Глава 7

Из покоев королевы мы вышли втроём: я, Леци и Теана. Подруга обняла меня, как только за нами закрыли двери, а невозмутимые тера заняли свои места по обе стороны от входа.

— Мне так хотелось сделать это раньше, но не решилась при её величестве! — улыбнувшись, сказала Теана. — А ещё мне казалось — стоит тебя задеть сейчас, и ты хлопнешься в обморок.

— Вот ещё! — сердито ответила я.

— Идём, — потянул нас Леци. — Нашли место для разговоров!

Мы дружно и неодобрительно посмотрели на него.

— Что? — не понял Берн.

— Ничего, — вздохнула я, и мы отошли по коридору подальше от покоев королевы.

Теана решительно увлекла меня за собой. Мы присели на небольшой полосатый диванчик у окна.

— Лея, — позвал меня Берн. — У нас на сегодня куча дел. Надо идти. Придётся вам поболтать немного позже.

Теана потянула меня за руку и удержала на месте.

— Тера Берн, — строго сказала девушка. — Всё случилось слишком внезапно, но это не значит, что не надо соблюдать обычаи. Вы помните о праве невесты на вечер подруг?

Берн хмыкнул:

— Мне тоже придётся отказаться от ночи с друзьями. У нас просто нет на это времени.

— Это вам только кажется, — заявила Теана. — Хорошо, пусть не вечер, хотя деграски точно никогда вам этого не простят. Но с одной подругой Лея может провести…хотя бы полчаса?

Берн укоризненно посмотрел на неё, на меня и вздохнул:

— Хорошо, полчаса. Не больше!

— Есть, тера Берн! — насмешливо откликнулась Теана и решительно подняла меня с дивана. — Идём! Не будем терять время!

Я охнула от неожиданности, когда девушка открыла портал. Да что я, Леци тоже опешил. Таким мы его и оставили — недоверчиво глядящим вслед.

Место, где мы оказались, было мне хорошо знакомо. Я не раз смотрела соревнования и хорошо помнила и эти две могучие ветви древа, к которому было привязано бревно, и саму махину бревна.

— Теа! — только и могла вымолвить я. — Зачем ты меня сюда притащила?

— Чтобы ты перестала трястись, — деловито сказала подруга. — Ты просила тренировку на бревне? Получай! Можешь считать, это — мой свадебный подарок. Думаешь, мне легко было устроить так, чтобы здесь никого не было?

— Но,… — я растерянно посмотрела на себя. — Я же в платье! Запутаюсь в подоле и грохнусь.

— Здесь никого нет, — раздельно произнесла Теана, и первой потянула с себя платье, оставшись в короткой нижней рубашке. — Ты трусишь? Я не узнаю тебя, Ра!

— Ещё чего! — фыркнула я, высвобождаясь из платья. Мои панталончики до колен и верхняя свободная рубашка смотрелись очень даже спортивно, если бы не были нижним бельём. А и ладно, плевать! Мной вдруг овладел азарт. И правда, в кои веки мне предложили осуществить мечту — проверить себя на настоящем бревне! И что с того, что мы полураздеты, если нас всё равно никто не видит! На вечерах подруг, предваряющих свадьбу, случается и не такое.

Теана впрыгнула на бревно первой. Оно качнулось, и Теа переступила, ловя баланс, ловко перебежала на другой край. Стройная и гибкая, она была очень красива сейчас.

— Ле-я! — задорно крикнула она. — Давай смелей, гарси! Мы им ещё покажем, на что способны наши девушки!

Я прыгнула на бревно вслед за подругой. Присела, когда оно закачалось, но тут же встала. Выровнялась, глядя на Теану.

— Тебе идут эти панталончики, — смеясь, воскликнула она. — Навстречу друг другу, да? Готова? Тиа…риа…эрц!

Качающийся маятник появился перед моим носом так внезапно, что я едва удержалась от того, чтобы не отшатнуться. Это была самая быстрая и самая нелюбимая стрелка. На тренировках с Теаной мне больше всего доставалось именно от этого маятника. Но сейчас у нас не было страховки, не было даже верного Гра, которому не впервой было ловить меня в свободном полёте. Значит…падать нельзя.

