Глава двадцатая · Успеть за пятнадцать минут

Тей

Исчезновение своей невесты Тей почувствовал сразу. Правда, не сразу понял, что именно чувствует.

Просто будто оборвалась внутри какая-то нить… или не оборвалась, а натянулась до предела, а в груди заворочалось глухое и вроде бы беспричинное беспокойство.

И только когда по связи пришел отголосок эмоций Иллианы — гремучая смесь из злости, страха и любопытства — стало совершенно кристально ясно: невеста исчезла. Вот только что была здесь, рядом, прямо за этой стеной, и ее волнение ощущалось едва ли не яснее, чем собственные эмоции. А вот, через какой-то через миг, она уже далеко. По-настоящему далеко — и абсолютно точно не на территории академии.

Но как? Отсюда нельзя уйти одноразовым порталом. Значит… есть только один вариант.

И куда эту бедовую девчонку понесло, когда на нее охотится весь клан серебряных?

— Тейон, ты слушаешь меня? — леди Тариус, все еще сидящая в кабинете Тея, недовольно поджала губы. — Я говорю…

— Матушка, — сквозь зубы процедил ректор, поднимаясь из-за своего стола, — боюсь, я не смогу сейчас уделить тебе больше ни минуты. Уверен, ты сможешь найти выход из академии.

— Тейон, что за манеры! — вставать самостоятельно леди и не подумала, и ректор настойчиво протянул ей руку.

— Ты можешь назначить свой семейный ужин… скажем, в конце недели. И потрудись пригласить мать Иллианы — для моей невесты это важно. На подготовку у тебя карт-бланш. Счета пришлешь мне…

— Семья Тариус в состоянии оплатить прием для семьи будущей невестки! — попыталась возмутиться леди.

— Не стоит. Все расходы с моего личного счета. А сейчас, извини, я несколько занят.

Не раздумывая больше ни секунды, Тей дал своей матери еще один повод упрекать его в полном отсутствии манер и сыновней почтительности — и практически вытолкал ее не только из своего кабинета, но и выставил за дверь пустой приемной. А затем запер дверь и окинул взглядом рабочее место Иллианы.

«Буду через 15 минут»⁈

Серьезно⁈

— Джинн!! — поскольку на первый рык никто не появился, ректор повысил голос. — Вылезай, хайки тебя раздери!!

Сиреневый дымок робко просочился из-под стола.

— Лорд ректор? — на всякий случай джинн завис в воздухе у противоположной стены.

— Куда ты ее отправил⁈

— В суп, лорд ректор! — браво отчитался Малик.

— Что⁈ — на секунду перед мысленным взором Тея промелькнула донельзя бредовая картинка — Иллиана сидит, скорчившись, в огромной кастрюле, в волосах у нее луковые кольца, а вокруг плавает мелко нарезанная морковка. Усилием воли усмирив разгулявшееся воображение, Тей сделал шаг к сжавшемуся джинну. Послышалось, должно быть… но что там бормочет этот сиреневый паршивец? — Куда. Ты. Ее. Отправил!! Живо отвечай, или сам отправишься вместе со своей лампой гнить на складе до окончания контракта!

— Нет! — Джинн взвился под потолок. — Она в имении своей матери, лорд ректор!

— Какого хайка она там делает⁈ Решила добровольно сдаться родне⁈

— Ни в коем случае! У меня все под контролем! Я верну ее сюда, как только попросит!

— Возвращай сейчас!

— Н-не могу… простите, лорд ректор! Контракт…

— У тебя контракт с академией!

— Ваша невеста поймала меня на слове, — обиженно сообщил житель лампы. — И предъявила долг!

Тей схватился за голову. Долг для джинна — это и впрямь серьезно.

— На кой ее вообще туда понесло⁈

Малик промолчал, сочтя вопрос риторическим, а ректор упал на стул своей секретарши. Непосредственной опасности ей определенно сейчас не грозит… по связи продолжали приходить отголоски эмоций — раздражение, все то же любопытство… азарт. Если бы серебряные до нее добрались, чувства были бы совсем другими. Да и Малика она бы позвала сразу. Мчаться сейчас за ней — глупо и бессмысленно, ведь джинн и впрямь вернет ее в любую секунду по ее просьбе…

Но не может же Тей просто спокойно вернуться к работе, пока она… какая уж тут работа!

