Глава 59. Старший

– Езжай быстрее в лагерь. Срочно забирай Федю и уматывайте с ним в город, – шепчет мне Юра. – А я попытаюсь немного задержать генерала.

Развернувшись, он невозмутимо шагает вслед за Поляковым и новым начмедом.

Едва сдерживаясь, чтобы не побежать, направляюсь к другой машине.

– Быстро газуй в лагерь! – командую, запрыгнув на пассажирское сиденье буханки.

Водитель, привыкший к моим закидонам, без лишних вопросов вдавливает педаль газа. Машина срывается с места, подпрыгивая на кочках. Я лихорадочно достаю телефон и набираю номер начальника госпиталя.

– Иван Петрович! – выпаливаю, едва он снимает трубку. – У нас ЧП! К нам пожаловал генерал Поляков. Муж нашей Надежды Евгеньевны.

Из динамика доносится непередаваемая игра пятидесяти оттенков матерного.

Когда машина тормозит у пропускного пункта, подняв облако пыли, в лагере стоит такая суета, будто мы срочно сворачиваемся. Но сейчас это мне на руку, так я смогу более незаметно забрать Федю.

Звоню ему в который раз – не берет трубку. Поляковой в женской палатке тоже нет. Как сквозь землю провалились! Весь лагерь суетится, готовясь к встрече высокопоставленного гостя, а этих двоих как ветром сдуло.

Суета нарастает. Прохожу мимо контейнера с запасами сухого пайка ровно в тот самый момент, когда из двери, осторожно озираясь, выползает наш взъерошенный герой-любовник. Кто-то за ним аккуратно прикрывает дверь изнутри.

– Федя, блин! – подлетаю к нему и, схватив за воротник, притягиваю к себе, зверски глядя в рыжее конопатое лицо санитара. – Ты совсем страх потерял, Дон Жуан малолетний?! Если генерал увидит, чем ты тут занимаешься, он тебя вместо флага на флагштоке повесит!

– А чем он тут занимается? – раздается неожиданно из-за моей спины уже знакомый суровый мужской голос.

Подпрыгнув от неожиданности, резко оборачиваюсь. К нам приближаются Поляков, начальник госпиталя и Юра с новым начмедом. Баталов тяжело вздыхает и незаметно для остальных обреченно закатывает глаза.

– Солдат спит – служба идет? – хмыкает генерал, останавливаясь перед Федей.

Наш рыжий несмышленыш вытягивается в струну, расправляя плечи, и прикладывает руку к козырьку.

– Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант! – гаркает как полоумный.

– Должность? – коротко уточняет муж Поляковой.

– Санитар, товарищ генерал-лейтенант!

– Воинское приветствие ты знаешь хорошо, – благосклонно хлопает его по плечу генерал. – Но меня интересует другой вопрос, – кивает он на дверь контейнера, на которой висит табличка «Продовольственный склад». – Что санитар забыл тут?

– Э-э-э... помогал, – растерянно тянет Федя, когда генерал легким движением руки отстраняет его в сторону и делает шаг ко входу.

Толкнув дверь, Поляков проходит внутрь темного контейнера и останавливается на пороге, нашаривая ладонью выключатель на стене.

Мы с Юрой, не сговариваясь, одновременно шагаем ближе, чтобы успеть защитить Надежду от взбесившегося мужа, если потребуется.

Загорается тусклая лампа под потолком.

– Вот это да! – сердито выдыхает генерал. – А ну-ка расскажи, голубушка, чем это вы тут занимались?

В ответ доносится неуверенный лепет.

Мы с Баталовым ошарашенно переглядываемся, ведь этот тоненький голосок принадлежит точно не Надежде.

Осторожно заглядываю внутрь и вижу, как судорожно застегивает синий халат наша улыбчивая, но сейчас красная как помидор, пышечка Маша, помощница повара.

– Ну… Федя! – сердито выдыхаю и звонко хлопаю себя по лбу.

Звук получается таким громким, что даже генерал замолкает и оборачивается.