Я замерла, вглядываясь в шуструю стрелку и отсчитывая ритм: «Тридцать-сорок, тридцать-сорок»…Два стремительных, точно выверенных шага, и стрелка осталась за спиной. Уфф…Но расслабляться было рано. Впереди меня ждала груша — тяжеленая и огромная, она двигалась со странным звуком. Губы мои шевельнулись, имитируя и запоминая этот звук: «Шшур-шшур, шшур-шшур»…

— Не трусь! — подбодрила Теа. Она уже прошла свою половину и стояла на середине бревна, наблюдая за мной. — Пошла! — крикнула подруга.

Я кинулась вперёд, уловив смазанное движение перед носом и ветер, вызванный этой махиной. Проскочила! Теперь мешок. Он медленнее, но если зацепит — точно снесёт с бревна. «Пятьдесят-шестьдесят, пятьдесят-шестьдесят». «Вперёд!» — скомандовала я себе и ринулась, как только маятник отклонился в сторону.

Теана поймала меня и удержала на качнувшемся бревне.

— Прошла! — заорала я, возбуждённо блестя глазами. — Я прошла!

Маятники исчезли, и Теана, смеясь, отпустила меня.

Мы перебежали на край бревна и спрыгнули на ветвь.

— У меня получилось! — похвасталась я, путаясь в платье. Выглянула из-за него и спросила. — Как ты догадалась, что мне нужно сейчас именно это?

— Адреналин хорошо выбивает всякую дурь из головы, — улыбнулась Теана, а потом взглянула на меня уже серьёзно. — Знаешь, Лей, может быть, сейчас тебе кажется, что всё слишком поспешно, но я за тебя искренне рада. Быть с человеком, которого любишь — что может быть лучше?

Я не ответила, но впервые за это утро улыбнулась. Она была права, моя подруга. И если отбросить обиду, со мной сейчас происходило самое лучшее, что могло быть. Конечно, мне ещё предстоит свыкнуться с мыслью, что совсем скоро я стану женой высокородного ра, но ведь это не просто безликий заносчивый ра, это Леци. И он меня любит.

— Идём? — спросила Теана, но перед порталом сама задержалась на мгновение. — Её величество рассказала мне обо всём, что ты сделала для неё и Древа в день Смерча, — сказала девушка. — Я рада, что в этом задании мы будем вместе! Может быть, и я на что-нибудь сгожусь!

Я хотела возразить, что Теана и без всяких заслуг перед короной лучшая девушка на свете, но подруга увлекла меня за собой. Мы вышли из портала как раз перед нашей комнатой, и первым, кого я увидела, был Леци. Кажется, он сразу заметил перемены, произошедшие со мной.

— Что ты с ней сделала? — поинтересовался Берн.

— Тебе не надо этого знать, — улыбнулась Теана. — Лея, если тебе будет нужна моя помощь при подготовке к свадьбе, только позови! — и она, помахав рукой, скрылась в комнате.

— Обязательно позову, — пообещала я вслед и взглянула на Леци. — Куда мы сейчас?

Он вздохнул:

— Сначала на примерку платья.

— Почему так уныло? — поинтересовалась я. — И потом, наверное, тебе там быть не обязательно? Займись своими делами.

— Лея, — Леци потянул меня подальше от комнаты. — У нас не будет времени поговорить в этой суете. Но я хочу, чтобы ты знала, — он явно волновался, и это было так непривычно и трогательно. — Что бы ты там себе ни напридумывала, я не несчастная жертва обстоятельств. Я очень рад, что всё сложилось именно так.

— А…почему? — задала я наводящий вопрос, с нетерпением ожидая ответа.

Он смущённо улыбнулся, и стал похож на немного растерянного мальчишку.

— Что почему?

— Не увиливайте, тера, — посоветовала я. — У нас мало времени. Почему ты рад?

— Рад, что королева сама предложила нам пожениться. Я всё равно нашёл бы способ, чтобы мы были вместе, — бухнул он, и улыбка пропала с моего лица. — Но это было бы хуже для тебя, — уже не так уверенно закончил Берн.

