Глава 17

КАЙРАТ

Он сидел на лавочке возле подъезда. Ему и идти-то некуда. И он не знал, как уйти. Его место там, где она. Пусть даже не рядом, пусть пылью у её ног, пусть тенью за её спиной. Он добирался к ней через полмира не один этот день, он шёл к ней всю жизнь, и сейчас, что бы она не сказала, он не уйдёт. Не вычеркнет себя из её жизни как неудачную строку, не перевернёт страницу.

Она такая славная с этим животом.

Он выдохнул тяжелее, чем хотел.

Он так боялся увидеть её беременной. Боялся своего отвращения, неприятия, ревности, но у него чуть сердце не остановилось, когда она прислонилась к нему своим пузом. Кто бы не был его отцом, это был её ребёнок. И он уже его любил. Как любил её запах, её улыбку, её ямочку на подбородке и родинку на левом плече. Или на правом?

Он снова вздохнул.

— Слышь, парень, — обратился к нему сосед по лавочке.

Этот мужик с опухшей рожей, в расстёгнутой рубашке навыпуск и растянутых на коленях трениках протягивал ему пачку сигарет.

— Не знаю, что у тебя случилось. На, закури, может полегчает.

— Спасибо, не курю.

— Как знаешь, — спрятал пачку мужик. — О, Петрович, здорово!

Он поднялся, чтобы пожать руку вышедшему из подъезда Оксанкиному отцу.

— Здоровее видали, — пожал ему руку в ответ мужчина.

Он сел на лавку напротив и краем глаза посмотрел на Кайрата.

— Раненько ты сегодня. Будешь? — предложил и ему закурить щедрый сосед.

— Не, Ваня, бросил я. И ну его, заново начинать.

— А день-то какой намечается. Лето! — он задрал голову к ярко-голубому небу.

— Вот, кому на улице лето, а у кого и в квартире дожди, — покосился он снова на молчавшего Кайрата.

— А чего у тебя протекло что? — посмотрел на него сосед.

— О, потоп там у меня, в четыре ручья, — махнул он рукой. — Одно слово, бабы!

— А ты, значит, сбежал? — усмехнулся мужик, затушив бычок.

— Так там только рот открой, и первый же виноватым окажешься, — разогнулся он, глядя на поднявшегося Ивана. — Домой?

— Да, пойду, — похрустел шеей сосед и свистнул, подзывая собаку. — Шарик, хорош там чужие хвосты обнюхивать! Давай домой!

Из кустов выскочила косматая дворняжка и послушно засеменила к подъезду.

— Ну, а ты чего надумал? — обратился к Кайрату Оксанкин отец, пока он провожал глазами вертлявую псину.

— Ничего пока, — поменял закинутые нога на ногу конечности Кайрат.

— Ты, главное, не сдавайся, — посмотрел на него сочувственно из-под нахмуренных бровей мужчина.

— Да, я вроде и не собирался, — пожал плечами Кайрат.

— Ну, вот и хорошо. А, говоришь, ничего не надумал, — повеселел мужчина и полез в карман на звук заигравшего телефона. — О, потеряли уже!

Он помолчал в трубку, потом добавил коротко: «Да, понял я!» и встал.

— В «Детский мир» собрались. Коляски, кроватки покупать, — пояснил он специально для Кайрата. — Ну, пойду за ключами схожу.

Он больше ничего не добавил, и Кайрат проводил его кивком головы.

Лавочка и не вздрогнула, когда он легко поднялся. В «Детский мир», так в «Детский мир».

Ближайший к двухэтажному логову визжащих детей магазин порадовал Кайрата наличием тёмных очков, бейсболки, футболки его размера с капюшоном и длинных шортов с большими карманами. Переодевшись прямо в примерочной и надев бейсболку козырьком назад Кайрат помолодел лет на пятнадцать и даже вышел слегка вразвалочку, чувствую себя подростком.

В карман с клапаном уютно поместился отмотавший ему руки бирюзовый пакетик. И его кроссовки на голых волосатых ногах смотрелись даже не сильно вызывающе.

Он нарезал уже по паре кругов по обоим этажам, но первым, на кого он наткнулся стал Влад Назаров. В гордом одиночестве он ощупывал мягкие игрушки как повядшие овощи на рынке. С таким же брезгливым лицом.