Ректор побарабанил пальцами по столу. Пятнадцать минут, значит? Что ж, подождем пятнадцать минут… а потом…

— Осмелюсь напомнить, лорд ректор, — подал голос Малик, все так же паря в дальнем углу под потолком, — вы заключили эту помолвку, чтобы избавиться от невест и отвадить вашу матушку. Даже если сейчас вашу секретаршу заберут серебряные, по крайней мере на ближайший год вы будете неприкосновенны для всех прочих дракониц. Так что ничего фатального…

— Какого хайка⁈ — снова взвыл ректор. — Тебе она чем-то не нравится? Хочешь ее спровадить?

— Что вы, — Малик скромно потупился. — Наоборот, с ней куда веселее, чем было с Крумгильдой. Я просто помогаю вам определиться с линией поведения, играя роль неприятного внутреннего голоса.

— Что? — Тей даже почувствовал, как вытягивается его лицо.

Впрочем, достойно ответить нахальному курьеру он не успел. Потому что в этот момент джинн встрепенулся, будто к чему-то прислушиваясь — а в следующий миг откуда-то из-под потолка на Тея упала Иллиана.

Произошло это настолько внезапно и молниеносно, что сгруппироваться или хотя бы удержать равновесие Тей не успел — и опрокинулся на пол вместе со стулом. Поза получилась донельзя нелепой — ногами кверху. Девушка приземлилась сверху — так что ее бюст, облепленный почему-то мокрой белой блузкой, оказался прямехонько над носом лорда ректора. В сторону отлетел чемоданчик, который она держала в руках.

А еще от его невесты отчетливо пахло бульоном с луком.

— Ой! Вы не ушиблись⁈

Вот опять она перешла на «вы» — это уже начинает раздражать!

— Э-э… нет. Но у тебя из декольте что-то выпало.

Резко приподнявшись, Иллиана бросила панический взгляд на свой бюст и тут же облегченно выдохнула.

— А… фух. Не волнуйтесь, это картошка.

— Картошка⁈

Осторожно перекинув через него ногу, девушка отползла в сторону, и Тей смог выпутаться из стула, стремительно подняться и подать руку даме.

— А давайте убьем Малика? — светски предложила она, поднимаясь.

— Джинны, к сожалению, бессмертны, — вздохнул Тей.

— Хм… а если залить его лампу чему-нибудь? Воском там, сургучом?

— Мне нравится ход твоих мыслей!

Илль

Ну почему, почему академия не могла нанять на должность курьера какую-нибудь милую феечку⁈ Она бы прекрасно справлялась с теми же обязанностями, да и особые поручения выполняла бы с тем же успехом. Я бы с ней обязательно подружилась…

Правда, феи довольно редко блещут умом и постоянно пытаются всех вокруг переженить, чтоб все жили долго и счастливо, а также плодились и размножались. И обязательно рожали по пятнадцать детишек. Кажется, у меня есть догадки, почему лорд ректор не хотел бы видеть на этой должности фею. И даже, может быть, был в чем-то прав. Не так уж и плохи джинны, в конце концов, у всех свои недостатки… ну, подумаешь, скучно, развлекается, как может…

А между тем драконий взгляд приклеился куда не следует. То бишь к моей по-прежнему мокрой блузке. Да что же я все время перед ним в каком-нибудь неподобающем виде щеголяю!

Занятно, во время разговора с отцом меня мой внешний вид нисколько не беспокоил. Его, кстати, кажется, тоже.

— Ты знаешь, — доверительно сообщил лорд ректор, продолжая пялиться на мои формы, — я всегда подозревал, что человеческие девушки туда что-то подкладывают. Но мне и в голову не могло прийти, что они хранят там обед!

— Что поделать! — я с достоинством одернула блузку. — С таким режимом работы не так часто удается нормально поесть! Кстати, глаза у меня все еще выше.

— Да, я помню, — как-то рассеянно покивал Тей, не предпринимая, впрочем, попыток перевести взгляд. — К сожалению, думаю, тебе стоит сменить наряд на менее… эффектный. Все-таки нам еще в храм сегодня. Малик, а ты слетай-ка, посмотри, что происходит за воротами академии. Иллиана, у тебя пятнадцать минут. После которых ты расскажешь, почему решила, что можешь без спросу отлучаться с рабочего места, а также зачем ты это сделала и почему у тебя в декольте картошка.

