Глава 40. Талантище

Сон не идет. Ну вот вообще ни в одном глазу!

 Я ворочаюсь с боку на бок, слушая, как равномерно сопит Ира и как то и дело жалобно поскрипывает койка Поляковой. Видимо, ей тоже не спится после нашего Светила. Это же надо было умудриться оприходовать сразу двух идиоток с разницей в несколько минут! Талантище просто!

Как бы я ни пыталась себя убедить, что я-то была первой, поэтому можно не бояться никакой заразы, и что я вообще не планировала никакого продолжения, меня всё равно колотит. Тело буквально выкручивает от дикой потребности встать, дойти до соседней палатки и нахлестать пощечин этому осеменителю.

Не выдержав, откидываю одеяло. Быстро натянув штаны и берцы, достаю из кармана кителя пачку сигарет и ухожу на улицу.

В лагере уже совсем тихо. Добравшись до курилки, нервно чиркаю зажигалкой и, глубоко затянувшись, медитирую на железный штабной модуль. Интересно, наш Дон Жуан сейчас там? Или дрыхнет у себя без задних ног? Вроде как благородно вызвался дежурить, но кто его знает. Вдруг переутомился после такой бурной деятельности и решил вздремнуть, пока тихо?

В который раз мысленно возвращаюсь к тому, что произошло в бане. Я уже почти протрезвела и отдаю себе отчет в случившемся. Жалею ли я? Не определилась до конца. С одной стороны, жила совершенно спокойно все эти годы без мужского внимания – и жила бы дальше. С другой стороны, для секса без обязательств Баталов – идеальный кандидат. Мало того, что притягательный до невозможности, так еще и исчезнет из моей жизни через пару месяцев, не оставив следа.

 И в то же время меня жутко бесит тот факт, что как бы я ни одергивала себя, я продолжаю его ревновать.

Выкинув окурок в ведро с песком, зеваю и направляюсь обратно в надежде уснуть. Но, притормозив у входа в свою палатку, невольно бросаю взгляд на соседнюю, Юрия. Неожиданно для самой себя резко меняю маршрут. Разворачиваюсь и, твердым шагом подойдя к его палатке, откидываю полог. Захожу в темное нутро и шарю рукой по стене. Нащупав выключатель, врубаю свет.

Щурясь от резкой вспышки, смотрю на кровать. Я так надеялась увидеть его спящим, безжалостно разбудить и высказать всё, что о нем думаю, но палатка пуста. Кровать даже не расправлена.

 Чувствую, как пульс набирает обороты. Моя кровожадная натура уже настроилась на конфликт и теперь неудовлетворенно рвет меня изнутри. В конце концов, когда еще устраивать разборки, как не под покровом ночи, пока весь лагерь спит?

Выключив свет, выхожу из палатки и направляюсь к штабному модулю.

Толкаю тяжелую железную дверь. Внутри горит только настольная лампа. Юрий сидит за столом, склонившись над кипой бумаг и подперев голову рукой. При моем появлении он поднимает взгляд. В его глазах мелькает искреннее удивление, которое тут же сменяется довольной усмешкой.

Ну, подожди, подожди. Это ты рано радуешься.

Я молча прохожу мимо него. Подхожу к столу, на котором стоит наша многострадальная новая кофемашина. Беру кружку, нажимаю кнопку и, пока аппарат тихонько гудит, наливая мне двойной эспрессо, чувствую спиной пристальный взгляд.

Взяв дымящуюся кружку, разворачиваюсь, подхожу к столу Иры и, отодвинув какие-то журналы, усаживаюсь на край, закинув ногу на ногу.

 Делая глоток крепкого кофе.

– Не спится? – откидывается на спинку кресла и закидывает руки за голову. Он смотрит на меня с откровенной похотью – этого невозможно не заметить.

 – Не хочу оставаться в долгу, – усмехаюсь с вызовом.

Улыбка на губах Юрия становится шире. Он пружинисто поднимается с кресла. Подходит ко мне вплотную, нагло раздвигая мои колени и вставая между них.

 Не спрашивая разрешения, берет кружку из моих рук, делает глоток кофе и ставит ее на стол позади меня. Тут же сжимает мои бедра, медленно скользит пальцами вверх, забираясь под футболку и поглаживая ложбинку между грудей.

Я не отстраняюсь. На секунду прикрываю глаза, когда он проводит ладонями по соскам, заставляя их затвердеть и заныть от возбуждения. В эту секунду хочется плюнуть на все и предаться страсти, но я заставляю себя посмотреть Баталову прямо в глаза, пока мои руки тянутся к его ремню.

Юрий лишь прикрывает веки и откидывает голову, когда я с легким щелчком расстегиваю пряжку, тяну вниз собачку молнии и запускаю ладонь под его белье.

С силой обхватываю горячий член. Юрий шумно выдыхает сквозь стиснутые зубы. Его пальцы соскальзывают на мою талию и крепче сжимаются на ней. Я медленно веду ладонью по стволу, глядя, как на мощной шее напрягаются жилы. Ускоряюсь.

– Иди ко мне, – хрипло выдыхает Юрий, подаваясь вперед и пытаясь поцеловать меня.

Отвернувшись, дотягиваюсь до кофе и делаю глоток, продолжая дразнить Баталова прикосновениями.

– Знаешь... – шепчу, глядя в его мутные от возбуждения глаза. – Я бы с удовольствием вылила тебе на яйца этот горячий кофе. Но тогда, боюсь, наш госпиталь останется без нового рентгена. А я не могу допустить такой потери для полевой медицины.

Юрий замирает и хмурится. Хмель желания в его глазах сменяется растерянностью.

Я брезгливо разжимаю пальцы, отпуская его и с легкостью отстраняя от себя.

– Там Надежда Евгеньевна уснуть не может, – бросаю, спрыгнув со стола и направляясь к выходу. – Помоги.