Кайрат спрятался за стеллажом, наблюдая за ним. Когда удивление на его лице сменилось плотоядным интересом, Кайрат тоже увидел её.

 Оксанка так мило косолапила, выставив вперёд свой живот. И так забавно морщила нос, прижимая к себе нарядных кукол. Он даже решил, что она ждёт девочку. Но вдруг она резко сменила направление и Кайрат едва не столкнулся с пятившимся как рак Назаровым, догоняя девушку по параллельным рядам.

Она вцепилась в белую кроватку, и он готов был душу дьяволу продать за то выражение лица, с которым она гладила её затянутые тканью боковины. Кроватка качнулась в её руках, приделанная сверху игрушка тренькнула весёлой мелодией, а Кайрат едва успел присесть, делая вид, что очень интересуется закрытыми коробками на нижней полке, когда к ней подошёл отец. А ещё он видел дорогие туфли Назарова, застывшие рядом, и безликие заводские коробки показались ему даже интереснее, чем прежде.

Это было смешно, и глупо, и анекдотично, как два взрослых мужика в детском магазине прячутся от беременной женщины, и Кайрат даже улыбнулся и с облегчением выдохнул, когда Назаров, не заметив его, наконец, ушёл.

Улыбался он и когда слушал, как Оксанка говорила маме, что рисунок с котиками и для девочек, и для мальчиков подойдёт. И даже прикрылся какой-то книжкой- пищалкой, потому что вслух рассмеялся, когда она сказала, что ошибки быть не может, и доктор на УЗИ назвала то, что бывает только у мальчиков, «дудочка».

Он так жалел, что его не было рядом. Он так боялся, что она слишком быстро уйдёт. Он готов был целый день ползать хоть под стеллажами, лишь бы слышать её голос, видеть её счастливую улыбку, прикасаться к вещам, которые она только что брала в руки.

Это было безумие. И он был счастлив чувствовать себя безумным, лишь бы быть частью её жизни. Пусть незаметно, пусть призраком, но быть рядом с ней.

То, что Оксанка сказала про Назарова, знакомя его с родителями, повергло его в шок. Он даже застыл истуканом, желая убить взглядом этого урода, и чуть не попался ей на глаза. Её слова, сказанные маме почти на ухо, потонули в общем шуме, но то как его девочка разговаривала с Назаровым ему определённо

понравилось.

А этот упырь реально начинал действовать ему на нервы. И то, что он ушёл вместе с ними, таща упаковку с новенькой коляской, давало Кайрату полные основания заняться им вплотную. Если у Назарова и есть на Оксанку какие-то планы, то Кайрат ни за что не позволит им сбыться. И пока у него нет задачи важнее, чем

защитить её от этого ублюдка.

Он купил кроватку, которая ей так понравилась. Оформил доставку и зашёл в ближайший салон связи восстановить свою сим-карту.

Как много сможет выудить Роберта из его старого аппарата тоже его слегка беспокоило. И этой недожаренной простипомой он тоже плотно займётся.

— Ангелина, — позвонил он своей палочке-выручалочке, едва зарядился его новый телефон. — Привет! Прости, если не вовремя.

— Всё нормально, Кайрат! Рада тебя слышать, — как всегда ровный и заботливый голос Ангелины приятно разливался родным теплом в груди.

— Ты не могла бы уделить мне немного своего драгоценного времени?

— К чему эти расшаркивания, Кай? Говори, куда подъехать.

Он осмотрелся по сторонам. На шумной улице через дорогу от салона связи висела вывеска грузинского ресторана.

— Давай в «Сациви». Сейчас. И, буду тебе благодарен, если парня своего тоже прихватишь.

— О, он будет рад! Отлично! До встречи!

Совершенно безликим местом оказался этот ресторан. Если бы не бурка с папахой, стоявшие у входа, да не меню с грузинскими блюдами, то больше никакого национального колорита в нём и не ощущалось.

Бежевые стены, круглые столы с цветастыми скатертями, больше похожими на диванную обивку, и скромные стандартные мягкие стулья. В конференц-зале «Снежной королевы» стояли такие же.

