Глава 14. Тиски

- Что ж, идём, Рори, пора посмотреть на соперницу при свете дня.

За последний месяц я совершенно отвыкла стучаться в двери, перед тем как входить, а ведь хорошая же привычка, часто уберегающая нас от страшных разочарований. Следовало бы это помнить, прежде чем врываться к больной. Матео сидел на кровати, уткнувшись лицом в бледную ладонь Иды. Вся его фигура выражала крайнее страдание, и можно было не сомневаться в том, что испытывает он к наглой дамочке отнюдь не братские чувства. Я не нашлась, что сказать. Да и что говорить, если и так всё понятно. Король поднял голову.

- Ты?

- Скорейшего выздоровления твоей любимой, Матео! Поверь, не я желала ей зла. Если тебя это успокоит, то я вполне понимаю, что настоящая любовь не забывается.

Щёки пылали, и на бегу я прикладывала к ним похолодевшие вмиг пальцы. Подол путался в ногах, туфельки грозили свалиться, но нужно было скорее спрятаться от мучавшей меня картины. Матео и Ида. Ида и Матео... Почему я решила, что прошлая ночь что-то значит? Как теперь забыть пережитое, как перестать испытывать при каждом воспоминании, при каждом звуке его голоса острый приступ желания? Настя, Настя, ты опять на те же самые грабли!

Опомнилась я лишь в саду. Рори предусмотрительно не последовал за мной. Даст полчаса на выброс адреналина и возникнет из ниоткуда. Ларка суетливо обнюхивала кусты. Как там говорила Лили? Королева не имеет права плакать на людях? Но здесь-то можно?

Безумное скопище растений, называемое Садом королев, всё больше влюбляло в себя, я стала лучше ориентироваться в этом средоточии покоя. На моем участке и вправду были свалены неровно обтесанные каменные кубы. Надо же, как он торопился, даже не сказал ничего. Как всегда! Я подошла ближе – какой интересный камень: серый, с черными и коричневыми прожилками. Пальцем провела по неровной поверхности и вскрикнула – острый как лезвие скол прорезал подушечку поперёк. Выступила густая капля крови. Моей проклятой светящейся крови. Боль появилась не сразу – рана оказалась глубже, чем показалось вначале, и я зачем-то отчаянно затрясла рукой.

- Конечно, я не дракон, миледи, но позвольте! – незаметно подошедший Ворон поймал руку и взял порезанный палец в рот, высасывая кровь.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга – я ошарашено, он вызывающе.

- Как вы смеете прикасаться к своей королеве? Отпустите! – возмущение росло с каждой секундой.

Барон выпустил мою ладонь из рук, вытер рот.

- Простите, думал лишь о вашей ране, а не о приличиях! – он с усмешкой поклонился.

- Почему вы преследуете меня? Что это? Во внезапно вспыхнувшую любовь не поверю, Легро.

- Отчего же, Анастасия? Потому что я не дракон? В его любовь ты поверила сразу и безоговорочно!

- Я запрещаю говорить в таком тоне о короле! – нужно было бежать от этого человека, но ноги отказывались повиноваться, противное ощущение бессилия и страха сковывало тело. Или это не страх?

- Мы это уже пробовали, помнишь? – Легро приближался. - И ты снова в платье, которое сводит с ума, и вчера на свадьбе… Ты умеешь вскружить голову мужчине.

Я отступала, не ведая, что продвигаюсь к самому краю рва. И когда нога зависла в пустоте, что неминуемо привело бы к падению, сильные руки ухватили меня за талию и удержали.

- Как только увидел тебя, понял, что хочу обладать такой женщиной. Пусть она хоть трижды королева!

- Какой? Какой женщиной? – ну бредит же мужик, может, он наркоман какой, псих, сексоголик. – Ты сам-то веришь в свою ложь? – ну вот, я и перестала следовать приличиям и перешла на ты.

Крепкая хватка барона не ослабевала ни на миг.

- Не такая, как наши женщины. Другая. Смотришь иначе, думаешь, даже пугаешься совсем по-иному. Но ты не королева, нет. В тебе нет высокомерия, достаточного для правительницы. – Легро притягивал к себе. – Мне нравится, как звучит твой голос, и как ты смело вчера окунула этих гордецов баронов в навозную лужу. Когда ты вошла в этом своём белом платье, я едва сдержался, чтобы не дотронуться здесь, – ладонь легла на открытую кожу груди, – и здесь. – пальцы прошлись по губам. – Я думал о том, с каким достоинством ты показалась на людях с синяками и шрамами. Несла их, как доказательство отваги, не стесняясь, не прячась за тряпками. Необыкновенная.

