Глава 9

Когда мы утром встретились, оба решили не вспоминать вчерашний инцидент и сделать вид, что ничего не произошло. Хотя, если подумать, ничего и правда не произошло.

Ну поцеловались, если одно мимолетное касание можно так назвать. А то, что я никак после этого не могла заснуть и при каждом воспоминании у меня сердце билось чаще – это не имеет никакого значения. Я же умная и взрослая, я должна мыслить рационально, чтобы здесь выжить.

А значит никакого романа у меня с реном Зеером быть не может. Точка.

– Светлого утра, – поздоровался тот, когда я подошла к нему и дежурившему охраннику – дороги и тропинки к храму были все еще перекрыты.

– Светлого, – кивнула я. – Как тут обстановка?

– Все так же. Вот возьмите, – Алек протянул мне какой-то металлический брусок в пару сантиметров толщиной и пять длиной, испещренный замысловатыми знаками.

– Что это? – я повертела поделку в руках. Он выглядел и чувствовался, не как обычный кусок металла, а явно что-то магическое.

Причем, если кухонная утварь, типа артефактной платы, была всего лишь обычной металлической коробкой с конфорками, так похожими на наши родные, и чтобы ее активировать, нужно было дать магический импульс, то здесь артефактная сущность предмета ощущалась сразу же.

– Артефакт, – пожал плечами рен Зеер. Ответ совершенно точный, но совершенно бесполезный, да.

– Это я поняла. А для чего он.

– Он предотвратит то вредоносное воздействие на ваш организм, которое несет взбаламученное после взрыва поле, – как маленькому ребенку начал объяснять он.

Мне кажется, или он раздражен? Может, чувствует вину за вчерашнее? Или ему моя реакция не понравилась и он обиделся? Ладно, чего теперь гадать, если я ничего с этим сделать прямо сейчас не могу. А может дело и вовсе не во мне…

– Его надо активировать? – я с уважением повертела брусок.

– Нет, просто держите в руке, он должен касаться кожи. Вы готовы?

– Да, пойдемте, – кивнула я.

И мы, собственно, пошли.

Арена представляла собой печальное зрелище. От нее, по сути, осталась только женская раздевалка и часть фасада трибуны над ней. Мужская съехала в образовавшуюся яму на половину и вся пошла трещинами. А сам храм и дно полигона представляли собой нечто…

Я подошла поближе, заглянула за край оплавленного кратера. И тут же отпрыгнула.

Ой не нравится мне это!

– Рен Зеер, – медленно проговорила я, пятясь, – вы знаете, что такое радиация?

Дно ямы представляло собой спекшийся от очень высокой температуры до состояния стекла песок. Черного цвета.

Я, конечно, не уверена, да и никакого ядерного гриба я над лесом не видела, но это какая же должна быть температура?! И я не знаю, может ли что-то другое дать подобный эффект.

– Ради-о-ация? – повторил Алек и недоуменно на меня посмотрел.

А ведь ему вчера было плохо. Хотя вроде бы радиационных ожогов не было… Но я не физик-ядерщик и не медик, специализирующийся на лучевой болезни, откуда я должна знать, как они выглядят и должны ли они быть, если доза не очень большая?

– Это такое излучение, – все еще пятясь ответила я, – оно появляется в результате деления ядра некоторых металлов. Вроде бы.

– Ядро – самая маленькая часть вещества.

– Нет, не самая, – покачала головой я.

У меня от ужаса все мысли в голове перемешались, так что я, даже зная физику за школьный курс, с трудом могла простыми словами сформулировать такие, в общем-то, обыденные для нас вещи.

– Судя по вашей реакции, в этой самой радиации нет ничего хорошего? – полувопросительно спросил рен Зеер.

Блин, блин, блин! Ну я же не смогу на коленке собрать счетчик Гейгера! Я даже не знаю, как это сделать, да даже если бы и знала… Но как определить, это радиация или что-то другое?

