Глава двадцать первая · Искусство быть незаметной

Самое невероятное, что ученическая мантия в моем уникальном платье все еще была опознаваема — по жесткой ткани характерного для огневиков оттенка и капюшону. Только я теперь выглядела как студентка, которая сильно переборщила с модификацией этой самой мантии. Хотя… лично у меня этот наряд, пожалуй, больше всего ассоциировался с костюмом для эротических ролевых игр. В студентку и преподавателя, ага. Во всяком случае, вряд ли кого-то в таком виде пустили бы на занятия.

Хочешь что-то спрятать — положи это на видное место. Эту нехитрую истину я повторяла, как мантру, все то время, что мы втроем шли к главным воротам академии. И да, на меня оглядывались, мне свистели вслед и отпускали сальные комментарии. И, как я и ожидала, окружающие воспринимали меня как студентку, которая хотела выпендриться — но то ли не совладала с бытовыми заклинаниями, то ли просто фатально страдает отсутствием вкуса и чувства меры. Плохо то, что потом мне еще зарабатывать авторитет среди этих же студентов. Вся надежда на то, что запоминают обычно самую яркую деталь. Может, потом и не опознают в строгой секретарше эту блондинку с косами и в вызывающем платье? Ну… или, по крайней мере, опознают не все…

Ладно, все это сейчас третьестепенно. Главное мне сейчас — не нервничать, чтобы ни в коем случае не призвать свою магию. Когда я отрастила когти в имении Вернес, серебряные не почувствовали. Но я понятия не имею, как работает и от чего зависит это их «шестое чувство», с помощью которого они могут находить родню. Вполне может оказаться, что и расстояние имеет значение, а теперь они совсем близко. Не говоря уже о том, что если я начну обрастать чешуей, они засекут это просто на глаз.

Так что дышим глубоко, полной грудью… и нечего на нее так пялиться, господа студенты, нечего! Не видите, дама старательно сохраняет спокойствие!

Серебряные и впрямь поджидали сразу за воротами. Опознать их было несложно — характерный драконий гонор, характерные же крупные высокие фигуры и традиционные камзолы. Неподалеку маячили несколько человек в форме городской стражи, однако останавливать для разговора каждую выходящую из ворот девушку они не мешали. Видимо, просто присматривали, чтобы не происходило больше ничего и впрямь незаконного. Вроде атаки на академию. Интересно, что они станут делать, если драконы все-таки нападут — или без разговоров схватят и уволокут какую-нибудь из девушек. Что-то я сильно сомневаюсь, что им всерьез есть что противопоставить драконьей дурной силе. Стража в городе, полном юных магов-недоучек, обвешана магическим оружием и амулетами, однако оно рассчитано на задержание злоумышленника, а не на битву с маленькой армией самых могущественных существ этого мира…

Как бы там ни было, стоило нам втроем выйти за ворота академии, как у нас на пути оказался один из драконов. Не берусь определить, насколько молодой — эти паршивцы в любом возрасте выглядят отлично, но у меня почему-то сложилось впечатление, что он моложе моего отца. А может быть, и моложе Тея. Но наверняка несколько старше повесы-Кирстена.

На обоих моих спутников он едва кинул взгляд. Ну да, гоблинка вряд ли может быть полудраконицей. То есть чисто технически это так же возможно, но маловероятно, как и для человечки, но представить, что какой-то дракон соблазнился гоблинкой, сложновато. Уж очень у этой расы специфическая внешность: серо-зеленые лица от рождения покрыты морщинами — не старческими, а как, скажем, у человека средних лет, а фигуры худосочные и одновременно кряжистые, угловатые.

Хотя вообще-то, на мой взгляд, та же Круся очень по-своему, но милая. Только это надо еще и разглядеть, а не кривиться вот эдак, глядя сверху вниз на весь мир и его недостойных обитателей.

А вот на мне взгляд незнакомого серебряного задержался — и его брови тотчас взметнулись вверх.

Светловолосый. Красивый, как все драконы. И высокомерный — тоже как все они.

— Юная леди, вы не ответите мне на пару вопросов?

— А в чем дело? — я наивно захлопала глазами, вцепившись в локоть своего спутника. Кирстен понятливо попытался загородить меня собой.

— Юная леди со мной! — сообщил он, снова нахально приобнимая меня за талию, однако серебряный только едва заметно скривился.

— Это не отнимет много времени. Поверьте, я ни в коей мере не претендую на вашу… даму. Мы ищем кое-кого и, надеюсь, вас не затруднит нам помочь. Скажите, леди, вы поступили в академию в этом году?