Предстоявшая встреча с Ангелиной всколыхнула воспоминания о его прежней жизни. Казалось, это было так давно, а ведь прошло всего пара месяцев.

— Я надеюсь, ты решил вернуться, — плюхнулась Ангелина на стул, пока они с Лёхой пожимали друг другу руки.

— Неужели устала? — улыбнулся Кайрат, перекладывая на другое место свою тинэйджерскую кепку.

— До чёртиков. Хотя всё вроде работает, и более-менее стабильно, но то одно случится, то другое. В-общем, Кай, я скучала, — покосилась она на Алексея.

— Я ничего не слышал, — улыбнулся парень.

— Тогда я повторю. Кайрат, я готова выполнять любые твои поручения днём и ночью, только возвращайся, а?

— Кайрат, не слушай её, — вставил Лёха, разглядывая меню. — Она бессовестно врёт. Ни на какие ночные поручения никто её не отпустит.

— И этот никто, наверно, сейчас получит по шее за то, что портит мой тщательно составленный план как вернуть себе своё тихое и высокооплачиваемое местечко.

— Рискую тебя разочаровать, но мне тут временно не до работы.

— Да, выглядишь так, как будто с тюрьмы сбежал. Худой, заросший, грязный, со следами от наручников, — заметил Алексей из-за меню.

Кайрат посмотрел на запястья. Кроме измочаленной фенечки на одном из них, там действительно остались синяки, которые лягут ещё одним отягчающим обстоятельством в копилку его претензий Роберте.

— Испугаетесь помочь беглому каторжнику? — скосил на него глаза Кайрат.

— Скорее сочту за честь потягаться с Интерполом, — отложил папку с ламинированными фотографиями еды Алексей. — Хоть это и не моя специализация.

— Подозреваю, что в твоей гостинице отключили горячую воду, а это, — Ангелина показала на его запястья и махнула рукой. — Каждый снимает стресс по-своему.

— Я же надеюсь, ты уже разобрался что среди этого съедобно и что-нибудь заказал? — покосился Алексей на меню.

— Обижаешь. Конечно! Я и сам забыл, когда последний раз ел.

— Говорят, в сомалийской тюрьме неважно кормят, — лыбился Лёха. —Последние сведения о тебе гласили, что ты плывёшь куда-то на круизном лайнере. Подозреваю, что его захватили сомалийские пираты, или ты сам организовал их нападение.

— И поскольку он может стебаться часами, — перебила своего парня Ангелина. —Предлагаю закончить этот обмен любезностями и перейти уже к делу. — На пост исполнительного директора ты возвращаться пока не планируешь, я правильно поняла?

— Да, и единственное, что меня сейчас действительно беспокоит — это Владик Назаров, который трётся возле моей девушки. Подозреваю, что он приложил руку к тому, что мне дали от ворот поворот.

— Как? — искренне удивилась Ангелина. — Последний раз, когда мы её видели, она была так счастлива.

— И у неё на пальце был вот такенный бриллиант, — показал Лёха.

Кайрат полез в карман и достал оттуда пакетик. Вытряс из него коробочку, и вместес ней на стол упал свёрнутый лист. Он открыл коробочку.

— Этот?

— Очень похож, — неопределённо мотнул головой Лёха.

— Я посмотрю? — протянула руку к кольцу Ангелина.

— Конечно, — кивнул Кайрат, развернул лист и тут же свернул его обратно.

«Сука! Сука, сука, сука!» — единственное слово отбойным молотком застучало у него в мозгу.

Он стиснул зубы и развернул бумагу снова.

Распечатанная фотография. Даже с датой. Его лица не видно, зато прекрасно видна его голая задница с татуировкой и изгибающаяся на нём Роберта. А ещё там были флажки с буквами «...PY BIRT...», видневшиеся в открытую дверь спальни, средняя часть от надписи «HAPPY BIRTHDAY». С Днём рождения! Да, шикарное вышло поздравление. И фотография эта явно была постановочной. Не вытяни Роб ноги вдоль его тела и татуировку не было бы видно. Но она вытянула, она поднялась на руках и выгнулась, чтобы её профиль тоже попал в кадр. А он в это время просто смотрел свои галлюциногенные сны, даже не подозревая, что его снимают.