Вот именно этих слов я ждала от Матео, а получила совсем от другого мужчины! Опасного, притягательного, таинственного. Легро наклонялся всё ниже, и рот его накрыл мои губы нежным касанием.

- Позволь, – шептал он, – позволь мне…

Громко и радостно залаяла Ларка, я повернулась на шум. Придерживая ветку, на нас из зарослей молча смотрел Матео.

Оттащив меня от края рва, барон тотчас разомкнул объятия.

- Её величество чуть не упала, пришлось проявить неучтивость! – Легро слегка поклонился королю.

Тот кивнул, повернулся спиной, и вскоре его уже не было видно за листвой. Такое равнодушие больнее пощёчины. Это как понимать? А как же честь, этикет, приличия, ревность, в конце концов? Почувствовав, что я вот-вот сорвусь с места, Ворон схватил меня за плечи.

- Не нужно лезть под горячую руку!

- Вот и не лезь! – рявкнула я и помчалась вперёд.

Нагнать неспешно шагающего к замку Матеоро не составило труда. Наверняка слышал, как трещали позади ветки, но так ни разу и не оглянулся.

- И что, ты просто так уйдёшь в сторону? – я не давала ему сделать следующий шаг. – Уступишь меня, передашь с рук на руки, кинешь донашивать? Выбрал мне любовника взамен себя? Чтобы я не мучилась в одиночестве? Какая щедрость! Этой ночью ты… ты… – голос внезапно охрип. – А утром идёшь к любовнице, теперь вот сквозь пальцы смотришь на приставания негодяя к своей королеве! Да посмотри же мне в глаза, дерьмо драконье!

Длинные ресницы со светлыми выгоревшими кончиками взлетели вверх, и жидкое золото хлынуло на меня обжигающим потоком.

- Скажи мне хотя бы слово, Матео!

- Сама хотела.

- Чего? Чего я там хотела? Во мне говорила сильная обида, но сейчас… сейчас…

- Сейчас?

Ай, будь что будет!

- Мне плохо. Глаза ищут тебя везде, остаётся только вспоминать прикосновения, слова, поцелуи. Неужели нельзя быть просто честным? Рассказать, объяснить?

А теперь, Настя, соберись и скажи главное, давай же!

- Мне казалось, что влюбиться я уже никогда не сумею, но теперь, после этой волшебной ночи, я поняла, как сильно… – давай же, Михайлова! – люблю тебя!

Страшась продолжающегося молчания, выпалила следом:

- Не мучай меня больше!

Но мучения продолжались: ответа на признание не последовало.

- Ладно. – я отошла в сторону. – Больше унижаться не буду. Иди! Глупо было надеяться.

- Потом поймёшь.

- Нет, мой дорогой супруг, ошибаешься! Я уже всё поняла: ты ждёшь моей крови, дуришь голову, женишься, овладеваешь, чтобы закрепить успех, а потом возвращаешься к любимой женщине. Ах, да! Подсылаешь к жене лучшего дружка, чтобы потом с чистой совестью обвинить в измене и сослать в монастырь или куда там девают у вас неверных королев? Ничего не забыла? Нет? Блестящий план! – несколько раз театрально хлопнув в ладоши, с силой ткнула кулаком в мужское плечо. – Только знаешь, я и без свадьбы отдала бы тебе кровь. Просто потому, что тебе она была нужна. В моём мире так принято – помогать. Просто попросил бы.

- Второй день свадьбы. Должна быть.

- Да пошёл ты! Вали к своей Иде!

Не взглянув на меня, король продолжил путь.

Земля была холодной. Обхватив руками колени, я сидела прямо на ней и раскачивалась из стороны в сторону. Бывший муж был прав: нет во мне женской притягательности. Толстая баба с комплексами в любом мире остается таковой. Даже если пашет за двоих и тянет на себе несколько проектов, дом и мужа-бездельника. Почему так больно?

Ларка завалилась рядом на землю и пыталась своими острыми зубками поймать мои пальцы – дёсны чешутся у ребёнка, похоже.

- Кто у нас тут красивая девочка? А? У кого такой бархатный животик? Кто любит Настю больше всех?

А вот и Рори. Точен, как электричка.

- Ваше величество! – паж всматривался в мои сухие глаза. – К вам гостья!

