Глава 31. Марина

Суббота началась как обычно и совсем не как обычно одновременно.

Обычно — потому что девочки, как всегда, проснулись раньше меня.

— Мааам, вставай! — Наташка запрыгнула ко мне на кровать, коленями в живот. — Сегодня же выходной!

— И парк, — добавила из дверей Лерка, уже почти одетая. — Ты обещала.

Необычно — потому что я помнила: сегодня к фонтану придёт он.

— Идём в парк, — подтвердила я, садясь и стараясь, чтобы голос звучал просто. — Но сначала — завтрак. Марш чистить зубы.

Девочки убежали в ванную, наперебой споря, кто будет первой. Я осталась на минуту одна и позволила себе закрыть глаза.

«Спокойно, Марина, — сказала себе. — Это всего лишь прогулка. Всего лишь человек, которого ты любишь и которого боишься. Всего лишь твой второй шанс».

Смешно.

Я долго выбирала, что надеть. Не хотелось выглядеть так, будто я «готовилась, чтобы ему понравиться» — но и в старой растянутой кофте идти не собиралась. В итоге остановилась на простом: джинсы, светлая блузка, мягкий кардиган. Волосы собрала в хвост, чуть подвела глаза. Тускло, ненавязчиво.

— Мам, ты красивая, — сказала Наташка, появившись на кухне. — Ты куда-то на свидание?

— В парк, — напомнила я. — С вами.

— А Дима там будет? — вплелась в разговор Лера, делая вид, что ей «вообще-то всё равно».

Я замерла на секунду.

— Возможно, — ответила. — Мы… договорились увидеться. Поговорить.

— Круто, — выдала Наташка. — Я соскучилась!

Лера промолчала, но в глазах мелькнула искра.

***

Парк встретил нас привычным шумом. Дети бегали вокруг фонтана, носились на самокатах, кто-то катился по дорожке на роликах. Уличный музыкант вдалеке бренчал на гитаре что-то из старого рока. Небо было серым, но пока без дождя — просто плотные тучи, сгущающиеся на горизонте.

Я выбрала скамейку недалеко от фонтана, откуда виден был весь круг. Девочки тут же с криком побежали к воде, соревнуясь, кто кинет камешек дальше.

Я смотрела на них — и одновременно на часы. Уже десять минут одиннадцатого. Мы договорились на одиннадцать.

Сердце стучало так, что казалось — его слышно не только мне.

И тут я увидела его.

Он шёл от центральной аллеи, в простой тёмной куртке, джинсах, с рюкзаком через плечо. Без пафоса, без адвокатского брони. Тот самый мужчина, который однажды вошёл в мою жизнь с фразой: «Я ем такие дела на завтрак» — и перевернул всё.

Ноги вдруг стали ватными.

Он заметил меня, замедлил шаг. На секунду остановился — как будто тоже собирался с духом. Потом подошёл ближе.

— Привет, — сказал.

— Привет, — ответила я.

Неловкая пауза повисла между нами, как старое одеяло.

И вдруг раздался радостный визг:

— Дииима!!!

Наташка неслась к нему во весь опор. Он еле успел наклониться, чтобы поймать её в объятия. Она повисла у него на шее, как раньше, будто этих месяцев тишины и не было.

— Я скучала! — выдохнула она. — Сильно‑сильно!

— Я тоже, мышь, — улыбнулся он, крепко обнимая её. На секунду его лицо смягчилось, исчезла вся напряжённость. — Ты выросла, пока я тут дела доделывал.

Лера подошла чуть медленнее. Сдержанно. Но глаза её сияли.

— Привет, — сказала она. — Мам сказала, что ты придёшь. Я не верила.

— А я сам себе не верил, — признался он. — Привет, Лерка.

Она чуть замялась, потом всё же обняла его — быстро, как будто боялась, что кто‑то увидит её слабость.

Я смотрела на эту картину и чувствовала, как внутри что‑то сжимается и расправляется одновременно. Он так естественно вписывался в наш маленький мир, что становилось страшно: а что, если это всё снова отнимут?

— Можно мы с ним покатаемся на лодочке? — подскочила ко мне Наташа. — Пожалуйста! Там такие смешные утки!

Я встретилась с ним взглядом.

— Ты не против? — спросила.

— Я за, — кивнул он. — Если ты тоже пойдёшь.

Я хотела сказать: «пусть дети сами», но поймала себя на том, что уже поднялась.

Мы спустились к пруду, взяли лодку напрокат. Девочки устроились на скамейке, мы с Димой сели по бокам, взявшись за вёсла.

— Как в кино, — пробормотала Лера. — Только без поцелуев. Фу.

Мы с Димой переглянулись и почти одновременно улыбнулись.

Лодка тихо скользила по воде, утки возмущённо крякали, когда мы подплывали слишком близко. Девочки то визжали, то замолкали, наблюдая за водяными кругами.

Я чувствовала рядом тепло его плеча и пыталась сосредоточиться на движениях вёсел. Всё остальное — прошлое, страхи, письма — отступило, растворилось в этом странном спокойствии.

На какой-то момент я поймала себя на мысли: «Вот бы так — всегда».

И тут небо рвануло.