже не знал, что у нее есть истинная пара! И отец ее не знал, иначе бы не затеял ее возвращение.
- Так за каким х.ром ты припёрся? За новой дыркой в теле? - Влад набычился, но и пришлый альфа не пожелал уступить, и вернул упертый взгляд глаза в глаза.
Пространство вокруг накалилось ощутимым напряжением. Интересное дело - дырявый Игнат, несмотря на явную неспособность противостоять сейчас другому альфе, все равно продолжал упрямо и твёрдо стоять на своем, и, это даже вызывало уважение Влада.
Сила альфы - она же не только физическая, она даже больше внутренняя, и у Игната, - Влад это чувствовал, - скрытой энергии было с избытком.
Силен мужик.
Чем-то Влад выдал себя, - или короткой усмешкой, или чуть более расслабленным движением плеч, но пришлый все понял и ответил зеркально - протяжно выдохнул и тоже расслабил плечи, а потом и потёр здоровой рукой шею.
Обоих попустило.
****
Влад спиной ощутил смущение и неловкость Званки, в лопатки ударилось ее болезненное шипение, сопровождаемое шелестом одежды - крохотуля пыталась одеться.
Заметил он и тревожный взгляд Игната, но, хоть и понимал, что тот выглядывает Леську, все равно расправил плечи и закрыл собой девчонок. Нех.р тут всяким … разглядывать.
Пришлый все понял, тоже отвернулся, прошелестел прошлогодней листвой к упавшему дереву, и сел на него, привалился спиной к оставшемуся стоять обломку пня. Прикрыл глаза, поморщился от боли в раненой руке, и начал рассказывать.
В стаю Джейсона Игнат попал уже возмужавшим подростком, - не смог ужиться с собственным отцом, сильнейшим альфой средних земель. Пободавшись от души с родителем, Игнат назло ему ушел в стаю родственника, да так и прижился.
С Джейсоном Игната связывало настолько далекое родство, что разобраться с данным вопросом полностью не получилось. Застряли на уровне четвероюродной бабушки и ее сводного брата от третьей жены отчима.
Для упрощения ситуации Игнат стал называть Джейсона дядькой, и, со временем, стал для него опорой в делах стаи.
Джейсон после смерти истинной пары сильно сдал, но произошло это не сразу, а постепенно, в течение нескольких лет.
У него окончательно испортился и без того скверный характер, - сильный альфа начал часто идти на поводу у эмоций, растерял хладнокровие и из-за этого допускал ошибку за ошибкой.
Давно роптали подрастающие альфы стаи, соседи начали борзеть и прощупывать границы.
Над Джейсоном нависла угроза свержения и изгнания.
Очень вовремя повзрослел Игнат, и Джейсон вынуждено решился на передачу ему власти в обмен на безбедную жизнь. Никакой другой новый альфа, не потерпел бы надоевшего всем за годы жёсткого правления Джейсона у себя в стае, а для Игната это не было проблемой - старый брюзжащий вожак заменил ему отца.
Естественно, такое положение дел не всех в стае обрадовало, а один из соседей прямо заявил о своем превосходстве в связи с наличием у себя истинной пары, ведь каждый член общества знал - наличие предназначенной Луной женщины делает альфу ещё сильнее. Альфа, состоящий в связи, увереннее стоит на ногах, он полноценнее, уравновешеннее, и больше думает о всех членах стаи, ведь ему есть ради кого беречь мир и незачем зря тиранить соседей или собственных подданных.
А вот скучающему неприкаянному альфе за радость затеять ратные дела и перебаламутить все, до чего дотянутся беспокойные ручонки, чем, собственно, и занимался большую часть времени правления Джейсон. Его стая устала, и опасалась, что и Игнат пойдет по пути дядьки.
Припомнили Джейсону и изгнанную новорожденную дочь, невинное дитя, высланное на чужбину дурной волей отца.
Тогда-то Джейсон и решил все исправить, вывернуть себе на пользу.
Путем поверхностных расчетов выяснил, что дочери как раз недавно исполнилось восемнадцать и без промедления отправил своих людей во главе с Игнатом на поиски изгнанной омеги.
План его, в общем, был логичен - вернуть единственную наследницу на родную землю, выдать замуж за "племянника" и, таким образом, укрепить свое и Игната положение в стае.