– Давайте отсюда уйдем, пожалуйста?! – попросила я и прикрыла рот и нос рукой. Это мертвому припарка, конечно, но я неожиданно подумала, что если это действительно была какая-то реакция деления, то частицы все еще могут быть в воздухе.

– Да, да, конечно, – теперь мужчина встревожился не на шутку.

Сначала я хотела бежать мыться, переодеваться, а саму одежду сжечь, но все же разум возобладал. Толку от всех этих действий не было никакого, а если это действительно радиация, я всю территорию вокруг себя так только загажу.

– Мы можем где-то поговорить. Где-то, где нет людей, – быстро добавила я.

– Нет людей? Вы так серьезно восприняли опасность заражения? – нахмурился Алек. – Если так, то напрасно.

– Может, да, а может и нет, – пожала плечами я.

– Тогда пойдемте в лекарню, там есть, где поговорить.

Мы вошли как раз в тот кабинет, где еще недавно я общалась с Мали, расположились за столом.

– Рен Зеер, сделайте так, чтобы нас нельзя было подслушать.

– Хорошо, – кивнул тот и создал какую-то сложную руну. Никакого искажения пространства на этот раз не было, но слабый заряд магии я все же почувствовала. – А теперь расскажите, наконец, что вас так взволновало?

– Рен Зеер, перед тем, как рассказать, я хочу вам задать несколько вопросов, – серьезно ответила я. – Я все равно расскажу, если вам будет интересно, но мне бы хотелось четко осознавать, права я или нет. От этого зависит здоровье и даже жизнь многих студентов, преподавателей и даже жителей города.

– Вы преувеличиваете, но ладно, я отвечу на ваши вопросы.

– Это излучение, оно… – я замялась. – Оно бывает только от взрыва божественных артефактов? Вообще, оно и его эффекты давно известны?

– Давно известны и изучены. Вообще-то многие артефакты, не только божественные, могут создавать подобные колебания поля.

– Как они влияют на человека?

– Как я и говорил, разбалансируются магические потоки.

– Это все? Ожоги, внезапные заболевания, смерти?

– Ну, любой взрыв может привести к ожогам и смерти, – пожал плечами мужчина.

– Нет, не от взрыва, а ожоги как химические, глубокие, распространяющиеся.

– Хм… Вроде бы я ни о чем подобном не слышал.

– А внезапные быстрые смерти после воздействия? Тяжелые болезни, выпадение волос у людей?

– Ничего похожего, – покачал головой Алек.

– Но вчера вы упали в обморок.

– Я перенапрягся с разбалансированными каналами, ничего страшного.

– А как вы вообще себя чувствуете?

– Ну, как видите, умирать не собираюсь и все волосы вроде бы на месте. Да и ожогов у меня нет, – хмыкнул он.

– Вы зря смеетесь, – недовольно ответила я. – Потом я вам кое-что расскажу о своем мире, вам станет не до смеха.

Конечно же я не собиралась вдаваться в подробности. А то еще создадут тут ядерное оружие на свою и мою голову. А учитывая наличие здесь магии… Нет уж, лавры Роберта Оппенгеймера мне точно не нужны, обойдусь как-нибудь, ага.

– Ну так что? – выжидательно уставился на меня мужчина.

– Похоже, что не оно… – медленно проговорила я. – Только скажите, вы знаете, отчего все спеклось в черное стекло.

– Ах вот в чем дело?! – Алек заметно расслабился. – Это из-за божественного артефакта. Точнее из-за его охранных рун. Когда его попытались украсть, он взорвался и после взрыва все раскалилось до температуры около двух тысяч градусов, может, чуть больше. Оттого и вплавилось все в землю.

Мм… А так бывает? Впрочем, что я знаю о физических свойствах артефактов? Надо бы об этом почитать, конечно, но не сейчас.

– Ладно, – вздохнула я, повела плечами, пытаясь избавиться от напряжения и выброса адреналина. – А воры или кто они там, не знали, что артефакт взорвется?

