Глава 6. Отвага серой мышки
На псарне меня ждал большой сюрприз. Во-первых, я увидела взрослых волкодавов. Огромные взъерошенные чуть сутулые собаки с удивительными умными глазами были элегантны и вели себя прилично. Рори, который оказался ниже некоторых особей, спокойно чувствовал себя в этой серой стае. Видно было, что он здесь не впервые.
Во-вторых, местный собаковод, кинолог, псарь, словом, человек, отвечающий за собак, с поклоном передал Матео небольшой ошейник - широкую полосу кожи, заметно сужающуюся к концам с застёжками. Посередине располагался наборный узор из разноцветных лоскутков, а в самом центре - кисточка. Любят на острове эту игривую деталь.
- Лара! - крикнула я в пустоту, но щенка нигде не было видно. Со вздохом - даже собака меня игнорирует! - я приняла из рук жениха презент и улыбнулась псарю. - Очень красиво! Благодарю вас, мастер!
Король отправился по своим делам, а мы с Рори искать Ларку. Вот только настроение стремилось к нулю. Забавный эпизод с Лиллей и ее мужем уже даже и не вспоминался. Снова мои мысли витали вокруг свадьбы, крови и пугающего будущего. Такая знакомая тоска тихо подкралась со спины и начала осторожно, но неотвратимо сжимать горло. Словно почувствовав моё состояние, паж забежал вперёд и заглянул в глаза.
- Может, миледи желает отужинать?
- Нет, миледи желает спрятаться куда-нибудь! - и нужно сказать, я совершенно не возражала, когда Рори взял за руку и повел в королевский сад. Местные джунгли надёжно укрывали от посторонних глаз.
Старая каменная скамья видывала проблемы и посерьёзнее, но я только сейчас по-настоящему начала задумываться о том, что делаю на острове и могу ли вернуться назад.
Родителям наврала про новую работу и командировку, а они уже, наверное, меня в розыск объявили! Конечно, мы и раньше не созванивались по месяцу и больше, но это лишь после крупных ссор.
Сидела я и смотрела в пустоту, ловя признаки надвигающейся депрессии. Откуда возникла уверенность, что меня не убьют, не съедят, не выпьют эту самую кровь полностью? Почему в который раз ощущаю себя вещью, куклой, ничего не понимающей и не умеющей? Чего я стою на самом деле? Чем могу приглянуться такому мужчине, как Матеоро? Почему вообще он должен выделять меня из всех женщин, что наверняка окружают его всю половозрелую жизнь. И если король - Бэтмен, то я серая мышь, боящаяся высунуть нос из норки?
Участливый взгляд Рори только подливал масла в огонь. Да, накатило знатно. Давно меня не кидало из буйной радости в чёрную яму самоедства. И Лариски рядом нет. Я посмотрела на красивый ошейник. Есть только Ларка, да и та больше слушается пажа, чем меня.
- Надень на неё! - Рори поймал ошейник на лету. - Я посижу здесь ещё немного.
Не знаю, что там решил мой паж, знает ли он слово “психотерапевт” или просто обладает великолепной интуицией, но минут через пятнадцать передо мной возникла Лиллей.
Выглядела сестра короля весьма живописно. Одежда кое-где была знатно потрёпана, на шее наблюдались сочные засосы и царапины, а волосы словно специально начёсывали в самых неожиданных местах. Рори знал, кого позвать на помощь: невозможно было не улыбнуться, глядя на живое свидетельство страсти.
- Ты разве не уехала с мужем? - я шмыгнула носом, прогоняя уже подступившие было слёзы.
- Как видишь! - сестрица бухнулась на лавку и положила голову мне на плечо. - Я его не простила.
- Но вы же вроде бы помирились. Как после такого можно расстаться? Он же любит тебя. Нет?
Сочный почти кошачий зевок, молчание.
- Не веди себя как Матеоро, рано тебе еще читать нотации.
- Но вы же с ним того…ну…
- Нас всегда тянуло друг к другу. - лохматая голова поднялась. - Но моего мужа тянет и ко всем остальным женщинам, которые хоть немного привлекательны. Этот кобель не делает различий меду кухаркой и дочерью короля. И, как ни печально это признавать, браку нашему конец, хотя мне будет не хватать горячих ласк.
