Глава 19

Королевский госпиталь находился довольно далеко от нашего отеля, но мы добрались туда через портал, который раскрыл Леци. Я мимолётно подумала, что могла бы провести Берна быстрее и безопаснее, но не стала соваться с советами. Леци по привычке брать на себя ответственность, всегда принимал решения сам.

Теана написала кратко: Люк очень плох. Она ничего больше не добавила, но ясно было, что если бы дело не обстояло так серьёзно, Теа дождалась бы нас дома.

Нас не хотели пускать, но Берн умел убеждать. Конечный довод был решающим:

— Моя жена очень сильный целитель, — сказал он. — Если его величество узнает, что вы не оказали его приближенному лицу необходимую помощь,… — и он выразительно смолк.

— Хорошо, — я почти услышала, как дежурный врач негодующе фыркнул. — Но если наш пациент скончается после вашей…помощи, мы снимаем с себя всякую ответственность.

— Мы хотя бы дадим ему шанс, — холодно сказал Леци, пропуская меня в дверь палаты.

Врач вошёл за нами, подозрительно глядя на меня.

Теана, завидев нас, взглянула на меня с таким отчаянием, что у меня защемило сердце.

— Что случилось? — спросила я.

— Мы полетели посмотреть местный водопад, — сказала девушка, чуть покраснев.

Понятно. Эти двое без нас не теряли времени даром.

— Там было несколько пар. Какой-то человек, — тихо сказала Теана. — Он просто коснулся Люка, и через мгновение тот упал на колени, а потом и вовсе свалился. У него даже раны нет!

— Полный упадок сил, — хмуро сказал врач. — Его просто выпили. Если это «гарадре жэт» — тогда и самый сильный целитель ничего не сможет сделать, — мужчина неприязненно посмотрел на меня.

— Это мы ещё посмотрим, — я прошла к Люку.

Выглядел он и правда так, словно жить ему осталось несколько минут. Скорее всего, так оно и было. Это заклинание по силе, конечно, уступало артефакту иргаиру, едва не погубившему наше Древо, но, направленное на одного-единственного человека, не оставляло несчастному шансов.

Я склонилась, поднимая веки Люка, чтобы посмотреть зрачки, и невольно вздрогнула.

— Радужная оболочка потускнела, — неприязненно сказал врач. — Скорее всего, зрения он лишился. Нет рисунка спила.

Теана судорожно вздохнула, я же жестом подозвала Леци. Туман забытья застилал яркость серебряных всполохов, и сейчас глаза казались просто дымчато-серыми, но, увидев хоть один раз глаза де ла ра элья, уже нельзя было ни с чем их спутать.

— Люк?! — изумлённо выдохнула я.

Леци чуть сжал мою ладонь. Вовремя. Со стороны всё выглядело как забота о впечатлительной молодой жене. И, как бы я ни была потрясена, Люка надо было спасать.

— Отойдите на шаг, прошу вас, — попросила я. — Теана, отпусти его руку.

Подруга замотала головой.

— Нет!

От её ладони к Люку тянулись тонюсенькие золотистые нити. Она правда держала его — интуитивно, как умела, но юноша чувствовал, что Теана рядом и это очень помогало ему. Хорошо, пусть держит. Нет ничего сильнее любви, и если оборвать эту нить внезапно, Люк может умереть. Тогда придётся реанимировать его при этом подозрительном враче. Он и так не сводил с меня глаз. Второй раз за такое короткое время мне приходилось спасать умирающего, но если Бевин был моим врагом, то Люк успел стать другом.

Я взяла его за свободную руку, прикрыла глаза, чутко слушая, и почувствовала то, что, после моей инициации, узнала бы даже не видя серебряных глаз Люка. Он действительно был де ла ра элья. Наша магия была очень похожа. А её невозможно было выжечь до конца, и тот, кто выпил силу Люка, очень просчитался. Если бы не искусственно наложенные замки, парень мог бы восстановиться сам. Потому что там, глубоко в его теле, всё ещё тлела золотая искра. Моей задачей было освободить её.

Этим я и занялась, осторожно, капля за каплей, вливая Люку свою силу. Скоро дыхание парня выровнялось, лицо перестало напоминать восковую маску.

Глаза врача, наблюдающего за мной, ревниво блеснули, но сейчас мне было не до него. Я осторожно снимала преграду, блокирующую источник. Я хорошо знала, что делаю, и всё же не могла не волноваться, раскрывая уцелевшую искру и прокладывая от неё отчётливые золотые дорожки.

— Как он? — негромко спросил Леци.

Конечно, он спрашивал не только о самочувствии Люка. Берн волновался, что дар богов проявится внезапно, в присутствии посторонних людей. Он хорошо помнил, как едва не погиб, оказавшись рядом во время моей инициации.

