Воспоминания. Часть 33. Планы на вечер
Пятничное совещание закончилось значительно позже, чем предполагалось, но, судя по настроению Кирилла, потраченное время того стоило.
Пилотный проект показал результаты даже лучше предварительных прогнозов. Нам удалось выявить несколько участков, на которых компания теряла деньги из-за неэффективной организации процессов, предложить изменения и подтвердить их результативность на практике. Финансовый директор, поначалу относившийся к моим расчётам с заметным скепсисом, теперь сам приводил цифры в подтверждение того, что второй этап следует запускать без промедления.
Кирилл был откровенно доволен. Он сидел во главе длинного стола, внимательно слушал доклады сотрудников, время от времени задавал уточняющие вопросы и даже позволял себе шутить, чего на прежних совещаниях я за ним почти не замечала. Несколько раз наши взгляды встречались, и тогда в его глазах появлялось выражение, которое уже трудно было объяснить исключительно профессиональным интересом.
После шахматного вечера между нами словно протянулась невидимая нить. Мы продолжали разговаривать о работе, обсуждать расчёты и обмениваться замечаниями, однако за самыми обыкновенными словами теперь скрывалось воспоминание о поцелуе, который ни один из нас не решался упомянуть прямо. Впрочем, Кирилл, кажется, уже начал получать удовольствие от этой неопределённости.
- Что ж, коллеги, - произнёс он, когда обсуждение подошло к концу, - должен признать, результат меня приятно удивил. Особенно если вспомнить, сколько сомнений у нас было в самом начале.
Он посмотрел на финансового директора, и тот усмехнулся, признавая справедливость замечания.
- Я по-прежнему считаю первоначальные прогнозы слишком оптимистичными, - ответил мужчина. - Но фактические показатели спорить с собой не позволяют.
- Вот именно поэтому я предпочитаю цифры предположениям, - заключил Кирилл, закрывая папку. - Анна, отличная работа. Думаю, теперь можно переходить к подготовке следующего этапа.
- Спасибо, - ответила я. - Хотя впереди ещё достаточно сложностей.
- Ты неисправима, - заметил он с улыбкой. - Даже когда всё складывается хорошо, обязательно находишь повод напомнить о проблемах.
- Кто-то ведь должен сохранять трезвую голову.
Кирилл рассмеялся, а я заметила, как Макс, сидевший ближе к противоположному концу стола, поднял на нас глаза. Петров почти не участвовал в обсуждении финансовых результатов, ограничившись несколькими вопросами относительно порядка предоставления данных. Однако я прекрасно понимала, что его молчание не означало отсутствия интереса. Он наблюдал за нами с Кириллом, и после недавнего разговора возле лифтов это внимание стало особенно заметным. Впрочем, сегодня я не собиралась давать ему новых поводов для подозрений.
Когда сотрудники начали расходиться, Кирилл попросил меня задержаться на несколько минут, чтобы уточнить отдельные детали предстоящей работы. Мы перешли в его кабинет, где ещё около часа обсуждали сроки, распределение обязанностей и перечень материалов, которые предстояло подготовить к следующей неделе.
За окнами постепенно темнело. Сумерки медленно поглощали деловой квартал, превращая стеклянные фасады соседних зданий в огромные зеркала, испещрённые отражениями городских огней.
К концу разговора я окончательно устала от цифр.
- На сегодня, пожалуй, хватит, - произнесла я, закрывая ноутбук. - Если мы продолжим в том же духе, к понедельнику я начну разговаривать исключительно финансовыми показателями.
Кирилл откинулся в кресле и с улыбкой посмотрел на меня.
- А мне казалось, ты получаешь от этого удовольствие.
- Получаю, когда успеваю хотя бы иногда заниматься чем-нибудь другим.
- Например?
Я подняла на него глаза.
- Например, отдыхать - гулять, слушать музыку или хотя бы ужинать не на бегу. Представляешь, Кирилл, у людей бывают и такие интересы.
Он рассмеялся, провёл ладонью по лицу и посмотрел на часы.
- Знаешь, а ведь ты права. Я сегодня с восьми утра здесь торчу и, кажется, уже начинаю ненавидеть собственный кабинет.
- Тогда самое время отправиться домой. - я убрала документы в сумку и поднялась, но Кирилл не спешил вставать.
- А если мне не хочется домой? - неожиданно спросил он.
Я остановилась.
- Тогда, полагаю, этот город предлагает достаточно возможностей.
Он некоторое время смотрел на меня, словно обдумывая мысль, только что пришедшую ему в голову.
- Анна, а какие у тебя планы на сегодняшний вечер?
Вопрос прозвучал почти небрежно, но я заметила, как изменилось выражение его лица. Он ждал, что я скажу.
- Пока ничего определённого. - ответила я. - А что?
