Глава 50

Пришлось повозиться с заклепками чуть дольше, чем они того стоили, зато, когда я наконец распрямилась, на моем лице была лишь холодная вежливая улыбка.

А вот Морозов пылал. Будь я поэтичной натурой, сказала бы, что глаза его метали молнии, а из ноздрей вырывалось пламя. По факту же бугая бомбит. Я это вижу по чуть прищуренным глазам и сильно сжатым губам — верный признак того, что моего парня что-то бесит. Я даже вижу, что именно.

Похоже, Дятлова тоже все верно поняла, по крайней мере бросаться с объятиями не стала.

— Я так рада вас видеть! — снова повторяет Ленка. — Это же надо было вот так встретиться…

Действительно удивительно. Может, пора уже проверить Морозова, не зашит ли в нем маячок? Куда бы ни пошли, обязательно столкнемся с кем-то из его девиц. Впрочем, Дятлова — случай особенный.

— Ты чего тут забыла? — не слишком вежливо интересуется Морозов, и я предчувствую, что увижу сейчас не сынка финансиста, который хочет работать в папином банке, а боксера на ринге. И которому явно плевать, что противник совсем иной весовой категории.

— Как чего? Кататься приехала, на лыжах. — Дятлова улыбается так, словно не заметила враждебного тона Морозова.

— Как ты узнала, что мы здесь? — продолжает допрос Морозов, хотя, по мне, лучше оставить Дятлову здесь, а самим пойти на трассу.

— Я не знала, я случайно. — Дятлова усаживается на свободный стул рядом со мной. — Но мы тебя ждали в клубе в новогоднюю ночь. Ты же вроде там хотел отмечать?

Она выжидающе смотрит на Морозова, полностью игнорируя меня. В общем-то, делает то, что привыкла за годы учебы. Не сказать, что меня это коробит или я хочу ее внимания, но сюда я точно приехала не лицезреть эту козу.

— Саш, увидимся на спуске. — Проигнорировав довольную улыбку Дятловой, успеваю сделать всего пару шагов, потому как дальнейший путь мне перекрывает бугай.

— Ты куда собралась? Вместе пойдем. — Притягивает меня к себе, положив свои руки мне на бедра. Как они, интересно, не заполыхали? Такое ощущение, что Лена дырку во мне прожечь собралась.

— Если вместе, то пошли, — спокойно отвечаю, глядя в его глаза. Но он не двигается.

— А вы на какие спуски? — Слышу голос за спиной и, кажется, готова уже сама взорваться. К черту гордость! Достала!

— Там тебя не будет, Лен. На наших с Викой спусках. Я вроде тебе объяснял в прошлый раз, когда виделись. Чего не поняла, расскажи.

— А что ты говорил в прошлый раз? — Она удивленно переводит взгляд от меня к Морозову. Не знай я ее достаточно хорошо, может, и поверила бы. — Я не помню.

— Ну тогда я напомню! — С широкой улыбкой Морозов отпускает меня, а сам возвращается обратно к столу, с грохотом отодвигает стул и садится напротив Лены. — Вика, — не оборачиваясь ко мне, продолжает он, — садись рядом.

Сказано это таким тоном, что я даже не думала ослушаться.

— Чего напомнишь, Саш? Слушайте, я вообще здесь не одна, мне надо обратно. — Она порывается встать, но медвежья лапа Морозова словно приколачивает ее обратно к стулу.

— Обратно пойдешь, конечно. Так как ты здесь оказалась?

— Да как-как! — чуть не взвизгивает она, и я понимаю, что Дятлова на самом деле напряжена, более того, она боится бугая. — Парни из клуба рванули сюда, ну и я с ними.

— Какого клуба?

— Эльмара. — Она чуть дергает плечом, словно хочет вырваться, хотя ее никто и не держит. — Да ты сам в нем часто бываешь. Ты собирался Новый год встречать в ночном клубе.

— Моя девушка не любит такие места, — задумчиво произносит он. Я вздрагиваю, а потом ловлю на себе внимательный долгий взгляд Дятловой, но молчу. — Не могу же я ее обидеть.

— У тебя теперь есть девушка? — Ее губы расползаются в довольной улыбке, словно она приз какой выиграла. — И где она?

Морозов молча ухмыляется, а потом выдает такое, чего я от него совсем не ожидала. Как и Дятлова.

