Глава 12. Переоценка ценностей

Кирилл

Стою посредине прихожей, пялюсь на записку и не понимаю, что это все значит.

В ушах гудит так, будто там поселился целый рой шмелей.

Присматриваюсь к коробке внимательнее, кручу в руках. Картон приятный на ощупь, а бантик переливается в свете люстры золотистыми искрами.

В этот момент меня пронзает острое чувство дежавю.

Потому что ровно такую же коробку мне вчера при всех вручала Анька — ту самую, с треклятым тестом. Даже бант точно такой же блестящий.

Открываю — и тут тест! Тоже положительный, две четкие полоски.

Это та же самая коробка?

Лиля решила так подшутить?

Но тогда бы вручила уж прямо в руки, а не в сумке оставляла, с запиской… К тому же я в сумку мог и не заглянуть, так?

Да нет же, не может быть, чтобы это была Анькина коробка! Ведь ту я смял и отдал матери, чтобы она выбросила. Или не мял, и Лиля каким-то образом перехватила? Мозги начинают кипеть от попыток вникнуть в ускользающий смысл.

Хватаю телефон, набираю номер матери.

— Кирилл, как же я рада, что ты позвонил! — радостно отвечает она. — Ну рассказывай, помирились с Лилей? А то мы вчера все испереживались…

Ага, так переживали, что сидели в ресторане всей дружной компанией до закрытия и даже мне не позвонили — узнать, как дела. Тоже мне родственники.

— Мам, сейчас не надо лишних вопросов, — перебиваю ее. — Мне нужен четкий ответ: что ты сделала с той коробкой, которую мне подарила Анька?

— Известно что: выкинула, как только ты ушел искать Лилю, — отвечает мать, и в ее голосе появляются нотки недовольства: — А что такое? Знаешь, не нравится мне эта Анька… Мне кажется, врет она про беременность! Не то чтобы я была в полном восторге от твоей жены, но Анька… Она гораздо хуже. Умеешь ты себе женщин выбирать, сынок. То одна тебя за нос водит, то другая…

Мать продолжает говорить, но я будто глохну на время.

В мозгу всплывает воспоминание вчерашнего вечера: Лиля пытается открыть сумку и что-то для меня достать, лицо у нее взволнованное, глаза блестят. Молния сумочки заедает точно так же, как пару минут назад у меня в руках, и жена сердито дергает собачку. А потом Лилю опережает Анька и театральным жестом сует мне свой долбаный подарок. У жены в этот момент округляются глаза, на ее лице появляется выражение, которое я тогда принял за удивление…

Анализирую факты, пытаюсь думать головой, а не задницей.

У Ани коробка, у Лили коробка. Одинаковые, блин!

Кто у кого слямзил идею?

Учитывая, что Анька работает в магазине подарков, очень может быть, что моя жена ходила к ней за той самой коробкой, рассказала о своих планах, а Анька из вредности решила ее опередить. У нее хватит стервозности на такой номер.

Это что ж получается — жена хотела мне подарить на день рождения положительный тест? Она беременна теперь? По-настоящему? Это никакая не шутка!

Я стану папой!

Ну конечно стану, все четко написано Лилиным почерком, аккуратными буковками с завитушками. Жена не стала бы шутить такими вещами.

Ай да молодец я, ай да красавчик! Таки сделал ей бейбика, смог! Старался-старался месяцами, и вот результат!

Хочется подпрыгнуть на месте от внезапно накатившего облегчения и счастья. Оно так распирает грудь, что кажется, еще чуть-чуть — и лопну от радости.

Будет у нас с Лилькой малыш, такой же умный, как я, и такой же красивый, как она. Пацан будет, я чувствую! Как из подгузников вырастет, я сразу начну им заниматься — в футбол научу играть, на гимнастику буду водить и в бассейн… еще на бокс! Зимой — на лыжи, на хоккей. Будем с ним рыбачить ездить, в поход на выходных. Буду ему все рассказывать про жизнь, как мужчиной быть, как с девчонками общаться.

Конечно, пока мелкий совсем — это жены докука, само собой. Пусть пеленки меняет и по ночам качает. А как подрастет годиков до трех-четырех-семи, так я обязательно буду уделять ему кучу времени. Научу всему, что сам умею.

— Кирюш, ты меня слышишь вообще? — Голос матери врывается в мои мечты.

А я, кажется, не могу держать в себе новое открытие.

— Мам, Лиля беременна, представляешь? Наконец-то! — выпаливаю, не в силах сдержаться.

— Ой, батюшки, новость-то какая! — Ее голос становится на октаву выше. — Ой, как же здорово, Кирюша! Я так этого ждала! Я сейчас Лилечке позвоню, расскажу, как ей надо себя вести, какие витамины принимать, к какому врачу идти, что есть, что не есть…

Э-э… Стоп-стоп-стоп!

