Глава 10

Даже от мудака можно родить классного сына

Я захлопываю дверь машины с такой силой, что звук гулко разносится по парковке. Руки машинально тянутся к рулю, обхватывают его, но в груди всё ещё бурлит эта взрывная смесь злости, возбуждения и непонятной обиды. Пальцы сжимаются так сильно, что начинают неметь.

Тело дрожит, напряжение заполняет каждую клетку. В голове хаос, а сердце будто пытается вырваться из грудной клетки, стучит в рваном ритме.

Закрыв глаза, глубоко вдыхаю. Грудь тяжело вздымается, а затем воздух медленно выходит через полуоткрытые губы. Но облегчение не наступает. Всё внутри так и продолжает клокотать.

Последние минуты, проведённые в той комнате, будто застряли в памяти. Горячий поцелуй, дерзкий взгляд, эта наглая ухмылка, с которой он произнёс своё "ещё как". Всё прокручивается, как заезженная плёнка.

Голова слегка наклоняется вперёд, лоб касается руля. На секунду мне кажется, что парковка стала своего рода театром, где я единственная актриса. А главная сцена разыгрывается внутри меня. Это раздражение, это странное волнение, это смешанное чувство злости и чего-то, что я даже не хочу называть.

Грудь вздымается от напряжённого дыхания. Мотор ещё не завела, но кажется, что внутри всё работает на полных оборотах. Слова и жесты Тагира, его приближение, его жар… всё это никак не уходит из головы.

Я не могу поверить, что всё это действительно произошло.

Почему я позволила себя поцеловать?

Телефон, лежащий в сумке, неожиданно начинает вибрировать. Резкий звук вырывает из водоворота мыслей, заставляя вернуться в реальность и вопрос остается без ответа. На экране загорается имя моего сына. Артёмка.

На губах появляется слабая улыбка, а напряжение начинает понемногу спадать. Этот звонок, этот голос всегда возвращает к реальности.

— Мам, прив, — раздаётся его голос, и я уже чувствую, как становится легче.

— Привет, Артём, — отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Экономим на буквах?

— Привет, мама, — быстро поправляется он, а в голосе звучит лёгкая насмешка.

— Так лучше, — говорю, уже улыбаясь. — Как ты там?

— Всё круто, — отвечает он своим подростковым тоном, и на долю секунды мне становится так тепло. — Я тебе звоню сказать, что завтра я приеду в Москву.

— Как приедешь? Вас отпускают на выходные?

— Не-а, — он делает короткую паузу. — У нас игра. Команду привезут на автобусе к ЦСКА Арена. Игра начнётся в шесть вечера.

Сердце сжимается от радости. Уже завтра он будет здесь. Два месяца. Целых два месяца я его не видела.

— Это замечательно. Я обязательно встречу, — отвечаю быстро, даже слишком, чтобы это прозвучало просто как обещание.

— Серьёзно? — в голосе Артёма слышится усмешка. — А в прошлый раз ты опоздала на десять минут.

— Исключение из правил, — говорю с улыбкой. — На этот раз всё будет иначе.

— Ну ладно, посмотрим, — смеётся он, и этот смех заполняет всю машину.

Пока он рассказывает о тренировках, о своих достижениях, мысли начинают уноситься к воспоминаниям. Как давно это было — тот день, когда его дед впервые поставил его на коньки. Тогда ему было всего четыре года, и он с таким упорством пытался удержаться, что всем стало ясно: этот мальчишка добьётся своего.

Теперь он мечтает стать вторым Овечкиным, и его решимость вдохновляет. Даже сейчас, в свои двенадцать, он работает больше, чем многие взрослые.

— Мам, — голос сына становится чуть тише, будто он хочет сказать что-то важное. — Я вчера забил три шайбы на тренировке. Тренер сказал, что я был лучшим. И ещё поставил меня в первое звено.

— Это потрясающе, Артём, — слова сами собой вырываются, а на губах появляется тёплая улыбка. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, ма, — отвечает он. Его голос становится мягче. — Ладно, мне пора. Завтра позвоню, когда будем выезжать.

— Увидимся, Артём.

— Ага, — слышится в ответ, а затем линия обрывается.

Телефон остаётся на пассажирском сиденье, а я несколько секунд сижу в тишине, просто слушая собственное дыхание. Уже завтра он будет здесь. Этот мальчишка, который с каждым годом становится всё сильнее, всё самостоятельнее.

Он звонит не за советом, не чтобы пожаловаться. Каждый раз он просто хочет поделиться своими успехами. Это радует, но одновременно чуть ранит.

Кажется, что он уже не нуждается во мне так сильно, как раньше. Но в каждом его звонке, в каждом "мама" чувствуется, что я всё ещё для него важна.

Мотор заводится с тихим урчанием, и машина медленно трогается с места. Свет фар освещает бетонные стены парковки. Всё вокруг кажется таким обыденным, что мысли начинают потихоньку успокаиваться.

Но спокойствие длится недолго.

На выезде взгляд выхватывает знакомую фигуру. Тагир.

Он стоит у своей машины, прислонившись к капоту. Его поза расслабленная, но в глазах читается что-то слишком внимательное. Эти глаза следят за мной, будто ловят каждое движение.

В его взгляде спокойствие и уверенность, от которых внутри всё снова напрягается. Этот взгляд пронзает насквозь, оставляет на мне отпечаток, который не смыть.

Машина проезжает мимо, но его взгляд будто цепляется за неё, не отпуская. Даже когда я выезжаю на дорогу, кажется, что он всё ещё смотрит.

Напряжение возвращается, но теперь оно другое. Оно глубже.