Глава 8

Девчонка не обманула — провела в другое крыло, на третий этаж, где располагался просторный зал библиотеки. Зажгла свет, парящих под потолком магических светильников и молча удалилась, одарив на прощание долгим задумчивым взглядом.

Амелия не раз уже замечала, как странно Линара смотрит на нее, словно знает гораздо больше, чем показывает. Но разбираться в особенностях членов семьи Доэйров — последнее, чем хотелось заниматься. Сейчас ее целиком и полностью охватила возможность вновь услышать голос отца, разузнать о том, что все-таки с ним случилось. Почему он пришел сюда, как опустился до применения темного колдовства и есть ли хотя бы крохотная доля возможности помочь ему.

Поэтому, едва осталась одна, принялась осматривать стены. Она должна найти черную паутину, чтобы возобновить связь. Вот только здесь, в более-менее сохранившемся крыле особняка, практически не было следов проклятий. Лишь витала в воздухе едва ощутимая гнетущая энергия, норовившая прилепиться к телу, чтобы медленно вытянуть через кожу жизненную силу.

Облазив весь нижний ярус, поднялась по деревянной лесенке наверх, где плотно друг к другу стояли одни лишь шкафы. Узкая полоса импровизированного второго этажа позволяла лишь свободно проходить между перилами и книжными полками, дабы в комфорте выбрать нужную книгу. Места для передвижения мебели тут катастрофически не хватало. А именно этим Амелия собралась заняться, ведь стены были скрыты от глаз.

Рассчитав максимально возможное расстояние, повертела целительское кольцо на пальце и медленно его сняла. Примостила на плоскую поверхность лакированных перил и, вздохнув, повернулась к шкафам. Мощные, дубовые, выполненные на совесть, а еще, наверняка очень тяжелые. Плюс, если посчитать вес книг… Одного такого шкафчика вполне достаточно, дабы похоронить Амелию под завалом.

Решившись, коснулась кончиками пальцев теплой поверхности и призвала магию. Легкое свечение растеклось по коже, неся с собой приятное тепло и легкое покалывание в ладонях. Повинуясь ее желанию, добротная мебель легко взмыла на десяток сантиметров вверх и медленно поплыла вперед. От напряжения у целительницы выступили капельки пота на лбу. Давно ей не приходилось левитировать предметы тяжелее табуретки. Тут нужна максимальная концентрация и сосредоточенность. Наконец, когда между стеной и сплошным рядом шкафов образовалось достаточно места, Амелия максимально бережно приземлила их.

— Фух, — не сдержала облегченного выдоха. — Если мне и суждено распрощаться с жизнью в этом измерение, то не сегодня…

Теперь она вжималась в перила поясницей. Взглянув вниз, на дверь, убедилась, что неожиданных гостей не предвидится, и протиснулась мимо ближайшей деревянной громадины.

Чистая, чуть пожелтевшая от времени краска. Ни следа темных чар. Прикусив губу, Амелия медленно двинулась вперед, скользя по гладкой поверхности стены одним плечом и едва задевая шкафы другим. Глаза слезились от напряжения — здесь было слишком мало света, но зажигать дополнительный она не стала. И так отметилась приличным потоком магии. Остается лишь надеяться, что следящих маячков тут нет.

Чисто.

Чисто.

Ничего.

Она уже досадливо поморщилась, собираясь выползать обратно, дабы поскорее вернуть мебель на место, как в самом углу блеснула тонкая сеть паутины.

— Наконец-то! — в два широких шага очутившись в тупике, опустилась на колени.

Замешкала на мгновение, замерев с вытянутой вперед ладонью, но все же коснулась пульсирующих нитей Тьмы.

Пара секунд тишины. Тягучей, обволакивающей, словно затягивающей в глубокий беспросветный омут. А затем родной голос, дотронувшийся до напряженного сознания легким ветерком.

— Ами… вернулась. Я так рад, что ты жива.

— Папа… — рвано выдохнула и зажмурилась, борясь с эмоциями.

Она ведь уже потеряла надежду однажды услышать его в этом мире. Хоть понимала, что так сразу доверять неизвестной сущности опасно, всем сердцем надеялась — подвоха тут нет. Не должно быть.

Взяв себя в руки, провела по шероховатой поверхности чуть вниз, нащупывая более плотную сеть смолянистых вен.

— Да, это я. Амелия Селвин. Теперь назовись и ты. Уж прости, доверять голосу из стены — не самая безопасная затея.

— Умница, дочка, — в интонации скользнули одобряющие нотки, но звучали слова так отдаленно и глухо, словно доносились из глубокой ямы. — Это действительно я. На долгие проверки у нас нет времени. Давай просто скажу то, что больше никто не знает?

— А вдруг всю информацию возьмешь из моей головы… Ведь именно там звучит сейчас твой голос.

— Вряд ли получится… Ведь ты не совсем моя Амелия. Но кровь — не вода, а родовая магия во всех измерениях едина.