— Да-а, — выдохнула я, разглядывая серебряного нарочито-восторженно. Не стоит выходить из образа, который диктует мой внешний вид и сопровождение. Я юная дурочка, которая без ума от драконов. Настолько, что то ли не задумываюсь, женятся ли они на человеческих девушках, то ли мне это безразлично — учитывая, что я выгляжу как девица нетяжелого поведения, последнее тоже вполне вероятно. Будь я драконицей, наверняка сама бы радостно побежала к родне и потребовала самого красивого мужа! Но девственные невесты-драконицы выглядят не так, совсем не так…

— Факультет огня?

— Да-а…

— Вы из чистокровной человеческой семьи?

— Да-а…

— Любезная леди, вы не могли бы продемонстрировать мне вашу магию? Что-нибудь совсем простое, вроде языка пламени или небольшого осветительного шара.

Вот и все. Продемонстрировать я могу только свой частичный оборот. Ну или дохнуть огнем, чтобы уж всякие сомнения отсеять. Если бы хоть успела выяснить, есть ли у меня еще какая магия… впрочем, ей все равно надо уметь пользоваться…

И тут в игру неожиданно вступила Круся.

— С ума сошли⁈ — с возмущением вмешалась она. — Сказано вам — первокурсница! Илька вообще не из магической семьи, ничего не умеет! Вчера пыталась чай разогреть, так сожгла шторы и стол подпалила. А он у нас, между прочим, один в комнате! Ее и приняли-то только из-за магпотенциала, а на занятиях она пока только сжигать все подряд горазда. Сила есть, ума не надо!

— Уверяю вас, подпалить меня ей не удастся, — не глядя на гоблинку, пренебрежительно начал дракон, однако его уже окликнул кто-то из собратьев.

— Гарет, оставь эту потас… девицу, сам же видишь… вон тех посмотри! — из ворот как раз выходила, перешептываясь и стреляя глазками в драконов, целая стайка студенток. Однако обычно, по-моему, через ворота не такой трафик девиц, все-таки большинство живет в общежитии… похоже, дурной характер красавчиков-драконов отпугивает далеко не всех.

Я нервно сглотнула и тут же хихикнула, представив реакцию серебряных, когда они осознают, что я и есть я. Ну… во всяком случае, их мнение о моей особе и моем поведении мне глубоко и искренне безразлично.

Тем временем Кирстен уже сделал шаг, все так же обнимая меня за талию, и потянул вперед.

…Выдохнула я только когда мы отошли на целый квартал. И тогда же смогла наконец заговорить.

— Спасибо! — я подхватила руку гоблинки и сжала. — Круся, ты была неподражаема! Можешь обращаться ко мне с любыми вопросами!

— Не знаю, зачем вам это понадобилось и что за дела у вас с драконами, — вздохнула девчонка, — но…

— Эй, а я? — вмешался юный нахал. — Разве я не заслужил хотя бы поцелуя⁈

— Я тебя сейчас сам поцелую, — зловеще прозвучало из-за угла ближайшего дома, и к нам шагнул Тей. — Так, что навеки закаешься чужих невест лапать!

— Дядя! — слегка спал с лица Кирстен и мгновенно отпустил мою талию. — А ты не в моем вкусе! Я же имел в виду только родственный поцелуй от твоей очаровательной…

— Сгинь, позор рода! — рявкнул лорд ректор.

— Вот так всегда, — со вздохом пожаловался Кирстен. — Как прикрыть невесту, так почему бы и не Кирстен, а как…

— Сгинь!

— Минус пятнадцать штрафных баллов! — торопливо крикнула я уже вслед парню, которого как ветром сдуло.

Круся, непрерывно приседая, тоже торопливо отступала, перепуганно глядя на ректора.

— Спасибо за помощь, студентка, — уже мягче кивнул ей Тей, а потом перевел взгляд на меня.

И взгляд этот стал очень нехорошим.

— Всех богов ради, Иллиана! Что на тебе надето⁈

— Маскировочная мантия! — бодро отчиталась я, на всякий случай стратегически отступая на шажок назад. — Кстати, напоминаю, что меня нельзя нервировать до возвращения в академию во избежание спонтанных оборотов и магических всплесков! Держите себя в руках, лорд ректор!

* * *

К храму мы прибежали взъерошенные и злые, как черти. Потому что по дороге все-таки успели основательно поругаться. И из-за платья, и бонусом — из-за Кирстена.

То, что подобный кошмар я бы по доброй воле и сама не надела — вопрос отдельный. Но с какой, простите, радости какой-то там фиктивный жених станет мне диктовать, как одеваться⁈ Да я бы этого и настоящему жениху не позволила! Хватит с меня чужим умом жить!

