23

Далис размеренно работал веслами и монотонным голосом рассказывал… – Эту книгу заклинаний составил основатель рода, из которого происходит наш с Хельгой общий прадед. Основатель эльфийского королевства Аэлория. – Не слышала о таком, – удивилась я. – Это королевство из другого мира, не на Невсолее. В детстве я долго жил в семье родителей Хельги. Там же пошел учиться в академию, но после первого курса бросил. – Почему ушел? – мне вдруг захотелось хоть что-то узнать о его жизни. – Личные причины, – ответил эльф и отвернулся. – Девушка?.. – осторожно спросила я, изучая его лицо. – Не только… – ужасно неохотно ответил Далис, глядя куда-то в сторону берега. – Там была история с нападением на академию, и отец решил, что его наследнику лучше учиться в более безопасном месте. Поэтому я вернулся на Невсолею и заново поступил на первый курс. – Ты сильно любил ее, эту девушку? – совсем тихо произнесла я. Надо же, равнодушное эльфийское сердце способно на чувства… – Озе-ирова, это личное, не тебе туда лезть! – отрезал Далис, а мне вдруг стало ужасно обидно: значит, кого-то он продолжает любить, а я для него так и осталась «Озе-ирова» и той, которой не место рядом с тонкими эльфийскими чувствами… – Извини, – промямлила обиженно, – и правда, куда мне со свиным рылом в калашный ряд ваших высоких отношений. – Не в этом дело… просто… – Далис помедлил и медленно, словно каждое слово давалось ему с огромным трудом, произнес: – У меня не было никаких шансов. Она любила другого, а я был просто другом. – Я бы хотела иметь такого друга, как ты, – неожиданно вырвалось у меня. – С чего бы это? – эльф усмехнулся. – Ты же меня ненавидишь. – Ненавижу, но все равно хотела бы, – подтвердила я и торопливо сменила тему. – Что-то мы опять ушли от рассказа про твою кузину. Так что с книгой заклинаний? Эльф коротко усмехнулся: – Думаю, для девчонок любовная история всегда интереснее каких-то там историй с книгами – Далис! – возмутилась я. – Ладно, книга… она называется «Гримория Лунной тропы», и в ней собраны очень древние и мощные заклинания, составляющие фундамент родовой магии. – О, а я думала, что эльфы используют силы природы. Далис кивнул: – Так и есть, обычно эльфийская магия построена на этом. Но в случае эльфов Аэлории все сложно, их магия гораздо более высокого порядка, чем стандартная эльфийская, и желающих завладеть ее секретами очень много. Поэтому книга заклинаний важна и ценна для рода. И это причина, почему за гриморией всегда, много столетий, шла охота… – Охота? – Да, несчетное количество раз хранилище с книгой пытались вскрыть, но безуспешно: защитные чары на нем такие, что чужаку никогда не пробраться. – И ты думаешь, мой дед сумел взломать эту защиту? – против воли в моей душе вспыхнула гордость за деда: знай наших, никто не смог, а мы вон как! Хотя я все равно не верю, что дед мог пойти на такое преступление, не похоже это на него. – Думаю, он действовал хитростью: твой дед и прадед Хельги, правитель Элронд, были друзьями. Вернее, прадед считал Зорвила Брана своим другом, а твой дед просто втирался в доверие. – Не говори так, пока нет стопроцентных доказательств! – возмутилась я. – Доказательства есть. В тот день, когда книга пропала, твой дед заявился к Элронду, хотя его никто не ждал: правитель уже некоторое время болел, а в тот день ему было совсем худо, и он никого не принимал. Твоего деда, однако, он принял. О чем они говорили и чем занимались, никто не знает, конечно же, но… – Далис многозначительно замолчал. – Что «но»?! – не выдержала я напряженной паузы. – Но