Глава 20

Мне следует спокойно поблагодарить Морозова за заботу и внимание и выставить его из квартиры. Бугая становится непозволительно много в моей жизни. Он везде, всегда рядом. Всего несколько дней, как он вернулся в Москву, но ощущение, что, где бы ни была и что бы ни делала, я все время у него на виду. Это с одной стороны.

А с другой — не надо было пить шампанское. Тогда не пришлось бы сейчас пожимать плечами и молча натягивать на себя куртку. Глупо отказываться от его предложения. Главное, чтобы быстро довез до универа. Обратно я сама доберусь, без его помощи. Еще одна зарубочка на носу — больше не пить вместе с бугаем! Но шампанское оказалось нереально вкусным, раньше такого не пробовала. Шампанское!

— Сколько ты выпил, Саш? Правда сядешь за руль?

Я наконец понимаю, что меня еще смущало в его предложении. Алкоголь. Шампанское — не водка, чтобы срубить такого лося, как Морозов, или хотя бы снизить его координацию. В парня надо влить если не ведро, то хотя бы литра два-три «шампуня». А по моим наблюдениям, пила в основном я.

Словно услышав мои мысли, бугай молча отдает мне бутылку. Она тяжелая. И не только из-за толстого стекла — в ней осталось много жидкости.

— Я сделал пару маленьких глотков, — спокойным тоном, с котором сложно спорить, произносит Морозов. — Чисто номинально. Я трезв, Вика. Я никогда не подставлю твою и свою безопасность. Можешь спокойно садиться в машину.

Он обманывал меня раньше. И не раз, если уж на то пошло. И это сложно простить. Но, при всех своих недостатках, Саша точно не идиот, я с ним ездила уже в машине, знаю, как он водит. В этом ему можно доверять.

— Ладно, — отвечаю я после почти минутной паузы. — Только ты остановишь машину сразу же, если я решу дальше добираться без тебя.

— Договорились. Ты, кстати, точно все взяла? Документы, паспорт… Как сама?

Морозов придирчиво разглядывает меня, а я чувствую себя маленькой неразумной девочкой, которую распекает то ли старший брат, то ли учитель. Так не пойдет.

— Саша, чувствую себя отлично. И, если хочешь мне помочь, не задавай вопросы, просто отвези, пожалуйста, в центр. И все.

— Я обещал быть хорошим. Но тебе это особо не нужно, да? Почему ты такая колючая? Алкоголь должен расслаблять, а ты опять еж, иглы свои выставила. Или это реакция персонально на меня?

Молча отпираю замки на двери и выхожу на лестничную площадку. Спорить с Морозовым сейчас бессмысленно, я не хочу ругани. Просто обозначаю свои границы. В очередной раз. Потому что он их снова нарушает.

На улице морозно, еще светло, но всего пара часов — и будет темнеть. От холода быстрее проясняется в голове, я совершенно точно не хочу прямо сейчас садиться в машину. Это очень важный день. Я его обязательно запомню. Возможно, он окажется более значимым для меня, чем день поступления на первый курс. Тогда все было по-другому. Даже не верится в реальность прошлой жизни. Тогда все казалось правильным, единственно верным. Жизнь была понятна и четко распланирована на десять — пятнадцать лет вперед. А сейчас я на окраине Москвы стою со своим сводным братом, о котором еще полгода назад знать не знала, и рядом никого!

— Вик, садиться будешь? Печка на полную работает, еще пара минут — и поедем.

Нужно папе написать, предупредить, что я уехала, если он вдруг все же вернется домой раньше меня. Безуспешно проверяю карманы куртки, а потом и все отделения сумки, и только для того, чтобы вспомнить. Вспомнить, что оставила мобильный в коридоре. Неприятно признавать, что Морозов оказался прав, но, увы, это факт.

— Подожди пять минут, я сейчас. Телефон оставила.

— С тобой сходить? — спрашивает Морозов и получает в ответ короткое «нет». — Ладно, если через пять минут не вернешься, пойду и заберу тебя оттуда. Время пошло, Вика.

Обозначить границы, значит… С ним и Китайская стена не поможет.

Забрать телефон — дело пары минут, и я, конечно, уложилась бы в заданное бугаем время, если бы не Руслан. Мы столкнулись с ним на лестнице. Он поднимался вверх, в квартиру. Внешне выглядел как обычно, и у меня на душе сразу легче стало. Значит, этот Витек ничего с ним не сделал.

— У тебя все хорошо?

— Конечно! — Руслан явно удивлен моим вопросом. Я зря волновалась. — А что-то случилось?

— Нет, все нормально. Но тот парень, что звонил мне в дверь, он уголовник… Я его не знаю, но он решил, видимо, что знает меня.

Руслан лишь неопределенно пожал плечами.

— Так он сразу ушел вроде. Вик, если все, то мне домой надо. Пока.

