Глава 20

– Долго будешь прятаться, мелочь пузатая? – за спиной сразу же вслед за шагами раздался негромкий насмешливый голос.

Девушка, вздохнув, немного подвинулась, освобождая место молодому парню. Внушительная мужская фигура с великим трудом впихнулась между хрупкой Дарьяной и прочным, приколоченным еще много лет назад каркасом дома на дереве. Строение было весьма монументальным, основательно держалось на древнем, ветвистом дубе, а также, благодаря пышной кроне, служило отличным пунктом наблюдения за всем, что происходило в саду особняка главы клана Грозных.

– Не прячусь я, – фыркнула девушка и вновь грустно вздохнула. – Съехались чертовы женишки. Нужны они мне, как собаке пятая нога!

– Пятая, может быть, и не нужна, сестренка, но ты у нас завидная партия, – хмыкнул Вит. – Если уж не через Славку есть шанс породниться с Верховным и нашими кланами, то через тебя. Так они считают.

– Ха! – фыркнула Дарьяна и потерла пальцем левой руки правое запястье, на котором под браслетом была спрятано небольшое родимое пятно, очень походившее на татуировку.

– Ну а что, они ведь не в курсе наших семейных тайн, – подмигнул Вит.

Дарьяна перевела взор с лица брата на гостей, собравшихся на юбилей отца. Грозный Волк, а именно так называли отца последние восемнадцать лет, с невозмутимым выражением на суровом лице выслушивал поздравления от представителей дружественных кланов. И самым настойчивым и с многочисленной делегацией оказался клан Рыжих. Эти притащили с собой сыновей и племянников Рыжнова – вожака стаи. А Дарьяну воротило от хищных взглядов незнакомцев. Вот и сбежала в свое укрытие, не сумев притворяться, что внимание со стороны парней ей приятно.

– Маму видел? Не слишком ругает меня? – тихонько уточнила Дарьяна.

Брат-близнец приобнял девушку и притиснул к себе. Хищница вздохнула и устроила голову на надежном братском плече. Вит, самый спокойный из их троицы, всегда понимал и остро чувствовал ее настроение, держался рядом, да и к маме тянулся больше. А вот Ник был точной копией отца, и по характеру, и по силе. И никто не сомневался, кто именно унаследует титул вожака клана Грозных. Впрочем, никто и не возражал. Виту точно не нужна была такая ответственность за стаю, которая вот уже почти двадцать лет процветает на весь континент, не уступая Вольным.

– Мама? Ругает? Скажешь тоже! – негромко фыркнул Витослав, а Дарья улыбнулась.

– Мда, сморозила глупость, – кивнула девушка, а потом решительно выпрямилась и расправила пышную юбку на вечернем платье, которое не пострадало, кажется, во время побега в этот домик на дереве. – Трусливо отсиживаться здесь. Надо отшить парочку претендентов, что скажешь?

– Отошьем, раз надо, – оскалился брат, хищно сверкнув темным взором.

Вит по характеру был очень мягким волком, но никому не позволял обижать своих родных. Особенно младшую, пусть и всего на несколько минут, сестренку.

– Нет, если ты наверняка уверена, что среди этих петухов нет твоего истинного, то я с радостью разомнусь и наваляю самым наглым, – ухмылялся Вит, помогая сестре подняться с импровизированной скамейки, а потом и спуститься по лестнице на землю.

– Уверена, ты же знаешь, – горько хмыкнула Дарьяна, а потом тут же постаралась скрыть свои мысли и чувства за маской неприступной принцессы.

– Сегодня опять кошмары мучили? – негромко уточнил Вит, а когда Дарьяна не ответила, сжал ее пальцы в своей ладони и устроил их на согнутом локте поверх ткани пиджака. – Знаешь, мне уже поскорее хочется взглянуть на этого стража. Достал он даже меня в твоих снах.

– Ну, прости! – фыркнула Дарья. – Меня он тоже достал. Думаешь, все это бред? Мало ли, что случилось столько лет назад! Много времени прошло. Да и тетя Заря говорит, что судьбу всегда можно изменить.