Омега, если оставалась женой при альфе и исправно рожала ему детей, котировалась ничуть не меньше истинной пары. Нежная, мягкая, ранимая и выбравшая одного-единственного самого достойного мужчину. Просто история любви из мультфильма про заколдованную принцессу.
В поселение к Вячеславу Игнат явился малой группой, взяв с собой лишь двух бет, которых Влад сегодня имел возможность лицезреть.
Уже на месте узнал об исчезновении Званки и сообщил Джейсону новость.
"Дядя" послал подмогу.
На этом месте Влад выругался про себя.
Именно эта "подмога" заставила их стаю понервничать, когда из разных источников начала поступать информация о том, что Званку ищут, причем очень настойчиво и открыто, словно имеют на нее какие-то права.
И из-за этой "подмоги" Влад не спал и носился, как осой ужаленный охотничий пес, проверяя границы, выставляя посты и раздавая указания своим людям.
- Это все? - Влад вперил испытующий взгляд в порядком уставшего Игната, отметил - парню реально плохо, и почувствовал, что и сам бы сейчас отдохнул рядом с омежкой.
- Все, - Игнат часто прикрывал глаза, словно временами впадал в болезненную дрёму, и Влад решил на сегодня закругляться с допросом, но парня строго предупредил напоследок:
- Званке о нашем разговоре ни слова.
Оглянулся на девчонок, а те будто только и ждали, - сразу подошли. Обе смущенные, они жались друг к другу, как перепуганные весенней грозой воробьи, но стоило Владу протянуть руку, и Званка послушно шагнула к нему. Правда, сморщилась от внутренней боли, неловко расставила ноги шире, - размеры Влада ей точно запомнятся надолго, и посмотрела отчаянно, с мольбой, трогательно-беззащитным взглядом прося не обижать ее.
Но Влад и не собирался…
******
Званка
Короткий поверхностный сон совершенно не освежил. Да и сон ли это был? Так… Что-то среднее между тяжелой дремотой и обмороком от упадка сил.
Не подбодрило и непрерывное щебетание Леси, взахлёб рассказывающей о нежданном счастье - истинном.
Пришлось даже несколько раз взглянуть на сестру Влада, чтобы убедиться - она действительно счастлива, и не может удержать свою радость внутри, выплескивает ее щедрыми порциями и топит едва живую меня бесконтрольными эмоциями.
Она даже не сразу поняла, что под покрывалом из одежды я была голая, а, когда до нее дошло, Леся с упоением поздравила и меня.
Кривая усмешка-гримаса озадачила болтушку, и Леся сбавила обороты.
- Званочка, что случилось? Он же тебя … не обидел?
В глазах Леси дрожало непонимание и сочувствие, которое вызвало неожиданный спазм в горле, и я, чтобы отвлечься, торопливо схватила штаны, футболку, и принялась одеваться. Каждое движение отзывалось колючей болью внутри, и я попеременно морщилась и ойкала, но продолжала прятать слабое омежье тело в безразмерную одежду. Эти тряпки не могли меня защитить, но хотя бы давали иллюзию.
- Званочка, ну скажи что-нибудь! Влад… Ой, нет, не мог он так поступить! Я не верю.
Леся оглянулась через плечо, нахмурилась, словно спина брата ей что-то прояснила, и вернулась ко мне, наклонилась, протягивая руку и помогая подняться с земли.
- Давай, Звоночек, потихоньку.. Вот так.. Ой, что? Что, Звана? Больно?
А я изо всех сил сдерживала рвущиеся слезы, но не смогла погасить болезненный стон, и вцепилась в Лесину руку, передавая ей внутреннее напряжение.
- Да что же это… - Леся растерянно оглядывалась по сторонам, тянула меня к себе и поглаживала волосы тонкими пальчиками. - Бедняжка.. Намучил тебя, гад такой! Вот жеж… Никогда бы не подумала, что он .. он.. Эх… - Леся махнула рукой и принялась рассуждать: - Это он, наверное, из-за Игната так разозлился, вот и самоутвердился на тебе. Ударил, да? Ревность альфы - страшное дело. Нет, я не оправдываю его, ты не думай, ещё и отцу с дедом пожалуюсь, пусть знает, как силу не по делу применять.