— Всё будет хорошо, — успокоила я и добавила специально для врача. — У него очень сильный организм. Он справится.

Я взглянула на Теану и увидела слёзы в её глазах.

— Ты немного опоздала плакать, Теа, — мягко сказала я. — Сейчас уже можно радоваться.

Подруга крепко обняла меня.

— Спасибо! — прошептала она.

Решительно отказавшись выходить, мы стояли у окна, наблюдая, как врач придирчиво проверяет состояние Люка. Наконец, убедившись в том, что пациент вне опасности, он посмотрел на меня с почти суеверным восхищением.

— Где вы учились, ра Берн? — спросил он.

— Нигде, — улыбнулась я. — Мой дар природный.

— Я ещё не видел столь сильного лекаря, — признался врач.

— Да. Не видели. Вы вообще меня не видели. Это вы спасли его, — сказала я, глядя в голубые глаза врача. — А сейчас вам нужно срочно идти и подготовить документы о выписке. Если о ра Люке спросит начальство, вы скажете, что он пришёл в себя, и вы выписали его домой.

— Дда…конечно, — только чуть замедленная речь говорила о том, что воля врача полностью подавлена.

— Мы забираем его, — сказал Леци недоумевающей Теане.

— Но мы не можем принести Люка в отель! — воскликнула девушка.

— Мы не можем оставить его здесь. Узнав, что Люк выжил, убийца придёт ещё раз. Кажется, кто-то знает о нашей миссии больше, чем ему положено знать.

— Но как мы пронесём его мимо медицинского поста?

Берн распахнул окно и выглянул вниз:

— Здесь невысоко. Лея, приведи дракокрылов. Я полечу с Люком, ты с Теаной.

— Кто бы сомневался, — улыбнулась я.

В дверях госпиталя я встретилась с мужчиной. Он придержал двери, пропуская меня, взглянул в лицо…Взгляд его дёрнулся, рука метнулась к карману, и этого было достаточно, чтобы я незаметно двинула пальцами, насылая морок. Глаза незнакомца расширились.

— Прошу вас, ваше величество, — склонился он.

Я не спеша прошествовала мимо, сделав небрежный знак следовать за собой.

Когда мы отошли на безопасное расстояние от госпиталя, я лениво сказала:

— Какая жара! Принесите мне сок древа. Поторопитесь, я не могу ждать вас вечно!

Проводив взглядом поспешившего прочь мужчину, я чуть ли не бегом рванула за дракокрылами. Чтобы привести их под нужное окно, потребуется пара минут. Убийца задумается, как получилось, что, направляясь в палату, оказался совсем в другом месте, минуты через четыре. Тогда он обязательно вернётся, а может быть, и поднимет по тревоге сообщников. Времени улететь у нас было в обрез.

К счастью, когда я подошла, Берн уже спустил Люка из окна. Мы помогли усадить парня в седло, Берн вскочил следом.

— Калипсо! — строго сказала я своей драконице, неодобрительно поглядывающей на Теану. — Нельзя! Не вздумай клеваться!

Я помогла сесть подруге. Мы взмыли в воздух сразу за Леци.

Наверное, мы прижали Клая, потому что вдвоём в седле было тесновато. Малыш ланья завозился за пазухой, и Теа изумлённо вскрикнула.

— Не бойся, он маленький и не причинит вреда. Но лучше не прислоняйся близко. Я покажу его, когда мы долетим.

— Куда мы летим? — спросила Теа.

— Подальше отсюда, — ответила я. — Я всё расскажу после.

Скоро мы поняли, что Леци снова взял курс на древо. Я невольно улыбнулась. Это старое заброшенное древо уже не было для нас чужим. Конечно, мне было немного жаль, что мы так мало прожили в нашем номере для новобрачных, но главное, что мы были вместе. И Лея с Люком тоже. Она так тревожилась за него, напряжённо следя за дракокрылом Берна, что, если бы у меня и оставались какие-то сомнения относительно их чувств, сейчас они окончательно развеялись.

Несколько раз в пути я вливала Люку по капле силы, но он и сам держался и уже был в сознании, а когда мы приземлились на древе, сошёл с дракокрыла сам. Я вспомнила, как мучительно долго я приходила в себя после того, как нейтрализовала иргаир. Люк восстанавливался на порядок быстрее. Ему очень повезло, что я могла ему помочь.

— Тебе лучше полежать, — сказала Теана и оглянулась, где бы лучше пристроить Люка.

Берн колебался недолго. Всё же мы были с разных древ, и за рассекречивание убежища седьмых по головке нас не погладят. Но сейчас все мы были по одну сторону против опасности, о которой до сих пор знали до обидного мало.

— Лея! — обернулся Люк. — Поговори со мной!

— Сейчас, — пообещала я, вытащила из-за пазухи Клая и сунула Теане. — Держи! Можешь посадить на ветку, он питается листьями.