— То есть…ты сделал бы меня своей любовницей?

Берн помрачнел:

— Если бы не угроза её жизни, королева никогда не дала бы согласия на наш брак, — упрямо повторил он. — И что тогда?

— Тогда вы бы оставались моим наставником, тера Берн, а я вашей ученицей, — отрезала я.

Берн вздохнул:

— Жизнь не такая длинная, Лея, чтобы терять того, кто тебе дорог.

Я, уже готовая уйти, обернулась:

— Вот! Вот с этого нужно было начинать! Мы через два дня поженимся, а ты ни разу не сказал мне, что ты меня любишь! Зато говоришь о том, что с удовольствием держал бы меня под боком для собственного удовлетворения! — я вытянула руку, останавливая его протестующее восклицание. — И как долго? До тех пор, пока королева не заставила бы тебя жениться на ра?

— Лея!

— Не ходи за мной!

Он обогнал меня в два шага, шагнул наперерез и запер в клетке рук, заставив отклониться к стене. Я отвела взгляд от потемневших синих глаз.

— Я люблю тебя, — сказал Леци, не обращая внимания на двух любопытных служанок, прошмыгнувших мимо нас и едва не свернувших шею. — Если тебе надо это слышать…Да, люблю! Я думал, ты давно поняла сама. Глупо говорить то, что и так очевидно!

— Не так уж и глупо, если это может сделать девушку счастливой, — сердито сказала я, и Леци вдруг улыбнулся:

— Мы ещё не поженились, а уже ругаемся. У нас и правда будет самый настоящий брак!

Я только головой покачала. Не знаю, сколько бы мы ещё друг другу наговорили, если бы из-за поворота коридора не вынырнула Клайри Шен. Я никогда не любила эту дюсси, и она тоже не питала ко мне тёплых чувств. Вот и сейчас, увидев нас у стены, она неодобрительно взглянула на меня и воскликнула:

— Лея! Вас ждут пять швей, может быть, вы соблаговолите на время расстаться с тера Берном?

Леци косо взглянул на неё и усмехнулся.

— Мне пора, — сказала я, выскальзывая из-под его руки.

— Я приду после примерки, — пообещал он.

Дюсси Клайри пыхала жаром всю дорогу до комнаты, отведённой для швей и, наконец, не выдержала:

— Не знаю уж, на что вы купили королеву, — сказала она. — Но ваш брак с Берном — это возмутительно! Мне очень жаль Леци! Смешать чистейшую кровь с кровью низшей!

Я хмыкнула. Конечно, это было неприятно, но не смертельно. Я догадывалась, что высшие не простят Берну мезальянса. А чтобы девушка не захлебнулась собственным ядом, я вежливо спросила:

— У вас были на Леци другие планы?

— Да как вы смеете! — взвилась дюсси.

— А как смеете вы обсуждать приказы королевы? — холодно спросила я. — Ведь, кажется, вы тоже в первую очередь её подданная, а уж потом — высокородная ра и дюсси?

Клайри уже открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Тема была скользкая. А что, если я донесу о её выпадах, как о критике решений её величества?

— Поторопитесь! — прошипела она и толкнула дверь, к счастью, оставшись за порогом.

Комната была просторная и светлая. Почти пустая, она была почти сплошь завалена отрезами тканей, какими-то коробками. Тут и там блестели ножницы и раздавалось бодрое «вжик-вжик». Работа кипела, и здесь, кажется, никому не приходило в голову задавать мне какие-то вопросы. Как и слушать меня, кстати.

Стоило мне войти, как я сразу и надолго превратилась в манекен. Меня раздели до белья и поставили на небольшое возвышение. Конечно, я смутилась, но девушкам, которые измеряли мою талию, поворачивали меня из стороны в сторону, прикладывали ко мне отрезы ткани и громко переговаривались через всю комнату, не было до этого никакого дела.

Я наивно полагала, что королева взяла на себя заботу только о моём свадебном платье, но нет — лучшие портные её величества готовили мне целый гардероб. От разнообразия расцветок рябило в глазах, а стоять без дела и изображать из себя механическую куклу скоро так надоело, что я взмолилась:

— Хватит! Вы уже на третий раз меня измеряете! Отпустите хотя бы поесть!