- Мне жаль, но я тебя понимаю. Именно из-за измен мы и расстались с мужем.
Сестрица вскинулась:
- Ты что, была замужем?
- Ну да.
- И Аведин знал?
- Да, с самого начала.
- Значит, у тебя и вправду редкая кровь, дорогуша, раз матери-храмовницы разрешили этот брак.
Ну вот, еще один повод расстроиться: королю полагается девственница, а не разведёнка. Сдерживаться больше не было сил, и я заплакала, уткнувшись в ладони. Не последовало привычных в такие моменты утешений и обнимашек. Лиллей отстранилась и молчала. Наблюдала?
Через какое-то время я смогла вдохнуть без того, чтобы зайтись в рыданиях. Сестрица всё так же сидела на каменной скамье и сверлила меня глазами.
- Думаю, на сегодня слёз хватит. - звенящим голосом произнесла она. - Кого ты оплакивала? Себя? Свой покинутый мир? Прошлый брак? Судьбу?
Пожав плечами, я встала. Теперь осталось только выслушать презрительные замечания и убраться в свою комнату. Лили поднялась следом и подошла совсем близко, как будто на расстоянии невозможно расслышать её дикий крик.
- Ты будущая королева. Не смей реветь при свидетелях, даже если это я!
- Не хочу! - орать получалось легче, чем спокойно говорить. Эмоции выплескивались с каждым словом. - Не хочу быть королевой! Не хочу, чтобы из меня пили кровь, слышишь? Не хочу, чтобы меня не любили!
От звонкой пощёчины сильно дёрнулась голова. Я хватанула ртом воздух и съездила натренированной правой по прелестному личику Лиллей.
- Ну вот! - сестрица неожиданно хохотнула. - Ты умеешь давать сдачи! Это же прекрасно!
Подоспевший на крик Рори застал нас, хохочущих и идущих в обнимку под сплетёнными ветвями.
- Миледи! - укоризненно проговорил паж. - Вы кричали на весь замок! Теперь все будут обсуждать вашу драку.
- Ну, хорошо хоть не мое расставание с мужем. - Лили почесала голову. - А знаешь, Рори, устрой-ка нам купальню. Пора смыть грязь прошлого и поискать в будущем что-то более достойное двух прелестных дам! Или кого-то.
Следующие полтора часа я чувствовала себя спокойно и расслабленно и даже получила свою порцию восхищения от сестрицы, увидевшей татуировку.
- Какой странный дракон. Такие живут в твоем прошлом мире?
- Нет, конечно! Это всего лишь рисунок, выдумка. Фантазия.
- Выглядит живым! - умиротворённая Лиллей откинулась на спинку каменной скамьи и, блаженно застонав, закрыла глаза.
Не хотелось язвить по поводу её многочисленных ссадин и синяков, раскиданных по всему телу. Свидание с мужем и так не скоро забудется. Я завязала простыню на груди и плюхнулась рядом, вытянув ноги.
Служанки осторожно сновали мимо нас, принося фрукты и вино, наводя порядок в просторной светлого камня купальне. За окном уже заметно вечерело.
- Лили.
- М-м-м?
- Почему Матеоро не превратился в дракона тогда? - я знала, что сестрица поймёт. - Он ведь мог защитить тебя гораздо проще - поубивать врагов одной лапой или хвостом.
- Ты когда-нибудь натирала ногу? - Лиллей всё еще не открывала глаз.
- Конечно!
- Представь, что ты натёрла всё тело. Даже глаза. И каждое движение приносит мучение, кожа сочится сукровицей, и ты горишь от боли. Такова цена превращения из дракона в человека и обратно. Каждый раз. Это только в сказаниях все происходит быстро. К тому же, человек в этот момент уязвим: он еще не дракон или уже не дракон и не может дать отпор нападающим.
В кино про оборотней встречались сцены, когда человек превращался в волка, но они всегда казались мне художественным приёмом, подчеркивающим нелёгкую жизнь монстра. Да уж, дракон животинка гораздо крупнее серого хищника.
- Матео отличный воин, каких ещё поискать. Ему легче биться в облике человека, чем подставляться врагу. Но в момент опасности он может и рискнуть, тебя же вот он нёс в лапах.
- Меня?
