Глава 26

Ася

Дядя Ваня молчит, настороженно посматривая в сторону выхода, словно хочет сбежать. Но это невозможно.

Дышу с трудом, сжимая под столом кулаки, перед глазами все плывёт. Я верила этому мужчине. Нет, он стал мне отцом, и я была безмерно благодарна. А сейчас кажется, что я тоже способна убить. Даже не вздрагиваю, когда Баро неожиданно вынимает пистолет и наводит на моего бывшего опекуна.

— Или ты говоришь, или лишаешься… — медленно ведет дулом. — Допустим, ноги, — целится в колено.

— Что го-го-ворить? — убийца моих родителей начинает заикаться. Никогда не была кровожадной, но сейчас мне его совсем не жалко, я сама готова выхватить у Баро пистолет и застрелить убийцу.

— Рассказывай, как убил их родителей.

— Зачем?

— Рассказывай! — рявкает Баро и взводит курок.

— Я организовал аварию путём технической неисправности и подставного грузовика, — так чётко проговаривает, бегая глазами. Он сейчас похож на загнанную в угол крысу, которую хочется добить.

— Дальше!

— Все! — тоже огрызается.

Выстрел.

Вздрагиваю, зажмуриваясь.

Баро стреляет в пол рядом с ногой дяди Вани.

— Я… Я… Он… Не… — трясущимися губами пытается выговорить слова.

— Что, падаль, убивать легче, чем признаваться? Да? — ухмыляется Баро. Во мне что-то резко и кардинально меняется, внутренности горят. Ярость нарастает.

— Они не погибли мгновенно. Юрий был в сознании.

Всхлипываю настолько громко, что все оборачиваются. Мне уже все понятно. Я ничего не хочу слышать. Машина взорвалась. И это тоже подстроили. Мои родители сгорели заживо. Я не знаю, откуда во мне берутся силы, действую на адском адреналине. Вскакиваю с места, опрокидывая стул, несусь к убийце и вцепляюсь ему ногтями в лицо, расцарапывая. Я как животное, действую на инстинктах. Колочу кулаками ему в грудь, бью со всей силы и кричу:

— Ты их убил! Убил! Убил! — срывая горло, ничего не видя, кроме ошарашенного лица бывшего опекуна. Меня резко хватают в охапку, отрывая от убийцы. Сопротивляюсь, пытаясь вырваться, слезы из глаз градом, задыхаюсь, заходясь в истерике. Баро сильнее, он разворачивает меня к себе лицом и прижимает со всей силы, фиксируя, преодолевая мое сопротивление.

— Тихо, тихо, моя красивая девочка.

Сдаюсь, полностью теряя силы, утыкаясь носом в его шею. Дышу терпким ароматом его кожи и тихо рыдаю, словно опустошаясь, выплёскивая ярость и ненависть в слёзы. Пытаюсь успокоиться и взять себя в руки, но, как только Баро очень нежно и аккуратно начинает гладить меня по волосам, поток слез увеличивается. Сейчас этот мужчина кажется мне единственной точкой опоры. Мои ориентиры сбиты. Не понимаю, как жить в жестоком мире.

— Все, это моя вина, — шепчет мне на ухо, крепко прижимая к себе. — Не знал, что ты у меня такая ранимая.

— Нет, — поднимаю голову, заглядывая в его черные глаза. — Я должна была это знать.

— Должна, — кивает мне и утирает слезы с моих щек. Оглядываюсь и понимаю, что убийцу увели, а я даже не заметила. Остался только Денис. Он сидит за столом, закрывая лицо руками.

Вырываюсь из теплых и надёжных объятий Баро и сажусь рядом с Денисом, обнимая его. Брат несколько секунд не реагирует. Напряжённый, как каменная стена, а я дрожу, не в силах взять себя в руки. Денис отмирает и тоже обнимает. Слышу шаги Баро, он покидает кабинет. А мы так и сидим, обнявшись и не сказав ни слова. Денис поглаживает меня по спине, и я снова плачу, уже заливая слезами его грудью.

— Все, Ася, мы переживём и это, — твёрдо произносил брат. И я ему верю. Успокаиваюсь, чувствуя себя полностью опустошенной. Ложусь головой на плечо брата и смотрю в окно. — Все закончилось. Баро все решил, нам не грозит опасность.

Киваю. Опасность все равно есть. Я влюбилась в Барона, и это понимание топит меня еще глубже. Нет, не эйфория и радость. Это давящее и ломающее чувство. Нельзя принимать мужчину таким, какой он есть, из благодарности. Такому, как Барон, нужно безоговорочно сдаваться.

Дверь открывается, входит Баро, а за ним секретарша с подносом. Глаза испуганные, девушка смотрит на меня с какой-то надеждой, но мне все равно, я пустая сейчас и не способна на эмпатию. Алла ставит поднос с чаем на стол и быстро удаляется. Баро приоткрывает окно, впуская свежий воздух. Прикуривает сигарету, выпуская дым окно.