– Ну вообще да, могли не знать, – Зеер пожал плечами. – Божественный артефакт, конечно, ценность немалая, но ставить на него рунную защиту – это тоже очень недешево, мало где так делают. А другую нельзя, он тогда перестает работать. Да и…

– Что? – спросила я, потому что мужчина остановился на полуслове.

– Может, они и знали, что артефакт может взорваться, только не ожидали, что потом будет огненный вихрь. Я просто немного усовершенствовал защиту.

– Сами, по своей инициативе?

– Нет, меня декан боевого факультета, он же главный жрец, попросил буквально пару недель назад.

– Та-а-ак, – протянула я. – Очень интересно! Просто так попросил?

– Он попросил обновить старую изначально, – задумчиво ответил Алек, восстанавливая в памяти события, – я ему сказал, что старая руна уже лет сто как неэффективна, что уже давно придумали новую. Тогда-то он меня и попросил переделать.

– Тогда ничего подозрительного скорее всего, – подумав, ответила я. – Ну если только он вас специально к этому предложению не подвел. А скажите, руна стандартная?

– Да, более-менее. Только я ее немного подправил и добавил огненное торнадо в конце. Ведь существуют способы защититься от взрыва, можно же поставить щит. Да и предотвратить сам взрыв гораздо проще, чем реакцию горения.

– Ну то есть то, что будет еще и огонь – это ситуация нестандартная, они могли не знать… А вы декану сказали, что добавили кое-то от себя.

– Не-е-ет, – протянул Алек. – Вообще-то нет. Хотел, но как-то закрутился с этой ревизией и нашими делами.

– Надо бы поговорить с уважаемым верховным жрецом, – заключила я и выжидательно посмотрела на мужчину.

Ну не мне же декана допрашивать!

Не сказать, что Зеер меня действительно успокоил по поводу радиации. Дело не том, что я ему не доверяла, а в том, что здесь подобный эффект вовсе неизвестен. Даже в горах нет ничего похожего. Возможно, в этом мире и вовсе нет радиоактивных руд, кто знает?

Но если есть… Кто, например, в начале двадцатого века думал о вреде радиации? У Марии Кюри колба с радием над кроватью висела (я в шоке была, когда об этом прочитала), да и сама она похоронена в свинцовом гробу тоже не от хорошей жизни, правильности выводов и безопасности изысканий.

Так что немного подумав, я все же пришла к выводу, что ничего нельзя исключать. Впрочем, меня немного успокоила Мали, объяснившая, что в случае чего беспокоиться не стоит. То, что неподвластно земной медицине, вполне подвластно здешней.

На место локальной катастрофы я сходила еще раз, не без содрогания, надо сказать. Все равно как-то не очень уверенно себя чувствуешь, даже почти убедив себя, что бояться нечего. Тем не менее храм, точнее то, что от него осталось, нужно было осмотреть нормально, а не так, что бросила один взгляд, испугалась и убежала.

Осматривать там, правда, было особо нечего. По крайней мере, никаких выводов я сделать не сумела. Для них хорошо бы иметь знания по божественным артефактам, рунологии, да и по магии в целом. Короче, у меня просто недостаточно информации, чтобы сделать логичные выводы.

Единственное что, мы с Алеком решили сходить в храм Ельбы и посмотрели на их артефакт. Он представлял собой схематическую голову той самой непонятной зверюги, которая взирала с вышивки на одежде целителей. Надеюсь, это не сама Ельба…

– А артефакт точно пытались украсть? – спросила я, вдоволь походив вокруг пульсирующего магией объекта. – И кстати, это нормально, что он так себя ведет?

– Что? А нет, ненормально, – мужчина пожал плечами. – Но его пытались украсть, а это бесследно не проходит. Через несколько дней он успокоится. Тогда можно будет открыть территорию.

– Ага… – неопределенно пожала плечами я. Что-то мне здесь не давало покоя, какая-то умная мысль, предчувствие или что-то в этом роде. – Так что там с моим вопросом?

– Которым? Я же сказал, все с ним нормально.

– Нет, я про то, точно ли артефакт пытались украсть?

– Ну а что еще? – пожал плечами рен Зеер.

