Глава 26

Дико.

Необузданно.

Прекрасно.

Я ощущаю, как кто-то покрывает мои плечи короткими нежными поцелуями. Я лежу на чем-то мягком, скорее всего, на кровати в спальне… Но я не хочу открывать глаза раньше времени, разум еще не до конца вернулся ко мне и я как будто здесь, но в то же время нахожусь в облаке недавнего удовольствия.

Словно сплю и вижу чудесный сон.

И еще настырные мужские губы, которые ласкают меня и собирают капельки пота с моей кожи. Я понимаю, что это Рас по одним ощущениям.

— Ты не спишь, — произносит он, когда я дергаю ресницами. — Точно не спишь.

— Не хочу открывать глаза.

— Тут все равно темно. Мы закрыли шторы.

— Это в честь чего? Я думала, мальчики любят смотреть.

— Для разнообразия, — с хитринкой кидает он. — И ведь есть мнение, что так обостряются другие ощущения.

— Тактильные?

Я смеюсь и веду плечами, чтобы ярче почувствовать его близостью Раса не надо просить дважды, он обнимает меня и перетягивает на свою сторону кровати.

— А где Марк? Только не говори, что у него опять звонки и переговоры.

— У меня не звонки и не переговоры, — низкий голос Марка приходит сбоку.

Я распахиваю глаза, но сперва чувствую его, а только потом привыкаю к темноте. В сумраке появляются очертания и тени. Я различаю, как Марк упирается коленом в матрас и протягивает ладонь к моему лицу.

— Мы замучили тебя, да? — произносит он с усмешкой. — Накинулись, как неандертальцы…

— Я не против, — я прикусываю его длинные пальцы, когда он касается моих губ. — Я очень даже за.

— Черт, зря ты это сказала.

В голосе Марка читается возбуждающая угроза. Можно услышать все его грязные фантазии, которые он еще не воплотил в жизнь, но можно не сомневаться, что собирается. Марк так разнузданно реагирует на меня, что у меня каждый раз перехватывает дыхание. Это настоящий кайф — чувствовать, что настолько возбуждаешь мужчину. Он хочет тебя постоянно, и даже когда далеко, фантазирует о тебе.

Марк вообще еще то животное, если говорить честно. Сильный молодой самец, который не обременен дурацкими комплексами. Он не только добился успеха в финансовой сфере, но и стал дьявольски обаятельным. Он всегда был привлекательным, но сейчас это совершенно убийственное сочетание порока и опыта.

— Иди к нам, — я обхватываю его запястье и тяну на кровать. — И хватит хитро усмехаться, я всё прекрасно вижу.

— Я подумал, вдруг вам опять надо пошептаться без меня?

— Боже! — я закатываю глаза и не могу поверить, что Марк так и не оставил свои остроты по поводу того, что мы один раз провели слишком много времени с Расом в душе. — И это после всего, что было?

— Это как раз после всего, что было, — тут же парирует Марк.

Но опускается на кровать, подвигаясь ко мне.

— Я просто прикинул, что вы, может, после секса разбор полетов делаете, — он пожимает плечами. — Привыкли так со старых времен, я же не знаю, как вы раньше встречались.

— Он пил? — я поворачиваю лицо к Расу. — Что-то крепче пива?

Рас молча качает головой. А я вдруг вспоминаю, что Марк всегда так себя вел. Да, точно! Так было в нашей общей юности! Марка иногда несло и он начинал подшучивать, нанизывая одну колкость за другой, на что Рас всегда реагировал именно так, как сейчас. Пережидал. А еще бросал на меня сострадательные взгляды из разряды “потерпи моего приятеля-придурка еще чуть, красотка, он не всегда такой”.

Я вспоминаю это так ярко, что невольно смеюсь. Это выглядит словно я припомнила старый анекдот и не могу сдержаться, впрочем так и есть.

— Отлично, — наигранно сердится Марк. — Я тут душу изливаю, намекаю, что чувствую себя третьим лишним, а она заливается от смеха. Чудно, просто чудно.

— Это ты чудной, — сквозь смех указываю на него пальцем. — И ни черта ты не чувствуешь себя третьим лишнем. Может было чуть-чуть, но уже отпустило, иначе бы ты в жизни это вслух не произнес. Я знаю тебя, как облупленного.

— Я вообще-то вырос и изменился…

— Ты стал еще несноснее, Марк!

— Но и вырос, — лениво отзывается Рас. — Раскачался точно.

— Ладно, не спорю, — я киваю. — Но характер такой же скверный. 152e1bc

Марк прижимается лицом к моему животу и трется, щекоча. Я обхватываю его голову ладонями и чувствую, как он сразу же затихает. Подставляется под мою нежную ласку, к которой оказывается до удивительного чувствителен. Я глажу его короткие жесткие волосы и ругаю себя за глупости, что лезли ко мне в прошлый раз.

Я же подумала плохое и начала сомневаться, что он помогает Расу просто так. Меня напрягли их суды и мужские игры, но сейчас тревога уходит. Они оба здесь, касаются меня и находят общий язык, тоже отпускают свои тревоги и учатся вместе со мной не воевать внутри треугольника, а быть его гранями.

Играет мелодия сотового, заставляя поморщиться на громкий рингтон.

— Сорри, — отзывается Рас.

Он тянется к телефону и отвечает на звонок, опуская ноги на пол.

— Кларисса? — произносит он следом. — Подожди, что…

Повисает тишина, в которой очень легко различить женский голос на том конце. Кларисса с трудом сдерживает эмоции и говорит сквозь частые выдохи.

— Рас, я не знаю, что делать. Приезжай, пожалуйста… Я… Я умоляю тебя.