— И вот этой девушкой тоже надо очень плотно заняться, — выдохнув, протянул Кайрат лист Алексею.

— Кажется, я понимаю, почему тебе вернули кольцо, — посмотрела на бумагуАнгелина и вернула её. — Красивая татуировка. Значит, Роб?

И Кайрат рассказал всё, что ему было известно.

Как бы ему тошно не было, а ему нужна команда. И, к счастью, она у него была. Умеющая молчать, всё понимающая с полуслова и не задающая лишних вопросов команда, проверенная и надёжная.

— Начнём с самого начала. С детского дома, — предложила Ангелина, отодвигая от себя пустую тарелку. — И на Роб я подключаю Таню.

— Кстати, у Данки с Пашкой свадьба через две недели, — напомнил Лёшка, ковыряясь в зубах зубочисткой. — Что с личной охраной Оксанки?

— Этим я пока займусь сам, только нужно кого-то к ней в офис пристроить. Я присмотрюсь, тебе скажу. И с Данкой поговорю сам.

Кайрат проглотил всё, что приносили, как утка, не замечая, что ест, и теперь тяжело отвалился на спинку стула, чувствуя, что переел.

— Эти батумские пончики с мёдом явно были лишние, — Ангелина тоже приложила руку к животу. — А жить где будешь?

— В гостинице, где же ещё, — пожал плечами Кайрат. — Или квартиру какую-нибудь сниму. Найду что-нибудь с уборкой.

— Если что, твоя квартира в офисе тебя по-прежнему ждёт. Я даже кабинет твой не занимала.

— Спасибо, но думаю, я только вещи свои заберу. Не хочу возвращаться в прежнюю жизнь.

— Да, сеньор Альварес, — улыбнулся Лёха. — Вам определённо нужно думать о новой.

Найти нужную квартиру в центре с личным местом на парковке, уборкой и даже парой тренажёров не составило труда. Такие квартиры обычно сдавали посуточно, но Кайрат заплатил за месяц вперёд, и хозяин разве что ножки не бросился ему целовать за такие-то деньги, и даже любезно предложил автомобиль бизнес-класса в аренду по вдвое завышенной цене. Кайрат посмеялся над пронырливым толстяком и машину купил. Обошлось ненамного дороже.

Больше всего ему понравилась близость городского парка. В понедельник с утра он забил небольшой кружок по ещё не обсохшей от росы траве и к половине девятого уже сидел в тонированном джипе у здания «Золушки», боясь пропустить перед работой свою ответственную девочку. Он был уверен, что приходит она заранее, но насколько?

Он перетряс весь интернет в поисках информации о Назарове. И почти ничего интересного не нашёл, но ту информацию, что ему была нужна давала каждая вторая ссылка. Имена и фамилии его жён и их бывших мужей. С одним он был знаком лично, о втором слышал, третьего знал, как найти.

Страничку Роберты Купер Кайрат тоже нашёл без труда. Кроме этой душевной фотографии с его дня рождения, что была вложена в пакет с кольцом, он увидел там ещё много себя, и ещё больше себя рядом с Робертой. И даже рассмеялся, найдя у неё в подписчиках Влада Назарова. Сомнений в том, что Назаров Оксаной бессовестно манипулирует, почти не осталось. Назаров как всегда играл грязно, лез напролом и пользовался своим умением очаровывать как щитом. Его подводила излишняя самоуверенность и безнаказанность, но всё всегда сходило с рук. Он умел так искренне каяться, что ему и это прощали. Ладно, бить он его уже бил, в этот раз Кайрат поступит иначе.

Сначала он увидел Оксану, а потом услышал, как хлопнула дверь Лэнд Ровера, припарковавшегося неподалёку. И, конечно, Влад Назаров собственной персоной снова направлялся к его девушке.

Она злилась, Назаров отступал, а Кайрат улыбался. Пусть она считала Кайрата предателем, но и Назарову без боя эту крепость не взять. Он зло пнул колесо машины и уехал. А Кайрат надел свою бейсболку с буквами «NY» и отправился за девушкой, которую никому не собирался уступать.