- Может, куда-нибудь выберемся? - предложил Кирилл. - Выпьем по бокалу, послушаем музыку. Отметим успешное завершение первого этапа.
Я чуть склонила голову.
- Вдвоём?
- А ты предлагаешь пригласить весь финансовый отдел?
- Боюсь, тогда нам придётся продолжить обсуждение проекта. – я рассмеялась и закрыла лицо руками.
- Вот именно, - согласился он, поднимаясь. - Поэтому предлагаю обойтись без коллег, отчётов и разговоров о работе.
Приглашение было неожиданным лишь отчасти. После шахмат Кирилл всё настойчивее искал возможности остаться со мной наедине, и сегодняшний успех проекта давал ему вполне благопристойный повод продлить наше общение за пределами офиса. Но мне было даже любопытно, насколько далеко он готов зайти.
- А Нина? - спросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал естественно.
Улыбка на его лице слегка померкла.
- Нина сегодня с мальчиками. У них какие-то планы на выходные, - ответил Кирилл после короткой паузы, будто сам он не имел к их планам никакого отношения. - Я предупрежу, что задержусь.
Он произнёс это так просто, словно речь шла об очередной рабочей встрече, и я почувствовала знакомое неприятное движение где-то под рёбрами. Когда-то он точно так же находил объяснения невозможности наших встреч, только теперь женщиной, ради которой придумывались эти объяснения, становилась я.
- Ну так что? - спросил Кирилл, заметив моё молчание. - Составишь компанию?
Я позволила себе улыбнуться.
- Знаешь, есть один бар на Покровке. Там совершенно особенная атмосфера - хорошая музыка, контингент, правда, специфический, но по пятницам там танцы.
- Танцы? - переспросил он с неподдельным удивлением.
- Представь себе. Некоторые люди ещё помнят, что танцевать можно не только на корпоративе.
Кирилл рассмеялся.
- А ты умеешь танцевать?
- Возможно, - ответила я, застёгивая сумку. - Но тебе придётся убедиться в этом лично.
Он посмотрел на меня с таким откровенным интересом, что я почти пожалела о собственной реплике.
- Что ж, - произнёс Кирилл, - тогда поехали, пока ты не передумала.
В тесном баре на Покровке было многолюдно. Пятничный вечер вытолкнул москвичей из офисов, квартир и бесконечных автомобильных пробок на улицы центра внутри Садового, где уже светились вывески ресторанов, шумели компании возле входов в бары и пахло влажным асфальтом, табачным дымом и едой из открытых дверей небольших заведений.
Машину пришлось оставить на парковке в переулках Хохловки, как только нашлось место.
- Завтра заберу, - небрежно бросил Шахов, коснувшись дверной ручки большим пальцем. Сигнализация щелкнула, закрывая авто.
Последние несколько сотен метров мы прошли пешком. Кирилл снял галстук ещё в автомобиле, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и теперь выглядел заметно моложе, чем несколько часов назад за столом переговоров. Он шёл рядом, время от времени придерживая меня под локоть, когда мы обходили прохожих, и рассказывал какую-то забавную историю о неудачной поездке на переговоры. Я слушала, улыбалась и ловила себя на странном ощущении, будто мы действительно просто двое знакомых, решивших провести вместе вечер после трудной рабочей недели. Будто не было ни Халида, ни всей прошлой жизни, ни тщательно выстроенной легенды и никогда не существовало.
В баре царил полумрак, а над столами плыл густой гул плыл из голосов и музыки, которая ощущалась внутри ещё до того, как мы спустились по нескольким ступеням в основной зал. Под потолком тянулись старые деревянные балки, вдоль стен стояли небольшие столики, а возле дальней стены несколько пар уже танцевали под знакомую попсовую мелодию. Свет ламп отражался в бутылках за стойкой, окрашивая пространство в тёплые янтарные оттенки.
- Неплохо, - оценил Кирилл, оглядываясь. - Не ожидал от тебя такого выбора.
- А чего ты ожидал?
- Чего-нибудь более строгого и изысканного. Ресторана с белыми скатертями, например.
Я сняла пальто и небрежно перекинула его через спинку стула у крошечного столика на двоих.
- Кирилл, ты ведь не думаешь, что я сплю в деловом костюме и по выходным только тем и занимаюсь, что изучаю бухгалтерскую отчётность?
Он рассмеялся.
- После сегодняшнего совещания уже ни в чём не уверен.
Столик наш находился в самом дальнем углу, у стены, но отсюда хорошо просматривались танцующие. Кирилл заказал виски, я выбрала коктейль, и первые полчаса мы разговаривали обо всём, кроме работы. Вернее, он старательно пытался не возвращаться к делам, хотя несколько раз всё-таки начинал рассказывать о компании, после чего сам себя останавливал.
- Всё, - заявил Кирилл после очередного такого случая. - Запрещаю себе произносить слово «проект» до понедельника.