после его ухода Элронду стало совсем плохо, и вскоре он умер. Еще через некоторое время обнаружили, что хранилище очень умело вскрыто, и для этого использовали родовое заклинание. Стало понятно, что твой дед, пользуясь слабостью и плохим самочувствием своего друга, вытащил из него нужную информацию. Пока все во дворце были заняты умирающим правителем, он вскрыл хранилище и забрал гриморию, – мрачно завершил рассказ эльф. – Не верю! Вот не верю, и все! – произнесла я после долгого раздумья. – Тут что-то не то. Далис пожал плечами: – Я рассказал тебе о фактах, хочешь верь, хочешь нет – твое дело. – Ну а дальше? Хельга отправилась искать гриморию? – Да, как я уже сказал, она рванула к твоему деду и исчезла. Только прислала мне сообщение, что она пошла в мир Харшаг вслед за твоим дедом. – А ты отправился следом за ней? – Да, я обыскал тут все, каждый уголок, наверное. Но не нашел даже ее следов, – тяжело произнес Далис. – А потом цветок Хельги на родовом дереве погас, и стало понятно, что искать уже бесполезно. – И все равно, не верю! – прошептала я. Далис не ответил, продолжая молча управлять лодкой. Я тоже сидела, задумавшись и анализируя услышанное. И даже Лебовски перестал шуршать и бухтеть про наш с эльфом произвол в отношении «такой ценной ценности», как он. Примерно через час эльф повернул лодку к берегу и заявил: – Мы подплываем. Так что решим с твоим статусом, Генриетта? Кем ты будешь для меня, рабыней или женой? – Что безопаснее? – мрачно поинтересовалась я. – Безопаснее тебе быть мужчиной, а из этих двух вариантов ни один не дает полной гарантии. Хотя притвориться мужчиной – не значит полностью обезопасить тебя, но шанс значительно выше, если ты будешь хорошо играть свою роль. – Может, тогда, и правда, переодеться мужчиной? А то выбор между женой и рабыней, как между собачьим и кошачьим дерьмом. Ты сможешь еще раз украсть для меня одежду? – я с надеждой посмотрела в невозмутимое лицо Далиса. – Быть моей женой, даже ради спасения жизни, для тебя дерьмо? – спросил он вместо ответа, а я до ужаса смутилась: и правда, некрасиво как-то прозвучало. – Я не это имела в виду… – начала оправдываться, но Далис перебил меня: – Чтобы замаскироваться под мужчину, тебе придется отрезать волосы и перемотать грудь до абсолютно плоской. Мужскую одежду я тебе достану. – Отрезать волосы? – растерялась я. Прикоснулась к своей темно-рыжей шевелюре, сейчас свалявшейся и грязной до ужаса. – Жалко. Нет… – Тогда выбирай между собачьим и кошачьим дерьмом, – жестким голосом ответил эльф. – Генри, наряжайся в мужика, тогда будет шанс, – скрипуче посоветовал Лебовски. – Я эти волосы пять лет отращивала, – выдавила я из себя, вдруг почувствовав, что сейчас разревусь: ко всем бедам еще и волосы отрезать, мою гордость, главное мое украшение! – Давай женой. Что для этого надо? Брачную татуировку, браслет, кольцо?.. – Зайти в храм и провести брачный обряд, – ответил Далис, заставив меня оторопеть: какой еще обряд?! – Не волнуйся, Генриетта, выберемся отсюда и разведемся. В нашем мире брак, заключенный на Харшаге, расторгнут без вопросов. Тем более, мы с тобой разных рас, и высокородного эльфа с полукровкой разведут, даже не спросив причину. – Вот значит как! – зашипела я, позабыв от злости на эти слова и о своих переживаниях за волосы, и о стыде за свои слова про дерьмо. – Вот так, – подтвердил эльф. – А как на отбор к тебе, высокородный эльф, тащить полукровок, так все в порядке?! Никого наша грязная кровь не смущает? – завелась я. – Из-за него, из-за твоего отбора, я была вынуждена