С пакетом службы экспресс-доставки в руках и в потёртых джинсах он походил на курьера и лишнего внимания не привлекал. На его счастье наполовину прозрачные перегородки в офисах давали возможность если не слышать, то видеть всё происходящее внутри. Пристроившись наискосок от нужного ему кабинета, Кайрат видел, что какая-то жирная стервь чем-то расстроила Оксанку. Эта сразу не понравившаяся ему барышня выскочила из кабинета, стуча каблуками, и Кайрат едва успел отвернуться, когда следом за ней вышла и Оксана.

Ему казалось её взгляд жжёт ему спину, но он не ускорил шаг. Он спокойно дошёл до лестницы, прислушиваясь куда ведут стучащие каблуки, повернул и пробежав два пролёта вверх, вышел на крышу, которую использовали сотрудники как место для курения. И перед началом рабочего дня там было достаточно многолюдно.

Стервь не стала закуривать, она достала телефон и пристроившись у пожарной лестницы, кому-то звонила.

— Привет! Ты чо опаздываешь? — возмущалась она в телефон. — Да, нормально я, не на взводе. Наоборот... Бабу эту Назаровскую щаз уела...

Кайрат оглянулся. Скинуть бы её с крыши, да народу многовато. Он развернулся к ней спиной, подперев плечом кирпичную стену. Её и так было прекрасно слышно, она орала как потерпевшая.

— Да, мне срать, что она беременная! Она же от Назарова беременна... Пусть разродится раньше времени. Плевать...

Кайрат оглянулся, посмотрел на её плоский затылок. Что?

— В смысле, откуда я знаю? Да он при мне её по животу гладил и спрашивал, как там их малыш. И Светка с фасовки их вместе в консультации видела. На УЗИ они ходили.

Кайрату словно ударили под дых. «Сын Назарова?! Нет, нет, нет, нет!» Но девушка добивала, расхаживая с телефоном туда-сюда.

— Катя, не начинай! Что мне Назаров сделает? С работы выкинет? Да я там только из-за него и работаю. Опять же быстрее разродится, быстрее свалит, мне только на руку. И так крыса припёрлась, ни слова, ни полслова, что животу неё вон чей. Я её ещё жалела, как дура, типа были слухи, что парень её бросил. На другой чуть не женился. А он оказывается вон какой, парень-то. Мой, бл...

«Назаров, живот, женился...» — Кайрат слышал всё это словно сквозь вату. Как? Почему? О, боже...

Он спустился по стене на пол и прикрыл рукой лицо. И воображение рисовало ему картину, где напряжённые ягодицы Назарова между женских раздвинутых ног. И ему было страшно, что эта камера, что снимает их со спины развернётся и он увидит лицо этой девушки.

«Нет, нет, нет, нет!» — он гнал от себя это кино.

— Слышь, у тебя закурить не найдётся?

Он убрал руку от лица. Противная девушка обращалась к нему.

— Что?

— Закурить, говорю, не будет?

— Не курю, — отрицательно покачал он головой.

— Ладно, — она с недовольным видом пошла дальше, видимо, стрельнуть сигаретку у других сотрудников.

Как? Когда? Почему? За что?

Крыша уже опустела, а у него в голове всё гудели эти вопросы, на которые он не знал ответов. Это оказалось намного сложнее, чем он думал. Бороться за свою любовь, за свою девушку — это одно, но с родным отцом ребёнка — за ребёнка, это не укладывалось у него в голове. И почему она ничего ему не сказала?

А если размолвка с Назаровым у них временная? Но если Оксанка уже выбрала Назарова, то зачем надела кольцо Кайрата? Правда, потом сняла и вернула. Да, ей больно, обидно, она считает его предателем, и Назаров воспользовался этим. А может, она решила выйти замуж за настоящего отца? Или он шантажирует её ребёнком, грозится забрать?

Что-то было в этом неправильное, и Кайрат никак не мог уловить что.

Пчелиный рой у него в голове не просто гудел, он жалил. И боль не давала возможности рассуждать трезво.

К чёрту всё! Он ни секунды не верил в то, что она его разлюбила. Его просто слишком часто не было рядом. Но он это исправит. Он вернёт её любовь, а потом они вместе решат, что со всем этим делать.

Он встал и пошёл прочь с крыши.

Ничто и никогда не давалось ему легко.