18. Демьян

Еще покинув злосчастный туалет, даю проверенному человеку задание собрать информацию на Соколову. Что-то слишком неподдельная реакция у нее. Да и слова про одного мужчины прозвучали слишком искренне. Зря, конечно, не сделал этого сразу. Но кто ж знал, что зверушка окажется куда интереснее. Не рассчитывал, что так затянет. От мысли, что продажная тетка могла оболгать свою же племянницу, становится не по себе. Впрочем, что теперь думать об этом. Надо исходить из фактов.

Весь полет проходит в напряжении, после неприглядной сцены в туалете заводить разговор не хочется. Даже в отеле отделываюсь лишь общими фразами. Мне однозначно нужно подумать и проветрить голову. Чувствовать стыд и смятение — не мое. Не хочу и не желаю погружаться в подобное.

Перед ужином решаю зайти проверить игрушку. Та пьяна и дрыхнет поперек кровати. Со злости трясу умалишенную, собираясь задать отличную трепку. Кто давал ей право накачиваться? Но дальше все выходит из-под контроля — ее пьяное заявление про ласку выбивает из колеи. И мне становится любопытно — какая же она. Тем более что под алкоголем чаще всего развязывается язык. И она показывает себя во всей красе. Вываливает все, что думает обо мне, как о мужчине. Думаю только о своем удовольствии? Да, черт возьми, детка. Ты права! Потому что я гребаный эгоист и живу для себя. Я беру то, что мне нравится, и тогда, когда этого хочу — такова идеология моей жизни. И не тебе учить меня что хорошо, а что плохо. И хотя это все так, азарт все же подстегивает показать рыжей бестии, на что я способен. В этот раз она не зажимается, хотя поначалу явно не ожидает, что последую ее совету. А уж как она кончает под моим языком… ярко, сочно, не сдерживаясь. Вот такая кошка мне по душе, и я уже предвкушаю, как разложу на своей постели, но уже в трезвом уме. Целую искусанные губы и пьянею. С большим трудом отрываюсь от девчонки и ухожу.

Нужно срочно принять душ. Соблазн взять ее прямо там велик. Но я хочу, чтобы она помнила, кто ее трахает, не закатывала пьяные глаза, а смотрела, стонала и повторяла мое имя. Надеюсь, у нее уже начал формироваться условный рефлекс на меня и мой член.

Ледяной душ отрезвляет. Привожу себя в порядок и захожу в соседний номер. Удивительно, но зверушка уже сидит одетая. Увидев меня, смущенно опускает взгляд и резво поднимается на ноги.

Ресторан в отеле вполне адекватный. Да и в целом здесь цены куда ниже московских, что радует. Хоть я и не нуждаюсь, но все же считать бабло умею. Девчонка ведет себя тихо, только поглядывает исподлобья иногда. Послушно заказывает и утыкается взглядом куда-то вниз. Прямо сама скромность. В итоге весь вечер проходит в молчании. Пару раз замечаю у кошки странный взгляд, но высказаться так и не решается. И я ей благодарен — сейчас нет у меня сил на словесные пикировки с ней. Хочется спокойствия, ведь завтра предстоит тяжелый день.

Вернув игрушку в ее номер, захожу к себе. Телефон дает о себе знать мерным жужжанием.

— Слушаю, — отвечаю, едва взглянув на экран.

— Ну что, устроился?

— Да, вполне неплохо, — подтверждаю другу. — Спасибо за отель.

— Было бы за что! — усмехается Костян. — Как насчет вспомнить молодость?

— А ты уже списал себя со счетов?

— Не дождешься! — ржет, как конь.

Отличный парень. С ним можно не только оттянуться по полной, но и за бизнес перетереть. Башка у него варит замечательно. Да и в университете прошли с ним достаточно, чтобы можно было доверять. До определенной степени, конечно.

— Нет, давай не сегодня. Устал, как собака.

— Что ж тебя твоя девочка не расслабила?

Надо же, знает, с кем я прилетел. Значит, информаторы у него достойные.

— Все по плану, дружище, — скалюсь в ответ.

— Ну и ладненько. Насчет квартиры — мой риелтор подобрал несколько вариантов. Когда посмотришь?

— Давай завтра часов в шесть? — мысленно прикидываю, освобожусь ли к этому времени.

— Добро. Дам ей твои контакты. Только…

— Что?

— Не благодари за нее, — как-то хитро добавляет Костик и отключается.

Не сразу, но все же понимаю, что, судя по всему, ожидает меня весьма горячая цыпочка. Рад, что Дымов не забыл про мои предпочтения. Пожалуй, впереди меня ждет интересная пятница.