- Еще одна любовница короля? Надеюсь, в этот раз без козлиной головы?

- Это мать -настоятельница Храма.

Я хотела что-то ответить, но огромная тень заслонила солнце - дракон набирал высоту.

Проводив его взглядом, спросила:

- Рори, я что-то не так сделала? Или не сделала положенное? Зачем пришла эта мать?

Паж пожал плечами.

- Не знаю, моя королева, но вам лучше поспешить.

Пожилая женщина в скромной одежде храмовницы ждала меня в тронном зале. Не успела я произнести приветственные слова, как настоятельница заявила без всяких предисловий:

- Отойдем в дальний угол, там нас не услышат. – и повернулась ко мне спиной. Интересное начало беседы.

- Если я не соблюла традиции, то подскажите, что нужно сделать и…

- Аведин уже стар. – женщина взяла мои ладони в свои руки. – У него в запасе всего одно поручение, при изрядной доле везения, два. Сейчас найти надёжного посыльного трудно. Те, кто есть, еще недостаточно опытны в таких делах.

- Простите, но...

- Дети Аведина выросли, им пора создавать новые семьи, и вот тут понадобятся деньги или земли.

Я беспомощно оглянулась на ожидающего у дверей Рори. Старуха-то с приветом. Как от неё теперь дипломатично отделаться?

- Храм всегда открыт, девочка. Никто не посмеет обидеть тебя в его стенах. - мать-настоятельница направилась к выходу и продолжала говорить, обернувшись через плечо. – Судьбу не переиграть, но можно попытаться спастись от её ударов. Да и время драконов, возможно подошло к концу, если, конечно, ты не понесла.

Мне оставалось только придать лицу осмысленное выражение и в очередной раз подивиться устройству островной жизни. Храм, видишь ли, открыт. Неужели и правда в монашки придётся уйти? Перспективка так себе.

Рори не скрывал обеспокоенности.

- Могу я спросить, чего хотела мать?

- Не знаю, что тебе ответить. – я и правда не знала. – Она несла какой-то бред про Аведина, его детей, храм, удары судьбы и возможную беременность. У тебя нет мыслей по поводу смысла её визита? Впрочем, какая разница, правда? Скажи-ка лучше, ты выяснил, кто заказал камень и нанял рабочих?

- Король.

Очевидно паж ожидал от меня истерики, но там, в саду, я запретила себе плакать.

Стараясь не дёргать слишком сильно, служанки вплетали в волосы пыльно-розовые ленты. Второй день свадебного пира обещал быть весьма нескучным. Като сообщила мне, что планируются мужские состязания за право танца с понравившейся дамой. Кроме того, женщины смогут разыгрывать в кости мужчин, с которыми захотят потанцевать.

Забавные люди, эти островитяне, и конкурсы у них хорошие. Но вот игры в «бутылочку» в сценарии явно не хватает. Уж она открыла бы им новые горизонты.

Ларка трепала набитый тряпками кожаный мяч, похожий на большой картофельный клубень – подарок Като. Но госпожа Морити всё равно посматривала на собаку с некоторым опасением. Алый шёлк ещё не скоро забудется.

Очередной шедевр портновского искусства был создан специально для танцев, но все прекрасно понимали, что моя участь этим вечером будет гораздо печальнее – сидеть и смотреть. Исполнять местные танцы никто королеву не научил. Надеюсь, нас с Матео не заставят кружиться в вальсе. Пыльно-розовый бархат превращал королеву в десерт, в большой бутон, но нужно было признаться, очень шел мне. Если бы не лицо…

Примочки на синяки не действовали, фиолетовый цвет сменился на жёлто-зелёный, и я стала похожа на царевну-лягушку. Морити легонько ворчала по поводу моего разноцветного лика и изрезанной шеи, ругая Хоука Ройнаса за вероломство и посылая на его голову изощрённые проклятия. Но мне отчего-то было весело.

В дверь постучали, и Като, по пути пнув собачий мячик к окну, вышла к посетителю. Я видела в зеркало её лицо, когда девушка вернулась.

- Что стряслось в том самом спокойном из всех замков?

Горничная быстро подошла и наклонилась к уху.

- Та женщина зовёт вас к себе.

- Зачем? – шёпотом спросила я, не уточняя о ком говорит Като, без слов было ясно – Ида.

- Служанка не сказала.

- Передай, что я приду.

