Глава 15

Нам с мамой недолго удалось побыть наедине, но за это время, она успела рассказать многое. Она начала с загадочного гостя, которого совсем не ожидала увидеть.

— Понимаешь, до того, как я встретила твоего отца, у меня уже была назначена дата свадьбы. — Я знала, что у мамы был жених, но не думала, что все было настолько серьезно. — Из-за долга жизни и моей любви твоему дедушке пришлось разорвать помолвку. Семья моего жениха была очень влиятельной, но они чтили адаты и поняли, что долг жизни – это святое. Конечно, было не совсем легко, ведь тот мужчина был влюблен в меня, даже хотел пойти против наших законов и совершить подлый поступок. — Мама порывисто выдохнула, нервно облизнув пересохшие губы. — Он хотел выкрасть меня, а об этом узнал твой дядя и поступил не лучшим образом: он оболгал Дамира Байдаури на глазах у множества людей, унизил его мужское достоинство и грубо насмехался над ним. Говорят, они даже подрались. Мы с твоим отцом спешно уехали, чтобы не накалять ситуацию, и больше я никогда не слышала о семье Байдаури.

Мама закончила рассказ, словно повинилась в каком-то грехе. Не знаю, что так тревожило ее в этой ситуации, ведь все сложилось удачно, если можно так сказать.

— И все равно, я не понимаю, что привело этого мужчину сюда. Это и был тот человек, которому отказал дедушка?

— Нет, — мама покачала головой, — Дамир погиб – это мне рассказал Мурат, а приехавший сегодня мужчина – его племянник, и он приехал ради мести.

— Мести? — воскликнула от шока. — Он мстил из-за сказанных двадцать лет назад слов?

— Дорогая, это Кавказ, здесь не прощают слабостей, месть – дело чести, — сказала мама со знанием дела. — Когда-то Мурат унизил члена семьи Байдаури, теперь один из них приехал вернуть долг. Этого следовало ожидать, у мести нет срока давности.

— Бред какой-то. — Тряхнула головой, пытаясь понять, как в современном мире могли остаться столь варварские законы. — Это же замкнутый круг какой-то, теперь дядя Мурат тоже может отомстить, или Айдар – и так до бесконечности.Местью дело не решить! Неужели нельзя было сесть за стол переговоров или найти другой метод? Должны же быть способы примирения двух враждующих семей!

Мама замерла и перевела на меня испуганный взгляд.

— Есть такой способ, но я до последнего буду молиться, чтобы этого не произошло.

— Почему? — Я не понимала ее реакции и нежелания примирить врагов. — Неужели этот способ намного хуже, чем жизнь с вечной ненавистью в сердце?

— Для тебя – да. — Она кивнула, не вдаваясь в подробности.

— Почему для меня? О чем ты, мама?

— Минавартта*, — всего одно слово, совершенно непонятное для меня, но заставившее маму трястись от ужаса.

— И? Что это значит?

— Раньше, в очень давние времена, когда две семьи враждовали, их можно было примирить, только объединив, а делалось это с помощью минавартта – дословно это переводится как «сваты».

До меня медленно стал доходить смысл сказанных мамой слов. Получается, дядя и правда мог выдать меня замуж, чтобы решить конфликт двух семей.

— Подожди, но если семьи враждуют, неужели они соглашались на такое? А как же мнение невесты? Может, она не хочет выходить замуж за этого мужчину.

— Ксюша, в Осетии хоть и уважали женщин и относились к ним со всем почтением, но никто не спрашивал, чего хочет девушка.Как сказали родители, так и будет. А насчет согласия, как правило, сватами выступали мудрецы и уважаемые мужчины поселения, им никто не смел отказать.

У меня разболелась голова. Схватившись за ноющие виски, я мысленно молилась, чтобы эти старые традиции никоим образом не коснулись меня. Лучше сбегу, чем буду всю жизнь жить с нелюбимым мужчиной или стану разменной монетой в войне двух семей.

— Ладно, оставим эту тему, лучше скажи, кто та женщина, которая собралась забрать Риму.

— Ее последняя кровная родственница и старшая женщина рода. По обычаям, именно ей предстоит принять неверную жену обратно в дом, если родители уже умерли.

Я покивала и хотела спросить, что будет теперь с Айдаром и тетей, но нас прервал стук в дверь. Дядя Мурат пришел поговорить, как и обещал. По одному только взгляду стало понятно, что он очень зол, а еще разочарован. На это раз дядя был с тростью и сильно хромал, морщась от боли при каждом шаге. Видимо, его моральное состояние сильно влияет на старую рану, или он перенапряг ногу, когда поучал непутевого сына.

— Тамара, иди в свою комнату, — жестко и не терпя возражений, сказал дядя.

Мама была взвинчена и не сразу встала с кровати – видимо, не хотела оставлять меня одну. Что-то изменилось в ней всего за несколько часов, и толстая скорлупа, в которую она добровольно себя заточила, дала первую трещину.

— Иди, мам, все хорошо.

После моих слов она кивнула и быстро сбежала из комнаты.

Дядя пару минут помолчал, нервно постукивая тростью об пол.

— Ксюша, я хочу тебя спросить, а ты пообещай ответить честно. — Дождавшись моего кивка, он продолжил: — Ты знакома с Аланом Байдаури?

— Нет. — Отрицательно качнула головой. — Мама рассказала историю, связывающую наши семьи, но я никогда не встречалась с этим человекам и его имя слышу впервые.

Дядя сверлил меня нечитаемым взглядом, а я переживала, что он захочет решить свои проблемы с помощью меня.

— Если вы решите выдать меня замуж, чтобы решить конфликт, то знайте: я сбегу, но не позволю сделать из себя товар! — дерзко ответила, встречаясь взглядом с дядей.

Он оскалился и громко ударил тростью об пол.

— Пока я жив, наши семьи никогда не объединятся! — крикнул он. — Последняя из рода Азиевых не станет Байдаури, я этого не допущу!

От его крика я подпрыгнула на месте и не на шутку испугалась. Дядя выглядел как душевнобольной человек, брызжа слюной и гневно сверкая покрасневшими глазами. Я даже не стала ему напоминать, что ни я, ни мама не носим фамилию Азиевы, я Истомина и отношусь к семье отца, а мама считается вдовой и тоже носит фамилию мужа. Единственный наследник и носитель фамилии — Айдар, но его-то замуж за Алана Байдаури не выдать.

— Не смей покидать дом без моего разрешения! — добавил напоследок и оставил меня в покое.

Теперь мне стало действительно страшно. Для нашей семьи настали не лучшие времена, и это было только начало огромных проблем.

* — Минавартта (минæвæрттæ) — сваты.