В очередной раз просыпаюсь под вопли зверушки. Правда, в этот раз звук потише — все же изоляция между номерами. Но это уже перестает быть смешным, и я со злости впечатываю кулак в стену между нами. Надеюсь, посыл ясен. И дальше следует долгожданная тишина. Вот только сон уже окончательно потерян.

Пять утра. Да что ж за наказание-то! Насколько шикарна ее задница и дикие глазищи, настолько же она проблемна. Иду в душ, решив обязательно купить девчонке снотворное посильнее. Надоело уже, честное слово.

Раз уж так получилось, что я проснулся пораньше, решаю потратить это время с пользой. Просматриваю документацию по своему новому детищу — фирма «ХайТекЭл». Кто только придумывал название? Небольшая контора, занимающаяся разработкой различного софта. И вот из этого мне предстоит вырастить айти-монстра. Что ж, и не такие проблемы разгребали, справлюсь и в этот раз.

Следующий час внимательно читаю годовой отчет, отчет PR-отдела (надо же, у них даже такой есть), отчет о продажах и патентных исследованиях. Из всего изученного картина складывается не самая приглядная. Конкурировать с большими монстрами пока «ХайТекЭл» позволить себе не может — оно и понятно с такими-то оборотами. Но пара неплохих заделов есть: компьютерные игры принципиально новой модели. Сам я не любитель стрелялок или бродилок, предпочитаю проживать все по-настоящему, но знаю, что подобные вещи весьма популярны среди молодежи. И если товар действительно стоящий, надо довести его до ума и грамотно подать на сцену. Судя по тому, что делал рекламный отдел, у них там пара калек.

На часах полвосьмого, а значит самое время, наконец, позавтракать. Вхожу в соседний номер, уже готовясь к очередной проблеме, но девчонке снова удается меня удивить: сидит, преспокойно пьет кофе за столом уже при полном параде: узкая юбка-карандаш черного цвета, блузка и пиджак в тон. Вскидывает на меня зеленые глазищи и демонстративно делает глоток.

— Уже позавтракала, значит, — констатирую недовольным тоном. — Что ж, так даже лучше.

Мысленно чертыхаюсь, что и сам мог бы догадаться заказать завтрак в номер. Но из головы совсем вылетело. Зато зверушка вот не постеснялась воспользоваться положением.

— Бери вещи, — приказываю и выхожу в коридор.

Рыжая беспрекословно следует за мной. Мы спускаемся в ресторан, и я заказываю завтрак для себя, демонстративно игнорируя вопросительный взгляд официанта. Пока мы ждем, решаю, наконец, проинструктировать свежеприобретенную помощницу.

— Будешь сопровождать меня весь день. Твоя задача — фиксировать все, что скажу: поручения, проблемы, замечания, — монотонно перечисляю. — В общем, все подряд. Ясно?

— Да.

Голос хриплый. То ли рыдала все утро, то ли после пьянки.

— Здесь, — кладу перед ней папку с бумагами, — информация о текущих разработках фирмы. Прочтешь и напишешь свое мнение о каждой.

Осторожно берет, быстро проглядывает и вскидывает вопросительный взгляд.

— Игры? При чем тут мое мнение?

— Ты же шаришь в программировании, — пожимаю плечами, а она так и замирает, затравленно глядя на меня.

Не ожидала крошка, что узнаю про тебя столько? Ухмыляюсь и киваю на невысказанный вопрос. Да, я подготовился. Теперь я знаю достаточно о жизни своей ручной зверушки — лучше поздно, чем никогда. Поэтому в курсе о том, что за прошлый год девочка сумела ярко проявить свой талант в прикладном программировании. Конечно, знаний и опыта у нее маловато, но она в терминах явно сечет лучше меня. И мне просто любопытно посмотреть на нее в деле. Естественно, основывать свой выбор на ее мнении не собираюсь, но все развлечение. Кроме того, вчера выяснилась прелюбопытная деталь, о которой я и так уже подозревал — тетка Миры подставила ту, не задумываясь. Мой человек предоставил достаточно доказательств того, что девку нельзя назвать продажной шкурой. Конечно, сейчас она отдает тело в мое пользование. Но мысль, что она не прошла через вереницу членов, несомненно, радует. После меня — хоть на панель. Но не сейчас. Я еще не наигрался.

Мне, наконец, приносят завтрак. Девчонка внимательно вчитывается в бумаги, а я размышляю о том, как лучше построить сегодняшний день.