— Как?! Вы не ели? — всполошились девушки. — О, ужас! Это же лишний сантиметр! Разве можно так безответственно относиться к примерке! Вы хоть представляете, сколько теперь придётся перекраивать?!

— Нет! — в ужасе воскликнула я. — Обещаю, что я ничего не буду есть до самой свадьбы! Только отпустите меня, и я похудею на сколько надо!

— Только попробуйте похудеть! — воинственно прошепелявила красивая блондинка, наступая на меня с кучей булавок во рту.

— Вы же подавитесь! — испугалась я. — Всё, всё, не надо так нервничать, я стою! И тут же вскрикнула, когда девица мстительно уколола меня в бок.

— Не будете крутиться! — внезапно успокоилась швея и принялась закалывать платье по фигуре.

Я обречённо, но осторожно вздохнула. Кто знает, может, это тоже было запрещено!

С примерки я выползла практически без сил. Никогда бы не подумала, что быть настоящей женщиной так утомительно!

Не знаю, сколько Леци пришлось ждать меня под дверью, мне показалось, что несколько часов, но как только я вышла, он шагнул навстречу.

— Наконец-то! — с облегчением выдохнул он. — Я боялся, что они не выпустят тебя живой! Особенно та, с булавками!

— Это ужасно! — пожаловалась я и споткнулась. — А откуда ты…Ты что, подглядывал?

— Я только заглянул посмотреть, может тут никого и нет. Тебя так долго не было!

Я подозрительно посмотрела в его чересчур честные глаза, но ни ругаться, ни смущаться просто не было сил.

— Идём, — быстренько свернул тему Берн. — Я принёс в комнату обед. Тебе надо отдохнуть, ты же еле живая, а у нас ещё так много дел на сегодня!

Обед — это прекрасно. Я решила не думать об угрозах портних. Ничего со мной не случится, если что — втяну живот. Да и откуда взяться лишнему жиру, если весь день на ногах. Вот и сейчас, едва мы перекусили пряными шариками вяленого бойо, запивая их горячим сиропом этирены, как в дверь постучали.

— Тера Берн, вы здесь? — спросила из-за дверей уса Нагол. — Я ищу Лею, она не у вас?

Судя по всему, зайти и проверить женщина опасалась, потому ждала за дверью. Я посмотрела на Берна, и мы тихонько фыркнули. Они что, думают, что мы тут непонятно чем занимаемся? Да нам же дыхание перевести некогда!

Леци встал и открыл дверь.

— Я пытаюсь покормить мою невесту, — сказал он. — У неё и так дефицит веса…

— Что?! — негодующе воскликнула я. — Да у меня просто самая стройная фигура на древе!

Уса Нагол строго посмотрела на Берна, перевела взгляд на меня:

— Если мы сейчас не выйдем, ты останешься без драгоценностей. А вас, тера Берн, ждёт королева, просила предупредить, что дело срочное.

— Драгоценности? Мне?! — изумилась я, недоверчиво глядя на женщину.

— Чему ты удивляешься? Ты теперь не просто гарси, ты невеста наследника верхних ветвей, сиятельного эль ра Лециуса Берна.

Как замысловато. Достаточно было простого «ра».

Шагая за усой Нагол, я раздумывала, не было ли в этих титулах какого-нибудь скрытого смысла, слишком заторопился Леци на аудиенцию к королеве. Нужно обязательно порыться в библиотеке Берна и прочитать о титулах высшей знати. Для простых гарси все ра и так уже были небожителями, и разница в степени чистоты высшей крови была для нас пустым звуком. Похоже, теперь придётся разобраться в нюансах.

Но скоро я забыла обо всём, потому что мы вошли в сокровищницу. Я застыла, очарованная сиянием бриллиантов, скрытым пламенем рубинов, глубоким таинственным светом изумрудов.

Драгоценности лежали повсюду на маленьких столиках, опоясывающих зал. В нишах стояли тяжёлые сундуки, запертые магическими печатями, и голубые всполохи искрящейся магии сливались в единое защитное поле.