Рори шёл сзади, и я спиной чувствовала, как он недоволен принятым королевой решением. Боялся реакции короля, что вполне понятно. Вот только мне было уже не страшно. Служанка среагировала на тихий стук быстро: открыла дверь и торопливо оглянувшись, впустила нас в комнату.

Сливаясь цветом лица с простынями, посередине кровати лежала Ида. Видимо, ведовство не слишком помогало: вид у любовницы Матео был далеко не цветущим.

- Спасибо, что пришла. – соперница говорила тихо, мне пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова.

- Это всё, что я могу для него сделать. – девушка со свистом втянула воздух. – Если ты любишь Матео, то постарайся... – Ида закашлялась, и служанка, быстро сунув мне в руки маленький медный сундучок, бросилась вытирать кровавую пену, выступившую на губах больной.

- Ваше величество. – обернулась сиделка ко мне. – Вам лучше уйти. Госпоже стало хуже.

- Может, прислать Реверо? – столько смертей мне пришлось увидеть на этом остове, но грядущая расстраивала ничуть не меньше. В сущности, Ида была в чём-то похожа на меня – влюблённая и импульсивная Только вот она пошла до конца, а я не собираюсь.

- Лекарь уже был. Госпожа Ида умирает.

Сундучок был заперт, но вернуться и спросить про ключ даже в голову не приходило. Интересно, Лилей будет на пиру? Каково ей в роли убийцы?

- Так и знал, что вы расстроитесь! – Рори заглядывал мне в лицо, стараясь при этом не отставать.

Повинуясь непонятному порыву, я вручила сундучок пажу.

- Спрячь его у себя.

У дверей моих покоев суетливо оглядывалась по сторонам Като.

- Вас внутри ожидает король! – громко зашептала она, едва мы подошли.

- Что делает?

- С собакой играет.

- Ну надо же!

Матео и правда сидел на полу и чесал Ларке пузо. Она похрюкивала от удовольствия, предательница.

- Как повезло моей собаке добиться расположения короля. Нужно выведать её секрет.

С каменным лицом муж поднялся с пола и повернулся в мою сторону. Не смотри ему в глаза, Настя! Не смотри!

- Пора. – Матео протянул руку.

Поправив прядку перед зеркалом, я не спеша подошла к мужу и вложила в его открытую ладонь кончики пальцев.

Когда мы вошли в зал, на моем лице сияла самая тёплая улыбка, из всех возможных, а вот сердце всё сильнее сжималось невидимыми тисками. Идти рядом, ощущать его прикосновения, слышать запах – это ли не пытка?

По состоянию гостей было заметно, что и первый день свадебного пира прошёл на славу: лица некоторых баронов украшали живописные кровоподтёки и царапины. Король подвёл меня к столу и громко произнёс:

- Поприветствуйте мою королеву Анастасию!

Мою! Каков лицемер! Слегка кивнув в ответ на громкие приветствия, я села. Олан Глоссет тут же склонился в мою сторону:

- Могу ли я рассчитывать хотя бы на один танец с вашим величеством?

- Ну уж нет, барон! – моя улыбка должна была выглядеть извинительно-ободряющей. – Боюсь, что танцевать я не умею.

- О! – Глоссет выглядел расстроенным. – Вы так ослепительны сегодня, что жаль будет не увидеть вас в танце.

- А вас что больше ослепляет – мои синяки или перламутровые пуговки на платье?

Глоссет на миг задумался:

- Пуговки! – мы рассмеялись, и краем глаза я заметила, как лежащая на столе рука короля сжалась в кулак.

Ого? Значит, с Глоссетом флиртовать нельзя?

Я вытянула голову: Лиллей сидела прямо, на лице дежурная улыбка. Не видно прежнего света в глазах. Неужели обречённость Иды проняла сестру короля? И поделом!

Поначалу всё шло обычным чередом – здравицы, огромные пироги с рыбой, томлёные в вине куриные крылышки и ножки, шумные разговоры, смех, рычание собак, делящих под столами объедки.

Но вот на середину зала вышел распорядитель – мужчина средних лет и, хлопнув в ладоши, громко спросил:

- Кто из милордов готов встать на кон?

Ровно двенадцать бравых молодцев выскочила на середину зала, похлопывая друг друга по плечам и оправляя одежду. Распорядитель выстроил их в шеренгу и хлопнул в ладоши. Слуги вынесли столик с высоким и широким деревянным стаканом.

- Дамы?

К столику вышли примерно столько же женщин разного возраста. По очереди каждая встряхивала стакан и выкидывала кости. Выпавшее число соответствовало порядковому номеру кавалера. Пары получались смешные, и гости веселились от души.