бежать из дома! Чтобы, не дай бог, не стать твоей женой. Твоей или другого ушастого сноба, которого знать не знаю, но буду вынуждена стать инкубатором для его высокородных детишек! – Неважно, от кого у женщины дети, главное – это дети. В данном же случае, еще и с древней кровью. И потом, ты стала бы не инкубатором только для «его детей», а матерью для ваших общих. Не чувствуешь разницу, Озе-ирова? – поправил меня эльф надменно. – Неважно, что дети будут от нелюбимого мужчины?! – ахнула я. – Да ты, похоже, сам не чувствуешь разницу! Ты бездушный, самонадеянный и… да у тебя сердца нет! Из-за тебя я оказалась в этом мире, из-за тебя вынуждена бегать от бесконечных опасностей. Грязная, с немытой головой, голодная. Должна умирать от жажды и жариться под солнцем! Потому что вы, эльфы, считаете, что своим отбором осчастливите такую простушку, как я. А мне не надо такого счастья! Я хочу нормальную семью с мужчиной, который будет смотреть на меня не только как на родительницу, а еще и любить! Выкрикнув все это, я закрыла глаза руками: видеть его не могу, этого бездушного индюка! – Но ты ведь согласилась принять участие в моем отборе, я видел твое имя в списках. У тебя, кстати, был неплохой шанс стать победительницей, – после долгой паузы спокойно произнес эльф. – Непонятно, зачем решила сбежать, если могла обеспечить себе прекрасную жизнь жены эльфийского принца и матери высокородных детей. Несмотря на происхождение, тебя почитали бы и уважали, и ты никогда не знала бы проблем… – Затем, что это моя тетка решила поживиться за мой счет и дала согласие на мое участие, а я вас ненавижу, надменные эльфы. И наш с тобой разговор, Сталонианиас, только укрепил меня в этом чувстве, – ответила я устало. Недавняя вспышка гнева выкачала из меня последние силы, и сейчас я чувствовала себя совершенно опустошенной. Сползла на дно лодки и легла, бездумно глядя на облака над головой. – Значит, твою тетку можно вычеркнуть из списка желающих, чтобы ты бесследно сгинула. Остаются две твои кузины, – через минуту спокойно сообщил Далис. А я едва не рассмеялась: что-что, а выдержка и уравновешенность ушастого достойны восхищения. Я ему в лицо выплеснула ушат ненависти и оскорблений, а ему хоть бы хны, о моем деле думает. – А ты, почему не на своем отборе, Сталонианиас? – спросила, когда немного пришла в себя и успокоилась. – Потому что мне не нужна жена, в которой я буду видеть только, как ты сказала, «инкубатор» для рождения детей. Чтобы ты не думала обо мне, но у меня есть сердце, – ответил он, удивив меня до невозможности. – А какая тебе нужна жена? – я даже села, чтобы видеть выражение его лица. – Которую я буду любить, и которая будет любить меня, как это было у моих деда и бабушки. Как было у родителей Хельги. – Но не как у твоих родителей? – спросила я тихо. – Нет, так я не хочу. Поэтому и сбежал со своего отбора, – ответил Далис и направил лодку к месту на берегу, где виднелись деревянные мостки, на которых сидел мирного вида дедок с удочкой. При нашем появлении тот поднял голову и с любопытством уставился на нас выцветшими, почти белыми глазами с вертикальными зрачками. «Смесок оборотня шакала и человека, – прокомментировал Лебовски неприязненно. Юркнул мне за спину и оттуда добавил. – На вашем месте я бы ему не доверял». – Куда путь держите, ребята? – заговорил дед первым, когда наша лодка остановилась напротив мостков. – Да вот, лодку хотим продать. Не нужна тебе? – лениво ответил эльф. – Лодка? – дед внимательно осмотрел наше плавсредство, затем перевел взгляд на меня. Взгляд у