По Лесиным словам я поняла, что своим поведением натолкнула ее на мысль о насилии, и поспешила уверить разгневанную сестру Влада в том, что она ошибается.
- Не бил? И не заставлял? - Хорошенький носик наморщился, строгие линии бровей сошлись воедино - Леся усердно размышляла. И, вдруг, заулыбалась. - Званочка.. Девочка ты наша скромная! У тебя это был первый раз?
Пришлось сознаваться.
- Да, первый. И, надеюсь, последний.
Леся пришла в совершеннейший восторг и прекратила ругать невозмутимую спину брата, зато подняла на смех мои попытки откреститься от предполагаемого будущего секса, одна мысль о котором заставляла сжиматься все внутренности, а рот наполняться горькой желчной слюной.
- Маленькая ты ещё, Званочка, наивная. Первый раз он всегда не очень приятный, особенно с альфой. Зато потом, когда все заживёт …
- Замолчи, пожалуйста, - взмолилась я, и согнулась пополам от приступа тошноты.
Слава всемилостивой Луне, Влад жестом заставил сестрицу заткнуться, но на смену испытанию болтливой Леськой пришло испытание его близостью.
Волнующаяся энергия только и ждала моего приближения - стянулась жгутами на шее и под грудью, выстелила землю под ногами, настороженно забурлила клубами у живота. Окружила и спеленала, как новорожденной дитя. И Влад припечатал сверху тяжёлой ладонью, окончательно определяя свое право на меня.
- Ты как? - Губы сухо царапнули мочку уха, и на затылке разом встали дыбом волоски, посылая щекочущую волну по позвоночнику.
Как я? А как, собственно, я? Ему я ответила, что все нормально, но в уме этот вопрос для себя ещё не решила. Слишком все … свежо и остро.
Если говорить о физическом состоянии, то тут все просто - мне больно, я устала. Хочу выпить чудесного бабушкиного отвара из лечебных трав, и растянуться на кровати. А ещё - помыться. Это даже важнее отдыха. Просто смыть с себя пот и грязь, а ещё - мужской запах. Резкий и непривычный, он терзал рецепторы в носу и заглушал терпким мускусом все остальные ароматы, коих в лесу предостаточно.
А вот с душевной составляющей все сложнее.
Ещё пару месяцев назад я горела желанием жить в уединении, где-нибудь в лесу. Собирать травы, готовить целебные примочки, заниматься рукоделием.
И помыслить не могла о судьбе, связанной с мужчиной. Даже больше - мужчины, а особенно альфы, вызывали отторжение. И Влад - тем более.
Сколько времени я скрывалась от него, пряталась, убегала, и считала его главным злом в своей жизни.
И вот сегодня, в момент, когда ещё незнакомый Игнат по-хозяйски схватил меня, нагло обнюхал и дал понять, что в его воле сделать со мной все, что взбредёт в голову, я вдруг поняла - Влад не так уж и плох. Вернее, плох не только он.
Этих альф - пруд пруди, в каждой стае по несколько самцов разных возрастов и степени бешенства. А ещё есть беты, ничуть не менее опасные для меня. И я, омега. Слабая и бесправная, хотя кое-какие права у меня всё-таки есть.
Я могу выбрать себе Влада.
Ха-ха, скажет кто-то, какой же это выбор, это просто воля холодной Луны. Мы с Владом - предназначенная друг другу пара, никаких других вариантов тут нет.
Но мне так легче, правда. Я помню свои ощущения в спаленке тетушкиного дома, когда Святослав устроил мне "медосмотр". И надолго запомню сегодняшнюю беспомощность в руках Игната. И я точно знаю - мне очень не понравилось ощущать на себе прикосновения "чужих" альф. И я до тошноты боюсь предположить, что когда-нибудь ещё раз испытаю подобное.
Влад же сегодня приоткрыл незнакомую грань того, что может происходить между мужчиной и женщиной. Не хочу пока даже размышлять об этом и очень надеюсь придумать что-то, чтобы пореже быть в том самом смысле с Владом, но … его прикосновения не вызывают во мне физического отторжения, как в случае со Святом или Игнатом, а этого уже в моей ситуации много.