Тут-то до меня и доходит, какую свинью я себе подложил, рассказав все матери. Мозги наконец включаются. Это Лиля сейчас как возьмет, как признается ей, что съехала от меня с вещами! И начнется зубодробительное разбирательство, кто в чем виноват, с пристрастием и подробностями.

Мать влезет в наши отношения обеими руками и доломает их окончательно. В ней же такта ноль целых, ноль десятых, она может такого наговорить…

— Мам, не надо ей пока звонить. Я скажу, когда будет можно.

— А что ж так? — В голосе появляется подозрение. — Вы помирились с ней вчера? Ты ведь в ресторан так и не вернулся…

— Не совсем, но я над этим работаю, — бубню, понимая, что вляпался по самые помидоры. — Вся информация потом.

Холодею, вспоминая, что совсем недавно наговорил Лиле.

Кто меня за язык тянул? Кто?!

Мать тем временем разоряется:

— Что значит «информация потом»? Что значит «не совсем»? Как можно помириться не совсем? Ты мать слушай, я ж тебе говорю: по сравнению с той Анькой Лиля еще ничего! На ее фоне-то… Тем более беременная! Ой, счастье-то какое, сейчас всем родственникам позвоню, тете Вере, тете Кате…

— Не надо никому звонить! — почти кричу, представляя, как эта новость разлетится по всей родне за пару часов. — Просто подожди хотя бы сутки.

— Это почто ж ты меня в такую пытку египетскую ввергаешь? — возмущается мать. — Внук будет, а мне и рассказать никому нельзя? Даже сватье не звонить, что ли?

— Даже ей! — твердо отвечаю. — Все, пока, мама, мне некогда.

Отключаю телефон.

Надо быстренько вернуть Лилю домой, пока у мамы от нетерпячки не сорвало крышу и она не начала обзванивать весь город.

У меня будет ребенок!

В свете этого все наши с Лилей проблемы отчего-то сразу начинают казаться мелочью. Даже учить жену уму-разуму уже совсем не хочется. Подумаешь, поругались из-за какой-то дуры. Бывает! Главное — наследник растет.

Разумеется, ни о каком разводе и переезде Лили куда бы то ни было теперь речи не идет. Куда она денется с моим ребенком? Это ж полный абсурд!

Ну Лилька, ну мозгоклюйка!

Не могла раньше сказать, что ли?

Прямо в лоб: «Кирилл, я беременна, поздравляй!» Еще вчера могла сказать, а не с этим подарком мудохаться. А если б я сумку не открыл, подарок не нашел?

В эту минуту мне резко становится понятно, почему Лиля на меня так обиделась. Конечно же! Она мне в беременности признаться хотела, готовила подарочек, записку писала трогательную, волновалась наверняка. А тут ее опережает лучшая подруга с точно таким же сюрпризом.

Любая бы на ее месте закусила удила и устроила скандал.

Тем более у беременных и без повода крыша частенько подтекает.

Опять же, друзья вводили в курс дела, что творили их жены во время беременности.

Пашка рассказывал, как его Светка среди ночи будила и требовала ехать за клубникой в декабре.

Димка жаловался, что его Оксана заставляла каждый день переставлять мебель, потому что «энергетика неправильная».

А уж что Серега терпел от своей Тани — волосы дыбом встают: то ей казалось, что он на нее странно смотрит, то она требовала, чтобы он с ней разговаривал только ласково, а то ребенок в животе испугается.

Оно, конечно, на голову не натянешь такое поведение, но тут никуда не денешься. Хочешь продолжения рода — терпи беременную жену со всеми ее закидонами. А она ведь и костерок у тебя на голове развести может при случае, если что не так…

Хрен с ним, пусть разводит на моей голове тот костерок, как-то выдержу. Хочет извинений? Да пожалуйста. После такого-то известия я готов принести ей хоть с десяток извинений. Главное — домой ее вернуть, и быстро.

Моментально накатывает злость на себя, когда прокручиваю в голове, что брякнул Лиле про развод, увидев, как она складывает вещи.

Как я мог так необдуманно себя повести? Мог бы сначала разобраться, в чем дело, а потом уже рот разевать. А кто ее за язык тянул, когда сама сказала, что подаст на развод? Она что, сумасшедшая — разводиться со мной, будучи беременной?

Однозначно, это за нее гормоны говорили, а я все гадал — куда делась моя рациональная послушная жена? Вот где собака зарыта! Лиля просто забеременела.

Не надо было вообще ее из дома выпускать! Надо было чемодан отобрать, ключи спрятать и сидеть дома, выяснять отношения по-человечески.

Ишь чего надумала — разводиться она со мной будет. В ее положении!

Ага, аж бегом!

Фигу с маслом ей, а не развод.

Рожать мне будет, а потом воспитывать наследника. И никаких разводов, и никаких переездов в клоповники.

Дело за малым — найти жену и вернуть домой.

Главное — правильно подойти к вопросу.

Что-что, а это я умею — правильно к вопросу подходить.