Глава 10

Его ледяные глаза блестели в свете, и он смотрел на меня так, будто ждал чего-то. Крика, паники, истерики… Да хоть что-то!

Но я не собиралась доставлять ему этого удовольствия.

Я вздохнула, сделала вид, что задумалась, а потом кивнула, как человек, который наконец разобрался в сложной математической формуле.

— Ледяной дракон, — повторила я. — Ну, конечно. Почему бы и нет? Ещё вчера меня связывали деревенские фанатики, так что, думаю, дракону в моей истории самое место.

Он чуть приподнял одну белоснежную бровь, глядя на меня так, будто я только что сдала экзамен, который никто не ожидал, что я сдам.

— Я удивлён, что ты ещё не истеришь, — заметил он, наклонив голову чуть вбок.

— О, истерика у меня уже была, — ответила я, махнув рукой. — Просто внутри. Знаете, практикуешь её так, чтобы никто не видел. А теперь, если вы не против, может, объясните, зачем вы меня сюда притащили? Или вы коллекционируете людей, чтобы потом с ними поспорить?

Его улыбка стала шире, и я тут же пожалела, что заговорила. Этот взгляд, этот блеск в глазах… Он явно получал удовольствие от каждой секунды этого разговора.

— Ты здесь, потому что ты — мой подарок…точнее жертва, — спокойно произнёс он, будто говорил о погоде.

Эти слова заставили меня дернуться всем телом.

— Простите… кто? — выдавила я, чувствуя, как внутри поднимается нечто среднее между возмущением и паникой.

Он слегка наклонил голову и повторил:

— Жертва. Люди принесли тебя в дар, чтобы сохранить свой покой.

На несколько секунд у меня перехватило дыхание.  Жертва?!  Я? Жертва?!

Я сжала руки в кулаки, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, стараясь не кричать.

— А… письмо, объясняющее правила вашего замка, отправить было нельзя? — огрызнулась я, чувствуя, как внутри меня нарастает злость.

— Я не занимаюсь бюрократией, — холодно ответил он, скрестив руки на груди.

Я откинула волосы назад, сложила руки на груди и уставилась на него с выражением "Вы издеваетесь?".

— Ах, конечно. Какой дракон, в самом деле, будет заниматься такой скучной мелочью, как объяснение жертве, зачем её вообще приволокли в ледяной замок?

— Ты вроде умная. Разберёшься, — ответил он с ленивой усмешкой, будто у него на меня нет времени.

— Ну, спасибо за комплимент, — огрызнулась я. — А теперь, если вы не против, может, расскажете, что именно включает моя роль в качестве… как вы сказали? Жертвы? Или вы просто оставите меня гадать?

Он снова рассмеялся. Тихо, коротко, но от этого смеха стало очень не по себе.

— Ты сама всё поймёшь, — сказал он, а потом сделал шаг ко мне. Его холодное, властное присутствие заполнило пространство между нами, и я вдруг почувствовала, что даже воздух в комнате стал ледяным.

Я машинально отступила на шаг, но тут же взяла себя в руки.

— Знаете, а вы… не слишком ли уверены в себе?

— А ты не слишком ли смела для своей ситуации? — парировал он, глядя мне прямо в глаза.

— Смелая? — повторила я, чувствуя, как внутри загорается злость. — Нет. Просто слишком зла, чтобы молчать.

Он улыбнулся. Ледяной, хищной улыбкой, от которой мурашки поползли вдоль позвоночника.

— Ты здесь потому что ты — жертва, — ответил он, снова выпрямившись. — А жертвы не спрашивают, зачем их выбирают.

"Ну, спасибо. Отличное начало для нового этапа моей жизни,"  — подумала я, сжимая руки в кулаки.

И тут меня осенило.

Это РЕАЛЬНО не человек.

Нет, этот мужчина был чем-то гораздо большим, чем просто смертный. Его силу ощущалось каждой клеточкой моего тела. Интуиция кричала:  "Опасно!" , а здравый смысл предлагал одно единственное решение — немедленно замереть и не провоцировать.

Но здравый смысл явно не знал, с кем имеет дело.

Потому что, если он думал, что я просто склоню голову и стану послушной как он там сказал жертвой…

Я скрестила руки на груди и прищурилась.

— Ну что ж, Зимвельд, — произнесла я медленно, специально растягивая каждое слово. — Посмотрим, кто здесь кого напугает.

Его губы растянулись в усмешке. Нет, не в дружелюбной, а в ледяной, хищной. Это было похоже на взгляд хищника, который наблюдает за жертвой, но в какой-то момент вдруг решает: "А может, пока не стоит её есть. Она забавная."

В его глазах — этих невероятных, ледяных глазах цвета зимнего неба — промелькнуло что-то неожиданное. Интерес?

— Возможно, ты доставишь мне больше удовольствия, чем я ожидал, — сказал он с ленивой уверенностью, от которой захотелось или ударить его чем-то тяжёлым, или спрятаться за ближайшей мебелью.

Но я осталась стоять, твёрдо удерживая взгляд.

- Если я жертва, то почему меня не охраняют?

— Это ни к чему, — продолжил он, его голос стал ещё ниже, обволакивая, но обжигающе холодным. — Твои попытки убежать — пустая трата времени. Замок тебя не выпустит.

Эти слова прозвучали как приговор. Я вздрогнула, хотя старалась не выдать себя. Каждое его слово резонировало где-то глубоко внутри, заставляя сердце колотиться быстрее.

И всё-таки…

— Замок не выпустит? — переспросила я, с трудом сдерживая сарказм, который так и рвался наружу. — Отлично. Но, знаете, у меня есть один маленький вопрос: почему вам вообще нужны эти… жертвы? Вы их, эммм… съедаете?

На его губах появилась ещё более широкая улыбка. Но если до этого она была просто ледяной, то теперь в ней чувствовалась лёгкая угроза.

— Сарказм — это твоё оружие? — спросил он, слегка наклоняя голову.

— Лучше, чем плакать и умолять, — парировала я, поднимая подбородок выше.

Он посмотрел на меня так, будто оценивает товар. Не слишком быстро, с вниманием к каждой детали, заставляя кровь стучать в висках.

— Возможно, съедаю, — произнёс он, явно наслаждаясь моей реакцией.

Мой мозг застопорился на мгновение.

"Возможно?! Это всё, что ты можешь сказать, ледяной псих? Возможно?!"

Но я, конечно, только моргнула, пытаясь сохранить хотя бы остатки храбрости.

Сказав это, он развернулся с такой грацией, что у меня в голове снова вспыхнула табличка:  "Идеален. Слишком идеален. Берегись, Маша."

Белоснежные волосы, переливающиеся в свете, широкие плечи, и эта походка — медленная, будто он владел каждой секундой времени.

Он оставил меня стоять в комнате с тысячей вопросов, на которые никто не собирался отвечать.

Я громко выдохнула, огляделась по сторонам и пробормотала:

— Ну, конечно. Всё, как я люблю. Ни объяснений, ни инструкции. Зато куча намёков на каннибализм. Просто идеальный день.