Да уж, что угодно будет менее эффектно, чем мокрая блузка!

…Ну и как прикажете быстро приводить себя в порядок после окунания в суп? Ладно, допустим, переодеться мне есть во что прямо в приемной — очень вовремя я решила держать на рабочем месте сменную одежду. При такой жизни вообще никакой одежды не напасешься! Но проблему одним переодеванием было не решить. Потому что я вся была скользкая от бульона, а уж что творилось с растрепавшимися волосами… нет, как хотите, а с сальными патлами я показываться на люди не готова! На нелюди, впрочем, тоже. И натягивать что-то чистое на себя бессмысленно — сразу появятся жирные пятна. И это я еще не говорю о запахе!

Лучше всего было бы, конечно, принять душ. Но душ — это уже как минимум пятнадцать минут, а ведь еще бежать домой и обратно, и вдобавок как-то высушиться… этак я вовсе до конца рабочего дня провожусь, что будет совсем уж наглостью.

На мысли о «высушиться» в голове что-то щелкнуло. Дома в ванной у меня есть сушильный артефакт — работает не так мгновенно, как бытовые маги, а примерно как фен, но меня устраивает. Во всяком случае, главное — я вспомнила о бытовой магии. Интересно, ректор ей не владеет совсем или попросту не подумал предложить мне свои услуги? Можно было бы попросить Малика, но с ним связываться — себе дороже, а тратить второе из своих трех желаний на такую ерунду совсем не хотелось. С другой стороны, кругом полная академия всевозможных магов, неужто некому помочь потерпевшей секретарше ректора?

Не хотелось бы, конечно, щеголять в таком виде публично, но… ай, ладно, уже и не в таком щеголяла!

Выглянув из приемной, я воровато оглянулась. Студенты в разноцветных мантиях спешили по коридору туда-сюда. Некоторые диковато оглядывались на меня.

В цветах мантий я уже немного разбиралась. Бытовики, как и артефакторы, носили полосатые одеяния — как символ разностихийной направленности их сил. На эти факультеты шли обычно маги, не имеющие значительного дара в какой-то одной области, однако понемногу владеющие разными силами. Бытовики чаще всего пользуются водой, воздухом и огнем, поэтому их мантии — сине-красно-голубые.

Высмотрев наконец мелькнувшую мимо полосатую мантию, я сделала змеиный бросок из-за двери, ухватила за рукав ойкнувшую девицу, которая шла, зажав под мышкой стопку книг, и втащила ее в приемную.

— Тебя-то мне и надо! — хищно улыбнулась я. — Какой курс?

— Первый, — пискнула… гоблинка. Серо-зеленая, ушастая и мелкорослая, как большинство представителей ее народа. Надо же, а я так высматривала мантию, что даже не обратила внимания, что девчонка — не человек. Впрочем, какая разница… а вот первый курс — это плохо.

— Очищающие чары уже проходили?

— Некоторые, — осторожно ответила девчушка, во все глаза рассматривая меня. Впрочем, что уж там, сама знаю, что выгляжу сейчас экстравагантно.

— Сможешь меня почистить? — и, предупреждая вопросы, пояснила, — небольшая авария, как видишь.

Девушка испуганно кивнула и нервно покосилась на дверь ректорского кабинета. Хм, интересно, а что это она подумала? Что шеф варит провинившихся сотрудников в супе?

…Но если не сильно провинились, то потом не ест, так отпускает… мда.

Ну… с другой стороны, студенты все равно считают, что ректор — зверь и страшен в гневе. Я, можно сказать, просто поддерживаю его реноме.

— Так можешь?

— Я… могу попробовать, — с запинкой ответила юная гоблинка, и я вздохнула. Ну… искать профессионала я могу долго, наверное. Это хоть какой-то бытовой маг. Чему-то же она и дома, наверное, училась, и вообще гоблины обычно очень исполнительны и старательны…

— Ну давай… пробуй.

Студентка мелко закивала и, не задавая вопросов, подняла свободную руку и принялась шевелить пальцами, будто выплетая что-то в воздухе. А потом издала гортанный звук и щелкнула пальцами.