— Итак, есть два исхода, — немного хрипло и устало произносит он. — Первый — в рамках закона. Мы передаем вашего опекуна правоохранительным органам с доказательствами его причастности к двойному убийству, попыткам убийств и мошенничества. И его посадят, надолго. Скорее всего, в силу возраста, он уже не выйдет оттуда. Либо… — замолкает, глубоко затягиваясь, медленно выпуская дым. — Либо я наказываю его сам, без суда и следствия. Быстро и без следов.

— Каким образом? — спрашиваю я, эмоций нет, просто хочу знать. Баро оборачиваются, снова затягивается, заглядывая мне в глаза, оскаливается, как зверь.

— Точно так же, как он убил ваших родителей. Сожгу живьём.

Сглатываю. Жутко до холодного пота. Закрываю глаза, не выдерживая его нечеловеческого взгляда. Он, и правда, страшный человек. Я хочу мести. Но… Я так не могу. Несмотря ни на что, я остаюсь человеком. Так пусть все будет по справедливости.

— Я выбираю тюрьму.

— Денис? — Баро обращается к брату.

— Да, тоже за тюрьму, — с каким-то сожалением произносит он.

— Гуманно. Слишком гуманно для такого шакала. Я бы поступил по-другому. Но это ваше решение. Будет так, как вы хотите.

Баро выкидывает окурок, закрывает окно и садится в кресло.

— Выпей чаю, Ася, с сахаром, — настойчиво предлагает. Он прав. Истерика прошла, но меня по-прежнему трясет. Денис сам кидает в чай несколько кубиков тростникового сахара, размешивает и вкладывает в мои ладони чашку. Баро вынимает из кармана ключи и толкает к нам. Это мои ключи от квартиры. Те, которые он когда-то у меня забирал.

— В вашей квартире сделан ремонт. Испорченная мебель восстановлена. С конторой, — окидывает руками кабинет, — поможет мой юрист, и могу назначить толкового управляющего, пока Денис не вникнет в курс дела и не научится управлять компанией. Первая операция назначена через неделю. До этого момента можешь жить дома.

Баро в своем репертуаре. Меня даже не вписывает в управление компании. Все должны решать мужчины.

— Спасибо, Баро, — благодарит Денис. — Мы с тобой не рассчитаемся, — усмехается брат.

— Не нужно благодарностей. Я не меценат, — ухмыляется. — Во-первых, вы теперь не бедные наследники, все активы компании вам вернут. Во-вторых, у меня свой интерес. Прогоню пару сделок через вашу компанию. Но это потом. Ася, ты хочешь пообедать в городе или дома? — Баро встает с кресла и надевает пиджак. Подаёт мне руку. Даже не сомневается, полагая, что я уеду с ним.

— Я хочу домой, — сообщаю я.

— Правильно, приглашай Дениса к нам на обед.

— Ты не понял. Я хочу к себе домой, в квартиру.

Пауза. Мужчина заглядывает мне в глаза, топит в своем чёрном взгляде. Я, и правда, хочу домой. Дом Баро не мой, он Амалии и Давида. Да и дело даже не в них. Дело в том, что я становлюсь зависима от Баро. Меня нещадно ломает, а сейчас я не готова воевать с ним и со своими чувствами. Я опустошена событиями и еще не понимаю, как мне жить дальше. Выдерживаю его взгляд, поднимаюсь с места и хватаюсь за коляску брата.

— Ася! — психует Денис. — Я сам! — выруливает на выход, бегу за ним, избегая Баро, чтобы не оставаться наедине. Он начнет давить, и я не выдержу. Опасность мне уже не грозит, я свободна. Амалия обещала помочь, но я пока не понимаю, хочу ли этого. Мне нужно разобраться в себе, мне нужна независимость и дистанция от этого мужчины.

Выходим на улицу. Леван помогает Денису сесть на переднее сиденье. Мы с Баро размещаемся на заднем. Едем в полной тишине. От Баро исходит холод и полное равнодушие. Мужчина вынимает телефон и начинает обсуждать детали какой-то сделки. А у меня так не выходит, не выходит остаться равнодушной, я слышу его хриплый голос, чувствую терпкий запах, и голова идет кругом. Я скучала. И это чувство гнетёт. Мне нужно время…

Машина тормозит у нашего подъезда, первый выходит Леван, помогая брату, дёргаю ручку двери, чтобы покинуть салон, но Баро хватает меня за руку, останавливая.

— Останься, поговорим, — тянет на себя. Замираю. Ну нет… Нет. Нет! Мне не нужно этого делать, надо бежать. Но я не могу. Влияние этого мужчины слишком высоко. Баро приоткрывает окно, подзывая Левана. — Поможешь парню, погуляй, кофе попей, — велит ему и закрывает окно, оборачиваясь ко мне. — Ты решила от меня сбежать? — иронично спрашивает он, а в глазах предостережение, чтобы не смела иметь собственные желания.