– А тетя Фая говорит, что от судьбы не убежать, – возразил Витослав, цокнув языком.

Брат и сестра уже медленно приблизились к толпе гостей, от которой вперед вышла троица молодых щеголей, очевидно, нацелившихся на Дарьяну.

– Вот и проверим! – прищурилась девушка и сделала вид, что не замечает претендентов на ее руку. – Нам утром стукнет восемнадцать. Вот исполнится, и пущусь во все тяжкие.

– Не надорвись с тяжестью, ага, – хохотнул Вит и утробно рыкнул, когда один из Рыжих преградил им с сестрой дорогу. Тот моментально освободил путь, и Вит повел Дарьяну дальше, прямо на танцпол.

– А ты мне ноги не отдави, громила! – весело подмигнула девушка Виту, тот скорчил гримасу.

Танцевать Вит любил и умел, и часто был партнером Дарьи по танцам, когда сестра вдруг увлеклась этим видом искусства. Ник тоже бывал на занятиях, но больше по велению отца, потому как мужчины из Вольных Волков свято верили, что своим женщинам отказывать нельзя. Ну а раз уж сестренка хочет научиться танцевать, а больше никому доверить ее безопасность нельзя, то братья всегда были рядом. Даже если приходилось дрыгаться, по словам Ника Вольнова, под ритмичную, или не очень, музыку.

* * *

– Не рычи, любимый! – очень тихо шепнула Женя, не убирая своей ладони их твердых мужских пальцев. Вольнова чувствовала, что мужа нужно успокоить, иначе он вышвырнет всех гостей за ворота усадьбы.

– Не рычу! – рыкнул Радмир сквозь сцепленные зубы, а сам не сводил взгляда с кучки гребаных женишков.

Нет, Волк, конечно же, понимал, что вечно дочь не будет жить под его крылом. Но Радмир рассчитывал, что вот это самое время, когда малышка Даша подрастет, наступит еще года через два. В конце концов, страж еще два года будет торчать в Межмирье у Чернобога. Два года! А оказывается, вокруг Дарьяны уже вьется стадо баранов. Эту кучку озабоченных сопляков даже волками сложно назвать. Бараны – и есть бараны.

– Не переживай, – продолжала ворковать Лисичка, – совсем скоро твой обожаемый и драгоценный Клим вернется в мир живых и заявит свои права на нашу дочь.

– Что-о-о-о?! – негромко рыкнул Радмир, округлив глаза, а Женя уже посмеивалась, снисходительно глядя на мужа. – Никакой он не обожаемый и не драгоценный! Пусь только явится!

– Конечно, явится, – кивнула Женя многозначительно, – но ведь никто не говорит, что наша вредная дочь тут же рухнет к его ногам.

– Наша вредная, как ты выразилась, дочь, умная девочка, – уже спокойнее с нотками гордости за собственное чадо произнес Радмир. – И уже точно ни перед кем не станет пресмыкаться. И в обиду себя не даст!

– Разумеется, сам ведь ее натаскивал на тренировках, – недовольно фыркнула Божена.

– Тренировках? Каких? О чем ты, любимая? Это все танцы, угу, – фыркнул Радмир, делая вид, что совсем не в курсе того, что Дарьяна все свободное время торчала в спортзале, если, конечно же, не занималась танцами. Но, да, Дарьяна умела отлично драться. Он сам, да и близнецы постарались, пусть Лисичка и возмущалась, видя на теле дочери то ссадины, то синяки.

– О чем спорите? – рядом с Радмиром встал Тихомир и едва заметно толкнул брата плечом в плечо, будто подначивая. – Готовишься отдать дочь в лапы достойнейшего?

– Ну что ты, Верховный! Только после тебя, по праву старшинства! – парировал Радмир, кивая на высокого молодого хищника, застывшего рядом с хрупкой красавицей. Девушка что-то негромко говорила парню, а тот, убрав руки в карманы, чуть склонившись вперёд, внимательно ее слушал. И в каждом взгляде мужчины, в том, как он стоял, заслоняя спутницу от любопытных гостей, читалось: кому именно принадлежит красавица.

