Глава 14. Дима

Я чувствовал, что что-то не так, еще по дороге. Марина не брала трубку, затем короткое смс от Лены: «Рус у нее. Один. Мне страшно».Забыл о том, что «так нельзя», что «нужно по правилам». Я просто нажал на газ.Когда дверь распахнулась и я увидел его — Руслана, с перекошенным лицом, и Марину за его спиной, бледную, но держащуюся прямо, мне потребовалось все самообладание, чтобы не врезать ему сразу.— Ты что здесь делаешь? — рявкнул он. — Тоже без приглашения? Встретиться решили? Сходка «обманутых праведников»?— Я пришел к своей клиентке, — спокойно ответил я. — Мы договаривались обсудить документы. У тебя, насколько я знаю, визит по расписанию. И он закончен.Он усмехнулся.— Визит отца к детям ты называешь «по расписанию»? Ты уже совсем охренел, Крылов. В университетские годы был павлином, а теперь — павлин с корочкой адвоката.Слово «университет» режет слух. Я замечаю, как Марина дергается, но пока не вникает.— Дима, — тихо говорит она. — Не надо. Просто… вы оба уйдите. Пожалуйста.— Ты хочешь, чтобы я ушел? — он поворачивается к ней, прищурившись. — Или хочешь, чтобы твой герой-адвокат спас тебя от злого волка?— Она хочет, чтобы ты от нее отстал, — произношу я. — И прекратил вторгаться сюда, как к себе домой. У тебя есть судебное решение. Нарушишь — я первым подам заявление о преследовании. В письменной форме.Он делает шаг ко мне. Теперь между нами буквально двадцать сантиметров.— Ты правда думаешь, что я тебя боюсь? — тихо спрашивает. — Тебя, Димка? Того самого, у кого даже в универе девки ко мне убегали?Я улыбаюсь. Холодно.— Зато сейчас твоя жена стоит за моей спиной, — говорю. — И твои дети спят в квартире, которую я им помог сохранить. А ты… лишаешься бизнеса и репутации. Как там твоя инвесторша? Уехала лечить нервы?Его кулак дергается. Я инстинктивно готовлюсь к удару, но он все же сдерживается. Краем глаза вижу в дверном проеме детское лицо — Лерка, бледная, напуганная.Марина обходит нас и встает рядом с дочерью, накрывая ее плечи руками.— Руслан, — говорит она, и голос звучит очень ровно. — Ты можешь делать со мной что хочешь в суде. Можешь поливать меня грязью, нанимать детективов, вытаскивать мои тайны. Но если ты еще раз придешь сюда без предупреждения и начнешь угрожать мне при детях, — я сделаю все, чтобы ты увидел их только через стекло.Он вскидывает голову.— Ты мне угрожаешь? — шипит.— Нет, — отвечает она. — Я тебя предупреждаю.Я смотрю на нее — и испытываю дикую, почти физическую гордость. Это не та Марина, которая тряслась в моем кабинете в первый день. Это женщина, которая наконец поняла, что имеет право защищать себя.— Ты еще ответишь за это, — кидает Руслан. — И ты, Димка. Я тебя в порошок сотру. За Маринку. За бизнес. За все.— Встанешь в очередь, — лениво говорю. — Там уже человек десять ждут.Он дергает плечом, резко обходит меня и вылетает в подъезд, громко хлопнув дверью. В квартире наступает густая тишина.Я выдохнул только тогда, когда услышал, как хлопнула дверь подъезда.Марина опускается на стул. Лерка прижимается к ней.— Мам, — шепчет девочка. — Папа страшный.— Он просто злой, котенок, — гладит ее Марина. — Но он вас любит. По-своему.Я смотрю на них и знаю: если Руслан еще раз придет сюда с угрозами, никакие правила уже не удержат меня от того, чтобы перейти к войне без перчаток.— Он не успокоится, — говорю я вслух. — Но теперь будет знать, что ты не одна.Марина поднимает на меня глаза.— Спасибо, — тихо говорит. — Что пришел.Я чувствую, как внутри поднимается волна слов, которые говорить рано. Поэтому просто киваю.— Пойду посмотрю Наташку, — говорю. — Она, наверное, тоже все слышала.Пока иду к детской, в голове уже крутится мысль: пора. Пора раскрывать карты. Пора рассказать Марине, зачем я так упорно и жестко держусь за это дело. И какое старое привидение нас с Русланом на самом деле разделяет.