13

Неделя у адвоката Семенова началась сложная. Предстоял важный процесс, к которому он готовился много времени, и никакие лишние мысли сейчас были бы не нужны, но они не отпускали. Наверное, будь у него свой ребенок, он бы так не вцепился в этого мальчика по имени Арсений, но сейчас все время думал, как так получается, что мальчишка похож на него в детстве как брат-близнец. Даже начал читать какие-то форумы и статьи по поводу двойников, откуда они берутся и почему имеют такое сходство.

Не могла ж Соколова сделать ЭКО с его спермой? Или могла?

С другой стороны, она что, дура совсем, что ли? Молодая, симпатичная, все при ней. Нахрена ей воровать сперму и тем более, идти на искусственное оплодотворение, если ее любой мужик готов будет и без того оплодотворить, а лучше не один раз, а с гарантией результата.

Как назло, еще у матери дома прорвало воду у соседей сверху, затопили с пятого по первый этаж, лило так, что обои просто скрутились и отвалились от стен, мебель разбухла, электропроводка сдохла, и пришлось ее забирать к себе на время ремонта. Все б ничего, но пожилая дама любила смотреть всякие странные передачи по телеку, и волей-неволей Роману приходилось слышать этот бред. В том числе про всякие ДНК потерянных детей. Он и не думал, что настолько впечатлится малышом своей бывшей одноклассницы, что захочет его увидеть еще раз.

Но Светка будто специально динамила его. То она занята, то она куда-то уезжает, то еще миллион причин, чтобы не встречаться. И ведь он всего-навсего хотел отдать ей рюкзак с вещами. Ну и увидеть Арсения, конечно.

Порой Рома думал, что он помешался из-за того, что Светка ему не дала. Ну не дала и не дала, с кем не бывает, но тут прям задело. Хотела, он точно знал, готова была, но что-то ей мешало. И зацепила его, коза такая, этим своим динамо. Взрослого мужика, который вообще не знал отказа в сексе у тех, на кого обратил внимание. Правда, на момент встречи в кафе он не знал, что она вдова, просто прогуляться предложил, а потом уже пошло как пошло.

В пятницу после встречи с очередным клиентом в СИЗО, он уселся в свою машину, включил кондиционер, снял пиджак, забросив его на заднее сиденье, и задумчиво поехал по улице в сторону дома. Решение заехать перекусить во вьетнамское кафе пришло внезапно. Вообще, он не особый любитель азиатской кухни, но сейчас явственно представил себе аромат и вкус традиционного супа фо-бо, а потому вскоре парковался возле ТРЦ, где и находился фуд-корт с искомым ресторанчиком.

Час-пик еще на наступил, и потому здесь народу пока было мало для такого популярного места. Удалось выбрать себе уединенный столик в углу за пальмой в кадке, усесться туда с комфортом и наблюдать за посетителями в зале, которые пришли провести вторую половину и вечер пятницы вне дома.

Звонкий детский голосок ворвался в мысли Ромы, отвлекая его от будущего судебного процесса, а затем и знакомый женский голос заставил завертеть головой.

Ну так и есть! Соколова со своим сынишкой сидят почти за соседним столом и наслаждаются чем-то вкусным. Судя по тому, что часть тарелок была пуста, они сюда явились раньше него, и Рома удивлялся сам себе, как мог не заметить эту парочку.

Сейчас он не спешил обозначать себя, наблюдая за мальчиком. Вот он пьет сок из высокого стакана через трубочку, что-то ест, машет ручкой… Ручкой с кривым мизинцем. Таким же кривым, как у него самого. Вернее, у него был такой мизинец, но в детском возрасте все исправили хирургическим путем.

Рома сжал кулак и разжал его, посмотрел на тонкий шрам на мизинце, зачем-то потрогал его пальцем. Неужели могут быть такие совпадения?

Бред какой-то!

Тогда второй вопрос — неужели эта сучка воспользовалась его спермой и родила ребенка? Тогда… Он не знал, что тогда.

Спина взмокла от пота, едва он представил, что столько лет уже был отцом, не имея возможности встречаться с сыном, чтобы тот рос на его глазах. Его собственный отец умер десять лет назад, но в памяти были свежи их отношения, их совместные походы в лес, прогулки, игры, и Рома сейчас был крайне зол на эту женщину, еще не понимая, есть ли у него основания или нет.

Но кривой мизинец! И сходство! Уже два момента, которые говорят в пользу того, что этот мальчик от него. И даже три — Света — репродуктолог той клиники, где хранится сперма Ромы. Но возникает вопрос, на кой черт ей понадобилась эта афера? Если б она хотела денег, то давно б уже требовала их с него. Но нет. Судя по тому, как выглядит дом семейства Соколовых, она точно не нуждалась в деньгах. Что тогда?

Мучаясь от неизвестности и злясь от этого, Семенов поднялся с места и решил, что сейчас самое время познакомиться поближе с этими двумя.

— Дядя Рома! — мальчик увидел его первым и замахал ручкой. — Иди к нам!

Света обернулась на него, глядя расширившимися от какого-то страха глазами. Боится! Значит, есть, что скрывать!

— Привет, — он подошел ближе и улыбнулся. — Заехал перекусить, увидел вас. Можно присесть?

— Да! — успел ответить Арсений, пока мать пыталась найти повод отказать. — А мы тоже решили перекусить, да, мам? Мама сегодня освободилась пораньше и забрала меня из садика. Мы сюда ходим иногда поесть вкусно. Мама тоже готовит вкусно, но такое не очень умеет. Да, мам?

Света сидела прямо, стараясь не касаться плеча Ромы своим, прячась от него за завесой волос. Но справилась с собой и улыбнулась сыну.

— Да, дорогой, так, как в ресторане, я не умею, — сказала она, бросив короткий взгляд на соседа по столу.

Принесли суп, который заказывал Роман, и он распечатал палочки, глядя, с каким интересом смотрит на него сидящий напротив малыш.

— А я так не умею! — протянул Арсений, видя, с какой ловкостью поглощает еду новый знакомый.

— Хочешь научиться? — Рома подмигнул ему. — Сейчас попрошу еще один комплект палочек.

Официантка принесла запрошенное, и вскоре мальчик пыхтел под внимательным взглядом мужчины, пытаясь освоить сложное искусство приема пищи нетрадиционным способом.

Света сидела рядом, смирившись с ситуацией. Она уже доела свой обед, и сейчас пила кофе, глядя, как склонились друг к другу две головы с абсолютно одинаковым оттенком волос, как похожи черты их лиц, и насколько Арсений тянется к мужчине. Внутри нее поселился страх. Страх, что Рома узнает правду, что заберет сына, что может разрушить ее жизнь полностью. И она не знала, что ей делать в этой ситуации. Бежать? Признаться? Один вариант хуже другого…