- Разве не помнишь? - Лиллей выпрямилась. - Рори рассказал, что брат принес тебя после ранения.
- Не помню… - какие-то странные ощущения теснились в голове. Холод, ветер, головокружение. Я потрогала свежую корочку шрама, немного размякшую от воды. - Было очень холодно.
- Ещё бы! Дракон поднимается высоко, машет крыльями, летит быстро. Конечно, холодно.
- Я думала, что дрожу из-за жара.
Значит, Матеоро так испугался за меня, что превратился в дракона и отнёс в замок, а я всё интересное проспала! Как всегда. Но главное я опять упускала.
- Лиллей?
- М-м-м?
- Матеоро выпьет из меня всю кровь?
Нет ничего страшнее тишины после вопроса, касающегося жизни. Раскрывает прожорливую пасть чёрная дыра ужаса, а окружающие стоят на краю и наблюдают, как тебя засасывает в небытие. Нет, Лиллей, пожалуйста! Не молчи. Не молчи же!
Сестра короля поднялась, скинула простыню и сняла с головы льняное полотенце. Роскошная русая грива рассыпалась по спине и коснулась завитками ямочек над ягодицами. Идеальная. Сильная. Свободная в своём выборе. Почему я не такая?
- В последнюю новую луну лета мой брат превратится в дракона. Навсегда. - очень тихо говорила Лиллей. - Он будет постепенно терять всё человеческое, окончательно переродится в зверя, чудовище. Начнет охотиться на всех, в ком течёт горячая кровь. Потом, когда на острове уже некого будет съесть, полетит на Дальнюю землю и там продолжит свою беспощадную охоту.
Медленно натягивая одежду, Лили старалась не смотреть мне в глаза.
- Убить дракона очень сложно. Это в момент превращения его можно пронзить оружием, а потом, когда чешуя обретёт твердость камня, нужно найти уязвимое место. Непростая задача. Но отыщутся смельчаки, что сумеют это сделать, и потом, когда дракон будет лежать бездыханный, его разделают, чтобы по частям распродать тело. Но прежде выпустят всю кровь, одна капля которой стоит баснословных денег, ведь если намазаться ею, то тоже станешь неуязвимым.
Сейчас Лиллей стояла передо мной полностью одетая, сжимающая кулаки, будто я собираюсь драться с ней.
- Срок окончательного перерождения у каждого свой. Его определяют по звёздам матери-храмовницы. До назначенной даты нужно успеть обновить кровь, добавить в неё женского свечения, привязать к человеческой сути. И тогда мужчина останется драконом лишь наполовину. Тогда он сможет дышать, говорить, смеяться, целовать тебя в лоб, перекидывать через плечо и отчитывать за неподобаю...щее... - у Лиллей перехватило голос, и она обхватила ладонями шею. Отдышалась. - Было несколько случаев - не успевали. Наш дядя. А еще раньше несколько предков. Я видела эту бойню, когда отпиливали даже когти, выдирали клыки, вырезали глаза. Не хочу, чтобы Матео... - на этот раз Лиллей уже не смогла сдержаться и выбежала и купальни.
Мой мозг, умеющий собираться во время дедлайнов, заработал с утроенной силой. Значит, тем, кто хочет захватить остров, мало просто земли. Они желают получить мертвого дракона. Крови монстра не хватит на всех, стало быть, зачинщиков всего несколько. Моё ранение вовсе не было происками родни конкурентки. Меня снова обманули. Это была попытка застать дракона в момент превращения - вдруг именно в облике ящера решит он защитить невесту, а уж если не повезет, то лишить Матеоро возможности обновить кровь, а потом, при известной доле удачи, завалить его, как оленя. Захватить остров, получить волшебную защитную субстанцию. И ведь вот в чем профит: можно набрать наёмников и не платить им. Зачем? Слил кровь с туши и отдал подельникам на сувениры. А народ тебя еще и избавителем будет именовать. Вот, мол, спас от пожирающего скот и людей чудовища. Хитро.