Ее обдало липким холодом.

Он знает! Как?!

— Я — призрак, милая… Осколок души, в плену у колдуна. Застрял между материями, без возможности выбраться к свету. Но даже в этом состоянии есть свои плюсы. Отсюда мне видно абсолютно всё… Доступны тайны прошлого и настоящего. Вот только воспользоваться знаниями не получалось. До сегодняшнего дня.

— И всё же… Не может быть так просто. В чем подвох?

В мыслях наступила временная тишина.

Амелия ждала ответа, гадая, какую цену предстоит заплатить. Ведь только в сказках проблемы решаются быстро, без особых потерь. Неожиданно появляется добрая фея, совершенно бескорыстно протягивая руку помощи или открываются чудесные способности, меняющие ход истории. Как бы она хотела оказаться в такой!

— Ну же, не молчи. Говори, как есть! Мне нужно знать.

— Уже сказал. Я — пленник. И здесь такой не один. За нами следят, не позволяя вырваться или выйти на связь с кем-либо из живых. Но теперь появилась надежда… То, что нам удается сейчас так долго разговаривать — чудо.

— Не один? Кто же с тобой?

— Многие…

По спине засквозила холодная дрожь. Амелию вполне устраивали пара безобидных привидений, вроде хозяйской кошки, но жить в особняке, нашпигованном неприкаянными душами… Ужасно! Может, и ригсов тут никаких нет, за них ошибочно принимают призраков?

— А конкретнее?

— Не могу. Освободи меня, Ами.

— Я сделаю все, что в моих силах, но мне нужны ответы! Хотя бы для того, чтобы точно знать, в какую сторону двигаться. Кто тебя удерживает? Он все еще находится в доме или это один из приспешников Властелина? Или… — Амелия чуть не задохнулась от собственной догадки, — Или это сделал лично он?

Снова тишина.

— Ну же, папа! Кого мне следует опасаться?

— Я не могу говорить о нем. Проклятье связывает и язык, и руки.

Ее охватил жгучий коктейль эмоций, смешанных из злости, страха и обиды. Поднявшись на ноги, едва не разорвала связь с паутиной.

— А кто виноват в этом, папа?! Зачем ты пришел сюда в тот день? Как мог сотворить настолько мощные темные чары!? Это же всё твоих рук дело, и ты говоришь, что не можешь хотя бы внятно ответить на мои вопросы? Такую малость!..

Черные нити под ладонью резко стали горячими, Амелия вскрикнула от неожиданности, но руку оставила на месте. Закусила губу и ткнулась лбом в прохладную стену, упрямо решив дождаться ответов. Вот он, подвох. Как знала! Едва замаячил шанс продвинуться чуть вперед, и ее тут же отшвыривает назад.

— Не молчи, — повторила, сквозь сжатые зубы. — Объясни мне хотя бы это. Ради чего отказался от кольца целителя и замарал душу колдовством?

— Так ты решила, что это сделал я? — голос прозвучал еще более глухо и отдаленно, будто говорящий опускался всё ниже в пропасть.

— Мне… — Амелия озадаченно нахмурилась, слегка поубавив пыл, — Мне так сказали.

— Да, я колдовал в тот вечер. Пришел мстить. За тебя. Но ситу… ц. я обер…лась не в нашу поль…

— Что? Я не слышу! Ты знал о случившемся со мной? И это… настолько ужасно, что толкнуло тебя к мести?

— … очень скоро пришлось защ…ща…ся.

— Папа! — она уже вдавливала ладони в раскаленную паутину, не замечая, как кожа горит от боли. — Папа!

Тишина.

Очнувшись, отдернула руки и уставилась на красные полосы ожогов. Пальцы подрагивали. В голове пульсировали на повторе слова: «Так ты решила, что это сделал я?».

Если не он, то кто?

Снизу раздался глухой стук от удара двери о стену, и в ту же секунду по залу библиотеки разнесся голос Ликдара:

— Амелия, ты здесь?

Вздрогнув, она вжалась в угол, силясь стать меньше и тоньше, дабы просочиться сквозь камни и сбежать, как можно дальше. Хоть бы он не стал подниматься на этот импровизированный второй этаж! Хоть бы не заметил передвинутые шкафы…

— Амелия! — тон прозвучал настойчивее, но все так же прохладно.

Ответа конечно же не последовало.

Почему так сложно разжать одеревеневшие губы и отозваться? Все просто — теперь, когда выстроенный сценарий произошедших событий разбился вдребезги, она не знала, кому верить. Колдуном, пленившим отца, мог оказаться кто угодно. И почему-то, больше всего Амелия боялась именно Ликдара.

То, каким он предстал перед ней в этом измерении, как проявил себя в минуты общения, его жестокость и служение темной стороне… Всё это очень пугало. Укрепляло образ человека, которого стоит опасаться больше остальных. Особенно, учитывая их общее «прошлое».