него сразу сделался масляным и пополз по мне, перемещаясь с лица на шею, потом на плечи и дальше на грудь. Мазнул по обгоревшим на солнце рукам и снова, словно невидимый паук, переполз к лицу. Не отводя от меня глаз, дед ответил: – Можно и лодку купить, если недорого продаешь. Но я бы лучше девку твою взял. Сколько за нее хочешь? – Не продается! – отрезал эльф. – А за лодку сто монет. – С ума двинулся! – искренне изумился дед и перевел взгляд с меня на Далиса. – Да этой лодке цена от силы тридцать монет, да и то… – Согласен на тридцать, – быстро произнес Далис и хлопнул ладонью по борту. – Сделка состоялась! – Ах, ты ж хитроухий… – крякнул дед и в досаде сплюнул в воду, едва не попав по лодке. – Обвел меня вокруг пальца… только денег у меня с собой нет… – Не ври, – спокойно парировал Далис. – Вон под камнем твоя сумка лежит, там достаточно денег. Дед дернулся, покосился туда, куда показал эльф, и вдруг вскочил на ноги, мелко затрясся и прямо на глазах начал покрываться короткой, коричнево-подпалой шерстью. Несколько мгновений, и перед нами стоит уже не человек, но еще и не животное. Какой-то уродливый волосатый мутант с хвостом, когтями и длинными желтыми клыками, торчащими из ощерившейся пасти. – Зубы не скаль, деньги давай, а покупку забирай, – сурово бросил ему Далис и причалил к мосткам. Ловким движением привязал лодку за прикрепленную к носу веревку и запрыгнул на деревянный, потемневший от воды и времени настил. Прикрикнул на урода: – Живей, я тороплюсь! – и когда тот в ответ вдруг зарычал и припал на четыре конечности, собираясь атаковать, сделал быстрое движение рукой. Р-раз – и прямо из воздуха в ладонь Далиса прыгнул длинный, очень острый меч с золотой рукояткой, украшенной крупным камнем. Кончик тонкого лезвия мгновенно уперся в лохматое горло оборотня. – Я сказал, живее! Ты сам назвал цену, шакал, а я подтвердил согласие на сделку. Все по правилам… – Тебе-то откуда знать наши правила… – прохрипел монстр, косясь на Далиса полными бешенства глазами. – Оттуда, – парировал эльф и чуть надавил на меч, загоняя сталь под волосатую кожу. – Ты еще пожалеешь об этом, – просипел шакал, но послушно наклонился к придавленной крупным камнем грязной холщовой сумке. Покопался, достал кожаный кошель на завязках. Кинул его Далису и с ненавистью прошипел: – Забирай, но не думай, что Шолер из Ширдана спустит тебе это оскорбление! – Все по правилам, не вой без причины, – равнодушно ответил эльф и скомандовал: – Генриетта, возьми мою сумку и выходи из лодки. Я зацепила за ручку лежащую на дне большую холщовую сумку эльфа. Повесила на плечо лук, взяла колчан. Подхватила на руки Лебовски и, неуклюже балансируя на качающемся мокром днище, полезла на мостки. В какой-то момент нога поехала в сторону, и я едва не полетела в воду. – Держись, – рявкнул эльф, ухватил меня за ворот платья и просто-напросто выдернул из лодки. Поставил рядом с собой и коротко велел: – Ни на шаг не отходишь от меня, ясно?! – Ясно, – пискнула я в ответ и спряталась за его спину, подальше от острого и злобного взгляда «дедушки», так и не сменившего свою полузвериную ипостась. – И что, твоя девка лук в руках держать умеет? – прорычал он, шумно втягивая носом воздух. – Будь уверен, со ста шагов попадет тебе в глаз, – отрезал Далис и медленно убрал меч от волосатого горла оборотня. – Счастливо оставаться, уверен, лодка тебе понравится. Не убирая меч, взял меня за руку и потянул за собой прочь от реки, мостков и скалящегося на нас урода. – Пошли, Генриетта, и поздравляю – наша гонка на выживание началась.