Перед моим приходом из этих сундуков достали украшения, чтобы я могла сделать выбор, и этот выбор нельзя было назвать простым. Однако мой взгляд сразу притянуло изящное колье, словно сплетённое из тонких веточек ши и украшенное крупными необыкновенно красивыми каплями изумрудов.

— Можно примерить…вот это? — робко спросила я.

Уса Нагол раскрыла большую папку, и, пролистав вложенные в неё листы, сказала:

— Можешь взять и принести сюда. Посмотрим на оттенок камней. Украшения должны идеально подходить к твоим платьям.

Я, робея, коснулась выбранного колье и взяла его в руки. Оно согрело ладони, как будто лежало на тёплом. Я украдкой потрогала гладкую столешницу — нет, столик был прохладным. Странно…

— Что ты копаешься? — поторопила меня уса Нагол. — Неси его сюда.

Я осторожно поднесла украшение на вытянутых ладонях.

Уса Нагол улыбнулась:

— Бедная девочка, ты же никогда не видела такой красоты. Не бойся, оно не сломается от прикосновения.

В папке усы Нагол оказались небольшие лоскутки — образцы тканей, из которых мне шили платье. Было здесь и изумрудно-зелёное.

— Идеально! — одобрила женщина, приложив лоскуток к колье. — Подберём к нему серьги и кольцо.

Не знаю, в чём тут секрет, но если примерка платьев стала для меня настоящей каторгой, то в сокровищнице я готова была заночевать. Мы подобрали драгоценности ко всем моим будущим нарядам, причём уса Нагол показала себя знатоком — она сверялась со своими заметками, следя, чтобы покрой платья выгодно подчёркивал украшение. Или наоборот? Сама я до сих пор в этом путалась — подбирают ли драгоценности к платью, или же шьют платье под украшение.

Наконец, мы подобрали драгоценные украшения ко всем платьям. Уса Нагол сложила их в красивую шкатулку, и та получилась довольно тяжёлой.

— Нам придётся нанимать охрану, — вздохнула я. — Боюсь представить, сколько это стоит.

— Шкатулку я закрою магическим замком, — успокоила уса Нагол. — Её принесут тебе, когда платья будут готовы. А пока лучше оставить их здесь, под охраной королевских стражей.

Из сокровищницы я поспешила в павильон, проверить, как идёт подготовка к свадьбе. Здесь было солнечно и весело, под изящными белыми сводами витал тонкий аромат цветов. Бело-розовый ковёр из маргариток под ногами упруго пружинил, но не мялся, укреплённый заклинаниями, зелёные побеги биметей обвивали стены, распуская бутоны над головами копошащихся цветочников. Нежные стийены выплёскивали во все стороны изящные кисти, словно брызги лазоревой краски.

Я очарованно осматривалась, пока меня не заметила шустрая темноволосая девчушка. Орни! Она странно смотрелась среди белокурых ра.

— К нам невеста! — весело объявила она.

Я невольно смутилась от того, что все мигом повернулись ко мне.

— Гарси? — еле слышно изумлённо произнесла ближайшая ко мне девушка и тут же охнула. — Ох, извините! Просто нам сказали, что мы украшаем павильон к свадьбе наследника верхних ветвей, сиятельного эль ра Лециуса Берна.

— Всё верно, — я нашла в себе силы улыбнуться. — А что вас так удивило?

Говорила я одно, а думала совсем другое — что же означает это эль ра? Наследник верхних ветвей — это понятно. Только принцы — наследники кроны, остальные ра — соответственно наследники верхних ветвей. Сиятельный тоже более-менее понятно, не зря мне тут уши прожужжали о чистоте его крови.

У меня было ощущение, что я пропускаю что-то очень важное. Но не спрашивать же у цветочниц!

Настроение неуклонно поползло вниз. Однако загрустить мне не дали.

— Какая хорошенькая! — восхищённо воскликнула голубоглазая красотка у окна. — Тера Берна можно понять!

— Пожалуйста, проходите! — пригласила другая. — Мы вам всё покажем и расскажем!

Меня протащили в центр павильона, который оказался довольно вместительным. Ровно посередине был очерчен круг.

