Глава 13

Ася

Кажется, я опять сплю. Мне снится туман. Очень густая пелена, через которую я ничего не вижу. Я тону в этом тумане. Выныриваю рывками, слышу голоса. Несколько голосов. Слов не разобрать. Но четче всего во мне отражается низкий, немного хриплый голос. Такой знакомый…

— Потерпи, сладкая.

Движение. Сильные руки в моих волосах, на лице, гладят очень нежно, аккуратно. Хочу проснуться, но меня опять поглощает туман.

— Ася, даже не думай таким образом от меня спрятаться.

Этот голос опять вырывает меня из тумана. Хочу ему ответить, хочу держаться за этот голос. Шевелю губами, но звуков не издаю. Дышать трудно. Почему так мало кислорода?

— К черту правила! — рычит мужчина. — Гони! Если ей станет хуже, я собственноручно перережу вам глотки!

Содрогаюсь от громкого, почти нечеловеческого рычания и снова тону в густом тумане. Ничего не слышу, не вижу, чувствую только руки…

Рывок, я словно лечу по воздуху. Холодно. Ветер. Но дышать легче. Голоса. Много голосов. Мужской, женский… Мелькания света, и я снова тону. Все глухо, запястья обжигает болью, снова отключаюсь…

Пробуждение даётся тяжело. Я словно с глубокого похмелья. Голова тяжёлая, тошнит, слабость. Первое, что вижу, это белый потолок. Так светло, пахнет, как в аптеке. Не понимаю, где я и как сюда попала. Поворачиваю голову, осматривая комнату. Стены мятного цвета, картина с ромашками. На окне жалюзи, пара кресел. Странная комната.

Пытаюсь подняться, но руку что-то больно колет. Стойка с капельницей. Замираю. Игла впивается в кожу. Хочется немедленно стряхнуть ее с себя. Но я не решаюсь. Падаю назад на подушку. Сил нет даже на мысли. В голове туман. На мне надета какая-то бежевая льняная пижама. Явно не моя.

Перевожу взгляд на стену.

«Кнопка для вызова».

Жму на нее. Еще и еще. Много раз. Кажется, она не работает…

Через несколько минут в палату влетает девушка, примерно моя ровесница, в светло-розовой форме.

— Вам плохо? — подходит ко мне, сводит брови, берет за руку, проверяя капельницу.

— Я не знаю. Что со мной?

— Отравление дымом. Но все будет хорошо. Через пару дней придете в норму, — улыбается она мне.

Закрываю глаза. Сглатываю. Моя квартира. Дым. Кашель. Боже! Моя квартира! Резко открываю глаза. А что с моей квартирой?

— А с собакой? Кто меня сюда привез? — сердце ускоряет ритм, и дышать становится труднее.

— Я не знаю. Я только утром заступила на смену, — виновато сообщает мне девушка. — Скоро к вам подойдёт доктор. Выпейте воды, — наливает мне из кувшина полный стакан. Пить, и правда, очень хочется. Девушка нажимает на рычаг, переводя меня в полусидячее положение. Пью, жадно глотая воду. — Вот так, пейте побольше воды, — забирает у меня стакан и уходит. А я в растерянности смотрю в потолок. И мне даже плевать на квартиру. В данный момент я переживаю за собаку.

Закрываю глаза. Пытаюсь дышать глубже. Дыма уже нет, но мне постоянно мерещится запах гари. Перевожу взгляд на капельницу — почти закончилась. Это не просто больница. Это явно платное отделение. Одноместные комфортабельные палаты не входят в медицинскую страховку.

Я помню сильные руки Баро. Его голос: «Ася, даже не думай таким образом от меня сбежать». В голове каша, туман еще не рассеялся, и я до конца не осознаю, что происходит. Почему начался пожар? Кто виноват? Я ничего не готовила и ничего не включала, кроме телевизора. Неисправность проводки? Меня охватывает паникой и диким ужасом, оттого что я могла сгореть заживо. Баро прав, слишком много катастроф. Мне кажется, я только сейчас осознаю, что все неслучайно. Паника сжимает горло, дышать опять нечем. Грудь сдавливает, пульс стучит, как бешеный.

От страха выдергиваю иглу из руки, резко поднимаюсь на ноги и тут же снова падаю на кровать. Голова кружится, в глазах темно. Хватаюсь за горло, пытаясь дышать.

— Ася? — поднимаю голову, вижу, как в палату входит Баро. — Зачем ты встала?

— Дышать трудно, — хриплю я. Мужчина подходит ко мне, что-то берет с тумбы и прикладывает это к моему рту. Это кислородный баллончик.

— Дыши! Глубже! — командным голосом велит он. Жадно глотаю кислород крупными порциями. Становится легче, паника немного отпускает. Убираю маску.

— Что с Бадди?!

— Все хорошо. Он у меня, — сообщает мужчина, забирая кислотный баллончик. Выдыхаю. Немного отпускает. Баро хватает меня за руку, рассматривая сгиб. Там кровь из-за того, что я вырвала капельницу. Мужчина качает головой. — Ляг, я позову врача, — голос холодный. Мурашки по коже. Слушаюсь, ложусь, укрываясь.

Баро возвращается с доктором, молодым мужчиной.

