Глава 6. Четверо
Халид поднимается из-за стола не сразу. Сначала он смотрит на меня, слегка щурясь, словно пытаясь понять, почему я появилась в его кабинете вместо того, чтобы находиться на благотворительном вечере, затем переводит взгляд на Кирилла, и выражение его лица меняется настолько стремительно, что я едва успеваю уловить промелькнувшее в глазах удивление. Впрочем, он почти мгновенно берёт себя в руки.
- Шахов? - произносит Халид, медленно поднимаясь. - Какая неожиданная встреча.
Кирилл останавливается рядом со мной, и я чувствую, насколько он напряжён. Несколько минут назад в лифте он узнал, что женщина, которую называл Анной Власовой, на самом деле Арина Соколова, исчезнувшая из его жизни пять лет назад. А теперь перед ним оказывается ещё один человек из прошлого, появление которого никак не укладывается в события сегодняшнего вечера.
- Халид? - Кирилл недоверчиво смотрит на хозяина кабинета. - Ты-то здесь откуда?
- Пожалуй, это я должен задать тебе такой вопрос, - отвечает тот, выходя из-за стола. - Всё-таки ты находишься в моём офисе.
Я замечаю, как Кирилл поворачивает ко мне голову.
- В твоём? - переспрашивает он, снова глядя на Халида.
- Представь себе, хотя признаюсь, я совершенно не ожидал увидеть тебя сегодня.
Халид произносит последние слова с подчёркнутой любезностью, однако я слишком хорошо знаю его, чтобы не заметить напряжения, скрывающегося за этой улыбкой. Он смотрит на меня, ожидая объяснений, и, вероятно, уже пытается сообразить, каким образом появление Шахова может вписаться в план, который мы обсуждали ещё несколько часов назад.
- Анна, дорогая, - обращается он ко мне, - ты не хочешь объяснить, что происходит?
Я прохожу к переговорному столу, который стоит торцом к столу Халида, кладу на спинку стула жакет и только после этого поворачиваюсь к мужчинам.
- Мне показалось, что вам необходимо встретиться.
Кирилл издаёт короткий смешок, в котором нет ничего весёлого.
- Необходимо? Арин, ты сейчас серьёзно?
При звуке моего настоящего имени Халид едва заметно вздрагивает. Он не сводит с меня глаз, и я понимаю, что он уже догадался: я раскрыла Кириллу свою личность. Именно это я и обещала ему в последнем сообщении, поэтому сам по себе факт узнавания не должен его удивлять. Но он явно не рассчитывал, что после этого я приведу Шахова сюда.
- Арина? - медленно повторяет Халид, словно пробуя имя на вкус. – Уже успела рассказать ему правду?
- Да, - отвечаю твердо, - мне кажется, дальше скрывать правду бессмысленно.
- И поэтому привезла его ко мне?
- А почему бы и нет? Вы ведь знакомы гораздо дольше, чем я предполагала.
Халид слегка прищуривается. Кирилл переводит растерянный взгляд с него на меня.
- Так, подождите. Я, кажется, окончательно перестал что-либо понимать. Вы знакомы?
- Достаточно давно, - отвечает Халид прежде, чем я успеваю открыть рот. - Анна работает на меня.
- Работает? - Кирилл поворачивается ко мне всем корпусом. - И давно?
- Пять лет, - спокойно говорю я.
Шахов отступает на шаг, словно эти слова причиняют ему почти физическую боль.
- Пять лет...
Я вижу, как он пытается осмыслить услышанное, и понимаю, что сейчас ему приходится заново пересматривать не только этот месяц нашего знакомства, но и всё, что когда-то произошло после нашего расставания.
- Значит, когда ты исчезла... - начинает Кирилл, но замолкает, бросив быстрый взгляд на Халида. - Ты стала работать на него?
- Я познакомилась с Халидом в тот самый день, - отвечаю я. - Он помог мне начать новую жизнь.
- Вот как, - произносит Кирилл.
В его голосе появляется неприятная жёсткость, и я почти физически ощущаю, как он пытается вернуть себе привычное самообладание. Впрочем, после всего, что он узнал за последние минуты, это даётся ему с трудом.
- И что же, Халид, - спрашивает он, поворачиваясь к хозяину кабинета, - ты знал, кто она такая?
- Разумеется, - отвечает тот после короткой паузы.
Кирилл медленно кивает.
- Замечательно! Просто замечательно… - он отворачивается к окну, за которым, как на ладони, раскинулась вечерняя Москва. Огни машин далеко внизу складываются в тонкие светящиеся нити, а отражения соседних башен теряются в тёмных стёклах.
Я не мешаю ему. Халид тем временем подходит ко мне.
- Анна, - произносит он негромко, так, чтобы Кирилл не услышал, - я хотел бы поговорить с тобой наедине.
- Думаю, это уже необязательно.
- Ты понимаешь, что делаешь? – цедит он, едва сдерживаясь от ярости.
Я поворачиваюсь к нему.
- Впервые за долгое время - да.
Его лицо остаётся почти неподвижным, однако в глазах появляется холод, который я слишком хорошо помню. Именно таким взглядом он встречал мои ошибки во время обучения, когда считал, что я позволила эмоциям вмешаться в расчёт.