— Что это? — удивилась я.

— Место для ратоны, — ответно удивилась худенькая цветочница. — Ааа, так вы ещё не знаете? — оживилась она. — Смотрите, вот здесь есть спуск. В павильон вы входите раздельно. Тера Берн — с основного входа, а вы со стороны сада. Спускаетесь на несколько ступенек и встаёте в центр такой же очерченной площадки. Ровно в центр, это важно! Когда сработает механизм, и вы вместе с полом начнёте подниматься, не пугайтесь, так и должно быть. Здесь, наверху, будет огромная лилия-ратона, такая, как цветут на лианах на Старых деревьях. Сейчас мы измерим ваш рост, чтобы выбрать подходящий цветок. В ходе церемонии тера Берн подойдёт к лилии, лепестки раскроются, и вы появитесь из цветка, как прекрасная фея.

Что ж, от этой красивой идеи захватывало дух. Должно быть, такое появление будет незабываемым!

— Мне нравится, — улыбнулась я.

— А какого цвета ваше свадебное платье? — спросила другая девушка. — С лепестками будет прекрасно смотреться розовый, хотя, наверное, этот цвет вам не очень пойдёт…

— Я буду в изумрудно-зелёном, — сказала я. — Зелень ведь подходит к любым цветам?

— О, идеально! — весело ответила орни.

Одна из девушек попробовала что-то сказать, но орни шикнула на неё, и та замолчала. Я смотрела на неё во все глаза. Так командовать ра!

После того, как мне объяснили, где я буду находиться во время церемонии, и несколько раз чуть ли не за руку провели по нужному маршруту, мы ещё с полчаса обсуждали, какими цветами лучше украсить ложу для гостей. Я поблагодарила девушек и наконец распрощалась, только когда в павильон заглянул озабоченный Леци. И тихонько фыркнула, когда он воровато сорвал ближайший бутон и сунул его в мои волосы.

— Как тебе павильон? — спросила я.

— Красиво, — неопределённо пожал плечами Леци.

— А как ты думаешь, какого цвета будет моё свадебное платье?

— Было бы здорово, чтобы оно было под цвет твоих глаз…изумрудно-зелёное.

Ну хоть тут угадал! Хотя я и не думала в этом признаваться, и точно скопировав его жест, неопределённо пожала плечами, когда он спросил, правильно ли сказал.

— Куда мы теперь? — спросила я, с трудом сдерживая желание сесть куда-нибудь на диванчик и вытянуть ноги. Кто бы мне раньше сказал, что свадьба — такое хлопотное дело, я ещё подумала бы, соглашаться ли!

— Я принёс тебе линзы, — сказал Берн, почему-то хмурясь. Впрочем, он тут же пояснил. — Я не хочу, чтобы ты скрывала цвет своих глаз, — он взял моё лицо ладонями, с какой-то тоской вглядываясь в мои глаза. — Они у тебя самые красивые на свете! Но пока мы путешествуем по древам, тебе придётся носить линзы. Ты станешь голубоглазой ра, как сотни девушек вокруг.

— Это всё равно буду я, — тихо напомнила я. — Почему это тебя так расстраивает?

— Потому что с самых первых дней тебе приходится жертвовать собой, — он отпустил меня, устало потёр лоб. — Когда всё это кончится, мы обязательно уедем куда-нибудь подальше, чтобы никому не было дела до цвета твоих глаз.

— К тому времени, как всё это кончится, мы так напутешествуемся по этим «подальше», что не захотим выходить из своей комнаты.

Глаза Берна потемнели:

— Я очень жду этого, — признался он и спросил без перехода. — Зачем ты сказала Теане, что до свадьбы будешь жить у неё?

Я вспыхнула.

— Потому что это неприлично — жить вместе до свадьбы.

Леци хотел возразить, но только махнул рукой, и притянул меня к себе.

— Я как-нибудь выдержу эти два дня, — глухо пообещал он куда-то в мои волосы. — Даже уже полтора. Но после…

Я вспыхнула от скрытого смысла этих слов, уткнувшись в плечо Берна, чтобы скрыть своё лицо.