Глава 22

– Серёжа звонил? – уточняет Алиса вкрадчиво, стоит мне только повесить трубку. Киваю в ответ, на автомате беру чашку с чаем снова в руки, но пить его желания нет. Да, я сделала вид, что выпила глоток, но в последний момент, в самую последнюю секунду передумала. Вот ещё! Я эту Алису не знаю, вижу впервые. С какой стати мне с ней чаёк распивать? – Да, – отвечаю. – Ты ему только не говори ничего, прошу тебя, пусть всё-таки будет сюрприз, – упрашивает, мило улыбаясь. – А что ты чай не пьёшь, не нравится? – Да я пила недавно уже… – вру, не краснея. В дверь раздаётся звонок, я поднимаюсь, чтобы проверить, кто там. – Это Сергей? – подрывается Алиса. В глазах испуг. Ох, и не нравится мне всё это. – Вряд ли, он ещё на работе должен быть. Я пойду, проверю, кто там, – поднимаюсь и направляюсь в прихожую. Только возле двери понимаю, что телефон оставила на столе в кухне. Клацаю кнопки на домофоне и вижу, что на пороге стоит какой-то мужчина странной наружности. То ли охранник, то ли бандит – не знаю. Сложно так сразу определить. Только открываю рот, чтобы спросить, что незнакомцу нужно, но неожиданно чувствую, как на затылок опускается что-то тяжёлое. Снова… В глазах темнеет, резкая боль прошивает насквозь. Пытаюсь ухватиться за стенку, но успеваю лишь нелепо взмахнуть рукой в воздухе и опуститься на пол. – Быстро подъезжай, тут не по плану немного всё пошло. Какой-то хрен нарисовался, имей в виду, – проговаривает кому-то девушка. Это последнее, что мне удаётся услышать прежде, чем погрузиться во тьму. Сергей Почему не отвечает? Опять. Дурное предчувствие не даёт покоя, я набираю номер охранников, один из парней снимает трубку. – Никто не открывает, – рапортует коротко. Кажется, я напряжён уже дальше некуда, но с каждой новостью нервы всё сильнее и сильнее вытягиваются в тонкую струну, грозя лопнуть в самый неподходящий момент. Вешаю трубку и на автомате бегло касаюсь пальцами кобуры. Оружие, как обычно, при мне, и это радует. Почему-то я уверен, что мне оно сейчас пригодиться. До дома остаются считанные минуты, я не еду – лечу. Боюсь себе даже представлять, что именно произошло. Мне необходим сейчас холодный ум, надо сосредоточиться на том, чтобы с Марьяной ничего не случилось. Подъезжаю к дому и вижу две машины – обе пустые, судя по всему. Да чтоб тебя! И калитка открыта, а во дворе слышатся выстрелы. Прижимаюсь к воротам со стороны улицы. Делаю короткий рывок, заглядываю внутрь. Быстро оцениваю обстановку. Во дворе четверо, и ни один из них мне не знаком. Я тупо не знаю, как выглядят охранники, поэтому скорее набираю номер парня из охранного агентства, вкратце обрисовываю ситуацию и перевожу камеру в сторону двора. Там намечается самый настоящий замес, но прежде, чем вмешаться, я должен понимать, кто на чьей стороне. – Мои в костюмах, Серёг, – бросает коротко друг и вешает трубку. Я как-то так и предполагал, но должен был знать наверняка, чтобы не ранить ненароком своих. А вот чужих можно, к тому же, один из ворвавшихся на мою территорию уродов уже успел ранить одного охранника. Прицеливаюсь и стреляю, обескураживая противников. За долю секунды успеваю увернуться от летящей в мою сторону пули. Возвращаюсь в своё укрытие. Когда выглядываю снова, то вижу, что второй охранник обезвредил оставшегося преступника. Чисто. Теперь самая главная цель – дом. И убедиться, что с Марьяной всё в порядке. – Успел кто-то войти? – спрашиваю у парней, которые вяжут этих гадов. Пинаю одного по пути, но тратить сейчас время не хочу – потом выясню, кто такие. Впрочем, я нутром чую, что и эта ситуация связана с делом о борделе, поэтому быстро отправляю сообщение следователю, который ведёт дело. А сам скорее спешу в дом, но тут меня ждёт ужасный сюрприз… – Не подходи! – визжит… Алиса? Что он здесь… Как? Ничего не понимаю и даже трясу головой, подумав, что у меня галлюники от стресса. Но образ некогда любимой девушки не исчезает, правда, в её внешности кое-что изменилось с момента нашей последней встречи. А ещё в руках у Алисы пистолет и она направлен в меня. – Алиса, опусти оружие, – делаю шаг к ней навстречу и она, кажется, слушается. Опускает оружие в пол, я приближаюсь и только сейчас понимаю, куда именно теперь направлен ствол. – Ты… в своём уме? – выкрикиваю. – Что с Марьяной? – дёргаюсь, чтобы приблизиться к распластавшейся на полу девушке. Глаза прикрыты, лицо бледное. – Ты… ты не должен был так рано вернуться, – всхлипывает Алиса. – Я должна была… Мы должны были успеть, – вижу, что девушку трясёт. Кажется, она не привыкла угрожать живому человеку оружием, кто ей вообще пистолет дал? – Тише-тише, – я медленно опускаю табельник и выставляю ладони вперёд, демонстрируя, что безоружен. Делаю один шаг вперёд, второй… – Нет! – в голосе девушки прослеживаются истеричные нотки. А палец ложится на спусковой крючок. – Алиса, подожди, не торопись. Ты же понимаешь, что если выстрелишь, то обратной дороги не будет. Снаружи мои люди повязали твоих подельников, даже если ты убьёшь меня и Марьяну, сбежать всё равно не получится. А сейчас, пока ты ещё не натворила дел, у тебя есть шанс, – договариваю неторопливо и проникновенно смотрю в глаза девушке. Алиса колеблется, её плечи подрагивают, а с ресниц падают слёзы. – Сергей, – срывается на рыдания, опускает ствол, который с грохотом падает на пол, и делает шаг ко мне. Повисает, обхватив руками мою шею, прижимается всем телом, тычется влажным лицом в грудь. Мне жаль её, искренне жаль, но к своему великому удивлению и не менее великой радости я обнаруживаю, что ничего не чувствую к девушке. Ничего, кроме злости. Как она посмела поднять руку на Марьяну? А главное, зачем?