В офис фирмы приезжаем через полчаса — вот первый плюс этого города: передвигаться тут легче и быстрее. Меня уже ждут с распростертыми объятиями, а точнее — с приклеенными дежурными улыбками. Но мне плевать, к такому я давно привык. Начинаю со встречи с руководителем. Тот явно нервничает, но видно, что дело свое знает. Мы располагаемся в одном из свободных кабинетов, Мира усаживается на стул поодаль и достает блокнот с ручкой. Следующий час мы подробно обсуждаем положение дел и краткосрочные планы. По ходу дела бросаю пару раз фразу помощнице о том, на что обратить внимание. Затем вызываю к себе финдиректора и главбуха. С этими приходится потратить куда больше времени. Не сказать, что приятные люди в общении. Не знаю, что уж себе напридумывали работники конторы, но, похоже, ждут от меня каких-то пакостей. Несмотря на мое явно спокойное настроение, главбух изо всех сил старается отстоять свою точку зрения, нагло влезая в мой диалог с финдиректором. Тот даже пару раз выразительно смотрит на коллегу, но совершенно безрезультатно.

В итоге мы расходимся только в час дня. И хоть я не сторонник делать быстрые выводы, становится ясно, что дела тут не ахти. Моя помощница ведет себя тише воды, ниже травы. Если поначалу я все же проверяю,  записывает ли та мои указания, потом понимаю, что не стоит. Девчонка старательно фиксирует все, что нужно. Даже удивительно такое рвение.

Далее вызываю для беседы специалиста по кадрам. Отчет за прошлый квартал явно дает понять, что ресурс на оплату труда используется не совсем по назначению. Приходится очень четко донести до него, что я такого не потерплю.

На десерт оставляю руководителя рекламного отдела, понимая, что за то, что творится по этому направлению, нужно просто выгонять без разговоров. Но опять же для полной картины не принимаю скоропалительных решений. Вообще бизнес — создание хрупкое. Зачастую успешное функционирование зависит от настолько неочевидных вещей, что диву даешься. Этому меня научили годы под руководством отца. По молодости я частенько принимал быстрые решения, основываясь на очевидных фактах и зависимостях, и лишь с опытом пришло понимание, что это не всегда верный путь. Уволить и развалить — всегда проще, чем сохранить и развить.

Увидев перед собой густо накрашенную блондинку, понимаю, откуда проблемы с рекламой.

— Демьян Викторович, вызывали? — томным голоском тянет та, переминаясь с одной ножки на другую.

— Вызывал, — вздыхаю, отводя взгляд. Такую б кралю да в постель. Какого черта она здесь делает? У нее же на лбу написано, что отлично сосет и дает. Но в очередной раз сдерживаю порыв раздражения. — Элла Владиславовна? — уточняю, проглядывая списки сотрудников.

— Она самая, — изящно присаживается кобылка. — Но можно просто Элла.

Широко улыбается, растягивая ярко накрашенные губы. Тяжело вздыхаю, понимая, что разговор будет не самым приятным. Но дамочка явно уверена в своей неотразимости — еще немного, и ее упругая четверка окажется у меня на столе.

— Я просмотрел ваш отчет и не очень понимаю, где результаты рекламных акций, проведенных в начале года.

Блондинка тушуется под моим тяжелым взглядом. Не будь мы связаны по работе, я бы не отказался опробовать ее, но на рабочем месте интрижек, как и разового секса, не практикую. Так что все ее томные взгляды и торчащие соски ни к чему не приведут.

— Знаете, покупатели народ капризный. Не всегда получается точно определить целевую аудиторию…

— Вообще-то это ваша непосредственная задача, — пресекаю блеяние овцы.

Вот ненавижу таких. Если ты тупа, как пробка, и способна только ублажать мужика, так иди и занимайся этим. Какого черта ты занимаешь место того, кто способнее тебя? Хотя, подозреваю, среди тех, кого я трахаю, таких, как Элла, полно. Просто со мной они никак не связаны.

— Демьян Викторович, я буду очень стараться, — облизывает красные губы, а я демонстративно морщусь.

— Здесь не бордель, Лисова. Заявление по собственному желанию напишите завтра.

— Но я же…

— Я сказал — заявление. Если не хотите в дальнейшем проблем с поиском работы.

Блондинка тут же надувает губы и демонстративно хлюпает носом.

— Но как же так? Я столько всего вложила в это дело… Я…

— Не уверен, что хочу знать, кому и что вы вкладывали, — раздраженно обрываю актрису. — До свидания.

Цаца резко поднимается и ковыляет на недолабутенах к выходу. Только когда она покидает просторы кабинета, перевожу взгляд на зверушку. Та, кажется, видит в своем блокноте что-то очень интересное. Может, карикатуру мою нарисовала? Надо будет глянуть.

— Пойдем, поедим, — бросаю устало, поднимаясь из кресла.

Соколова молча семенит за мной. Как же мне нравится, когда она вот так молчаливо выполняет все, что надо. Не девочка, а мечта.