Какая ирония: именно в этот момент переплетутся интересы храмовниц, пекущихся о благополучии острова, и захватчиков. Я никак не могла справиться узлом на влажной простыне, который сама же и завязала. Дрожали руки. Вопросов меньше не становилось, но возникло понимание ситуации. Стало быть, моя кровь идеально подойдёт Матеоро. Король не станет монстром, а королева красиво умрёт на глазах рыдающей от умиления публики. Я умру. Настя Михайлова - сакральная жертва. Простыня поддалась, и я со злостью отшвырнула её в угол. А потом подняла руки и принялась скручивать мокрые волосы в привычную дульку на макушке. И все эти его поцелуи и завлекательный прищур только для одного - чтобы невеста не передумала, не сбежала. Подарки он мне дарит! Еще и на могилу пару вялых гвоздичек кинет. Если растут у них гвоздики.
Горячее дыхание обожгло затылок и зашевелило короткие прядки, упавшие на шею. За размышлениями я и не заметила, что купальня опустела - тихо испарились служанки. А вот и гость пожаловал. Только в этот раз мышка пробежит мимо сыра в мышеловке.
- Что, боишься утоплюсь? - забыв о наготе, я резко повернулась к Матеоро. И зря.
Сейчас мерцающие огоньки свечей плавили янтарь в его глазах. Чёрт, как же они мне нравятся! И янтарь, и этот мужчина.
- Король забыл о приличиях? Или ваше величество пришли оценить, так сказать, приобретаемый товар? Так меня уже про изъяны спрашивали.
И снова тишина.
- У нас говорят, что молчание - знак согласия. - тянущуюся к вещам руку перехватила сильная ладонь.
- Хочешь уйти? - бесстрастное лицо. Спокойный голос.
- Да! Отпусти, мне неприятно!
Щёлк! И погас свет в прекрасных медовых очах.
- Хорошо.
- Что хорошо? Хорошо, да? Хорошо, нет? - меня потряхивало. Снова нервы или холод. - Просто хорошо, что ты такая уродливая и не жалко будет?
Только что уходивший король повернулся. Окинул непроницаемым взглядом, подошел ближе. Ещё ближе. Наклонился.
- Миледи, - прикосновение пальцев воспламенило моего выбитого на коже дракона. - прекрасна!
- Это не поможет. - с глаз слетали крупные солёные капли. - Неужели ты не понимаешь? Мне страшно! Вы все лжёте. И ты! И ты!
Он пытался погладить меня по лицу, но я отворачивалась, роняя слёзы. А потом снизошло озарение: пусть несколько дней, минут, мгновений, но жизнь будет дарить мне иллюзию счастья
- И ты... не мог бы поцеловать меня?
Матео всё понял, прочитал как книгу, разгадал. Над изогнувшимися бровями появились ямочки, которые так нравились мне. Он пытался проникнуть взглядом в душу, а я и не сопротивлялась. Что моя никчемная жизнь по сравнению с судьбой короля и целого острова? В миллиметре от моего дыхания парили слова:
- Завтра придёт Аведин. - дракон подхватил из стопки чистую простыню и укутал меня, как только что искупанную девочку укутывает отец - бережно, осторожно. - Замёрзнешь.
И снова я осталась одна. Окончательно униженная, отвергнутая единственным мужчиной, ради которого готова была умереть. Никому не нужная серая мышь!
За дверями купальни меня ждал паж, попытавшийся объяснить внезапный визит короля.
- Миледи Лиллей уже ушла, а король хотел поговорить, мы… я думал, что вы не будете против.
- О чём хотел поговорить? - собственный безжизненный голос казался чужим.
- Седло переделали. - слегка озадаченно ответил карлик. - Вы могли бы с его величеством проехаться верхом.
- А-а.
- Ошейник идеально подошел собаке. - Рори лебезил как провинившийся ребёнок перед раздражённой матерью.
Я шла очень быстро, а он семенил следом, пытаясь не отстать.
- Надо же!
- В комнате вас ждёт ужин.
- Вот как?
- Госпожа Морити велела спросить, какими цветами вы предпочитаете украсить причёску.
- Всё равно.
- Сапожник уже стачал туфельки, нужно примерить.
- Не может быть!
- Вы должны выбрать начинку для помолвочного пирога: яблоки, ягоды или сладкий творог.
- Всё равно. Плевать.
- Миледи, вы гневаетесь?
- Иди к чертям, Рори! - я чуть не пристукнула пажа дверью. - Убирайся! Нет, постой! Я согласна утром проехаться верхом!
Уехать, чтобы никого не видеть, не думать, не маяться.