В первую секунду мне показалось, что на меня обрушилась лавина ледяной воды. Во вторую — что кипятка. В третью — что меня сейчас снесет ураганным ветром.

А спустя три секунды все закончилось. Я стояла на том же месте, вокруг не было никакой воды, и даже моя одежда была снова сухой… и чистой, как я сразу убедилась, опустив взгляд.

— Ой, получилось! — с радостным изумлением воскликнула гоблинка. А потом почему-то снова перепуганно округлила глаза.

— Спасибо! — я с чувством похлопала девчушку по плечу. — Если что-то понадобится — обращайся!

— А… прически мы еще не проходили… — беспомощно сообщила она, и я медленно подняла руку, чтобы потрогать волосы.

Ну… что сказать. Экстренное очищение и особенно мгновенная сушка, скорее всего, не очень полезны для волос. Сейчас они у меня стояли бы дыбом, если бы не длина. А так — просто наэлектризовались и торчали во все стороны. По-моему, даже потрескивали и шевелились. С другой стороны, медуза Горгона — все-таки значительно лучше, чем мокрая курица. Наверное.

— Ясно… — я снова вздохнула. — Ладно. Спасибо все равно.

Гоблинка испарилась в мгновение ока. Надо было хоть спросить, как ее зовут…

Оставшееся время до возвращения Малика я воевала со своей прической. По-хорошему, на это стоило бы вылить пол-литра бальзама для волос, хорошенько выполоскать и просушить на воздухе… эх. Кое-как удалось скрутить это потрескивающее мочало снова в пучок. Правда, самые короткие волоски так и остались торчать вокруг головы солнышком, но с этим я решила просто смириться. Будем считать, что они светлые и их не так уж заметно… надеюсь.

Пред начальственным оком мы с Маликом предстали вместе. Начальство окинуло меня взглядом и весело хмыкнуло, но комментировать не стало. И даже, вопреки собственным угрозам, не стало меня отчитывать.

— Серебряные у всех выходов, — доложил джинн. — Останавливают всех выходящих из академии девиц, осматривают и опрашивают.

— Городскую стражу никто вызвать не додумался? — ректор нахмурился. — Они не имеют никакого права…

— Стража сама явилась, еще когда они тут фейерверки устраивали. Даже с дежурным магом на службе короны.

— И что?

— Серебряные им поведали слезливую историю про потерянную юную драконицу, которой может грозить беда. Мол, ничего плохого не желаем, только родственницу заберем… маг, конечно, передал запрос о дальнейших действиях в вышестоящие инстанции, но пока они там будут решать… а ноту протеста Тареде сайларский король уже направил, но применять к драконам силу себе дороже выйдет. К тому же ничего незаконного они сейчас уже не делают. Просто разговаривают с девушками, это не запрещено…

— Что за чушь! — вмешалась я. — Никто меня не имеет права никуда забирать! Я не преступница, в конце концов!

— По законам Тареды ты еще должна находиться под опекой, — Тей посмотрел на меня исподлобья. — Как незамужняя девица.

— Но я гражданка Сайлары!

— М-м, видишь ли… ваш король, конечно, потребует от Тареды компенсацию за учиненное здесь безобразие. Но портить отношения со страной драконов из-за одной незаконорожденной дворянки не станет. Максимум — выбьет для Сайлары лишние преференции. Но ты в любом случае станешь разменной монетой. Думаешь, в самом деле стоит ходить сегодня в храм?

Ну уж нет! Я хочу, чтобы по крайней мере здесь мне нечего было опасаться! В крайнем случае потрачу еще одно желание, чтобы Малик перенес меня куда надо. Хотя не хотелось бы, конечно… но иначе джинн точно не согласится. Даже, скорее всего, если попросит лично ректор. Таскание женихов с невестами к храму — дело самое что ни на есть личное, и точно не входит в обязанности академического курьера по контракту.

— Вы обещали! — вот пусть сам и думает, как выбраться и не попасться.

— Ладно, — Тей вздохнул. — А скажи-ка мне, во время твоей эскапады тебя не видел никто из серебряных?

— Отец видел, — покаялась я. — Но он временно нейтрализован.

— Насколько временно?

Я припомнила опрокинутый флакон.