Я, кстати, заметила, что когда он меня начинает бесить, я его полным обращением про себя кличу. А в остальное время называю в мыслях Алеком. Вот сейчас он точно рен Зеер, магистр Академии, член Ордена Ании и сотрудник Службы магической безопасности. Прямо вот так, со всеми регалиями.

– А давайте представим, что артефакт хотели не украсть, а уничтожить.

– Ну а смысл? Не то чтобы божественные артефакты можно найти на каждом углу, но не такая уж это и редкость или диковинка, чтобы уничтожать.

– Может, хотели разорвать связь студентов с Гроном?

– Это так не работает. Уничтожение одного храма ничего не даст.

– А если… Ну не знаю, хотели свою силу продемонстрировать или еще что в этом роде?

– Вряд ли, – с сомнением ответил Зеер. – Зачем это и почему именно храм Грона? Если это те же люди, что похищали девушек, то логичнее было бы идти по накатанной и взрывать артефакт в храме Ельбы. Они же, в основном, на ее дарах сосредоточились.

– Я сомневаюсь, что дело в личной неприязни к кому-то из богов, – покачала головой я, продолжая коситься на пульсирующий силой артефакт. Он мне все больше напоминал кипящий чайник. – Может, не знаю, что-то пытались скрыть этим взрывом? Кстати, преступников опознали?

– И все же маловероятно. Как-то это…

– А не невероятно, что пытались украсть, по вашим же словам, не такой уж редкий артефакт.

– Он денег стоит.

– Вряд ли наши преступники нуждаются в деньгах. Так что насчет опознания?

– Четверо мужчин и одна женщина, все, кроме одного, сафии. Вероятно, именно поэтому они и не выбрались.

– Это студенты?

– Сомневаюсь, все уже во взрослом возрасте.

Эти слова меня покоробили. Как-то я о себе привыкла думать как о взрослой, а тут меня, оказывается, ребенком считают. А потом еще и целуют – странно, да, нелогично…

– Сафии… А женщина была магом или кто-то из мужчин?

– Женщина, а что?

– Да нет, ничего.

– И все же?

– Не знаю пока. Вроде мелькнула какая-то мысль, но я не смогла ее ухватить. Но кто это точно, установить пока не удалось?

– Если мы женщину и опознаем, то сафиев вряд ли. Скорее всего это самые настоящие уличные бандиты.

– А персонал? Все на месте?

– Нам удалось связаться почти со всеми.

– Кого не хватает?

– Одной из лекарок и одного подсобного работника.

– Лекарки, не целителя?

– Лекарка та тоже светлая, то есть в какой-то мере маг. А насколько погибшая была магом, это мы установить пока не можем.

– А есть у вас здесь, – я покрутила рукой в воздухе, – некроманты или кто-то подобный? Кто поможет оживить мертвых и допросить, как в тот раз?

– Мертвых оживить нельзя, но я понял, о чем вы. Да, некроманты в столице сейчас есть, но они в данном случае не помогут. Для того, чтобы наполнить тело некроэнергией, это тело должно быть, а там мало что осталось.

– Какие-то другие способы опознания есть? – ох, как не хватает книги по криминалистике!

– Мали сейчас над этим работает.

– Хорошо, – ответила я, и мой взгляд опять вернулся к артефакту.

Я некоторое время смотрела на него и никак не могла понять, что именно мне в нем не нравится.

– Рен Зеер, а вам не кажется?.. – спросила я и показала на артефакт в тот момент, когда он как-то странно, на низкой частоте загудел и будто начал трескаться.

– Что, демоны побери?.. Ната, назад! – закричал мужчина, стараясь перекрыть все усиливающийся гул.

Я и сама поняла, что отсюда надо валить, если по-простому, и чем скорее, тем лучше.

Когда я обернулась к Алеку, у него в руках уже горело несколько рун, и рядом вспыхивали все новые и новые, объединялись, перетекали друг в друга.

Завораживающее зрелище, но от того не менее страшное, потому что сразу стало ясно, что все серьезно.