Он легко взбежал по ступенькам, и я понимаю, что Витек этот и пальцем не тронул Руслана. Я все себе выдумала.

С Морозовым нос к носу сталкиваюсь на выходе из подъезда. Я сама дотошная и не терплю опозданий, но бугай и здесь превосходит ожидания.

— Пять минут прошли. Я беспокоился. Поехали!

После того как мы списалась в папой, я умудрилась не задремать в дороге, чего так боялась перед выездом. Мы доезжаем относительно быстро, и, главное, бугай ни разу не нарушил ПДД, насколько, конечно, я знаю правила движения. Вид у Морозова сосредоточенный, строгий и очень трезвый. Надеюсь, я так же выгляжу сейчас.

— Ну что, — говорит, паркуясь недалеко от здания. — Поцеловать тебя на удачу или лучше потом? На ночь, например?

— Ночь ты проведешь, определенно, без меня, Морозов. И удачу дари своим девкам многочисленным!

Зря сказала. Вижу, как у него от удивления брови поползли вверх. Теперь решит, что и правда мне нравится, раз я терпеть не могу его размалеванных подружек во главе с Дятловой. Наверняка завтра-послезавтра тут появится. Некстати вспомнился наш с ней разговор незадолго до моего отъезда. Точно, про планы на Новый год расспрашивала. Не мои. Морозова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Где ты девок видишь? — возмущается бугай настолько искренне, что мне даже неловко. — Я тут как монах-аскет в центре вертепа. Столько возможностей, а я даже надраться не могу нормально, потому что одной… самой… умной девочке взбрело в голову под новый год вуз поменять!

Он злится, вижу, с каким трудом подбирал правильные слова, чтобы не сорваться.

— Езжай в свой вертеп, Морозов. Обратно я сама.

Не дожидаясь ответа, выхожу из машины. Джип тут же резко стартует с места.

По дороге к куратору вспоминаю про Бухтиярова и обещаю себе обязательно ему позвонить, как только вернусь домой. Марат — хороший парень и точно не обманет. Ему-то доверять можно.

На разговор с куратором ушло не так много времени. Может, потому, что я далеко не первый студент, кто к ним переводится. Я только успевала запоминать…

На улице уже стемнело, когда я наконец вышла на морозный воздух. Зима в городе выдалась снежной, а отлично работающая иллюминация помогает представить себя в сказочном мире.

Под ногами хрустит снег, до метро не слишком далеко, но погода настолько чудесная, что иду медленно, чтобы пропитать себя настроением приближающего праздника.

Рядом останавливается здоровая черная машина, я ее узнаю и без дневного света. Мне почему-то приятно, что он вернулся.

— Ты же уезжал, Саш. Зачем здесь?

— За тобой, конечно. Садись в машину. Путь к сакральным знаниям тебе проложили и, надеюсь, благословили?

У Морозова веселое настроение, я бы сказала, шальное.

— С тобой все хорошо? И куда мы едем?

— Увидишь.

Сейчас вторая половина дня, до Нового года осталось всего ничего, центр города изнывает в пробках, про парковку, неизлечимую боль всех автомобилистов, я вообще молчу. Но Сашка умудрился загнать свой танк на какую-то подземную стоянку в центре.

— Дальше пешком.

— Куда дальше-то?

Самой интересно, что он придумал. И если я хочу узнать это, то про баб его лучше помолчать. И не только сейчас. Вообще. Какое мое дело?! Именно. Никакого!

Он ведет меня по Тверской, в сторону Кремля, я невольно заражаюсь праздничной эйфорией. Сегодня особенный день. Хочу запомнить его от и до!

— Ты куда меня привел? Нет, ты серьезно?!

Мы стоим на Красной площади, в самом центре столицы. Там, где сейчас залит огромный каток и где катаются сотни людей. Главный каток страны.

— Конечно! Если не умеешь, научу.

Неподражаемая самоуверенность и апломб. Будет приятно его обломать.

— Попробуй, научи. Если не слабо.

— Это тебе слабо! Балерина… Кстати, а почему ушла?

Морозов показывает билеты, и мы входим внутрь.

Молчу, весь алкоголь давно выветрился, откровенничать с бугаем точно не буду. Я выше головы прыгнула, чтобы уехать, избавиться от них всех. А теперь вижу, слышу, чувствую его рядом практически круглосуточно. Раньше такого не было, лучше удавалось его избегать. Чем больше город, тем сложнее спрятаться?

Морозов протягивает мне взятые напрокат коньки, даже не спросив заранее мой размер. Но, похоже, угадал.

— Обувайся. — Киваю бугаю на его пару. — Хочу посмотреть на тебя на льду.

— Только ли на льду?

— Не льсти себе. Только на льду. Пока. — Здоровый Морозов безуспешно возится со шнурками. — Догоняй!