– Чертов Казаков! – беззлобно выругался Верховный и все же не удержался, швырнул потоком силы в парня, крутившегося рядом с Ярославой Тихомировной.

Молодой хищник – сын Макса Казакова – едва заметно дернулся, но перед Верховным устоял. Было видно, как Всеволод сцепил зубы, однако, выпрямившись и продолжая слушать собеседницу, оглянулся назад.

Тихомир изогнул бровь, словно бы интересовался, что же именно заставило парня так напрячься.

– Папа! – тут же вмешалась Ярослава, прошептав едва слышно, и покачала головой.

Хрупкая девичья рука легла на рукав мужского пиджака. Всеволод перехватил тонкие пальцы и сжал их. Не тушуясь перед могущественным будущем тестем, парень поднес девичью ладонь к губам и оставил на ней мимолетный поцелуй.

Даже на расстоянии было видно, как приходится нелегко парню, как в нем происходит нешуточная борьба между двумя сущностями. Зверь у Всеволода Казакова был очень сильным. А выдержке и контролю парня можно было только позавидовать.

– Зря ты, Верховный, донимаешь мальчика, – за спиной Тихомира появилась Зарета. Нимфа выглядела задумчивой, и никто точно не знал, что за мысли скрываются в голове любимой супруги Верховного и его истинной пары.

За столько лет брака Заря Вольнова так и не обрела вторую ипостась, в отличие от Фаины или Жени не стала перекидываться в волчицу. Однако молодой женщине совсем не мешал этот факт. А вот теперь что-то озаботило мудрую нимфу.

– Да какой он мальчик? Маститый волчара, – фыркнул Добромир, который вместе с женой уже присоединился к братьям.

– Он выполнил вашу дурацкую просьбу, – напомнила Фаина и усмехнулась, – просили не забирать Ярославу до сегодняшнего вечера. Парень и терпел. Хотите, чтобы он прямо здесь сорвался? Уверена, никому не понравится такой расклад. Отстаньте от пацана!

Дим шутливо закатил глаза, Радмир скупо усмехнулся, Тихомир на расстоянии сверлил тяжелым взором будущего зятя, не забывая напускать на него небольшие волны силы, чтобы тот не расслаблялся.

И вдруг Зарета, перехватив взгляд дочери, улыбнулась, кивнула и протянула к ней ладонь, с которой тут же взметнулась ярко-синяя бабочка, а спустя пару секунд она присела на плечо Всеволода.

Все Вольновы замерли, наблюдая за тем, как Казаков резко повернулся к спутнице. Негромко рыкнув, подхватил девушку на руки и ринулся к выходу, не обращая внимания ни на удивленных гостей, ни на коварно усмехавшегося тестя, даже на родителей, которые не успели подойти к братьям Вольновым и их женам, но на расстоянии все поняли.

– Значит, завтра у нас свадьба? – негромко рассмеялась Женя.

– Послезавтра? – фыркнула Фаина, а в ответ на невысказанную насмешку мужа добавила: – Ну а что? Сами виноваты, прессовали парня всю сознательную молодость. «Туда не ходи. Здесь не стой. Так не смотри»! Пф! Изверги!

– Зато сейчас у него вон сколько сил скопилось, – хмыкнул Радмир.

– И упаси его Великая Праматерь, если с моей девочкой что-то пойдет не так! – уже вполне серьезно пригрозил Верховный.

– Мда? По теще заскучал? Или по тестю? – поддела мужа Зарета, вскинув на него хитрый взор. – Давно не виделись?

– Давненько, – хохотнул Тихомир.

– Вот уж не ври, на прошлой неделе были в гостях, – возразила нимфа.

– Верховный никогда не врет, – назидательно проговорил Вольнов-старший.

– Кстати, раз уж вы побывали там, какие новости? – озабоченно спросила Божена.

– Какие могут быть новости, если пацану еще два года трубить под знаменами Чернобога? – негромко фыркнул Дим.