- Поддерживаю, - согласилась я. - И предлагаю штрафовать тебя за каждое нарушение.
- Чем?
- Пока не придумала.
Он посмотрел на меня поверх бокала.
- С желаниями у тебя обычно всё получается довольно неожиданно.
Я почувствовала, как сердце на мгновение сбилось с привычного ритма и унеслось вскачь.
- Ты всё ещё переживаешь из-за проигранной партии? - спросила я, стараясь придать голосу насмешливую лёгкость.
- Из-за партии? Нет.
- Тогда из-за чего?
Кирилл поставил бокал на стол и некоторое время смотрел на меня со знакомой усмешкой, которую я уже начинала узнавать.
- Думаю, ты сама прекрасно понимаешь.
Я перевела взгляд на танцующим.
- Мне кажется, ты слишком много думаешь о шахматах.
- А мне кажется, слишком мало, - возразил он негромко.
Музыка сменилась, и несколько человек поднялись из-за соседних столиков, направляясь к свободному пространству перед небольшой сценой. Я сделала глоток апероля, надеясь, что прохладный, чуть горьковатый напиток поможет справиться с внезапным волнением. Не помог. Кирилл сидел напротив, расслабленный, довольный удачным днём, и смотрел на меня так, как когда-то смотрел мужчина, которого я любила – с довольством хищного зверя, что лучшая самка в прайде находилась рядом именно с ним. Только теперь я знала цену этому взгляду. И всё же не могла отрицать, что он по-прежнему действовал на меня.
- Потанцуем? - неожиданно предложила я, кивнув в сторону зала.
Кирилл удивлённо поднял брови.
- Ты серьёзно собралась танцевать?
- Абсолютно. Или ты умеешь двигать только шахматные фигуры? – поддразнила я Шахова.
Он рассмеялся, поднялся и протянул мне руку.
- После такого вызова я просто не имею права отказываться.
Музыка была достаточно громкой, чтобы не приходилось поддерживать разговор, и достаточно ритмичной, чтобы вскоре забыть о людях вокруг. Сначала мы танцевали на небольшом расстоянии друг от друга, посмеиваясь над тем, как Кирилл пытался приспособиться к непривычному для него ритму. Он действительно давно не выбирался в подобные места и поначалу двигался несколько скованно, словно опасался выглядеть нелепо. Но постепенно напряжение исчезло. Я видела, как он расслабляется, как меняется выражение его лица, как привычная сдержанность уступает место почти мальчишескому азарту. Он поймал мою руку, развернул меня в такт музыке, и я рассмеялась, едва не столкнувшись с танцующей рядом девушкой.
- Осторожнее! - крикнула я, стараясь перекрыть музыку.
- Ты сама меня сюда привела! - ответил Кирилл, тоже смеясь.
Следующая композиция оказалась медленнее. Люди вокруг постепенно сблизились, и Кирилл, уже не спрашивая разрешения, положил ладонь мне на талию. Я могла отстраниться и уйти обратно за столик, но вместо этого позволила ему притянуть меня немного ближе. Под тонкой тканью блузки чувствовалось тепло его руки, а знакомый запах парфюма смешивался с ароматом виски и едва уловимым табачным дымом, проникавшим в зал всякий раз, когда открывалась входная дверь. Мы двигались почти не разговаривая. Кирилл смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах уже не было прежней осторожности.
- Знаешь, - произнёс он, наклонившись к моему уху, - ты сегодня совершенно другая.
- Разве?
- В офисе ты постоянно держишь дистанцию.
Я чуть отстранилась и приподняла лицо, чтобы взглянуть ему в глаза.
- А сейчас?
Он провёл ладонью по моей спине, останавливая её на талии.
- Сейчас мне кажется, что её почти нет.
Я улыбнулась, хотя от его слов внутри что-то болезненно сжалось.
Когда-то Кирилл тоже умел говорить подобные вещи, и я принимала их за доказательство исключительной близости. Мне казалось, что только рядом со мной он становится настоящим, избавляется от деловой жёсткости и позволяет себе быть просто мужчиной, которому хочется любить и быть любимым. Теперь я знала, насколько обманчивым бывает это ощущение. Возможно, почти наверняка, он был искренне уверен в том, что говорил и думал сейчас, но я хорошенько выучила, что Шахов может быть абсолютно любым, если дело касается достижения нужной ему цели.
- Может быть, тебе просто нравится музыка, - ответила я.
- Музыка мне действительно нравится, - согласился он. - Но дело не в ней.
Его пальцы чуть сильнее сжались на моей талии. Я снова подняла на него глаза и неожиданно поняла, что Кирилл собирается меня поцеловать. Не когда-нибудь потом, а сейчас, посреди полутёмного зала, среди чужих людей, которым не было никакого дела до того, что происходит между нами.