Пока двенадцать пар танцевали, а потом и все остальные танцевали несколько танцев, я немного расслабилась, вытянула ноги под столом и откинулась на спинку. Казалось, все так и будут праздновать, и у меня получится тихо смыться. Но не тут-то было.

- Кто из дам согласен встать на кон? – перекричал гвалт вышедший снова распорядитель.

Слуги тем временем выставляли перед нашим столом три стула. С места решительно поднялась Лиллей и спустившись с помоста, уселась на центральный.

- Первая – миледи Лиллей!

Гости одобрительно зашумели.

- Кто еще?

- Садись сам, Тонтан!

За столом мужчины, предложившего кандидатуру распорядителя, раздался дружный хохот.

Тот, кого назвали Тонтаном, беззлобно засмеялся и ответил:

- Не могу, милорды, супруга не желает меня делить даже с высокородными баронами!

Гости снова захохотали.

- Мы ждем вторую даму! – Тонтан обвел глазами зал.

Но к нему уже шла молодая и весьма миловидна женщина. Он слегка поклонилась публике и села на стул в дух шагах от Лилей.

- Миледи Сотткэм! – поклонился Тонтан блондинке.

- Третья?

Вдруг кто-то крикнул:

- Королева!

Ну гад, попадись ты мне! Я улыбнулась и замотала головой. Нет-нет, в ваши игрушки я не играю, товарищи.

- Королева! Королева! Королева!

Матео повернулся ко мне и кивнул. Типа он разрешение своё даёт? Позора моего хочет? Мало мне унижений, теперь еще все увидят, какая я неуклюжая?!

- Я спасу вас, моя королева. – кто еще, как не Олан Глоссет попытался поддержать меня. Какой милый парень!

Выбора не было, и под рёв – по-другому свои эмоции тут выражать не принято? – я направилась к стулу.

- Кто готов сразиться за право танцевать с прекрасной дамой Сотткэм?

Перед Тонтаном выстроились в куцую шеренгу трое мужчин. Один, как мне показалось, был мужем блондинки.

- Что предпочтёт миледи – борьбу на руках, вино или метание в цель?

Женщина улыбнулась:

- Борьбу!

Тут же слуги вынесли две табуретки и маленький стол. По очереди мужчины пытались одолеть друг друга. Из зала неслись подбадривающие выкрики, пошлые шуточки и нелепые советы. К радости блондинки Сотткэм, победителем оказался её супруг который с поклоном взял жену за руку и отвел на место.

Мы с Лиллей ни разу даже не взглянули друг на друга. Но мне было интересно, кто отважится «выиграть» сестру короля.

После призыва Тонтана, как мне казалось, должен был сразу выскочить Глоссет, но барон остался за столом, вперив взгляд в кубок с вином. Вот это новости!

Повисла неловкая пауза, которую Лиллей, наверное, сочла за оскорбление. Но вот трое незнакомых мне мужчин подтянулись к месту действия. Чуть позже к ним присоединился четвертый – светловолосый юноша с пылающим взором карих глаз. Ещё один тайный поклонник?

- Что предпочтёт миледи – борьбу на руках, вино или метание в цель?

- Пусть попадут в мишень!

Тонтан учтиво поклонился Лиллей и махнул слугам, в нетерпении ожидающим приказа. Тут же перед состязающимися была растянута лента, обозначающая черту, за которую нельзя заступать, а в десяти шагах на стол установили небольшую корзину. И еще по одной – со спелыми красными яблоками – перед каждым из мужчин.

Это было забавное зрелище, вызвавшее такой шквал наипошлейших комментариев об умении мужчин попасть куда следует, что легкий румянец стыда пробрался и на мои щёки. Победителем по праву стал пылкий юноша, Лиллей снова повезло.

Настала моя очередь. Тонтан в третий раз повторил вопрос:

- Что предпочтёт её величество – борьбу на руках, вино или метание в цель?

Ну, Настя, жги!

- Я совсем недавно прибыла на остров и еще не успела научиться танцевать, а потому, предпочту пьяного, по сравнению с которым буду выглядеть не такой уж и неуклюжей. Вино!

Одобрительный гул был мне наградой за дерзость. Еще бы: пить, это вам не силой меряться или в цель попасть. Кружку с вином поднять сможет любой.

Расчёт оказался верным – передо мной выстроились семь человек, которым я улыбалась со всем радушием, на какое была способна.