И пока Верховный вкратце рассказывал об итогах их с женой небольшого путешествия в Межмирье, нимфа озадаченно смотрела на то, как на танцполе кружится в медленном вальсе ее племянница. Дарьяна внешне выглядела счастливой. Девушка улыбалась, смеялась, о чем-то болтала с братом – ее бессменным кавалером. Но вот только Зарету было не обмануть. Нимфа видела тоску, видела, как грусть царствует в душе юной хищницы. А потому Заря решилась пойти на небольшую хитрость. К тому же и Фаина совсем недавно говорила, что никакой ошибки нет: Клим и Дарьяна созданы друг для друга, и их будущее, пусть пока еще зыбкое и не до конца ясное, сплелось воедино.

– Я на секундочку, – негромко шепнула Заря мужу на ухо и выразительно взглянула на подруг.

На территории особняка вожака клана Грозных было безопасно, Радмир позаботился о том, чтобы семью никто и ничто не потревожило. А потому Верховный спокойно отпустил жену. К тому же к нимфе присоединились и Женя с Фаиной.

И вот три молодых женщины заперлись в кабинете главы клана.

– Какие соображения? – негромким шепотом уточнила Божена. – Я свою дочь знаю, это ведь характер – копия отцовский. Надумает невесть чего. А потом разгребать нам всем.

– А если прямо к матушке обратиться? И ей ведь тоже Клим нравится, – предположила Фаина.

– Нет, нужно сразу к отцу, – задумалась Заря. – Но у него там очередной конец света. Ничего нового, однако папа занят.

– Значит, нужно самим, девочки, – вздохнула и нахмурилась Божена.

Заря вынула из небольшой сумочки крохотный сверток, больше похожий на клочок бумаги. Отбросив обертку, Заря разместила круглый камень на ковре. Три молодых женщины встали в круг, и создавалось впечатление, что дамы семейства Вольновых уже прежде занимались подобным. И, кажется, даже не раз.

– Главное, чтобы наши волки не узнали, иначе нам всем влетит, – хохотнула Фаина.

– Пророчество? – предположила Заря.

– Да какой там! Опыт! – отмахнулась Фая, а потом решительно кивнула и протянула руку ладонью вниз, на нее тут же опустились ладони подруг. – Что ж, давайте быстренько все провернем и к десертам успеем.

Комнату на миг залило ослепительным светом, а после вспышки – в кабинете никого не было. Ровно через минуту помещение вновь озарило лучами, источник которых был тот самый круглый камень, что достала из сумочки нимфа.

Вольновы, переглядываясь, улыбались, загадочно и многозначительно.

Тишину нарушила Фаина, самая молодая и импульсивная из подруг.

– Нет, ну а что, – заметила женщина, – можно сказать, и не нарушили почти ничего. Завтра Дашке как раз восемнадцать. Все пучком.

– До завтра никому не говорим, девочки! – предупредила Заря.

– Да, пусть хоть пытают! – поддержала Божена.

– Угу, а они будут, – вздохнула Фая.

– Будем стоять до последнего! – продолжала Зарета, а потом, вздохнув, озвучила и свои мысли, и мысли подруг: – И сольем все секреты через час.

– Ну хоть до полуночи продержимся, а? – понадеялась Божена, а потом, вздохнув: – Или как получится…

– Да проболтаемся же, – подвела черту Фая. – Ну да ладно. Отступать поздно. Процесс запущен. Главное, чтобы наш семейный страж не разворотил этот мир. А то мало ли, чем он там занимался на службе у грозного Чернобога.

– Папа очень добрый, – вмешалась Заря.

– Угу, особенно, когда решил оторвать пару сотен голов у своих врагов, прям сама доброта, точно, – поддела Фая, а под укоризненным взором нимфы стушевалась: – Нет, ну а что? Правда ведь!

– Закрыли тему, девочки, – произнесла Женя, – давайте выбираться отсюда, пока мужья нас не стали искать. Ну и да, нам бы до утра продержаться. Дадим Климу шанс.