— Ну… думаю, до завтра точно.

— Прекрасно! — Тей потер руки. — Итак, нам с тобой предстоит небольшая шпионская операция!

* * *

«Шпионская операция» — очень точное название. Потому что мне пришлось изображать из себя студентку.

— Зачем мне вообще переодеваться? Они ведь не знают, кто я такая и как выгляжу!

— Ты что, не слышала? Они опрашивают студенток. Если кто-то из серебряных додумался поспрашивать о делах академии, им вполне могли уже и рассказать о подозрительной секретарше ректора, которая дышит огнем. Сложить два и два не так сложно.

— Но почему алая мантия? На огневичек они наверняка обращают особое внимание!

— Потому что твоя основная стихия — огонь, а случиться может всякое. Лучше не врать больше необходимого — вызовешь меньше подозрений.

Я со вздохом натянула алую хламиду прямо поверх своей одежды.

— Хорошо, что ты настолько не похожа не драконицу. Плохо, что под мантией этого не особенно видно… волей или неволей они будут высматривать девушку совсем другого типа, даже если у них уже есть твое описание — вряд ли кто-то в подробностях расписывал твою фигуру. И сними эти дурацкие очки!

— Ничего они не дурацкие!

— Но зрение-то у тебя отличное!

Спорить было глупо. Конечно, у всех драконов отличное зрение, и было бы неплохо выглядеть близорукой человечкой… если б не шанс, что ищут теперь именно блондинку в очках.

Волосы я распустила — к счастью, они уже не электризовались — и заплела в две косы. Тей при виде меня с новой прической только хмыкнул, а мне при взгляде в зеркало захотелось саму себя удочерить. Ну вот, теперь я выгляжу, как первокурсница.

— Я буду идти следом, но рядом со мной тебе лучше не появляться. Постарайся прибиться к какой-нибудь группе студентов, — инструктировал меня ректор, и я понятливо кивала. Куда уж проще — прибиться к кому-нибудь! А студенты-то и не заметят, конечно…

Выйдя из главного корпуса, я огляделась. На меня особенно не обращали внимания — мало ли кругом девиц в красных мантиях…

Правда, как я заметила, не у всех они были такими мешковатыми, как у меня. Похоже, студентки-старшекурсницы все-таки модифицируют свою форму, чтобы смотреться привлекательнее. Попадаются и укороченные мантии, и приталенные, и даже с разрезами и декольте. Благо правилами это не возбраняется.

И к кому бы это мне так незаметно прибиться? Хорошо бы в группе не было никого из тех, кто знает меня в лицо… или с ними можно было договориться.

Высмотрев среди снующих туда-сюда студентов знакомую гоблинку в полосатой мантии, я обрадовалась ей, как родной. Поэтому тут же ухватила ее за рукав и быстро заговорила — до того, как она начала бы громко изумляться.

— Тихо! Не привлекай внимания.

— Ой! А как же вы… — все-таки пискнула девчонка, и я решительно потащила ее по дорожке, не выпуская ее рукав.

— Тихо, говорю. Есть задание для тебя. Справишься — спишем двадцать штрафных баллов…

— А у меня нет штрафных баллов…

— Ну, будут, значит… да не пугайся ты так, тебе еще несколько лет учиться. Вот невзлюбит тебя какой-нибудь препод, влепит штраф — а он у тебя сразу и спишется! А?

— А что надо делать? — осторожно уточнила девушка, послушно семеня за мной.

— Да практически ничего. Выйти со мной за ворота академии, делая вид, что мы подружки. Как тебя зовут, кстати?

— Круся… ой… то есть студентка Дургар.

— Так вот, Круся, зови меня Илей и обращайся на «ты». И возьми-ка под руку — как будто я твоя сокурсница или там соседка по комнате…

— Моя соседка бы со мной под руку не стала ходить, — вздохнула Круся, однако сделала, как было велено. — Она у меня демоница. Злющая — жуть…

Демоница… интересно, не та ли это, что приходила скандалить к ректору? Воспоминание о демонице и ее вызывающем наряде натолкнуло меня на еще одну мысль. Наверняка эта девица не ходит в безразмерной хламиде…

— Круся, а ты можешь сделать мою мантию… не такой просторной? Ну, приталенной или еще как — как старшекурсницы носят? — ведь и правда, чем лучше видно фигуру, тем меньше я похожа на драконицу! Надо было хоть поясок какой повязать, что ж я сразу не подумала…

— Я… могу попробовать…

— Пробуй! Только давай-ка отойдем в сторонку…

Если мантия и выйдет перекошенной, ничего страшного — я ведь вроде как первокурсница, мало ли, может, сама пыталась перешить или заколдовать.