Надо было видеть, как эти двое уставились друг на друга. Зелёные огромные глаза ланья испуганно смотрели на Теану, та изумлённо взирала на малыша. Я улыбнулась, заметив, как с лица подруги уходит тревога и озабоченность.

— Какой чудеесный! — восхищённо воскликнула она. — Но где ты его взяла?

— Объясню чуть позже, — снова пообещала я. — Сначала я поговорю с Люком. Побудьте пока здесь, я позову.

Теана чуть нахмурилась, но Клай потянулся нюхать её нос, и девушка рассмеялась.

Я присела на край гнезда, в котором сейчас лежал Люк. Берн кивнул мне и отошёл в сторону. Люк проводил его взглядом. Потом он серьёзно посмотрел на меня.

— Что ты сделала, чтобы меня спасти? — прямо спросил парень.

— Дала чуть-чуть своей силы, и открыла твой источник, чтобы ты смог восстановиться сам. Молчи! — попросила я. — Я всё расскажу тебе, но сначала скажи: почему на твоих глазах нет рисунка спила?

Люк нахмурился. Я чувствовала, что он не хочет лгать мне, но не ждала, что он ответит иначе.

— Этот сделал тот тип. Он неслабо приложил меня, — неохотно ответил Люк. — Врач вообще думал, что я ослеп.

— Ты это слышал? — спросила я.

— Да, — удивлённо ответил Люк. — Я помню всё с того мгновения, как вы с Берном пришли. Просто не мог открыть глаза, сил совсем не было. А потом ты что-то сделала, и я понял, что буду жить, — Люк усмехнулся, иронизируя над собственной слабостью. — Ты очень сильная. Я думал, что сильнее меня нет, но я так не умею.

— Пока не умеешь, — сказала я и склонилась, снимая линзы.

Надо было видеть, как широко раскрылись глаза Люка.

— Ты,… — слабо сказал он, и мне даже показалось, что сейчас он снова потеряет сознание.

— Что происходит? — встревоженно спросила за моей спиной Теана. Берн что-то негромко ответил, отводя девушку подальше.

— Я такая же, как ты, — негромко сказала я, сжимая руку юноши. — Я прятала свои глаза с детства. Линзы.

Люк понимающе улыбнулся. В глазах его, переполненных изумлением, зажигалась радость. Ещё недоверчивая и несмелая, но я видела, как его отпускает чудовищное напряжение.

— А ещё у меня были серьги с кайтивэ, правда, я носила их кверху дешёвым легитом, зато кативэ сдерживал и копил мою магию. Наверное, у тебя тоже было нечто подобное.

Не отвечая, Люк потянул цепочку с шеи. Медальон, висящий на ней, был необычным — скрученная в спираль временная лента. Самая настоящая, только крохотная. Я видела светящийся на ней сегодняшний день.

— Какая стильная вещица! — восхитилась я, повернула его вверх кайтивэ, и камень тускло блеснул. Амулет был абсолютно пуст. — Как же ты дал себя выпить? Здесь же было столько накоплено!

— Не успел, — признался Люк. — Всё случилось внезапно. Наверное, за нами следили от отеля, а может, и ещё раньше. Хорошо хоть, Теа не было рядом, она не восстановилась бы.

Он глянул через моё плечо, туда, где стояли Леци с Теаной.

— Ты говорил ей?

— Нет, — помедлив, ответил Люк. — Собирался сделать ей предложение у водопада и всё рассказать.

Я изумлённо подняла брови. Вот это скорости! Или этим двоим и правда было ясно с самого начала, что это — настоящее, навсегда?

— Я доверяю Теане, как себе, — серьёзно сказала я. — Леци уже всё знает. Теперь, если ты не против, мы расскажем Теа. Правда, во время инициации ей лучше быть подальше от тебя, я едва не убила Леци выплеском своей магии.

— Инициации? — недоумённо спросил Люк. — Моя магия проснулась уже давно.

Я улыбнулась:

— Ты сильный маг, но поверь — магия дела ра элья несопоставима с магией ни одного, даже самого сильного древесника. Я в одиночку выжгла иргаир, который заряжает шесть сильнейших магов, и умудрилась выжить. И это было до инициации. А ты, быть может, даже сильнее меня, ведь ты мужчина.

— Де ла ра…элья? — явно волнуясь, проговорил Люк.

— Ты читал о них? — спросила я.

— Да. Меня с детства влекла История Древ. Все мифы, легенды — я все их знал наизусть!

— Тебе повезло. Меня воспитали гарси, и до принятия на службу к королеве, я еле умела читать.

— Но тогда как ты поняла?

— Это было предположением Леци. Когда он только начинал заниматься со мной, мне открылась Книга Тайн. Тогда Берн забрал у меня книгу, потому что я совсем не могла управлять своей магией и могла натворить дел. Но когда на нас началась охота, мы решили попробовать ещё раз. Просить у тебя взять книгу Тайн не решились, Берн слетал за ней на наше Древо.