– Уже дали, дальше пусть сам справляется, – напомнила Фая.

Заря спрятала камень обратно в сумочку. Убедившись, что в комнате ничего не изменилось, подруги вышли в коридор, закрыв за собой двери.

* * *

– Хороший получился праздник, да? – негромко спросила Женя у мужа, когда усадьба стихла, гости разъехались, а на территории вожака клана остались только самые близкие.

Семья условно разделилась на взрослое и юное поколение. Несмотря на позднее время суток, никто не ушел спать. Предстояло многое обсудить, решить, в том числе Вольновы решали, где устроить свадебное торжество Ярославы и Всеволода. Никто не сомневался, что бракосочетание произойдет со дня на день. К тому же и нимфа благословила союз Славы Вольновой и Севы Казакова.

– Хороший, – согласился Радмир и бросил взгляд на циферблат наручных часов.

Ровно полночь, можно сказать, что тройняшкам «стукнуло» восемнадцать. Стали взрослыми, самостоятельными, а ведь недавно совсем под стол пешком ходили.

Лисичка словно прочла мысли Волка, обняла крепче и улыбнулась. Тот день, когда они с Радмиром стали родителями, навсегда останется в памяти.

Пусть Волк и сходил с ума, едва сумев удержать оборот.

Пусть их новый особняк и пострадал весьма основательно, когда Вольнов дал волю своей ярости, ожидая, пока врачи и матушка примут роды.

Пусть Женя и чувствовала себя так, словно ее расплющило катком по новому асфальту.

Однако восемнадцать лет назад случилось самое большое счастье в семье Радмира и Божены.

– А знаешь, у меня есть для тебя небольшой подарок, – загадочно прошептала Женя, когда Тихомир и Дим о чем-то бурно заспорили, а Заря с Фаиной отвлеклись на младших дочерей: Машу и Агнию.

Мария Тихомировна была большой непоседой, и в свои десять частенько подбивала кузину на всякого рода шалости. Вот и сейчас девочки умудрились попасться на глаза мамам, когда нарядные платья изрядно пострадали от неравной схватки с горками и лестницами на игровой площадке, куда Агнии и Маше было строго настрого запрещено приходить во время праздника. Но ведь торжество закончилось, гости разъехались, а, стало быть, можно и делать все, что угодно.

И пока строгие мамы, пусть и для «галочки», сокрушались над изорванными платьями, Лисичка поняла, что сейчас можно и поделиться крохотным секретом. Возможно, Радмир уже и сам все понял, да и Заря с Фаиной странно посматривали в их с Волком сторону.

Но все же…

– Знаю, – нахмурился Радмир и крепче обнял любимую, испытывая потребность слышать ее дыхание, стук сердца, чувствовать шелк волос и проникший в каждую клеточку аромат.

– То есть, ты не рад? – прищурилась Женя.

Вольнов шумно втянул носом воздух, а Женя села так, чтобы видеть его лицо.

– Ты не рад, – констатировала Вольнова.

Вместо ответа Радмир перехватил тонкие пальцы и, расправив их, устроил на своей груди. Сильное сердце Волка билось рвано, словно он пробежал сотню километров.

– Я очень… очень рад…, – сипло произнес Радмир, – просто…

– Со мной все будет в порядке, – перебила его Женя, четко прочитав тревогу в темном взоре любимого.

И вдруг к ним совсем неслышно и незаметно приблизился Илиян Вольнов. Брат-близнец Ярославы и сын Верховного и нимфы, он должен был унаследовать, в будущем, дар отца и деда. Но уже сейчас, в восемнадцать с небольшим, молодой хищник проявлял незаурядные таланты.

Не говоря ни слова, Иль коснулся ладонью плеча Волка. Радмир вздрогнул, его взор затянуло белой пеленой, и на миг вся семья замерла, наблюдая за мужчинами.

– Твою мать! – негромко выдохнул Волк, когда Иль убрал свою руку с его плеча.

– Что это было? – прошептала Лисичка.