— Добрый день, Ася Юрьевна. Меня зовут Евгений Владимирович, — улыбается. Киваю ему в ответ.

— Можно мне домой? — спрашиваю я, еще до конца не соображая, что возвращаться некуда.

— Пока нельзя. Если не будете хулиганить, то отпущу в скором времени, — берет мою руку, стирает с нее тампоном кровь и хмуро смотрит на капельницу.

А я не выношу больниц. После несчастного случая с Денисом меня тошнит от больниц. Баро устало снимает пальто, кидает его в кресло и садится в противоположное. Дальше доктор опрашивает меня, просит медсестру поставить мне новую капельницу и уходит.

Тишина. Баро молчит, просто смотря в окно. А я рассматриваю профиль мужчины. Грубые черты, скулы напряжены. Мимические морщинки в уголках глаз, щетина. И вроде мы друг другу никто, а он уже который раз спасает мою жизнь, помещает в комфортабельную клинику.

— Сколько стоит мое лечение?

— Что? — поворачивается ко мне, словно был глубоко в себе.

— Я спрашиваю, сколько стоит лечение в этой клинике?

Я не знаю, что в данный момент вливается в мою вену, но паника и ужас отступили, хочется спать.

— Твое лечение стоит твоей благодарности, — заглядывает мне в глаза, окуная в черную бездну. Но в данный момент эта бездна — опять мой якорь. Я цепляюсь за него и нахожусь на плаву. Поразительно пронзительный взгляд. Гипнотический.

— В каком смысле?

— Скажешь «спасибо». Этого достаточно. Хотя, нет… — устало усмехается. — Я надеюсь быть услышанным. И дальше ты будешь делать все, что я говорю. Если не хочешь в ближайшем будущем сгореть или быть сбитой машиной.

— Это был поджог?

Мужчина кивает. Сглатываю. Но волшебная капельница не позволяет снова впасть в панику.

— Все сгорело?

— Нет, больше дыма и гари. Задача была, скорее всего, не сжечь, а отравить угарным газом.

— Как это возможно? Я была заперта.

— Дверь была открыта.

— Но ты же меня запер.

— Да, я закрыл дверь, но кто-то открыл.

— Ни у кого больше нет ключей.

Баро разводит руками и снова переводит взгляд на окно, лишая меня точки опоры. Закрываю глаза. Страшно. Жутко. Но волшебная капельница гасит все мои панические атаки.

— Мой телефон жив? Я хочу позвонить брату.

Денис, наверное, единственный человек, с которым я хочу в данный момент поговорить. И единственный, кому я могу доверять.

— Вряд ли. Пожарные залили квартиру.

— Прекрасно, то есть и жить мне теперь негде, — констатирую я.

— Я заберу тебя, как только разрешит доктор.

— Куда заберёшь?

— Под свою опеку, красивая, — спокойно отвечает, продолжая смотреть в окно.

— Ох, откуда такая щедрость, Барон? — иронизирую.

— Я смотрю, тебе лучше? — вновь поворачивается ко мне. — Показываешь свои красивые зубки.

— Мне кажется, в этой капельнице что-то запрещённое, — усмехаюсь. — Я должна быть в панике, в ужасе, но мне все равно, — закрываю лицо рукой. Слышу, как мужчина встает с места и подходит ко мне. От его терпкого, тяжёлого запаха тоже кружится голова, но аромат не душит.

— Ты хочешь, чтобы я исчез из твоей жизни? — спрашивает Баро. Убираю руку от лица. Он упирается рукой в спинку кровати, нависая надо мной.

— Нет, — мотаю головой. На самом деле мне очень страшно. — Только… — замолкаю, потому что мужчина тянет руку к моему лицу и убирает мешающую прядь волос.

— Продолжай.

— Только мужчины ничего просто так не дают женщине. Особенно защиту. А платить мне нечем.

— Я денег с женщин не беру, сладкая.

— А я не о них.

Баро молчит, рассматривая меня. Снова прикасается к моему лицу, ведёт пальцами по щеке, подбирается к губам, гладит, слегка нажимает, вынуждая приоткрыть губы.

— Ты же умная девочка, все понимаешь. Мне будет очень жаль, если какая-то падаль отнимет жизнь у женщины, которая вызывает у меня противоречивые чувства. Доверься мне, красивая, о плате поговорим потом. Не отдам я тебя охотникам за головами.

Почти признание. Только признание в чем? Но моя голова кружится, тело плывёт, и я не могу сейчас анализировать. Закрываю глаза, не выдерживая взгляда этого дьявола. Уж лучше продать ему душу, чем отдать кому-то жизнь.

Мужчина отталкивается от кровати и отходит от меня.

— Не бойся больше ничего. Ты под усиленной охраной. Оставляю тебе новый телефон с новой сим-картой. Там вбит мой номер и номер людей, которые тебя охраняют. Любую просьбу можешь адресовать им. Привезут все, что тебе нужно. Не стесняйся. Никому из своего окружения не звони и не сообщай, что с тобой и где ты. Пусть понервничают. Теперь я тебя прячу, сладкая.

Слышу шаги и звук закрывающейся двери. Вновь тишина, меня клонит в сон. Медленно уплываю.