- Ты обещала мне совсем другое, - напоминает он.
- Я помню.
- Тогда объясни, почему Шахов стоит в моём кабинете, а не пытается спасти свою репутацию?
Я смотрю на него с невольным сожалением. Даже сейчас, когда человек, которому он собирался отомстить, находится всего в нескольких шагах, Халид продолжает думать исключительно о результате своего замысла.
- Потому что я решила закончить дело иначе, - отвечаю я. – Я передумала.
Он несколько секунд смотрит на меня, не веря услышанному.
- Передумала?
- Да, такое иногда случается, Халид.
- Анна...
- Пожалуйста, давай не сейчас. - я произношу это достаточно твёрдо, чтобы он понял: привычным тоном наставника добиться от меня повиновения уже не получится.
Кирилл оборачивается.
- Может, вы всё-таки объясните мне, что здесь происходит? - спрашивает он, переводя взгляд с меня на Халида. - Потому что я начинаю подозревать, что оказался участником какого-то спектакля, о котором знают все, кроме меня.
- Не все, - отвечаю я.
И в этот момент телефон в моей сумочке коротко вибрирует. Я достаю его, читаю сообщение и быстро набираю ответ:
«Поднимайся на двадцать четвёртый этаж. Скажи, что пришла к Анне. Тебя проводят».
Отправив сообщение, убираю телефон обратно.Халид наблюдает за мной с плохо скрываемым раздражением.
- У тебя сегодня, я смотрю, чрезвычайно насыщенный вечер.
- Да, - соглашаюсь я. - И он ещё не закончился.
Кирилл подходит ближе.
- Арина, я хочу получить ответы. Сейчас. Не завтра, не через неделю и не тогда, когда ты решишь, что пришло подходящее время.
Я смотрю на него и замечаю, что за гневом, которым он пытается прикрыться, по-прежнему скрывается потрясение. В лифте он успел задать вопрос о Лии, и теперь, кажется, каждое новое обстоятельство лишь усиливает его растерянность.
- Я знаю, Кирилл.
- Тогда ответь хотя бы на то, о чем я спросил тебя в лифте.
Я чувствую, как внутри болезненно сжимается сердце. Халид внимательно прислушивается.
- О чём речь? - интересуется он.
- Это касается только нас, - отвечаю я, не отводя взгляда от Кирилла.
- Только вас? - Халид усмехается. - Дорогая, боюсь, сегодня многое касается всех нас.
Я медленно поворачиваю к нему голову.
- Ты даже не представляешь, насколько прав.
На несколько секунд в кабинете воцаряется тишина. Халид смотрит на меня с нарастающим подозрением, Кирилл явно готов снова потребовать объяснений, а я вдруг с удивительной ясностью понимаю, насколько странно выглядит наша встреча.
Двое взрослых, успешных мужчин, каждый из которых привык распоряжаться чужими судьбами, стоят друг напротив друга и совершенно не понимают, что происходит. Один когда-то решил за меня, какой должна быть моя жизнь, другой несколько лет готовил месть человеку, которого считал виновником собственного несчастья. И оба, каждый по-своему, были уверены, что имеют на это право.
- Знаешь, Кирилл, - произносит наконец Халид, возвращаясь к своему столу, - я действительно знаком с тобой очень давно. Насколько помню, мы даже были друзьями. По крайней мере, я тогда считал тебя другом.
- Мы вместе учились, - сухо отвечает Кирилл. – Но, если честно, я не понимаю, какое отношение наши университетские годы имеют к происходящему.
- Самое непосредственное, - говорю я.
Халид резко поворачивается ко мне.
- Анна!
В его голосе впервые звучит настоящее предупреждение. Я выдерживаю его взгляд и отвечаю холодно:
- Разве я сказала что-то неправильное?
Он молчит, и я вижу, как он силится понять, что именно мне известно. Я смотрю на Халида, понимая, что все эти годы он пытался наказать не столько Кирилла, сколько собственное прошлое, с которым так и не сумел примириться.
- Вы ведь учились на юридическом факультете РУДН, - продолжаю я. - Давно это было? Лет двадцать назад?
Кирилл недоумённо смотрит на меня.
- Примерно, а что?
- Ничего. Просто удивительно, как иногда прошлое продолжает влиять на настоящее, даже когда нам кажется, что мы давно о нём забыли.
Халид медленно опускается в кресло.
- Ты слишком увлеклась философией, Анна.
- Возможно, - соглашаюсь я. - Но иногда полезно вспомнить, с чего всё началось.
Кирилл хмурится.
- Что началось? Я ни черта не понимаю…
Я уже собираюсь ответить, когда со стороны приёмной раздаётся негромкий стук. Халид раздражённо поднимает голову.
- Войдите!
Дверь приоткрывается, и на пороге появляется Самир.
- Анна, к вам пришли.
Я киваю.
- Спасибо, Самир. Пусть проходит.
Халид резко выпрямляется.
- Кто еще? Анна, что ты устроила в моём кабинете?
Я не успеваю ответить. За спиной охранника появляется женщина, и на несколько мгновений я кожей ощущаю повисшую тишину, потому что на пороге стоит Нина.