– Всего лишь видение, – хмыкнул Иль и сделал пару больших глотков из стакана, отобрав тот из рук дядьки. – Увидел. Решил, нужно поделиться.

– Добрый, млин, мальчик, – процедил Волк, растирая ладонями лицо, а потом вдруг негромко рассмеялся.

– Не стоит благодарности, дядя Волк, – хмыкнул Иль и вернулся в плетеное кресло, в котором сидел до того, как увидел кусочек из будущего.

– Спасибо, – кивнул Радмир и, не переставая улыбаться, взглянул на жену. – Ты учти, что на этот раз имена придется выбирать тебе, любимая.

– Да-да, как в прошлый раз. Кто мне обещал, что девочку я назову сама? А вышло что? Сам все решил, пока я спала! – возмутилась Лисичка.

– Так уж вышло, – пожал плечом Радмир и перетянул Божену на свои колени, решив, что жена находится от него непозволительно далеко, а после уже громче, так, чтобы слышали все, произнес: – Кто еще не в курсе, у нас будет двойня.

Верховный хмыкнул. Заря многозначительно заулыбалась. А Дим и Фая синхронно проговорили «Поздравляем!».

Немного позже, когда семья разбрелась по своим спальням, а младшее поколение благополучно уснуло, Женя и Радмир устроились в своей постели, выключив свет и вслушиваясь в стук сердец друг друга. Они бились в унисон, впрочем, как и всегда.

– Мы видели Клима. Оставили ему ключ в наш мир, – произнесла вдруг Женя.

– Аналогично. Только мы с парнями подсуетились и оставили пару нужных вещей на ближайшее будущее, – признался Радмир.

– Что вы сделали? – уточнила Божена, а потом приглушенно рассмеялась. – И все-таки тебе нравится наш зять.

– Главное, чтобы он нравился нашей дочери, – фыркнул Волк, а потом прислушался, – которая, кстати, сбегает из дома прямо сейчас.

Женя торопливо села в постели, готовая сорваться с места.

– Не спеши, она и сама справится, – вмешался Радмир и вернул жену на законное место – под свой бок.

– Я все равно волнуюсь, – вздохнула Вольнова.

– Я тоже, – негромко рыкнул Волк, – а когда я волнуюсь, только ты можешь меня успокоить. Приступай, Лисичка.

– Как скажешь, вожак, – хихикнула Женя, прижимаясь к мужу сильнее.

Божена верила мужу. Если он считал, что их дочери ничто не угрожает, значит, так оно и есть. И сейчас можно отложить все заботы и волнения назавтра. К тому же, раз уж сам вожак стаи Грозных велел приступать к успокаивающим мероприятиям, то стоит немедленно его послушаться.

А спустя время, когда дыхание вернулось в норму, а все тело было охвачено негой, когда Волк, сменив сущность, наслаждался ласковыми поглаживаниями по мохнатой морде и острым ушам, Женя смотрела на любимого и вспоминала их первую встречу.

Вспоминала их разлуку, примирение, каждую близость и свой первый оборот, когда детки уже родились и немного подросли.

Сейчас, как и в первую беременность, Женя не сможет менять ипостась, не сможет бегать со своим Волком по лесам и охотиться наравне с ним. Однако эта плата была ничтожной за возможность подарить Радмиру двух замечательных малышей.

– Ты правда рад? Не сердишься? – шепнула Божена, заглядывая в темные глаза любимого Волка.

Вольнов рыкнул, словно говоря, что на глупые вопросы отвечать не собирается. Вместо слов уткнулся носом в теплые ладони, а после пробрался выше – к шее, плечам, груди.

И спустя миг к постели Лисичку прижимал уже не Волк, а обнаженные и довольный жизнью мужчина.

– Люблю тебя, Лисичка, – бормотал Радмир, нависая над любимой.

– И я тебя, мой Волк, – ответила Женя, широко улыбаясь.

Ее взор горел нежностью и любовью, отражая те же самые чувства, что теплились в глазах Радмира Вольнова – жестокого и безжалостного воина, но любящего мужа и отца.