Гоблинка выпустила мой локоть, окинула меня оценивающим взглядом и снова принялась шевелить пальцами в воздухе, что-то бормоча.

А потом у меня в легких резко закончился воздух. И вдохнуть его не оказалось никакой возможности. На секунду у меня возникло ощущение, что меня то ли схватили и стиснули, то ли заключили в тиски… странные тиски, охватившие разом все тело!

Но это была всего лишь мантия. Если ее все еще можно было так назвать.

Мантия стиснула меня туго, как корсет — от шеи до лодыжек. Плотная ткань едва не трещала. А еще я не могла пошевелиться. И, кстати, моя собственная одежда из-под мантии, по-моему, вообще куда-то исчезла — под этим пыточным инструментом она бы попросту не поместилась.

— Ой! — захлопала в ладоши лопоухая студентка. — Получилось, надо же! Как у меня здорово с вами все получается! А когда моя соседка кричит и требует, так ничего не получается!

— Круся, — сдавленно прохрипела я, — я не могу ходить! И дышать!

— Ой! Сейчас… — девчонка снова торопливо что-то забормотала, шевеля пальцами.

И сразу стало легче. Я опустила глаза и с трудом удержалась от ругательства.

Что сказать… дышать я теперь могла, да. И даже ходить. Потому что вдоль ноги у меня тянулся разрез по самое дальше некуда. А еще я стала счастливой обладательницей впечатляющего декольте, из которого едва не вываливалось все, чем чистокровные драконицы похвастаться не могут.

Интересно, если Тей называл «декольте» мой более чем скромный вырез на блузке, как он отреагирует на это?

Больше всего мой наряд теперь напоминал вечернее платье — правда, сшитое почему-то из не особенно подходящей к покрою плотной ткани. Зато вызывающе-алое. Скромные серые туфельки без каблука смотрелись с ним тоже довольно экстравагантно. Как, впрочем, и косички.

— Круся, — я страдальчески прикрыла глаза. — Ты молодец… но можешь все вернуть, как было?

— Ой… — гоблинка опустила плечи. Вид у нее был предельно несчастный. — Вам не понравилось, да?

— Тебе, Круся, тебе… конечно, понравилось… только по городу в таком виде ходить небезопасно.

— Ой… а я обратно не…

В этот момент кто-то протяжно присвистнул у меня за спиной. Ну да, наверняка вид сзади у меня тоже впечатляющий. Я обернулась и мысленно застонала.

А у студента Тариуса, племянника ректора, глаза и вовсе полезли на лоб.

— Вы⁈ Ничего себе! Кто бы мог подумать, что моя очаровательная будущая родственница…

— Цыц! — я оскалилась. Что же теперь… а, сгорел сарай, гори и хата! В конце концов, главное — беспрепятственно пройти мимо серебряных, а там Тей меня встретит. Может и придумает что-нибудь. По крайней мере, на дракониц с их глухими платьями я сейчас похожа меньше всего. Я решительно подхватила под руки юного дракона и гоблинку и потащила обоих обратно на дорожку. — Молчать, студент! Веди себя, как будто идешь на прогулку с сокурсницами. Можешь болтать…

Надо сказать, вот теперь на меня оглядывались.

— Так молчать или болтать? Я запутался! — впрочем, теряться Кирстен Тариус и не думал — и высвободив руку, попытался приобнять меня за талию, а потом и опустить руку пониже. — А что мне за это будет?

— Сокурсницами, а не девицами легкого поведения! И убери оттуда свою конечность! А будет тебе минус десять штрафных баллов, если благополучно пройдем мимо серебряных драконов на выходе.

— А почему… — пискнула было Круся, но я цыкнула и на нее.

— Щебечем, девочки, — процедила я. — Мило щебечем. А также хихикаем и болтаем о пустяках. Предварительно убрав конечность! Вперед!