Я замолчала, заново проживая недавние события.

— Ты…не доверяешь мне? — спросил Люк.

— Не доверяю? — удивилась я. — Ты что, не понимаешь, что сейчас нет абсолютно никакой разницы, с какого мы с тобой древа — Седьмого или Пятого? Разве я могу не доверять брату?

Глаза Люка снова расширились.

— Шшш, — успокоила его я. — Я вовсе не уверена в нашем близком родстве. Но что если мы с тобой — последние де ла ра элья, случайно уцелевшие на древах? Кто ещё, если не ты, может быть мне ближе всего по крови?

Люк прерывисто вздохнул. Он всё ещё был очень слаб, но прерывать разговор не хотел.

— А если доверяешь…расскажи мне всё. Что случилось, когда ты читала Книгу Тайн?

— Я получила доступ ко всей родовой магии, — честно сказала я. — Ко всей, понимаешь? Последнее заклинание из тех, что считают утраченными — это допуск ко всему, что накопили наши предки.

Некоторое время Люк молчал.

— Но как ты смогла? — недоверчиво спросил он. — Я раскрыл эту книгу ещё в детстве. Ты, может быть, не знаешь, но мой отец — Дев Киль. Он очень близок к правящему дому, а сам — один из самых сильных магов Пятого древа. Он учил меня с детства, и благодаря ему я так много знаю и умею сейчас. Но Книга мне не открылась. Я смог прочесть лишь «Приветствую тебя, посвящённый». Отец пробовал несколько раз. Он словно что-то чувствовал…Теперь я понимаю, что он знал, что я — не простой ра.

Я недоверчиво смотрела на него.

— Конечно! Достаточно было увидеть твои глаза, чтобы понять это.

— Он говорил мне, что это генетический сбой и заставлял носить линзы не снимая.

— Мои родители тоже настрого запретили их снимать, да я и сама не хотела выглядеть уродцем в глазах других. Я надела линзы очень рано и уже была в них, когда мы приехали на древо. Мне было около трёх лет. А ты? Ты помнишь, как появился на Древе?

— Нет, — Леци помолчал. — Я родился и вырос на древе. Отец говорил, что мама умерла в родах, и он всегда воспитывал меня один.

— То есть ты его настоящий сын? — недоверчиво спросила я. — Но если он ра, это значит, что твоя мама была де ла ра элья!

— Не уверен, что настоящий, — тихо сказал Люк. — После того, как ты вытянула меня, я не чувствую связи.

— Вполне может быть, что тебя подбросили младенцем, а твой отец не хотел огорчать тебя, и придумал эту историю, — сказала я. — А сколько тебе лет?

— Девятнадцать.

— Ты уже принял присягу? Давал ли ты клятву вашему королю?

— Я не военный, — Люка пожал плечами и поморщился. — Отец не захотел, чтобы я стал тера. Я учился, и ещё не думал, чем буду заниматься дальше. Может быть, экспедициями.

— А почему не магией? Если у тебя был такой учитель дома?

— Отец научил меня многому. Стандартные плетения лет с пяти, самые сложные формулы лет в десять. Я умею всё, чему можно научиться по книгам, потому что занятий с отцом мне всегда было мало. Я чувствовал, что моя магия сильнее, но она была заперта и прорывалась лишь иногда.

— Когда тебе грозила серьёзная опасность?

— Да, — улыбнулся Люк. — В первый раз это было, когда мы с друзьями пытались оседлать дикого дракокрыла, и я сорвался со скалы.

— И что? — заинтересованно спросила я.

— Я тогда левитировал, просто завис над гнездовьем диких. Потом они меня едва не заклевали, но это уже другая история.

— Кто же седлает над гнездовьем? — снисходительно усмехнулась я. — Тебе ещё повезло, если отделался несколькими шишками.

— Ты такой специалист по диким драко? — уязвлённо спросил Люк.

— Ты видел моего Гра в игре, он тоже дикий. Я седлала его в полёте.

Увидев, как недоверчиво смотрит на меня Люк, Берн издалека крикнул:

— Лея не врёт. Она летает лучше, чем я.

— Подслушивать некрасиво, — обернувшись, усмехнулась я.

Люк тоже посмотрел в сторону друзей и улыбнулся встревоженной Теане.

— Люк, — спросила я. — Ты должен решить, доверяешь ли ты Теане настолько, чтобы рассказать, кто ты…и я. Я не могу одна принимать такое решение.

— Я же говорил, что хотел рассказать ей о линзах. А теперь…она просто должна знать! Ей можно верить, — серьёзно ответил юноша.

— Я тоже так думаю, — согласилась я и обернувшись к Берну и Теане, позвала. — Идите сюда!