– Можно я заберу этого кролика с собой в качестве водителя? Мне ко врачу надо в город, – смотрю на генерала прямо и нагло, потому что терять уже нечего. Боюсь, дальше может быть только хуже.

– Забирай, – благодушно кивает Поляков. – Коли ты уже беременная, тебя с ним отправлять не страшно.

Коротко усмехаюсь и, бросив взгляд на Юру, одними глазами показываю Феде как можно быстрее шуровать на КПП.

– У тебя совесть есть вообще? – возмущаюсь, залезая в уазик. – Тебе Поляковой было мало? А если она сейчас узнает, что ты обжимаешься с другими девками по углам, и начнет ревновать? Что ты делать будешь? Щелкнет пальцами – и отправит тебя генерал служить куда-нибудь во Владивосток!

– Говорят, там красиво, – риторически пожимает Федя плечами и заводит двигатель, а мне хочется взять его за ухо и оттаскать хорошенько.

Часа через полтора мы приезжаем в большую окружную больницу. Немного остыв, отправляю Федю в кафе на территории, а сама иду в аптеку на первом этаже главного корпуса. Покупаю тесты на беременность. Ожидая своей очереди на прием, закрываюсь в туалете и делаю сразу два.

Через пару минут наблюдаю одну яркую полоску и вторую, слабую, но уже отчетливо заметную на обоих тестах.

Внутри всё сжимается. Горло перехватывает от смеси панического страха и неконтролируемой эйфории. Я возвращаюсь обратно к кабинету и то и дело неверяще разглядываю тесты в руке до того самого момента, как захожу ко врачу.

Молодая узистка долго и пристально изучает изображение на мониторе и наконец убирает трансвагинальный датчик.

– Ну что ж, Виктория Викторовна, – подает она мне салфетку. – Срок, конечно, совсем крошечный, около двух недель, но плодное яйцо в полости матки визуализируется. Эмбриона пока не видно, слишком рано. Рекомендую вам переделать исследование через месяц для контроля сердцебиения. А пока можете сдать ХГЧ. Я вам выпишу направление на анализы и справку о наличии беременности, чтобы командование вас поменьше привлекало к тяжелым работам.

Выхожу на улицу с заключением в руках. В голове шумит. Я беременна. У нас с Юрой будет ребенок. Сердце радостно бьется и хочется плакать от счастья, но кто бы только знал, как мне страшно после прошлой потери.

Достаю телефон, чтобы набрать Юру. Если не поговорю сейчас с ним и не вылью свои переживания, то чокнусь.

Экран загорается, показывая входящее сообщение от него. Пришло перед самым приемом.

«Ждем большой наплыв раненых, ты нужна в лагере. Как освободишься, сразу езжай обратно. Люблю вас. Всё будет хорошо.»

«Вас»... – смакую его слова.

Сердце сжимается от теплоты, но мозг уже переключается на рабочий процесс. Набираю номер Юры.

«Абонент временно недоступен…»

Неприятный холодок пробегает по позвоночнику. Я ускоряю шаг, издалека крича Феде, чтобы заводил машину.

Всю дорогу до лагеря сижу как на иголках. То и дело пытаюсь дозвониться то Баталову, то Ивану Петровичу, но второй не отвечает, а телефон Юры всё еще не в сети. Когда мы влетаем на территорию, там царят хаос и суета.

Бегу в сторону операционных, на ходу стаскивая с себя китель, чтобы не терять время. Внутри палатки пахнет гарью и свежей кровью. Надежда Евгеньевна в окровавленном фартуке сердито поторапливает санитаров, везущих носилки. Новый начмед, игнорируя гневные крики генерала, самостоятельно завозит в операционную тяжелого бойца с оторванной ногой.

– Ты в пророка решил поиграть?! Для кого инструкции умные люди пишут?! – продолжает надрываться Поляков.

– Что произошло?! Где Баталов?! – перекрикивая его ругань, уточняю у Максима, который, освободившись, подбегает ко мне помочь завязать фартук.

– В приграничном поселке колонна попала в засаду, – тяжело дыша, отвечает он. – Юрий Сергеевич уехал на помощь старшим мобильной бригады.