Больнее всего ранят именно любимые… И ведь с самой первой встречи, он не перестает быть причиной её страданий. Разве может так повезти, что главным злодеем окажется кто-то другой, никак с ним не связанный?

Размышляя об этом, целительница боялась пошевелиться. Вслушивалась в напряженную тишину. Он больше не звал ее, но и не уходил. Скорее всего стоял посреди зала, осматриваясь. Наверняка заметит изменения в обстановке!

Так, наверное, и случилось, потому что скоро до обостренного слуха долетели едва слышимые шаги. Вот, он ступил на толстый ворс ковра, миновал длинные столы и мягкие кресла, неумолимо приближаясь к лестнице. Парой минут позже мраморные ступени отразили глухой стук подошв. Ликдар явно не торопился. А она все еще не могла сдвинуться с места, словно околдованная. Вглядывалась в узкий просвет впереди, между стеной и отодвинутыми ею шкафами, ожидая, когда увидит там знакомое лицо.

И дождалась.

Он остановился напротив — между ними был длинный коридор. Амелия задержала дыхание, чувствуя, как каждая клеточка тела леденеет от выражения его глаз, сведенных на переносице бровей, сжатых в тонкую полоску губ. Чтобы добраться до нее, Ликдару придется протискиваться боком. Смешно, но это слегка успокаивало. Создавало иллюзию защищенности.

Медленно подняв руку, продемонстрировал сжатое между большим и указательным пальцем кольцо. Артефакт, который оставила на перилах! Вот ведь глупая! Так Ликдар и догадался, что она здесь.

Но… что же заставило его вернуться столь быстро? Судя по всему, Линара не ждала брата в ближайшие дни, раз посмела нарушить чары и освободить пленницу.

— Почему ты не отозвалась? — нарушил звенящую тишину.

Амелия сглотнула вязкий ком и лишь плотнее вжалась в угол. Он явно зол. Интересно, узнал, что хотел насчет ее «подлинности»? Врать о своем истинном происхождении не было сейчас никаких сил.

Те крохи терпения, что превращали Ликдара в ледяное изваяние, быстро испарились. Ее молчание не на шутку его раздражало. Один взмах ладони, и книжные шкафы с грохотом отъехали в сторону, сталкиваясь с перилами. Те жалобно заскрипели, еле выдерживая напор магии.

За каких-то пару секунд очутившись рядом, мужчина замер в одном шаге. Навис над ней мрачным утесом и прошипел сквозь зубы:

— Я спросил, почему ты не отозвалась?

Смолчать снова было бы самоубийством. Потому, она наконец разжала онемевшие губы, ответив слегка охрипшим голосом:

— Боялась, — чистая правда, что и говорить. — Ты велел не выходить из комнаты.

Такой ответ чуть притушил плескавшуюся в серых глазах ярость. Он даже отступил на пол шага, выпрямляясь.

— Верно. И все же ты вышла.

— Линара…

— С ней я поговорю позже, меня интересует, почему ты меня ослушалась. Ведь ясно дал понять, что до выяснения твоей истинной… природы, непослушание чревато последствиями.

— Именно поэтому! — огрызнулась, сама того не ожидая. В груди полыхнула обида, но она скорее была направлена на того, другого Ликдара, который никогда не позволял себе говорить с ней в таком тоне. — Чтобы доказать, я — это я, и дракон твой ошибся.

Он стиснул зубы, сверкнув глазами.

— Поясни.

— Вот, — Амелия отошла в сторону, открывая паутину Тьмы на стене, — Я пыталась отыскать отголосок магии отца, через проявление проклятья. И мне удалось. Хоть и не быстро, но у меня получится повернуть колдовство вспять.

Сейчас она обманывала, но в глубине души надеялась, что в итоге выйдет именно так. Хоть родовой магией тут и не пахло, папа просил освободить его, значит, это в ее силах. Нужно только понять, как.

Ликдар слегка поменялся в лице, прищурившись.

— Этой паутиной все стены в проклятом крыле расписаны. Но ты искала ее именно здесь?

— Нет, я нащупала связь в коридоре, недалеко от своей комнаты. А сюда попросилась у твоей сестры. Необходима информация. Где, как не в библиотеке ее искать? Но мне нужно было еще раз почувствовать эту магию…

Нервничая, она не заметила, как сцепила пальцы в замок. И тут же поморщилась от боли. Ликдар опустил глаза на ее руки. Шагнул вперед, схватив за запястье и раскрыв сжатые в кулак пальцы.

— Что это?

Она почти физически чувствовала взгляд, скользящий по линиям ожогов. Но крепкая хватка мужской ладони обжигала даже сильнее этих отметин.

— Паутина раскаляется, когда я прикасаюсь к ней, — тоже, почти правда.

— Пойдем, нужно обработать зельем.

— Нет! Оставь меня, — вырвалась, и сама испугалась своей реакции. Он вскинул вмиг потемневшие глаза. — Верни кольцо, я могу исцелить себя гораздо быстрее зелий.