— Моя девушка всегда со мной, Лена. И сейчас ты будешь очень долго и искренне перед ней извиняться.

— Что?! — воскликнули мы обе одновременно. Я — с удивлением, она — с возмущением.

— Тебе еды не хватало, что ты крала ее из холодильника у моей девушки, Лена? — тихо спрашивает он у Дятловой, а у той глаза от ужаса расширяются. — Или это развлечение у тебя такое?

— Ничего я не крала, — сердито пыхтит Дятлова. — И вообще, идите уже на свои трассы. А меня ждут.

— Извинения. Сейчас же. Самые покаянные. — Саша в упор смотрит на Дятлову, и я понимаю, что он сдерживается. Очень сильно сдерживается. Не будь тут толпы людей, он бы ее по стенке размазал. Вон как кулаки-то сжимаются. — Я жду.

Она молчит, с ненавистью смотрит на меня, на Морозова — с обидой.

— Ну если надо… — Она обнимает себя за плечи. И с видом оскорбленной добродетели, почти готовая расплакаться, выдает: — Простите.

Так. К черту, я в этом балагане участвовать не собиралась.

— Сиди! — резко одергивает бугай. — Лена, мы ждем.

— Да извини! — вдруг выплевывает она. Ощущение, что тебя ядом или как минимум желчью обдали. — Все? Могу идти?

— Спокойно попроси, искренне, — говорит Морозов, которому, похоже, нет дела, что кто-то уже начал на нас оборачиваться. — А я тебе напомню, что сказал, когда ты ко мне домой заявилась.

— Вика, извини, — заученным тоном произносит она. Для нее это, наверное, огромное унижение — вот так признаваться в своих грехах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Отлично! А говорил я тебе больше рядом не появляться. Не услышала, значит. Мы никогда не встречались, Лена, и не будем. Потому что у меня девушка есть. Очень любимая, Викторией зовут. Запомнила?

Вот это он зря спросил. Дятлова такого унижения не забудет и не простит.

— Прекращай следить за мной и в уши ссать всем моим друзьям. Еще раз увижу тебя в Москве, и не дай бог рядом с Викой…

— Ты угрожаешь?! — Она не дает ему закончить и бросается в бой. — Да я ничего не делала!

— Телефон свой дай. — Дятлова даже возмутиться не успела, как он вытащил аппарат из кармана Лениной куртки. — Пароль. Если не хочешь остаться без связи надолго.

Она называет код, и Морозов уже молча орудует в чужом телефоне. Невольно пододвигаюсь к нему и вижу, как вытягивается его лицо.

— Это еще что?! — Сует Ленке в нос те самые фотографии, которые мне Дятлова прислала практически сразу, как я сюда приехала. — Когда?

— А ты не помнишь? — Дятлова оживляется и радостно смотрит на меня.

— Помню, как выставил тебя за дверь, когда в штаны мне полезла сонному, — произносит он. — Вик, ничего не было. Клянусь.

В штаны, значит, полезла!

— Значит, не помнишь, — разочарованно протягивает Лена, но по глазам вижу: снова вранье.

— Значит, так. Я предупредил. — Морозов шумно встает со стула и одной рукой поднимает на ноги Дятлову. — Меня и Вику обходи стороной, даже не дыши в нашу сторону. Увижу случайно рядом — случайно голову оторву. Поняла?

Я словно вижу, как у нее в голове шестеренки крутятся. Думает, а потом быстро кивает.

— Поняла, но ты зря так, Саш. Я не хотела…

— Как ты вообще нас здесь нашла? Почему в клубе ждала? — не выдерживаю я и, наконец, задаю те вопросы, которые меня реально волнуют. Я уже готова поверить, что она наняла кого-то следить за бугаем.

— Вик, я лопухнулся. Заезжал вчера вечером к Эльмару. Вот и ляпнул про «Волен», видимо, проболтался кто. А про Новый год — так несколько вариантов с парнями обсуждали. Давно еще.

«Давно» — это, видимо, до меня.

— Не верится, что вы вместе. Вы же брат и сестра, пусть и не родные друг другу, — не унимается желчный голос Дятловой. — Не может быть!

— Может! — безмятежно говорю я. — Мы встречаемся, Лена. И ты точно не в состоянии на это повлиять. Никто не может.