Ладно, кое-какие приемлемые аргументы Тею удалось привести. Например, то, что он все же глава учебного заведения, а я его официальная невеста. При его должности репутация действительно имеет большое значение. Допустим.

Но даже при этом стоило бы все же для начала разобраться, спокойно задать вопрос… и я бы так же спокойно объяснила, что все вышло случайно. И вопрос был бы исчерпан. А манера сразу, не разбираясь, обвинять меня во всех смертных грехах уже изрядно достала.

И тут мы подходим ко второму вопросу: Кирстену. Вот как, скажите на милость, я должна была, на взгляд Тея, себя вести в сложившейся ситуации? Еще до ворот завопить «Юноша, вы обознались?», лишь бы только не просить его племянничка ни о чем? Ага, и привлечь к себе всеобщее внимание уже не нарядом, потому что Кирстен бы во всеуслышание объявил, кто я такая, и возможность выйти из академии для меня просто больше не стояла бы на повестке дня.

А раз уж я к Кирстену обратилась, то каким, извините, образом я могла «не позволять ему себя лапать» — закатывать скандал прямо перед серебряными? Кричать «нет, я не его девушка!»?

Вот своему нахальному племянничку бы все и высказывал, чтоб тот руки не распускал!

— С этим охламоном я еще поговорю, не сомневайся! Но он благородный дракон, и не стал бы навязываться девушке вопреки ее воле! Если он ведет себя подобным образом, значит, ты своим видом и поведением дала ему понять…

Вот тут у меня, откровенно говоря, просто красная пелена перед глазами упала. Потому что племянничек, во-первых, реально краев не видит и слова «нет» не слышит. Благородный дракон! Ну конечно! Великая непогрешимая раса!

Но главное даже не в этом. Главное в самой практике обвинения жертвы в духе «сама дура виновата», «сама спровоцировала». Вот от этого я и забыла напрочь, что излишне нервничать и злиться мне нельзя.

— То есть ты хочешь сказать, — вкрадчивым свистящим шепотом начала я, — что всем тем девицам, которые вешались тебе на шею, ты сам дал надежду?

— Женщины, — Тей передернул плечами. — Увы, даже драконицы…

Спустя секунду я сорвалась бы в крик. Если бы не пробежавший по позвоночнику знакомый холодок, сработавший в этот раз не хуже ведра холодной воды на голову.

Впрочем, Тей тоже кое-что заметил — и тоже замолчал мгновенно. Выдохнув в очередной раз, я выпустила из ноздрей по струйке черного дыма. Мой фиктивный жених тут же сцапал меня за руку и оглянулся на вход в храм — благо, мы стояли уже у подножия ступенек, ведущих к нему.

— В храм, живо! — скомандовал дракон и, не дожидаясь моей реакции, подхватил меня на руки, в несколько длинных прыжков преодолел ступеньки, плечом вышиб дверь и ворвался внутрь.

И тотчас ощущение, предшествующее обороту, отпустило. В храме невозможно обернуться — ни одному из видов, способных к обороту. В храме невозможно колдовать. Здесь действует только божественная сила.

А еще ругаться здесь как-то совсем неуместно. Ладно. В академии доругаемся. Главное, преодолеть соблазн сделать это на обратном пути.

Не говоря ни слова, Тей поставил меня на отполированный пол и отступил на шаг.

В храме на этот раз не было так безлюдно — рабочий день закончился не только в академии, но и во многих учреждениях и заведениях, так что у алтарей топтались посетители — где-то один-двое, где-то целыми группами. Кто-то молился, преклонив колени у того или иного алтаря, и ни на что вокруг не обращал внимания. Кто-то негромко переговаривался, кто-то бросал в чаши дары. Кое-где виднелись рясы служителей. Многие оглянулись на нас. Тут и там вспыхивал свет — когда боги принимали подношения. Случалось и такое, что чаша «выплевывала» дар обратно. Насколько я знаю, такое бывает, если дар принесен неискренне (скажем, в искупление дурного поступка, в котором не раскаиваются по-настоящему), или кому-то из богов не понравилась просьба дарителя, или сам он не заслужил по каким-то причинам божественного покровительства или благословения.

Во всяком случае, общая служба пока не началась, так что проталкиваться через толпу нам все же не пришлось. Мы чинно прошли рука об руку к центру зала, где давались клятвы, и обменялись листами со списками своих требований.

И вот только тут я наконец смогла со списком Тея ознакомиться. До этого момента как-то все не до того было. То родственнички фаер-шоу устраивают, то срочно надо себя в порядок приводить, то выбираться из академии, изображая из себя студентку…

Я поморгала, все еще надеясь, что глаза меня обманывают.

— Ты в своем уме? — прошипела я наконец. Не кричать же в храме!